Затишье перед бурей

========== К вечеру пятницы Бокстен чувствовал себя выжатым как лимон. Зачёт по истории искусств он, вроде бы, сдал — если не считать того, что в середине ответа преподавательница уставилась на его шею и спросила, не болен ли он ветрянкой. Бокстен покраснел, соврал про аллергию и до конца пары сидел, сутулясь, чтобы воротник прикрывал злополучное пятно. Шримпо вёл себя тихо. Подозрительно тихо. Он молчал всю дорогу до общаги, не орал, не пинал двери, не кидался круассанами. Просто шёл рядом, иногда поглядывая на Бокстена исподлобья, и его красные волосы топорщились в разные стороны, будто он только что проснулся после драки с феном. — Ты чего такой притих? — спросил Бокстен, когда они зашли в комнату и он рухнул на кровать, раскинув руки в стороны. — Думаю, — коротко бросил Шримпо, садясь на свою кровать и поджимая колени. — О чём? — О том, почему ты чмокнул меня в щёку. Бокстен внутренне напрягся, но вида не подал. Он перевернулся на живот и уткнулся носом в подушку. — Просто так, — глухо сказал он. — Просто так не чмокают, — отрезал Шримпо. — Я, блять, не твоя бабушка. — Моя бабушка тоже не чмокает меня в щёку. Она живёт в другом городе и шлёт открытки к Новому году. — Нотнев, не тупи. Бокстен вздохнул, поднял голову и повернулся к Шримпо. Тот сидел, сжавшись в комок, и смотрел на него с таким выражением, будто пытался решить уравнение высшей математики, где икс был — «что, блять, происходит между нами?» — Слушай, — начал Бокстен, садясь и скрестив ноги. — Ты хочешь, чтобы я объяснил? Тебе нужно, чтобы я разложил всё по полочкам? Шримпо дёрнул плечом, не отвечая. — Хорошо. — Бокстен откинулся на спинку кровати и уставился в потолок. — Я чмокнул тебя, потому что мне захотелось. Всё. Никакой подоплёки. Мне было приятно, когда ты вцепился в меня ночью, и я подумал: «А почему бы не сделать это ещё раз, только на трезвую голову». Что, я не имею права делать то, что хочу? — Имеешь, — буркнул Шримпо. — Но я не понимаю, зачем ты это делаешь. Со мной. Я же… я же бешеный. Я ору, кидаюсь, я — полный псих. — Знаю, — спокойно сказал Бокстен. — Мне нравится. Шримпо замер. Его зелёные глаза стали огромными, и он несколько раз моргнул, будто пытался переварить услышанное. — Ты… с ума сошёл? — выдохнул он. — Возможно, — согласился Бокстен. — Но я давно это понял. Ещё когда ты впервые влетел в нашу комнату и разбил лампу, потому что тебе не понравился цвет абажура. — Абажур был уродским, — пробормотал Шримпо, но без прежней злости. — Он был зелёным, Шримпо. Ты просто ненавидишь зелёный. — Потому что он напоминает мне о школе! Там все стены были зелёные, и меня вечно вызывали к доске, когда я не выучил уроки! — Это не повод крушить имущество. — Повод, если ты — это я! — Шримпо развёл руками, и в его голосе послышалась знакомая надрывная нота. — Я вообще не умею по-другому! Я злюсь, потому что по-другому не получается! Я пытался! Но внутри всё кипит, и если я не выплесну это, я просто взорвусь! — Так выплёскивай, — сказал Бокстен, глядя на него в упор. — На меня. Я не сломаюсь. Шримпо открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле. Он смотрел на Бокстена и не узнавал его. Этот спокойный, фиолетоволосый парень, который всегда сидел в углу и чиркал что-то в конспекте, внезапно стал для него чем-то большим, чем просто сосед. Чем-то, что он боялся потерять, но ещё сильнее боялся признать. — Ну и что нам теперь делать? — наконец спросил Шримпо тихо, почти шёпотом. Бокстен подумал, пожал плечами. — Для начала — поесть. Я голоден, и у нас нет еды. Сходим в столовую? — Сейчас? Там же вся компания будет. — Ну и что? — Бокстен