Правила магической лавки «С огоньком»
Утверждено Советом Драконьего Собрания
И господином Нариальмом лично
Несоблюдение карается обидой владельца лавки
и проклятием (на его выбор)
1. Подкармливать пыль и плесень строго до 18:00. После 18:00 они кормятся сами. Обычно — вашими забытыми вещами и забытыми в лавке посетителями.
2. Возврат проклятий возможен в течение 14 дней при наличии чека. Если чек был утерян, приведите в лавку то, что осталось от человека, на которого было наложено проклятие.
3. Убедительная просьба не проверять достоверность слов кукушки! Она умеет считать только до 5.
4. Запрещено учить кукушку считать.
5. Никогда не говорите «Ой, а что это за красная кнопка?». Красной кнопки в лавке нет. А если вы её увидели — поздравляем, вы новый герой фильма в жанре хоррор.
6. Детям до 12 лет вход в отдел алкогольных изделий запрещен. Детям после 12 — тоже.
7. Мётлы, сапоги-скороходы, ковры-самолеты и портальные арки у входа не парковать. Парковка предназначена для автомобилей охотников на нечисть.
8. Если вам кажется, что товар подорожал — вам не кажется. Креститься не надо. Спорить с продавцом или ценником бесполезно. Ценник умеет кричать «Инфляция!» голосом депутата вашего округа.
9. Если вы купили «невидимые чернила» и ничего не видите — значит, всё работает. Или не работает. Мы сами не знаем, потому что потеряли инструкцию. Возврату не подлежит.
10. Продавец — не товар. Его нельзя гладить без разрешения. Нельзя кормить едой, в стоимости которой менее трех цифр. И категорически нельзя тыкать в него чем-либо.
11. Скидки по средам дают только криминальным авторитетам. Учтите, что шансон в плейлисте на дает вам статус криминального авторитета.
12. Очередь обслуживается по принципу «кто первый — тот всегда последний».
13. Категорически запрещено задавать вопрос «А почему у конкурентов дешевле?» После этого вопроса продавец уходит в подсобку плакать, а вместо него выходит ваша мамаша с табличкой «У конкурентов работаю я». (Прим. Пункт 13 необходимо переписать)
14. Любое предложение, начатое со слов «Смотри, как могу!», автоматически активирует защитный купол и звонок в отделение неотложной помощи. Средства, потраченные на купол и неотложку, будут взысканы с выжившего клиента.
15. Покупатели, устроившие дуэль в отделе светильников, обязуются заменить каждый разбитый светильник огнем в своих глазах. При отсутствии глаз свет будет изъят из другой части тела на усмотрение продавца.
16. Правила могут меняться без предупреждения, потому что сотрудники лавки сами их не помнят. Актуальную версию спросите у продавца. Но будьте готовы к ответу: «А кто ты такой, чтобы спрашивать?»
17. Жалобы принимаются в письменном виде на латинском. Жалобы на любом другом языке скармливаются рыбам в аквариуме. Жалобы на латинском тоже скармливаются, но рыбы их хотя бы переваривают с уважением.
18. Купленная судьба возврату не подлежит.
***
Тисс с ненавистью пнула колесо старенькой «Тойоты», и та протестующей завопила сигнализацией. Стоявшие на парковке мужчины, курившие в слепой зоне камеры видеонаблюдения, обернулись и смерили Тисс подозрительными взглядами. Удержавшись от желания показать средний палец, она наивно пожала плечами, мол, девушка — что с нее взять?
Машина всё равно не завелась, даже несмотря на то, что только вчера ее забрали из ремонта. Серой «Тойоте» было глубоко плевать на то, что Тисс опаздывала на работу, что на улице лил дождь и что деньги, вложенные в ремонт, могли быть потрачены на более полезные вещи. Тисс рухнула на водительское сиденье и в последний раз попыталась завести старушку, доставшуюся от отца, однако та лишь жалобно рычала и тряслась, напоминая стиральную машину в прачечной.
«И что мне с тобой делать?»
«Тойота», ожидаемо, не ответила. Тисс же, открыв нараспашку дверь, высунулась на улицу и убедилась, что мужчины ушли. На подземной парковке она осталась одна. Так было надежнее. Безопаснее. Так никто не посчитает ее сумасшедшей и не вызовет белую карету, которая после полуночи превращалась не в тыкву, а в катафалк.
Выйдя из машины, Тисс с опаской обошла ее, а затем взглянула на экран телефона. Из-за трещин он казался мутным. 8:47. Через 13 минут начинался рабочий день. Наскоро прикинув, сколько времени потребуется таксисту, чтобы добраться до жилого комплекса на окраине города и доставить пассажирку в центр, Тисс закрыла глаза и сделала то, чему до сих пор не могла найти объяснение. Представила, как цифры на экране ее телефона начинают идти на убыль. 8:46. 8:45. Продолжая думать о возвращающемся времени, Тисс воссоздавала в голове образ часов, — напольных, старых, обязательно с маятником — стрелки которых медленно и неумолимо шли назад. Сначала секундная, спеша, но не сбиваясь с ритма. За ней минутная — её движения Тисс отсчитывала собственными вдохами. Последней нехотя с места сдвигалась часовая. Та со скрипом покидала положенное ей место и не торопилась следовать за младшими сестрами.
К тому моменту, как Тисс открыла глаза, на парковку вернулись мужчины. Они стояли на том же месте и курили. Совершенно новые сигареты. Воздух еще не пропах дымом. Тисс помутневшим взглядом зацепилась за время на экране телефона. 7:52.
Она оперлась на машину, чтобы на упасть. Слабость накатила мгновенно: ноги подкашивались, в животе урчало то ли от голода, то ли от тошноты. Тисс не знала, как это работало, но предпочитала не задавать лишних вопросов. И не пользоваться слишком часто тем, что оказалось подвластно ей одной. Или не одной? Кто знает. Других
«таких» ещё не встречала.
Оставив «Тойоту» ворковать в углу парковки вместе с двумя грузовиками, Тисс направилась к лифту, ведущему на первый этаж. Подземная парковка даже в разгар жаркой осени оставалась прохладным и угнетающим местом. Проходя мимо курильщиков, девушка остановилась и, собрав остатки сил, повернулась к ним.
