Mint & chocolate

Солнечные лучи пробивались сквозь легкие шторы и ложились золотыми полосами на большую кровать. Джисон проснулся первым, или скорее его разбудило ощущение, что он не один. Теплое, большое тело альфы обнимало его сзади, одна рука лежала на талии, вторая под подушкой омеги, а нос уткнулся в затылок. Мятный запах был густым, насыщенным, смешанным с его собственным шоколадом, и от этого внутри все сладко ныло. Омега пошевелился, и сразу почувствовал волнующее возбуждение от этой близости. Низ живота отозвался приятной, глубокой утомленностью, между бедер стало тепло и влажно, сильно захотелось снова ощутить наполненность. Щеки мгновенно вспыхнули от смущения собственных желаний. Он не ожидал такой внезапной жадности. Омега попытался повернуться, но Минхо только сильнее прижал его к себе, низко и возмущенно рыкнув во сне. Хвост пантеры лениво обвился вокруг бедра Джисона. "Мой… мой альфа… мой Минхо-я." Джисон тихо хихикнул этому собственническому порыву альфы. Его сердце забилось чаще, хотелось повернуться, поцеловать, потрогать. Хотелось, чтобы альфа проснулся и снова сделал ему хорошо, очень хорошо. Сони тихо вздохнул и осторожно, почти не дыша, развернулся лицом к Минхо. Черные волосы растрепались, длинные ресницы отбрасывали тени на скулы, губы были чуть приоткрыты. “Красивый, такой красивый, такой милый во сне. Хочу…” Джисон потянулся и очень-очень осторожно поцеловал Минхо в уголок губ. Потом еще раз, но уже смелее. Альфа заворчал, но не проснулся. Тогда омега решился на большее: прижался всем телом, обвил шею руками и начал покрывать поцелуями лицо, шею, ключицу, грудь. Хвостик нервно бил из стороны в сторону. Он начал влажно целовать грудные мышцы альфе, вылизывать ее, хотелось искусать и отметить каждый миллиметр этих чарующих мышц. Минхо открыл глаза ровно в тот момент, когда Джисон лизнул его сосок. - Котенок… - голос был низким и хриплым от сна, но в нем уже звучало теплое предостережение. - Ты что делаешь? - Н-ничего… - прошептал Джисон, щеки горели, а в глазах было столько притворной невинности и скромности. - Просто… хочу тебя. Минхо замер на секунду, потом его губы медленно растянулись в хищной, очень довольной улыбке. Черные глаза потемнели. “Кто бы мне сказал об этом пару недель назад, решил бы, что этот человек сошел с ума. Какой он милый и горячий одновременно”. - Хочешь? - он перевернул омегу на спину одним движением, навис сверху, прижимая запястья к подушке и вдавливая тазом в постель. - Прямо сейчас? - Д-да… пожалуйста… Минхо хмыкнул и начал покрывать мокрыми поцелуями тело омеги, потираясь возбудившимся членом о напряженный животик. Сони начал выгибаться и подставляться под ласковые касания, но нетерпеливо заскулил, желая большего. Утренний секс получился медленным, но глубоким, от этого еще более интенсивным. Минхо входил неторопливо, наблюдая за каждым выражением лица Джисона, целовал его в губы, в шею, в ушко, шептал "мой", "красивый", "мокрый для меня". Джисон мурлыкал, обвил ногами талию альфы, коготки впивались в плечи. Когда Минхо ускорился, омега уже не сдерживал голос - высокие и яркие стоны стали самой любимой музыкой для альфы. Они кончили почти одновременно, прижавшись лбами, тяжело дыша в один ритм. Минхо долго не выходил, не хотел покидать это приятное и засасывающее тепло, поэтому лежал сверху, целуя мокрые от слез удовольствия щечки Джисона. - Ты меня убьешь, котенок, - тихо рассмеялся он. - Я же хотел дать тебе отдохнуть. - Не надо мне отдыхать, - возмутился Джисон, мило надувая щеки и дуя губы. - Хочу тебя. Еще… Сильно... Это… нормально? - Для меня - да. - Минхо поцеловал его в нос. - Мы истинные, наши тела познали близость друг друга. Твое тело теперь требует меня. И я… я тоже не могу без тебя. Чувствуешь? Он слегка толкнулся внутри, и Джисон тихо застонал, он чувствовал. И только сейчас осознал, что чувствует и укрепляющуюся связь, которая пульсировала между ними теплой и крепкой нитью. Омега понял, что ощущает сильно желание, но не только свое, оно исходило и от Минхо, это их общее желание друг друга. Они пролежали еще почти час, просто обнимаясь, целуясь, гладя друг друга. Потом Минхо все-таки встал с манящего тела, поднял омегу на руку и направился в душ. Джисон смущался и прятал взгляд, пока альфа заботливо намыливал ему волосы, водил руками по телу. Касаться интимных мест хотелось, но альфа сам посмущался при ярком свете, поэтому пока мылся сам, то тактично повернулся в сторону. Минхо потянулся за большим махровым полотенцем, закрутил в него омегу и усадил на пуфик перед зеркалом. Джисон не сводил взгляда с влажного торса альфы и манящего узелка полотенца на бедрах. Альфа делал вид, что не замечает того, как Сони соблазнительно облизывает губы. “Как сложно быть хорошим парнем, когда одно движение и перед ним будет обнаженное, возбуждающее божество… Так, соберись!”