«Черновик»

На другом конце города у Вейна была назначена важная деловая встреча. Просторная переговорная центрального офиса встретила его привычной, почти хирургической стерильностью. Вейн сидел во главе стола строго напротив отца Кайлин - старика Сана. Бизнесмен спокойно, с ленивым изяществом пролистывал последние страницы нового контракта. Разговор между ними шёл на удивление гладко и вежливо. Именно поэтому внезапная, оброненная вскользь фраза мужчины прозвучала особенно заметно и остро: - Искренне надеюсь, Вейн, что между нашими семьями и впредь не возникнет… никаких досадных недопониманий. Вейн медленно, препарирующе поднял на него свой тяжёлый взгляд. Тон мистера Сана оставался безупречным, подчёркнуто уважительным. Но грязный, предупреждающий подтекст в этом тихом голосе слышался просто прекрасно. Вейн мгновенно просчитал ситуацию. «Ах, вот оно что...» - мысленно усмехнулся он. Кайлин всё-таки не выдержала. Она рассказала отцу о том, как жёстко и цинично Вейн отшил её на семейном ужине. Или, по крайней мере, преподнесла ему свою уязвлённую, обиженную версию событий. Старик Сан пытался завуалированно прощупать его границы. Вейн плавно, с сухим хлопком закрыл кожаную папку с документами и отодвинул её на середину стола.  - Если вы сейчас завуалированно говорите о вашей дочери, - произнёс Вейн пугающе ровно, - то я думаю, что эта ситуация уже полностью исчерпана. Сан после этих слов слегка, едва заметно напрягся в своём кресле: - Я просто искренне не хотел бы, Вейн, чтобы члены моей семьи впредь чувствовали какую-либо угрозу со стороны твоих структур. Уголок губ Вейна на долю секунды едва заметно дрогнул. Это не было подобием человеческой улыбки. Скорее - мимолётная реакция человека, которого искренне и глубоко позабавило чужое осторожное, трусливое давление. - Угроза? - спокойно, с леденящим любопытством переспросил он. - Вы сейчас формулируете свои мысли так, будто я имею давнюю привычку причинять физический или ментальный вред окружающим меня людям. В переговорной повисла тишина. Очень короткая. Но до безумия неприятная. - Разумеется, я вовсе не это имел в виду, - поспешно, давая заднюю, исправился Сан. - Тогда в будущем не стоит и формулировать свои претензии подобным образом, - отрезал Вейн. Он слегка наклонился вперёд, и его вкрадчивый голос зазвучал ещё весомее: - Ваша дочь Кайлин в прошлый раз позволила себе определённые, недопустимые для меня вещи. Я лишь прямо дал ей понять, что подобный формат общения мне категорически не нравится. На этом всё благополучно и закончилось. Он выдержал идеальную, давящую паузу. А затем добавил уже чуть мягче, сглаживая углы: - Не думаю, что вам стоит представлять меня в своих мыслях каким-то непостижимо жестоким человеком. Эта фраза прозвучала из его губ почти издевательски. Потому что оба взрослых мужчины в этой комнате прекрасно чувствовали и понимали: это была вовсе не слабая попытка оправдаться. Это была чистая, изощрённая игра на чужих натянутых нервах. Глава семейства Варцев натянуто, фальшиво улыбнулся и поспешно перевёл разговор обратно к безопасным пунктам сделки. А Вейн тем временем его уже почти не слушал. В его голове, вытесняя унылые речи бизнес-партнера, почему-то внезапно всплыл совсем другой, контрастный образ. Не Кайлин. Талис. Перед глазами отчетливо возникла та самая её нежная зелёная рубашка. Слегка уставший, но упрямый взгляд карих глаз. Хрупкие руки, крепко держащие пластиковую папку с документами у стены. Тонкие пальцы, которыми она бережно обхватывала фарфоровую чашку в ресторане. Интересно… Если бы на месте Кайлин в тот вечер оказалась Талис - он бы тоже так отреагировал? Тоже отшил бы её без права на реабилитацию? Эта мысль вызвала у него неожиданную, циничную внутреннюю усмешку. Нет. Не так. Абсолютно точно не так. Потому что Кайлин откровенно раздражала его своим глупым, поверхностным желанием доминировать