— Не подскажете, сколько сейчас?
Один из мужчин, не глядя в ее сторону, поднял руку и мельком посмотрел на запястье. Тисс навострила уши, надеясь, что и сегодня фокус сработает, а она найдет очередное подтверждение тому, что стала не поехавшая крышей ассистенткой директора крупной компании, а... ну, кем-то, кто видит и слышит больше, чем другие, и может странным образом искажать пространство вокруг.
— Без десяти восемь, — хриплый, прокуренный голос резанул по ушам.
Тисс поблагодарила тихо и поспешила на лестницу. Лифт катался где-то между 19 и 20 этажами. Дождь шел всё так же интенсивно и явно не собирался заканчивать. Вызывая такси, Тисс обратила внимание на двух людей идущих прямо по проезжей части. Сначала ей показалось, что это просто невнимательные влюбленные, спутавшие аллею и дорогу. Потом подумалось, что это психи, нашедшие оригинальный способ покалечиться. Лишь когда грузовик, игнорировавший и дорожные знаки, и светофор проехал сквозь них, а парочка будто и не заметила, Тисс поняла, что опять видит то, что не должна. И тех, кого не должна.
Вбегая в здание офиса, Тисс держала руки над головой. Зонта в сумке, естественно, не оказалось. Крупные холодные капли били по затылку и спине. К тому моменту, как она перешла через турникет (не забыв свой бейдж и ключ-карту от шкафчика), стрелки на часах в фойе едва приблизились к 8:45. На первом этаже уже было людно, хотя в основном здесь бродили охранники и уборщицы, готовившие коридоры к новому дню. Наспех скинув пальто и поправив прическу, Тисс за пять минут до начала смены уже стояла перед дверью директора и нервно перепроверяла его график на неделю, ища несостыковки и ошибки. Но, кажется, в этот раз секретарь сделал все правильно. В девять часов она постучала в кабинет и осторожно вошла.
Фоэльх эя Эйни сидел на диване, уложив на колени ноутбук и агрессивно стуча по клавиатуре. На застывшую в дверях Тисс он даже не взглянул.
— Сегодня после обеда в офис приедут представители лизинговой компании, у которых мы арендуем складские помещения, — Тисс сделала один единственный шаг, позволяя створкам двери закрыться. Почтенно склонила голову. Казалось, любое неправильное движение могло вызвать раздражение у директора.
— Что им надо?
Фоэльх, как обычно, говорил быстро и отрывисто, словно выплевывая слова, жгущие его язык.
— Не могу сказать. Переговоры с арендодателями вел ваш сын и господин Доэрлим.
Сын Фоэльха тут носил кличку «Тот, кого нельзя называть», ибо при каждом упоминании Тая эя Эйни настроение босса значительно ухудшалось. Если в вас не летел предмет, неудачно оказавшийся под рукой, можете считать, что босс еще и не зол. Или не дотянулся до того, что может быть поднято и брошено. Тисс мысленно помолилась о том, чтобы ее назвали тупой бесполезной курицей и отпустили заниматься делами, однако Фоэльх не торопился. Он не отрывался от экрана ноутбука, монотонно пощелкивая тяжелыми кольцами на пальцах.
— Передай обоим, что, если эти идиоты придут с просьбой повысить оплату аренды, я выброшу их из своего кабинета. Причем не через лифт. А вслед за ними отправятся Тай и Доэрлим.
Тисс робко пообещала все выполнить и продолжила ждать финального решения. Однажды, получив приказ, она поспешила на выход, однако Фоэльх одарил ее пламенной речью о том, что сотрудники выходят исключительно после позволения старшего, и плевать, сколько тот будет сидеть молча.
Директор еще несколько минут стучал по клавиатуре, а затем вдруг дернулся. Тисс подняла голову и зацепилась взглядом за странное движение, однако директор продолжал сидеть как и прежде. Она моргнула пару раз. Затем закрылась глаза, сделала вдох и вновь открыла. Не помогло. Позади Фоэльха, освещенного сверху широкой лампой, образовалась какая-то тень. С каждой секундой она все больше наливалась цветом и становилась подвижнее. Две руки (если таковыми их можно назвать) тяжело опустились на плечи Фоэльха, а сама тень навалилась на него и потянула вниз. Однако сам директор оставался неподвижен. Тисс уже открыла рот, собираясь спросить, хорошо ли тот себя чувствует, как Фоэльх захлопнул крышку ноутбука и резко встал. Тень упала к его ногам, словно плащ.
— И чего ты встала?! Иди займись делом. — в спину выскользнувшей в коридор Тисс донеслось: — Женщины все такие медленные и тупые? Найду толкового ассистента, и ты вылетишь из компании!
Радуясь тому, что сегодня обошлось без брошенных в ее сторону предметов, Тисс заглянула в кабинет Доэрлима, однако того на месте не оказалось. Идти на верхние этажи и искать там Тая эя Эйни не шибко хотелось, потому она скрасила ожидание секретаря Фоэлха тем, что готовила комнату, в которой будет проходить встреча. Поставила по бутылке воды напротив каждого стула, пополнила запасы бумаги в принтере, бросила в контейнер пару ручек и напоследок подошла к выключателю. Щелкнула, проверяя свет чисто по привычке, однако тот вдруг не загорелся. Лампа странно гудела.
Сонный техник посоветовал ей взять стремянку и покрутить лампу в разные стороны. На вопрос, не ударит ли ее током, техник ответил, что в офисе можно умереть более страшной смертью, и сбросил звонок. Справедливо.
Стремянки в подсобке не оказалось. Заведующий по складским помещениям этого отдела пожал плечами, мол, кто-нибудь из сотрудников взял, чтобы долезть до потолка и привязать веревку.
На обратном пути к комнате собраний Тисс вновь зашла к Доэрлиму, но кабинет секретаря оставался девственно пуст. В темной переговорной она поставила стул под гудящую лампу и встала на него, запоздало осознавая, что попросту до нее не дотянется. Для приличия попыталась, конечно, но через секунду принялась спускаться на пол. Оперлась рукой на спинку стула, собираясь слезть осторожно и элегантно, однако старая мебель под ней вдруг зашаталась. Вместе со стулом зашаталась и Тисс. Упали они втроем. Стул — с грохотом, Тисс — со стоном, странная угловатая материя, свалившаясь с потолка, — с шипением. От вспышки боли девушка зажмурилась, а открыв глаза, поймала чей-то очумелый, обезумевший взгляд из-под стола. Лежа на полу, Тисс вскрикнула и попыталась отползти. Спина ударилась о стул. Материя, реагируя на неприятный шум, спрятала глаза и впиталась в пол.
