Если бы ты посмотрел раньше

Утро пришло медленно. За окном падал снег — лениво, спокойно, будто весь мир наконец перестал куда-то спешить. Ты проснулась раньше обычного и несколько минут просто лежала, слушая тишину спальни. Она больше не казалась пустой. Скорее… своей. Иногда одиночество перестаёт быть наказанием, если перестаёшь ждать, что кто-то однажды придёт и спасёт тебя от него. Эта мысль появилась неожиданно. И почему-то не испугала. Ты медленно поднялась с кровати и подошла к окну. Чёрное озеро почти исчезло под лёгкой дымкой. На стекле выступил тонкий узор инея. Ты коснулась его пальцем. Холод обжёг кожу. (Живая.) И этого почему-то оказалось достаточно. Сегодня был выходной. Можно было надеть форму. Можно было снова стать незаметной. Но почему-то не хотелось. Ты открыла шкаф и долго перебирала вещи, словно искала не одежду, а настроение. Пальцы остановились на светлом свитере с высоким воротом. Мягкая ткань приятно согревала ладони. Следом — короткие чёрные шорты поверх плотных колготок. Белые вязаные гетры. Высокие зимние сапоги. На плечи легла короткая молочная шубка, а на голову — светлая вязаная шапка. Последней оказалась маленькая чёрная сумка на цепочке. Единственное тёмное пятно среди зимних оттенков. Ты посмотрела в зеркало. И неожиданно задержалась. Лёгкая тушь. Совсем тонкая стрелка. Немного румян на щеках. Блеск для губ. Ничего особенного. Просто лицо выглядело… живым. Не идеальным. Настоящим. (Интересно, если начать нравиться самой себе, станет ли легче?) Ответа не было. Ты только улыбнулась собственному отражению и почти сразу отвернулась, будто боялась, что оно исчезнет. Коридоры Хогвартса были наполнены ленивым шумом выходного дня. Ученики не спешили на уроки. Кто-то играл в снежки во внутреннем дворе. Кто-то сидел у окон с книгами. Кто-то смеялся так громко, будто никаких войн за пределами замка не существовало. Ты шла без цели. Иногда это тоже было счастьем. — Эйвери. Знакомый голос заставил тебя обернуться. Гермиона стояла в нескольких шагах, закутавшись в длинный шарф. Она внимательно посмотрела на тебя. Потом ещё раз. И вдруг улыбнулась. — Ты сегодня очень красивая. Ты смутилась сильнее, чем ожидала. — Спасибо… Она чуть наклонила голову. — Но дело не в одежде. (Вот теперь стало страшно.) — Тогда в чём? Гермиона несколько секунд молчала. — У тебя глаза стали спокойнее. Ты отвела взгляд. Снег за окном вдруг показался невероятно интересным. — Наверное, показалось. — Мне редко кажется. Конечно. Это же Гермиона. Она замечала то, что остальные даже не искали. — Пойдём в «Три метлы»? Предложение прозвучало неожиданно просто. Ты моргнула. — Сейчас? — А почему нет? Ты вдруг поняла, что действительно не знаешь причины отказаться. — Хорошо. Хогсмид встретил вас морозом. Дома утопали в снегу. Из труб поднимался дым. Где-то смеялись дети. Ты поймала себя на мысли, что никогда раньше не замечала, насколько здесь уютно. Словно существует мир, где людям разрешено просто жить. Без ожидания беды. В «Трёх мётлах» было тепло. Пахло корицей, сливочным пивом и свежей выпечкой. Вы заняли столик у окна. Несколько минут говорили о пустяках. О занятиях, книгах, предстоящих экзаменах. Потом Гермиона неожиданно замолчала. Посмотрела на тебя поверх кружки. — Ты меня пугаешь. Ты растерянно улыбнулась. — Это сейчас был комплимент? Она не улыбнулась в ответ. — Нет. Тишина. Шум трактира словно стал дальше. — Ты слишком долго жила ради чужих ожиданий. Сначала семьи. Потом… Она не договорила. И не нужно было. Ты поняла. (Драко.) — Иногда мне кажется, что ты так сильно стараешься быть нужной другим, что забываешь спросить себя, чего хочешь сама. Эти слова ударили неожиданно больно. Потому что внутри уже давно жил тот же вопрос. Ты просто боялась его произнести. — А если я сама не знаю? Гермиона улыбнулась. Теперь уже тепло. По-настоящему. — Тогда не спеши искать ответ в других людях. Сначала найди его в себе. Ты молчала. Наверное, впервые за долгое время не потому, что боялась сказать лишнее. А потому что действительно думала. Дверь трактира открылась. Холодный воздух ворвался внутрь вместе с несколькими слизеринцами. Ты подняла голову почти случайно. И сразу увидела его. Драко Малфой. Он вошёл спокойно, стряхивая с плеч снег. Остановился всего на мгновение. Ваши взгляды встретились. И почти сразу разошлись. Он ничего не сказал. Даже не кивнул. Только прошёл глубже в зал и сел за несколько столиков от вас. Спиной к стене. Лицом ко всему помещению. И почему-то именно оттуда его взгляд находил тебя чаще, чем должен был. Он разговаривал с кем-то из факультета. Иногда усмехался. Иногда делал вид, что полностью занят беседой. Но ты всё равно чувствовала это. Будто тонкая нить снова натянулась между вами. Не мешая жить. Но и не позволяя забыть. Ты опустила глаза в кружку. Сливочное пиво давно остыло. А Гермиона вдруг тихо спросила: — Он ведь тебе нравится? Ты замерла. Потом очень медленно покачала головой. — Я больше не уверена, что дело в нём. Гермиона ничего не ответила. Только едва заметно улыбнулась. А за окном продолжал падать снег. Спокойный, медленный. Совсем не похожий на бурю. Но ты почему-то знала: иногда именно после таких тихих дней жизнь меняется сильнее всего. Гермиона и ты ещё какое-то время сидите в «Трёх мётлах». Разговор снова становится лёгким: обсуждаете учёбу, смешные случаи в Хогвартсе, Рона, книги. Напряжение постепенно уходит. Иногда ты всё равно замечаешь Драко за несколько столиков. Он почти не смотрит в вашу сторону, но почему-то ты всё равно чувствуешь его присутствие. И именно это начинает раздражать. (Почему мне вообще не всё равно?) Когда начинает темнеть, Гермиона надевает шарф и говорит: — Нам пора. Вы вместе выходите на улицу. Хогсмид уже утонул в вечернем снегу. Фонари светят мягко, а воздух пахнет морозом и дымом из каминов. До замка вы идёте рядом, почти не разговаривая. Иногда молчание тоже бывает дружбой. Перед лестницами ваши пути расходятся. Гермиона неожиданно обнимает тебя. Совсем быстро. — Не забывай о себе, ладно? Ты киваешь. — Постараюсь. Она улыбается и уходит в сторону башни Гриффиндора. А ты ещё несколько секунд смотришь ей вслед. (Наверное, именно так и выглядит дом. Не место. А человек, рядом с которым можно не притворяться.) И только потом медленно идёшь в подземелья Слизерина.