встал, потянулся, и его рубашка задралась, обнажив полоску живота. Шримпо сглотнул и уставился в стену. — Они нас уже обсуждают. Если мы не появимся, они решат, что мы тут трахаемся. — Блять, — выдохнул Шримпо. — Ты прав. Лучше уж лицом к лицу с их сплетнями, чем такая репутация. — Вот видишь. — Бокстен улыбнулся и протянул ему руку. — Пошли. Шримпо посмотрел на его ладонь. Помедлил. А потом взял её — коротко, почти грубо, но его пальцы сжались вокруг пальцев Бокстена так крепко, будто он боялся, что тот исчезнет. — Только без чмоков при всех, — предупредил Шримпо, поднимаясь. — Я не вывезу их рожи. — Договорились, — усмехнулся Бокстен, не выпуская его руки. Они вышли в коридор, и Шримпо наконец-то улыбнулся — криво, зло, но искренне. Бокстен покосился на него и почувствовал, что в груди разливается то самое тёплое, липкое чувство, которое он уже начал называть «Шримпо». ========== В столовой, как и ожидалось, всё та же компания сидела за своим столом. Тудлс уже размахивала руками, изображая что-то грандиозное, Брайтни хихикала, а Финн пытался украсть картошку у Вии, получая за это подзатыльники. — О, смотрите, явились! — воскликнула Брайтни, когда Бокстен и Шримпо появились в дверях. — Мы уж думали, вы решили остаться в комнате и провести «тихий вечер». — Заткнись, Брайтни, — буркнул Шримпо, но без обычной агрессии. Он рухнул на стул рядом с Бокстеном и тут же уставился в меню. — Какие вы сегодня милые, — мечтательно протянула Тудлс, подперев щёку кулаком. — Прямо как парочка… — Тудлс, ты в рот мне залезешь, если не заткнёшься? — спросил Шримпо, не поднимая глаз. — Ну почему сразу «залезешь»? Я же просто говорю… — Я знаю, что ты говоришь. И поэтому прошу заткнуться. — Жестокий ты, Шримпо, — покачала головой Тудлс, но улыбалась. Денди, сидевший рядом с Космо, поднял бровь и перевёл взгляд на Бокстена. — Бокстен, у тебя рука на плече у Шримпо? Бокстен моргнул, посмотрел на свою руку — и правда, она лежала на плече Шримпо, и он даже не заметил, как это произошло. — А, — сказал он. — Ну, да. — Мы не пара, — добавил Шримпо, но без напора, почти вяло. — Конечно, — кивнул Денди с той самой загадочной улыбкой. — Я тоже не пара с Космо, но как-то так вышло, что мы сегодня вместе ходили в мастерскую, и теперь он печёт булочки для меня. Космо, который как раз пил воду, поперхнулся и закашлялся, краснея до корней волос. — Д-денди! Ты не должен был… — Что? — Денди повернулся к нему с невинным видом. — Я просто делюсь фактами. — Я пёк булочки для всех! — выпалил Космо. — Просто ты… ты оказался рядом! — Оказался рядом, — повторил Денди, и в голосе послышалась насмешка. — Ну да. Рядом. Астро, который сидел молча и пил свой чёрный кофе, вдруг поднял глаза и посмотрел на Космо. Тот, встретив его взгляд, почему-то сжался. Но Астро тут же отвернулся, не сказав ни слова. — Ладно, хватит, — сказала Шелли, поднимая руку. — Давайте есть и не портить вечер. У нас, между прочим, завтра выходной, можно отдохнуть. — Или устроить киновечер! — предложила Брайтни. — Я принесла с собой проектор и пару ужастиков! — О да! — обрадовалась Тудлс. — Я люблю ужастики! Особенно когда кто-то орёт и я могу смеяться! — Ты странная, — заметила Вии. — Я знаю! Шримпо, который всё это время слушал краем уха, вдруг повернулся к Бокстену и тихо спросил: — А мы пойдём? — Ты хочешь? — удивился Бокстен. — Ну… — Шримпо покосился на стол, залитый соком на прошлой неделе, потом на Финна, потом на Тудлс. — Мне как-то… не хочется сидеть в комнате. — Тогда пойдём, — улыбнулся Бокстен. — Будет весело. ========== Киновечер состоялся в общей гостиной на втором этаже. Брайтни притащила