— Что тут за шум? — В переговорную заглянул Мияфэй, начальник охраны головного офиса. Первым делом он убедился в целостности несущих стен комнаты. Затем — в целостности техники. Дальше бросил беглый взгляд на Тисс и устало закатил глаза. — А, это всего лишь вы.
— Всего лишь я, — передразнила она, вставая с пола и поправляя юбку, — У вас тут мыши по офису бегают.
Мияфэй напрягся и посмотрел под ноги:
— Смеётесь? Как тут могут быть мыши? Только перетравили всех.
— Одна секунду назад убежала в вашу сторону, — сохраняя серьезный и обеспокоенный вид, Тисс поставила на место стул. Мияфэй рванул прочь. Вероятно, искать мышь, ведь если та попадется на глаза Фоэльху...
Тисс фыркнула и позвонила технику, соврав, что лампа в переговорной взорвалась. Набежавшие электрики, уже наслышанные про мышь, с опаской ходили вокруг лампы, дергая свисающие с потолка провода. Из-под стола на всю бригаду снова смотрело угловатое и человекообразное существо. Давно стало ясно: если Тисс видит что-то странное — что-то странное тоже видит Тисс.
Доэрлим так и не появился. Секретарь секретаря (какие только должности не придумывали, чтобы устроить в престижную компанию родственников) толком не смог объяснить, куда исчез главный помощник Фоэльха, потому Тисс поплелась на верхние этажи. Тревожить Тая было страшновато, хотя тот ни разу не обидел ее. Но от тихого, всегда уравновешенного мужчины она ощущала большую опасность, чем от его раздражительного, но до боли предсказуемого отца.
Верхние этажи, где находились команды по выработке стратегии и рекламе, встретили Тисс тишиной, разбавленной редкими разговорами и гудением техники. Здесь было куда светлее и просторнее, чем в комплексе, принадлежащем Фоэльху. Пространство компании неравномерно делилось между всеми представителями семьи Эйни. Ходили слухи, что их предки были каким-то дворянами, а сам род тянется корнями во времена монархии, однако Тисс в подробности не вдавалась. Всё, что ей было нужно, выполнять поручения директора и не оказаться в числе уволенных (список коих пополнялся ежедневно). Так, этажи, где всем заправлял Фоэльх, были заставлены крупной мебелью, свет там струился холодный и практичный, никаких аксессуаров или лишних предметов. Только рабочие и необходимые вещи.
Этажи Тая, напротив, обладали какой-то приятной, спокойной притягательностью: здесь главенствовал дневной свет, огромные окна и минимум мебели (не такой громоздкой). Этажи старшей дочери, Лаимир, и вовсе отличались стилем от всего здания. Тисс точно не знала, чем занимаются команды, которыми дочка директора руководила, но это было косвенно связано с интернет-продвижением и сотрудничеством с компаниями и частными лицами. На этажах Лаимир Тисс доводилось бывать лишь несколько раз: там всегда было шумно — играла тихая музыка, кто-то вел созвоны, кто-то смеялся в зонах отдыха. Стены здесь были увешаны мотивационными плакатами, повсюду ресклеены стикеры со смешными надписями. А еще здесь не бывало тех, кого не видели люди. Тени не забредали в коридоры Лаимир, зато активно блуждали по кабинетам Фоэльха.
Почему? Тисс не могла понять.
На подходе к кабинету Тая она столкнулась с его личным помощником. Ша’арнез сидел прямо на полу под дверью, словно сторожевой пес. В его руках звенели многочисленные ключи, которые тот подбрасывал в воздух и ловил. Тисс усмехнулась, поймав его взгляд:
— Хозяин выгнал за немытые лапы?
— Издалека почуял угнетенную сумраком душу и вышел встретить.
Тисс притворно засмеялась, но внутренне содрогнулась. Временами Ша’арнез выдавала подобные фразы, как бы невзначай, и у девушки закрадывались мысли о том, что он тоже мог видеть
их. Странный тени, силуэты, людей, проходящих сквозь прохожих, зверей, не похожих на привычных кошечек и собачек. Тисс ведь не являлась сумасшедшей? И не могло быть так, что она одна замечала то, чего, казалось, не существовало в мире. Или в том мире, в котором она жила. А были ли другие?
Однако Ша’арнез никогда не дергался, не реагировал на внезапное появление существ. Не смотрел подолгу в темные углу, стремясь разглядеть силуэты. Может, Тисс просто проводила с ним ничтожно мало времени, чтобы заметить? Или он настолько привык к странностям, что уже не обращал внимания. Или просто являлся человеком суеверным, привыкшем говорить о душах. А шутки о «сумраке», который поглощает работников Фоэльха, можно услышать от многих других сотрудников.
— Тай в кабинете?
— Да, — Ша’арнез наконец встал, прислушиваясь, — Что-то срочное?
— Господин Фоэльх попросил кое-что уточнить.
— Подожди тут.
Он скрылся за двустворчатой дверью, а Тисс осталась стоять в коридоре. Из-за спины вылез чей-то длинный мохнатый хвост. Тисс махнула по нему рукой — пальцы прошли сквозь плотную дымку. Сам хвост растворился, чтобы через минуту оплести ее ногу. Внизу, прижавшись горячим боком к коленке девушки, стояло что-то похожее на медвежонка. Только с длинным пушистыми хвостом. И огромными, далеко не медвежьими ушами по бокам головы. И ростом с годовалого ребенка. Тисс старалась не издавать лишних звуков, пока стоящее на двух задних запах животное прижималось к ее ноге и, кажется, тоже слушало, что происходит за дверью. Или что происходит с ней самой.
— Входи, — голова Ша’арнез высунулась из проема. Следом распахнулась одна из дверей.