. Альфа заботливо расчесал кудряшки омеги, помог ему одеться в свежее белье и уютный костюмчик, оделся сам. Они бок о бок почистили зубы, Джисон нанес на лицо увлажняющий крем, подумал и потянулся к Минхо. Тот выглядет так, как будто его сейчас бить будут, но когда Сони начал массирующими движениями наносить ему крем, то мгновенно растекся лужицей. Когда омега закончил, то он притянул его к себе в объятия и чмокнул в губы. Они оба захихикали и пошли вниз. Они решили позавтракать на террасе, чтобы максимально насладиться их загородным отдыхом. Минхо пожарил яйца и бекон, Джисон нарезал фрукты и заварил чай (мяту для себя, черный для альфы). Они ели, сидя рядом, колено к колену. Иногда Минхо просто тянулся и целовал Джисона в висок, в щеку, в губы, коротко, но часто. Джисон отвечал тем же, и каждый раз внутри вспыхивало тепло. После завтрака они пошли гулять по берегу. Озеро было спокойным, вода отражала небо. Они шли, держась за руки, и говорили, много говорили. О работе, о проекте, о друзьях. Минхо признался, что Чан и Чонин уже все знают и очень рады за них. Джисон рассказал, что Феликс уже три дня пишет ему "ну что, уже переспали?" и ржет в голосовых, прося подробности. Они миловались и много смеялись. - На работе будем держать в тайне? - осторожно спросил Минхо, проводя большим пальцем по ладошке Джисона. Ему хотелось рассказать про их отношения всему миру, но зная, как сильно волнуется и смущается омега, то решил спросить о его желании. - Не знаю … - Сони покраснел. - Я не хочу скрывать. Просто… не хочу, чтобы все смотрели и шептались. Но я не буду прятаться… Если ты будешь приносить мне чай, я буду его принимать. И если… если ты иногда будешь трогать меня под столом на собраниях… - он запнулся, но договорил, - я не буду против. Минхо остановился, развернул его к себе и поцеловал глубоко, с рычанием в груди. - Котенок, ты меня провоцируешь. - Я хочу этого, - честно ответил Джисон. - Хочу, чтобы ты меня хотел. Сильно... Альфа быстро поднял на руки омегу, тот обвил его коалой. Спешным шагом, они быстро вернулись в дом, и, конечно же, не дошли до спальни, Минхо прижал Джисона к стене в коридоре, задрал его свитер и взял его прямо там, стоя. Джисон обвил его ногами, царапал спину, стонал в плечо альфы и кончил с громким мяуканьем, когда Минхо укусил его за шею - не глубоко, но достаточно, чтобы оставить след. - Мой, - прорычал альфа, приходя в себя. - Весь мой. После они все-таки пообедали. Потом Джисон уснул на диване с головой на коленях у Минхо, пока тот читал какую-то книгу, что нашел в доме. Альфа гладил его по волосам и ушкам, иногда наклонялся и целовал макушку. Когда омега проснулся, то сразу полез обниматься. Сони оседлал бедра альфы и впился страстным поцелуем. Минхо мгновенно ожил, сжал до красноты ягодицы омеги и начал вдавливать его в себя. - Котенок, не хочешь попрыгать на мне? Показать, как тебе нравится? Джисон от такого предложения прям завибрировал. Не думая и секунды, он вырвался из захвата жадных рук. И начал стягивать с себя мешающую одежду. Минхо был в восторге от такого рвения со стороны омеги, что полностью совпадало с его. Он успел только стянуть штаны вместе с боксерами, как на него опять напрыгнула возбужденная и голая кошка. Омега активно топил его в призывных феромонах, вилял хвостиком и закусил губу. Он очень сильно хотел, но не понимал, что делать. До этого всем руководил альфа, а сейчас он растерялся, поэтому молчаливо просил о помощи или подсказке. - Какой ты горячий, такой красивый, - Минхо притянул омегу за талию ближе и начал покрывать поцелуями шею, легонько прикусывая нежную кожу, - котенок, что ты хочешь? Джисон млет от укусов, начал извиваться и пытаться не глядя насадиться на возбужденный член