и играть по шаблонным правилам высшего общества. А Талис… Талис пока напоминала ему бесстрашного человека, который добровольно, маленькими шажками идёт прямо к самому краю опасной бездны, искренне и наивно полагая, что полностью контролирует текущую ситуацию. Забавно. Он действительно никак не ожидал от самого себя такого глубокого, зацикленного интереса. И дело было даже не в банальном мужском влечении к женщине. Его будоражила её реакция. Сам процесс. То, как именно и с какой скоростью будет меняться её внимательный взгляд на него дальше, когда маски начнут слетать одна за другой. Будто ему в руки наконец-то попала по-настоящему захватывающая история, финал которой ему захотелось дочитать лично. И переписать его под себя. Талис официально отпраздновала покупку своей новой, первой в жизни квартиры в тесном семейном кругу. И пускай это оказался вовсе не та квартира в престижном районе, из-за которого возникли проблемы с застройщиком, это всё ещё был самый центр города. А главное - локация находилась в пешей доступности от её новой работы в издательстве. Продавец пошёл на идеальные условия: договор купли-продажи оформили в рассрочку, с выплатой пятидесяти процентов стоимости сразу, а оставшейся половины - позже. Всё складывалось как нельзя лучше. И пускай личная жизнь пока оставалась туманной и расплывчатой, для самой Талис это сейчас не имело ровным счётом никакого значения. Сайп с горем пополам, утирая тайные слёзы, всё-таки отпустил любимую дочь во взрослую, самостоятельную жизнь. Мать безмерно гордилась её успехами, подруга Лида искренне радовалась новоселью, и только бунтарь Кайло откровенно завидовал сестре, которая так рано обзавелась своим собственным, независимым крылом. Изорд в её буднях теперь появлялся хаотично: он то пропадал с радаров на целые сутки, то вдруг начинал навязчиво обрывать телефон поздними звонками. Сообщать ему о переезде Талис не стала из чисто прагматичных соображений безопасности. Ей не хотелось лишней возни. Первая неделя в новой обстановке показалась ей особенной. Талис обустроила квартиру строго под себя и наслаждалась триумфом. Работа в издательстве отнимала колоссальное количество сил, но приносила долгожданное чувство полноценности и финансовой стабильности. Да, та абсолютная творческая свобода, которая была у неё на форумах, теперь была ограничена жесткими рамками дедлайнов и условиями контракта, но писать Талис меньше не стала. На её личную страницу до сих пор ежедневно прилетали десятки сообщений от преданных фанатов с вопросами о том, когда же выйдет продолжение замороженной новеллы. В предстоящем крупном проекте издательство планировало запустить глубокий психологический детектив. Руководитель направления делал большую ставку на Талис, ссылаясь на успех её прошлой бумажной книги с закрученным сюжетом и её прошлый опыт в журналистике. Правда, сама Талис понимала, что сухие журналистские навыки ей мало чем помогут в художественном тексте. Тем не менее, она с головой, с чистым азартом ушла в эту рабочую рутину. Тем временем в элитной автомастерской Изорд угрюмо сидел в дальнем боксе, улучив минутку короткого перерыва. Он то и дело нервно разблокировал телефон, гипнотизируя пустой экран в ожидании ответа от Талис. Заметив это состояние, один из его коллег-механиков двусмысленно ухмыльнулся и громко подколол его на глазах у всей смены: - Да ладно тебе, Изорд, хорош тупить в экран! Между вами ведь даже толком ничего не было, а ты уже как верный щенок сидишь и ждёшь её милости. Спустись на землю, бро. Эта хлёсткая, бьющая по самому больному эго фраза мгновенно взбесила Изорда. В глазах потемнело от ярости. Слово за слово - и между парнями прямо посреди рабочих инструментов вспыхнула яростная, громкая потасовка. Хозяин автомастерской, оказавшийся в этот момент неподалёку, среагировал мгновенно и жёстко. Он тут же разнял дерущихся, рявкнул на них и