Тисс сделала неуверенный шаг, боясь, что вес существа окажется вполне осязаемым, однако, кроме легкого сопротивления, ничего не ощутила. Нога словно рассекла поверхность стоячей воды. Зверь же прыгнул на четыре лапы и стал плестись между ног Тисс, вертя мордой и длинным носом. Чем детальнее Тисс разглядывала существо, тем меньше оно напоминало маленького медведя.
В очередной раз переставляя ногу, Тисс столкнулась с преградой. Каблук ее туфли уперся в невидимую стену. Девушка по инерции дернулась вперед. К счастью, Ша’арнез подставил руку и не дал ей впечататься лицом в пол.
— Вроде под ноги смотришь, а порога не видишь, — тихо и без придирки сказал он, закрывая за Тисс массивную дверь.
— Да просто.... — она поискала взглядом зверя, сквозь тело которого не смогла разглядеть порожек, но его уже и след простыл, — Задумалась.
— Меньше думать надо, а то голова распухнет, —
«тебе это точно не грозит», — Тай в кабинете. Дорогу назад найдешь.
Приемная оказалась пуста. Хотя Тисс очень не хотелось идти в сам кабинет, она осторожно добралась до прозрачных дверей и занесла кулак, чтобы постучать. Тай, будто почувствовав ее присутствие, оторвался от чего-то лежащего на столе и кивнул ей. Тисс, держа спину ровно, прошла почти к его столу, едва склонив голову, как делала это перед Фоэльхом.
— Доброе утро, господин эя Эйни, — Тисс остановилась в паре шагов от мужчины, не решаясь приближаться. Тай выглядел задумчивым: пальцы его были сплетены в замок, но взгляд устремлён прямо на неё. Он вежливо улыбался, но смотрел холодно, аж поежиться захотелось. На столе лежала раскрытая папка с какими-то графиками, но Тисс не позволяла себе смотреть в ту сторону дольше секунды. В глаза Таю, впрочем, тоже. — Господин Фоэльх, узнав о встрече с представителями лизинговой компании, потребовал узнать, с какой целью они приедут. Всё же вы и господин Доэрлим вели с ними переговоры...
Его лицо оставалось непроницаемым. Не изменился ни взгляд, ни положение губ. Только какая-то тень промелькнула на лице. Тисс уже хотела оглянуться, чтобы убедиться, что
ее галлюцинации странные сущности не пробрались в кабинет, но вовремя поняла, насколько странно это будет выглядеть.
— Они хотят расторгнуть договор, — совершенно спокойно, будто отмечая царившее за окном погодное буйство, ответил Тай, — Со следующего месяца склады нам больше не принадлежат. Конкуренты сделали предложение лучше. Доэрлим пытался их переубедить, но безуспешно.
Тисс почувствовала, как внутри что-то сжалось. Дышать стало сложнее, будто на ее животе затянули корсет. Она прекрасно знала, что случалось с птичками, которые приносили Фоэльху на хвостике плохие новости. В прошлый раз бедняга покидал кабинет с рассечённой бровью (прилетело в него то ли пепельницей, то ли портсигаром) и приказом об увольнении. Подписан тот был, вероятно, прямо на месте кровью несчастного.
— А вы.... — она запнулась, подбирая слова. Характер у Фоэльха был буйный, а ледяная непоколебимость Тая доводила ее до дрожи в ногах в разы сильнее. Или, скорее, его излишне внимательный взгляд, — вы будете присутствовать на встрече?
Тай покачал головой:
— Это зона ответственности отца. И Доэрлима, если тот рискнет показаться.
«Так этот поганец узнал о дурной вести первым и предпочел слинять втихомолку?», — мысленно возмутилась Тисс, но вслух лишь пробормотала:
— Всё поняла. Передам директору в сию же минуту.
Она уже напряглась, готовая ретироваться подальше от кое-чьих пронзительный глаз, но голос Тая остановил её:
— Тисс. Будьте осторожнее сегодня.
Тисс медленно выдохнула. Ей захотелось распахнуть глаза и спросить, угроза это или предостережение, но месяцы работы на Фоэльха научили ее молчать в присутствии любого эя Эйни, держать маску спокойствия и тихого почтение. А еще не задавать вопросы. Ответы на них порой стоят куда больше, чем есть у тебя на счете.
От чего он предостерегал ее? От гнева отца? От собственного гнева? От чего-то, что не видел, но чувствовал? Мысленно тряхнув головой и выбросив глупые, жужжащие мысли, Тисс вышла, плотно притворив за собой дверь. Ша’арнеза в приёмной не нашлось. Под потолком, в углу, что-то копошилось — чёрное, бесформенное, с множеством тонких лапок, перебирающих воздух. Тисс сделала вид, что не заметила, и быстрым шагом направилась к лифту.
Фоэльх встретил её так же — не поднимая головы от ноутбука. Порой Тисс казалось, что она проходит какой-то дурацкий квест, постоянно выполняя не те действия и возвращаясь на исходную точку. На этот раз директор пил кофе, рука его слегка подрагивала. Рядом, кроме кружки, ничего тяжелого не было. Чисто теоретически, от кружки с горячим кофе Тисс увернется. На практике — узнает через пару минут.
— Ну? — гаркнул он, едва Тисс переступила порог.
— Ваш сын просил передать, что лизинговая компания намерена расторгнуть договор. Им поступило более выгодное предложение, — отчеканила Тисс, ощущая себя солдатом в первые дни пребывания в армии: еще неумело, но так, как наслушалась от старших товарищей.
Фоэльх не закричал. Не швырнул кружку. Хотя Тисс уже напряглась всем телом, готовая прятаться за высоким горшком с декоративной пальмой. Подарком Лаимир. Фоэльх просто замер. На несколько долгих секунд в кабинете воцарилась такая тишина, что Тисс услышала, как гудит лампа над головой — точно так же, как гудела та, в переговорной.
«Высшие силы, если вы есть, пускай она прямо сейчас взорвется и убьет меня ударом тока. Или осколком. Чем угодно, лишь бы мгновенно».
— Расторгнуть, — повторил он наконец, совершенно спокойно и по слогам, — Расторгнуть договор, который я лично подписывал три года назад?
Тисс, будучи послушной маленькой ассистенткой, затаила дыхание и уставилась на свои туфли, стараясь занимать как можно меньше пространства.