проектор, Финн — гору попкорна, а Тудлс — пледы и подушки, из которых соорудила нечто среднее между гнездом и штабом. — Я хочу лежать в центре! — заявила она, забираясь в самую середину подушечной крепости. — Нет, я там буду! — возразила Брайтни. — А я просто сяду на край, — философски заметил Финн, рухнув прямо на пол. — Ты не человек, ты — растение, — фыркнула Вии, садясь рядом. Бокстен и Шримпо пришли последними, когда свет уже выключили, и только экран проектора разгонял полумрак. — Садитесь тут, — махнула Шелли, указывая на свободное место на диване. Шримпо поколебался секунду, потом сел первым, а Бокстен — рядом, так, что их плечи почти соприкасались. Шримпо покосился на него, но ничего не сказал. Начался фильм. Какой-то старый ужастик с монстрами и девушкой, которая почему-то всегда бежала в подвал. В начале все смеялись, потом стало жутко, и Тудлс уже не смеялась, а вцепилась в руку Вии. — Это тупо, — прошептал Шримпо в ухо Бокстену, когда на экране монстр выпрыгнул из шкафа. — Почему они не вызывают полицию? — Потому что тогда фильм закончится за пять минут, — так же шёпотом ответил Бокстен. Шримпо фыркнул, но не отодвинулся. А через полчаса, когда монстр уже почти съел героиню, Шримпо вдруг положил голову на плечо Бокстену. Просто так. Без объяснений. Бокстен замер, потом медленно, осторожно, обнял его за плечи. Шримпо не сопротивлялся. Он даже прикрыл глаза и выдохнул — тихо, устало, так, будто носил этот груз целый год. Никто из их компании ничего не сказал. Даже Тудлс, которая всегда норовила прокомментировать каждую мелочь, просто улыбнулась в темноте и отвернулась. ========== Фильм закончился, все начали расходиться. Бокстен хотел было встать, но Шримпо всё ещё сидел, привалившись к его плечу, и дышал ровно. — Шримпо, — тихо позвал Бокстен. — Вставай. — Не хочу, — пробормотал тот. — Кровать удобнее, чем мое плечо. — Моя кровать — да. А твоё плечо — почти такое же. Бокстен улыбнулся, погладил Шримпо по голове и почувствовал, как тот довольно притих. — Вставай, идиот, — сказал он ласково, беззлобно. — Я провожу тебя до комнаты. — Руку дай, — потребовал Шримпо, поднимая голову. — Ты серьёзно? — Я всегда серьёзен, когда говорю про руки, Нотнев. Бокстен вздохнул, но протянул руку, и Шримпо схватил её, крепко, и поднялся. Они вышли в коридор последними, и их шаги гулко разносились в тишине. — Спасибо, — вдруг сказал Шримпо. — За что? — За то, что ты не бросил меня там. Когда я орал. И сейчас. Просто… спасибо. Бокстен остановился, притянул Шримпо к себе за руку и заставил его посмотреть в глаза. — Слушай сюда, — сказал он. — Ты меня бесишь, орёшь, ломаешь вещи, и я уже два месяца не могу спать нормально, потому что ты всегда шумишь. И я никогда не брошу тебя. Ты у меня теперь на всю жизнь, понял? Шримпо сглотнул. В его зелёных глазах блеснуло что-то влажное. — На всю жизнь — это слишком, — прошептал он. — Для меня — в самый раз. И Бокстен наклонился и поцеловал его. Не в щёку. В губы. Мягко, неуверенно, спрашивая разрешения. Шримпо замер. На одно бесконечное мгновение. А потом ответил. ========== В комнате они упали на кровать Бокстена — усталые, сбитые с ног, счастливые. Шримпо лежал на груди у Бокстена и сопел ему в ключицу, а фиолетоволосый гладил его по волосам и улыбался в темноте. — Я люблю тебя, — тихо сказал Бокстен. — Я тебя тоже, — так же тихо, почти неслышно, ответил Шримпо. И впервые за долгое время он не добавил «убью» или «идиот». ========== (🥲: Ну вот, дотерпели! Они наконец-то признались! Теперь можно и порнушку, но это в следующей главе, а пока — наслаждайтесь флаффом.Я устала, всем спать!)) ==========