альфы, вдруг бы просто попал не глядя. Смазка пачкала бедра Минхо, но ответа так и не нашлось. Альфа оторвался от шеи и за подбородок повернул лицо омеги к себе. - Котенок, ты не ответил, что ты хочешь? - Мхг, альфа, пожалуйста … - Что пожалуйста, маленький? - Минхо коснулся губами порозовевшей щечки. - Скажи! - уже требовательнее сказал альфа. От этого тона Джисон вздрогнул, как сразу пролепетал: - Тебя, внутри, всего… Такой большой, - омега проехался промежностью по члену альфы, заставив того прошипеть, - так сильно меня наполняешь, так приятно делаешь… - вдобавок Сони начал мурлыкать и ластиться, чтобы получить желаемое. И эта кошачья манипуляция сработала мгновенно. - Я дам тебе все, что ты хочешь. Поднимись немного, котенок, - Минхо приставил свой напряженный член к мокрому колечку. - Смотри на меня! Альфа откинулся на диван, давая пространство и шире раздвинул ноги для устойчивости омеги. Сони нетерпеливо резко опустился по основания, довольно простонал от звука шлепка, от приятно разрывающего чувства наполненности. Немного привыкнув к ощущениям, он напряг свои ножки и приподнялся, чтобы резко упасть обратно. Минхо громко простонал. Эти звуки и рычание из груди, которое он чувствовал своими ладонями, только подстегнули Джисона. Он начал набирать темп, полностью отдаваясь наслаждению. Минхо держал его за бедра и завороженно шептал “Какой ты красивый, какой ты горячий… Мой омега, я наполню тебя… Только мой”. Когда он сам толкнулся вверх навстречу бедрам Джисона, то из омеги вырвался пораженный крик, альфа точно попал по комочку нервов внутри. Желая доставить еще больше удовольствия, Минхо прижал за талию омегу к себе и начал вдалбливаться в него на нечеловеческой скорости. Омега от такой смены темпа мог только открыть рот и крики наслаждения наполнили весь дом, а может и округу. Пара минут такого темпа и из него уже текло все: слюни, так как она не мог закрыть рот, слезы от сильной стимуляции, смазка, что уже запачкала диван. Еще движение и он затрясся, сильно обхватывая член альфы внутри и кончил, пачкая их животы. Минхо продолжил проникать через сжимающиеся стеночки, пока не наполнил своего омегу. - Кхм, котенок, надеюсь, что наше либидо никогда не спадет, - Минхо крепко обнял расслабленного омегу и уткнулся ему в шею. Они не спеша успокаивали дыхание, альфа гладил Сони по голове и спине, обозная себя рядом и передавая свою заботу и тепло. - Миинхоо, не смущай меня, - Джисон спрятал пылающие щеки в плече альфы. - Хах, поздно, котенок, теперь я знаю, что ты у меня настоящий сексуальный дьяволенок, - Минхо улыбаясь боднул его носом, - я точно самый счастливый и удачливый альфа на планете. Приведя себя в порядок, они решили, что вечером лучше устроиться у камина. Минхо принес дрова, пледы, вино, нарезал сыр и фрукты. Они сидели на полу у огня, Джисон между ног альфы, спиной к его груди. Они много и открыто говорили, они обсуждали прошлое, говорили о детстве, о страхах, но и о том, каким хотят видеть будущее. Минхо признался, что давно мечтал о своем человеке,что всегда хотел такой гармонии, что видел у родителей, что одиночество в собственном доме сильно его тяготит. Но сейчас он чувствует себя полным, как будто закрылся последний пазл в сложной мозаике жизни. Что та встреча у лифта подарила ему самого чудесного омегу во всем мире. Джисон так растрогался от этого признания, на начал шмыгать носиком и заплакал от переполненности. Минхо целовал его слезы и старался его успокоить, извинялся, что столько всего вывалил сразу. Но омега ему был благодарен, что он так открыто поделился. Когда огонь стал затихать, они снова слились в проявлении любви на мягком пледе у камина. На этот раз Минхо был нежным, пытаясь передать весь трепет, что скопился в нем. Он вошел медленно, давая прочувствовать каждый сантиметр. Джисон впился коготками в спину альфы, прижимая его ближе, постоянно звал по его имени, просил "еще", "не уходи". Когда они кончили, то их хвосты переплелись инстинктивно, они не хотели отпускать друг друга ни на секунду. Ночь они провели в одной постели, обнявшись так тесно, что не понять, где заканчивается один и начинается другой. Перед сном Минхо поцеловал Джисона в губы и тихо сказал: - Я люблю тебя, котенок. Джисон не ответил словами. Просто крепче прижался и счастливо мурлыкнул.