— Где чёртов Доэрлим?
— Его нет на месте. Вероятно, отбыл по срочным делам...
— Какие срочные дела могут быть у человека, который лишает мою компанию миллионов?! — Фоэльх отбросил ноутбук на вторую половину дивана и встал. Тень, что все еще лежала у его ног, дернулась и обвилась вокруг щиколоток, словно огромная змея.
«Вот бы она откусила ему пятку».
Тисс сделала шаг назад, но Фоэльх не смотрел на неё. Он буравил ненавистным взглядом стену.
— Во сколько встреча?
— В два.
— Подготовь переговорную. И чтобы никаких лишних ушей. А Доэрлима найти и привести. Если надо, достать из-под земли.
В коридоре ее выловил Мияфэй, держащий в одной руке швабру, а в другой — мусорное ведро. Из горла вырвался смешок, но Тисс вовремя сомкнула челюсть, подавляя его.
— Вы мышей не находили?
Тисс первые несколько секунд не понимала, каких, мать его, мышей искал начальник охраны посреди рабочего дня с мусоркой и шваброй. Потом вспомнила инцидент в переговорной и пожала плечами. Смеяться хотелось сильно. И громко. От пережитого стресса и от абсурдности происходящего. Интересно, в цирке выступления похожи на любой день в этом офисе?
— В кабинете господина эя Эйни какой-то писк и копошения слышала. Ох, и разозлился же он... — Тисс прошла мимо охранника, спеша скрыться из его поля зрения. Пускай и дальше ищет несуществующий грызунов.
— Беда... — А затем в спину донеслось: — А какого из эя Эйни?
Но Тисс уже не обернулась, прячась на лестничном пролете.
В два часа ровно делегация из трёх человек вошла в переговорную. Тисс уже успела всё перепроверить: вода, ручки, блокноты. Лампу, к удивлению, починили, и она больше не гудела. Странная материя, свалившаяся утром с потолка, исчезла. Или спряталась так хорошо, что Тисс не могла её обнаружить. Сама же девушка стояла у стены, готовая в любой момент подать бумагу или принести ещё воды. Сбоку, на табуретке, покоился найденный в кладовке Доэрлим. С Тисс он вежливо поздоровался и умолк, непривычно забитый и тихий. Видимо, успел переговорить с Фоэльхом лично.
Представители оказались сухими, деловитыми мужчинами в дорогих костюмах. Надменные и привередливые, они успели достать не только Фоэльха, но и Доэрлима — человека, между прочим, такого же уравновешенного, как и Тай. Фоэльх, не изменяя себе, вошёл, опоздав на пять минут. Без приветствий, без рукопожатий — сразу к своему месту во главе стола. Тисс заметила, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих папку с копией договора.
— Я слушаю, — бросил он вместо вежливого приветствия, которым его наградили гости.
Щуплый, старый на вид мужчина не моргнул и глазом. Он раскрыл кейс, достал аккуратно подшитые листы и положил их на стол перед Фоэльхом. Директор мельком пробежался по ним, а затем откинул на край стола.
— Фоэльх Эя Эйни, компания «Хантер-Лизинг» уведомляет вас о расторжении договора аренды складских помещений с 1-го числа следующего месяца в соответствии с пунктом 14.3 договора, подписанного вами лично в начале сотрудничества. Все финансовые неустойки будут урегулированы в течение тридцати рабочих дней.
Тисс сделала шаг назад и задела плечо Доэрлима. Тот осторожно похлопал ее по лопатке в знак немой поддержки. Тисс запоздало подумала о том, что здесь не хватало Тая. Наверное, его спокойствие могло и ей внушить определенную уверенность. «
О чем я вообще думаю?». Побоявшись развивать странную, въедливую мысль, Тисс вернулась к переговорам, с разочарованием осознав, что пропустила часть диалога. Фоэльх уже успел выйти из себя достаточно, чтобы позволить повысить голос.
— Вы издеваетесь? Вы пришли в мой офис, сели за мой стол и предлагаете расторгнуть договор, который приносит вам сотни тысяч в год?! Каким образом мы должны освободить склады, куда вот-вот привезут новые поставки, за оставшиеся... Сколько?!
— Три недели, — вставил Доэрлим, вспомнив, что, вообще-то, он ведущий ассистент, а не уставшая и изрядно напуганная Тисс. Даже со стула встал для приличия. Очаровательно.
— За три недели?! Где мы найдем новые помещения с пригодными условиями хранения?! Как быстро составим договор с новой компанией?!
— Нам сделали предложение лучше, — спокойно ответил представитель «Хантер-Лизинг», — Это бизнес, господин Фоэльх. Ничего личного.
— Лучше?! — Фоэльх ударил по столу. Бутылки подскочили и повалились. Часть, прокатившись по гладкой поверхности, с грохотом упала на пол. — Да лучше меня никто вам ничего не предложит! Доэрлим! Что там за договор такой убогий, если расторгнуть его можно так легко?!
Доэрлим набрал воздуха, чтобы ответить, но другой мужчина перебил его.
— Сути дела не меняют ваши личные замашки. Нам поступило выгодное предложение, мы его приняли. Все формальности соблюдены. Договор расторгается через три недели. Даже если мы не получим от вас электронное письмо с подписанной копией. Хорошего дня.
Фоэльх не кричал. Это было хуже любого крика. Он стоял, тяжело дыша, и смотрел на удаляющуюся троицу так, будто наделся увидеть, как пол под ними провалится. Прямо до первого этажа. Тисс не смела пошевелиться. Тень за спиной Фоэльха, пробравшаяся в переговорную вместе с открытой дверью, выросла до потолка и теперь растекалась по стенам чёрной смолой. Фоэльх медленно повернулся к Тисс и Доэрлиму.
— Вы. — голос его был вкрадчивым и слишком тихим, — Вы договор читали?
— Нет, господин Фоэльх, — осторожно заговорил Доэрлим, неожиданно делая шаг в сторону и слегка прикрывая собой Тисс. — С договором работали ваши юристы, я его в глаза не видел, а мисс Вэдтри тогда еще даже не работала у...
— В глаза ты только долбишься. А уж точно не видишь. Моего сына. — Фоэльх заговорил громче, приближаясь к застывшим у стены сотрудникам. — Моего драгоценного сына. Тебя, — он ткнул пальцем в грудь Доэрлима, — И тебя, бесполезную, тупую дуру, я бы очень хотел уволить.
Тень потянулась следом, обтекая руку, увешанную кольцами. Тисс зажмурилась, ожидая удара. Или того, что тень схлопнется, сожрав их всех. Так было бы куда проще.
— И сделаю это. Начну с безмозглой курицы, которая не позаботилась о том, чтобы...
«Только не сейчас, у меня оплата аренды через неделю», — Тисс монотонно считала удары собственного сердца, молясь, чтобы их поскорее отпустили. Куда угодно, хоть в мир иной. —
«А еще машину чинить. И шины покупать»
— Отец.
Голос Тая раздался откуда-то из-за спины Фоэльха. Тисс открыла глаза. Доэрлим шумно выдохнул, но от девушки не отошел, продолжая прикрывать ее. Боже, если бы не грозящее увольнение, Тисс расплакалась бы от умиления.
Тай стоял на пороге, держа в руках кейс, похожий на тот, с которым приходили недавние гости. Глядя на него, Тисс почему-то ощущала, как напряжение спадает с плеч.
— Оставь в покое девушку и Доэрлима. Одна от страха поседеет, а второй скончается. Тебе разве нужны сейчас судебные разбирательства?
Тисс искренне позавидовала столь снисходительному тону. Если бы она могла разговаривать так с Фоэльхом и не оказаться на грани смерти (от его рук или от нищеты), то сейчас, вероятно, не пряталась бы за Доэрлима.
Фоэльх обернулся, потеряв к сотрудникам всякий интерес. Рука его, уже занесённая для удара, опустилась.
— Ты знал об этом?
— Узнал вчера утром, потому и попросил Доэрлима назначить на сегодня встречу.
— И ничего не сказал сразу?!
— Сказал бы — и ничего не изменилось, — Тай вошёл в комнату, положил кейс на стол. Взгляд его зацепился за валявшиеся на полу бутылки с водой. Он бещ задней мысли опустился и поднял их, возвращая на место. Тень попыталась дернуться к нему, вместе с ней дернулась и Тисс, будто могла оттолкнуть ее от Тая. Но материя вдруг отшатнулась от мужчины и прыгнула обратно на плечи Фоэльха, — Время, которое мы бы потратили на споры с «Хантер-Лизинг», я потратил на поиски других вариантов. Компания «Северные склады» готова предложить аренду на десять процентов дешевле. Помещений, конечно, куда меньше, но это в любом случае лучше, чем сейчас в спешке грузить собственные склады.
Фоэльх тяжело опустился на стул. Тень, окутавшая его, съёжилась и уползла под стол. Тисс проследила за ней, но потеряла из виду, когда та просочилась под пол. Когда подняла глаза, поняла, что на нее в упор смотрел Тай. По его взгляду невозможно было понять, какие выводы он сделал. И увидел ли?
— Убирайтесь, — грозно рявкнул Фоэльх, оборачиваясь через плечо, — Хотя нет, только ты. Доэрлим, иди сюда и оценивай риски. Хоть какую-то пользу привнесешь.
Тисс не заставила себя ждать. Она выскочила в коридор, не оборачиваясь. Сердце колотилось где-то в горле.
В коридоре, прямо перед ней, материализовался тот же странный зверь. Он поднял морду, посмотрел на Тисс хищными зрачками и тихо заурчал, будто насмехаясь. Тисс медленно вдохнула, затем выдохнула. Повторила еще несколько раз. Она не представляла, чем для нее закончится сегодняшний день, но одно знала наверняка: пока она не пополнила список уволенных и отправленных в кому. А это уже победа.
К шести вечера Тисс выскользнула из офиса, ощущая себя той самый мышью, за которой охотился начальник охраны. По пути она столкнулась с Доэрлимом, пожелавшем ей удачи. В лифте проехалась до первого этажа с Ша’арнезом. Тот даже не пошутил о сегодняшнем происшествии, хотя, Тисс была уверена, Тай обо всем ему рассказал. Больше, к счастью, на пути никто не встретился. Дождь к тому времени закончился, но асфальт до сих пор блестел, отражая оранжевый свет фонарей. Тисс решила не испытывать прочность своего кошелька и не вызывать такси. Лучше медленно прогуляться, проветрить голову. Район тут безопасный, улицы постоянно полны туристов и гуляющей молодежи.
Она свернула в переулок, который вел к набережной. Эту дорогу Тисс заприметила ещё в первую неделю работы в офисе эя Эйни. Идя по ней, приходилось делать дополнительный полукруг, но шумящее море и запах свежего берега успокаивали ее. Каждый камень, каждая вывеска, каждая трещина в асфальте казались знакомыми. Тисс сняла наушники, прислушиваюсь к чайкам, но те, видимо, уже спали. Море тоже не накатывало на каменный берег, оставаясь статичным и неподвижным.
Поток мыслей прервало размашистое движение сбоку. Крупная птица с мордой, напоминавшей змеиную, расправила крылья и уставилась на Тисс. Вокруг существа вились цветные полупрозрачные сферы. Птица сидела на козырьке какого-то магазина, совершенно не боясь света фонаря и прохожих. Слишком осмысленный, не звериный, а человеческий взгляд смерил Тисс, оценивая. Птица —
или то, что притворялось ей, — наклонила голову и щелкнула пастью. А потом взлетела. Не спеша, тяжело, словно её тело весило куда больше, чем могли поднять крупные, но тонкие крылья.
Тисс пошла за ней. Сама не понимая зачем. Просто следовала по знакомой дороге, сопровождая странное создание, что все время оборачивалось, проверяя, не отстала ли девушка. Птица летела низко — даже не столько летела, сколько парила, скользя по воздуху. Каждый взмах её крыльев отдавался в висках тупой пульсацией, что вскоре превращалась в горячую волну, расслабляя мышцы.
Птица нырнула в арку. Тисс нырнула следом. За поворотом должна была оказаться широкая улица с музыкантами.
Но музыка не заиграла. Или Тисс просто не услышала ее из-за головной боли. Она зажмурилась и на секунду потеряла птицу из поля зрения. Когда вновь попыталась сосредоточиться на окружающем мире, вокруг уже никого не было. Тисс стояла на улице, которой никогда раньше не видела. И сейчас, вспоминая карту района, она сомневалась, что тут вообще могла находиться улица. Тисс обернулась. Арка, ведущая обратно к набережной, исчезла. Вместо неё — глухая стена, покрытая шевелящимися тенями и глазами, блуждающими по материи этих теней.
— Что за?..
Тисс моргнула. Ударила себя по затылку. Мир не менялся.
Узкая извивающаяся улица, вымощенная булыжником, который, вероятно, помнил ещё копыта крестьянских лошадей. Дом
а липли друг к другу, как пьяные товарищи. Окна под крышами были плотно занавешаны или закрыты створками. На первых этажах располагались вывески: какие-то горели тусклым неоновым светом, другие покачивались под порывами несуществующего ветра. Деревянные, с выжжеными на досках названиями, перемежались с современными, окруженными дымкой и гирляндами.
«Я окончательно сошла с ума? Или это просто галлюцинация? Может, пора принимать таблетки?»
Тисс покрутила головой. Присмотрелась. Пустая, на первый взгляд, улица неожиданно стала проявляться с иной стороны — по ней шли силуэты. По одиночке и компаниями, высокие и крошечные, похожие на людей и совершенно бесформенные. Тисс смотрела на них, но те не обращали на нее никакого внимания. Только обходили стороной. Продолжая идти вперед, Тисс сделала для себя новое открытие: существа не только двигались, но и разговаривали. Просто она их не понимала. Или не слышала. Слова теней ее ушами воспринимались как надоедливое гудение. Прямо как у ламп в офисе.
«А если?..»
Тисс замерла. Кольнуло в затылке, будто кто-то клюнул ее в голову. Девушка обернулась, ожидая увидеть ту птицу со змеиной головой. Вместо зверя по улице, метрах в двадцати, за ней шёл человек. Или не человек. Он был явно материальнее окружающих теней. И, Тисс точно знала, отлично ее видел. И не просто видел. Хотел видеть. Следил. Слишком высокий, слишком худой. Абсолютно нескладный, будто манекен, к которому прилепили конечности разных кукол. Руки болтались, словно плети. Будто непривычные ему. Мешающие. А лица не разобрать — под капюшоном одна темнота. Он не приближался, но и не отставал. Просто шёл. Размеренно. Неотвратимо.
Тисс вспомнила все прочитанные статьи и просмотренные видео о маньяках. Что советуют делать в таких случаях она не вспомнила. Зато перед глазами предстали картинки, в каких состояниях находили тех, кто не успел сбежать.
Бежать. Эта мысль ударила в голову так неожиданно, казалось, и не принадлежала ей вовсе.
Шаг. Ещё шаг. Фигура под капюшоном чуть наклонила голову. В нее врезалась тень, но тут же растаяла, потеряв прежнюю статичную форму.
Тисс, поддавшись инстинкту, рванула к ближайшей двери. Не читая вывесок, она дернула ручку. Заперто. Рванула к следующей. Тоже. Она двигалась по улице вниз, пытаясь ухватить хоть одну тень и бездумно дергая двери, пока одна из них не распахнулась. Тяжёлая на вид, дубовая, с кованой ручкой в виде драконьей головы. Тисс влетела внутрь, захлопнула створку и прижалась к косяку спиной.
Сердце колотилось где-то в горле. Дыхание сбилось.
Она прислушалась. Опустила веки. Шедший за ней стояла по другу сторону двери и, вероятно, выжидал.
— А вот и первая нервная истерика, — раздался голос откуда-то сбоку, — Обычно они начинаются через час после закрытия. Ты рановато, дорогая.
Тисс повернула голову так резко, что перед глазами потемнело.
Лавка оказалась… странной. Полки уходили под потолок, заставленные склянками, коробками, свёртками, чучелами непонятных животных и растениями, которые шевелились, касаясь всего, до чего дотягивались их листья, шипы, когти, руки... Воздух пах пылью и дымом. И чем-то ещё — чем-то сладковатым и одновременно колючим. Как заряженный перед грозой. Было почти темно, свет излучали лишь несколько свечей и какие-то товары. В центре, на прилавке из чёрного дерева, сидел мужчина.
Если его можно было назвать мужчиной.
С острыми чертами лица, черными волосами ниже плеч. Часть его кожи была то ли покрыта татуировками, то ли гримом. Среди прямых смольных прядей Тисс заметила несколько тонких косичек, сквозь которые были продеты украшения. Глаза вертикальные, с золотыми зрачками, а на пальцах — когти. Не накрашенные и наращённые ногти, а настоящие когти. Длинные, изогнутые, чёрные.
— Добро пожаловать в магическую лавку «С огоньком», — он улыбнулся, и в свете блеснули острые зубы. — Я Нариальм. Хозяин этой лавки и всего, что в ней есть. А также всех, кто в ней есть. Правила висят на двери за твоей спиной. Искренне советую ознакомиться.
Тисс хотела сказать что-то, но из горла вырвался только хрип.
— Не переживай, — Нариальм махнул рукой. — Тот тип сюда не сунется. Скажу по секрету, он у нас в черном списке.
Нариальм наклонился вперёд, опираясь на собственные колени, а затем спрыгнул. Даже с расстояния Тисс могла понять, что рост у того был... огромными. А когда Нариальм встал рядом с ней, Тисс, далеко не низкая девушка, оказалась ему едва ли по грудь.
— Кто он? — спросила с опаской, не зная, кого бояться больше: существа с улицы или странного лавочника.
— Откуда мне знать? Может, охотник. Может, покойник. Может, отбойник. Какая разница? Тут всякие бродят.
— И чего он хотел?
— Ответ тот же. — Нариальм указал куда-то назад, — Правила. Ознакомься, чтобы потом жалобы не писать.
Тисс отвернула к двери, давая себе передышку. Нариальм отошел, копошась за прилавком. По правилам она пробежалась мельком. Такие бы в офисе Фоэльха повесить. Очень в тему будет.
— Так что покупать будешь?
— Я не планировала сюда заходить. Да и в принципе на эту улицу. Просто птица...
— Глупости. — перебил ее Нариальм, — Если ты попала сюда, значит, что-то искала.
«Выход?»
— Или искали тебя?.. — мужчина медленно наклонил голову. Глаза его сверкнули в темноте. — Шучу.
— Значит, ты тоже их видишь? — поспешила перевести тему Тисс, прикидывая, как удрать из лавки и желательно от твари за дверью.
— Вижу.
— И что это? Точнее, кто они?
Нариальм пожал плечами, протирая чей-то череп.
«Надеюсь, декоративный».
— Какая разница?
— Их не видят другие люди.
— Поправочка. Их не видят люди.
Тисс нахмурилась:
— Я человек.
— Спорное утверждение, но у нас толерантное общество. — Нариальм рассмеялся — сухо, как треск бревен в костре. Поставил череп обратно на стол и погладил его. — Ладно, просмотри товар. Может, что приглянется. Быстрее купишь, быстрее вернешься домой.
От услышанного Тисс едва не захлопала в ладоши от счастья. Домой хотелось безумно. Она повертела головой, высматривая самый безопасный на вид товар. Ей не хотелось задавать вопросы о том, что происходит и точно ли она еще жива, а не видит бред коматозного. Нариальм вышел из-за прилавка и повёл её между стеллажами. Тисс послушно плелась следом, краем глаза следя за дверью — не откроется ли, не войдёт ли монстр.
— Вот, смотри, — Нариальм снял с полки банку с чем-то синим и пульсирующим. — Светлячки, замаринованные в спирту. Работают как ночник. Если спирт выпить сама увидишь в темноте. Но лучше не пей, в темноте иногда такие рожи, бр-р-р. А вот это — кепка-невидимка. Стильно, модно, молодёжно. Не мнётся, не пачкается, но если надеть задом наперёд — видеть будут тебя, но не ты. А это, — Нариальм ткнул когтем в стеклянный шар, внутри которого крутился маленький смерч, — личный помощник. Отвечает на вопросы. Правда, врёт в каждом третьем слове, а каждое пятое произносит по буквам наоборот.
— Господин Нариальм, — Тисс наконец набралась смелости, — я просто спряталась от… от того человека. Я ничего не собиралась покупать. У меня не так много денег, если вы тут расплачиваетесь ими, а не кровью.
Лавочник остановился и медленно повернулся к ней. Золотые глаза сузились.
— Дорогая, ты уже вошла. Ты уже увидела. Обратного пути нет. Так что выбирай что-нибудь.
— Тогда покажите что-то недорогое и безопасное.
Тисс сглотнула. Она обвела взглядом полки. Скелеты в банках. Зеркала, в которых отражалось что угодно, кроме окружающей действительности. Свечи, горящие пузырьками воды. Амулеты. Кольца. Брелоки. На отдельном крючке, чуть в стороне, висели маленькие металлические пластинки на цепочках. Незнакомые иероглифы, выгравированные на тёмном серебре. Украшения выглядели почти обычным — если не считать того, что гравировка слабо светилась, когда Тисс смотрела на нее.
— А это? — спросила она, кивнув.
Нариальм проследил за её взглядом и довольно ухмыльнулся.
— О, хороший выбор! Это новая судьба. Вещь крайне компактная. Легко крепится на ключи, сумку или куда пожелаешь. Можем превратить в сережку или протез зуба. Горные мастера делали. Каждый иероглиф — это нить. Переплетаются в новый узор. Старая судьба остается при тебе, но как бы к ней дописываются новые страницы. Работает в 50% случаев с гарантией, без гарантии — работает примерно в семи случаях из десяти.
— Новая судьба, по вашему мнение, не самое опасное тут?
— Ха-ха, поверь, дорогая, — Нариальм опустил когтистую руку на плечо Тисс, — Это цветочки по сравнению с другими отделами лавки.
— Сколько? — спросила Тисс обречённо.
— А сколько дашь? Кстати — купленная судьба возврату не подлежит. Там в правилах 18 пункт. Но если ничего не купишь, судьба сама тебя купит. Ты ей приглянулась.
— У меня только банковская карта.
— Скучно. — Нариальм развернул Тисс спиной к брелочкам, — Ничего больше не предложишь? Жаль. Но вообще-то всё равно, я в любом случае конвертирую все в золото.
Тисс достала из сумки кошелёк. Нариальм махнул рукой, едва не зацепив когтями кожу на лице.
— Скидка для бедных, но перспективных. В качества расплаты беру парня, которого ты притащила на хвосте. Мне тут порядок надо навести, а у него там рук больше шести, как раз управиться к обеду, — Он щелкнул пальцами и судьбы разложились на столе, появившемся прямо перед Тисс. — Твоя новая судьба. Выбирай.
Тисс предпочла не уточнять, удерживая вопросы на языке. Вместо этого взяла брелок. Металл оказался тёплым, живым. Иероглифы переливались в тусклом свете, складываясь в узоры, которых она не понимала, но чувствовала кожей. Она повесила брелок на ключи, сунула их в сумку.
— Теперь я могу вернуться?
— Иди, — Нариальм указал в сторону двери, но не той, через которую Тисс вошла. Стеклянные створки возникли в стене за прилавком. — Улица выведет тебя прямо к дому. Только не оборачивайся, пока не дойдёшь до него. И не корми никого по дороге.
Тисс кивнула. Вышла. Оборачиваться побоялась, хотя взгляд Нариальма жег плечи. Улица снаружи была пуста. Ни странного человека, ни птицы, ни теней. Обычный переулок, ведущий на набережную. Обычные фонари. Обычный асфальт. Все обычное. Кроме Тисс.
Она прошла десять шагов, двадцать, пятьдесят. Добравшись до дома, решила обернуться, словно могла вновь найти взглядом что-то выбивавшееся из реальности. Позади не было ничего.
Поднялась на свой этаж, дрожащими руками открыла замок, впустила в квартиру запах холодной ночи и собственный сомнений.
— Завтра иду к врачу. Или к шаману.
Она так и не могла дать себе однозначного ответа, было ли происходящее правдой или лишь ее галлюцинациями, но брелок на ключах всё ещё светился. Слабо. Едва заметно. Тисс не стала его снимать.