вызвал обоих на ковёр в свой кабинет для сурового внушения. Директор строго предупредил, что если подобный цирк повторится, оба вылетят с работы в тот же день без выходного пособия. - Здесь, чёрт вас дери, обслуживаются исключительно жирные клиенты города! - стукнул он кулаком по столу. - Вы мне весь имидж и репутацию сервиса к чертям собачьим сведёте своей дворовой клоунадой! Чтобы я больше этого не видел! Кое-как доработав смену, взвинченный и злой на весь мир Изорд швырнул ключи в ящик. В спешке и гневе собирая свои личные вещи, он совершенно забыл на заляпанном рабочем верстаке ту самую подаренную книгу Талис. Роман с красивой голубой обложкой так и остался лежать в углу бокса. Одинокий, брошенный и теперь уже явно, уродливо испачканный чёрным машинным маслом... Вейн слушал суетливого владельца автомастерской откровенно вполуха. Речь шла о бесперебойных поставках дефицитных деталей, каких-то новых логистических контрактах и текущих проблемах с налогами - обычная, серая рутина, которую он профессионально умел держать под полным контролем, даже не вслушиваясь в чужую речь полностью. Но в какой-то момент его блуждающий, холодный взгляд намертво зацепился за посторонний предмет на верстаке. Книга. Тонкая голубая обложка. Свежие, темные следы въевшегося машинного масла на обрезанных уголках. И имя автора, отпечатанное крупным шрифтом. Ки Талис. Длинные пальцы Вейна медленно, синхронно остановились на лакированной поверхности стола. Внутри что-то хищно подобралось. - Читаете на досуге? - спокойно, без тени эмоций спросил он хозяина сервиса, кивнув на находку. Директор мастерской подхватив его взгляд, громко и подобострастно усмехнулся, замахав руками: - Да ну что ты, Вейн! Нет, конечно! С чего бы мне?! Наверняка кто-то из моих забыл, растяпа.  Вейн плавно протянул руку и взял книгу в ладонь, сделав вид, будто действует исключительно из праздного, мимолетного любопытства. Обложка романа уже была слегка потрёпана по краям. Часто открывали, подолгу держали в руках. Значит, этот конкретный экземпляр читали взахлёб, а не просто таскали с собой для пафосного вида. Он машинально, одним большим пальцем пролистнул пару шуршащих страниц. На некоторых полях виднелись небольшие, сделанные на скорую руку карандашные пометки. Кое-где были грубо загнуты углы. Преданный читатель. Кто-то из простых работяг этого сервиса дышал над её строчками. Не тот ли недовольный парень с парковки?.. Вейн медленно закрыл книгу. Последние несколько дней Талис будто полностью исчезла из его поля зрения. Никаких обновлений или свежих глав романа на её сетевой странице. Никаких случайных, внезапных пересечений на улицах города. Абсолютное, звенящее ничего. И именно это её внезапное отсутствие начало раздражающе, навязчиво ощущаться в его повседневной жизни. Словно незакрытая, зависшая вкладка в его идеальном компьютерном мозгу, которая фоном жрала оперативную память и не давала покоя. Вейн лениво прислонился бедром к краю стола, делая вид, что внимательно слушает, как владелец мастерской продолжает взахлёб что-то рассказывать про графики. «Интересно, чем она сейчас так увлечённо занята? - мысленно перебирал он варианты, крутя в пальцах чужую книгу. - Пишет свой новый роман? Привыкает к стенам своей новой, самостоятельно купленной квартиры? Думает ли она ещё обо мне по вечерам?» И если она всё-таки думает - то как именно? Как о реально мужчине из плоти и крови?Или всё ещё как о красивом, благородном образе, который она когда-то так слепо и наивно сама себе придумала в своей голове? Вейн едва заметно сощурился, вспоминая их прощание у ресторана. После той их последней, жесткой встречи её взгляд на него уже безвозвратно изменился. Он, со своей феноменальной проницательностью, заметил это сразу. Талис наконец-то начала отчётливо видеть глубокие трещины на его безупречном глянцевом фасаде. Но вместо того, чтобы в панике отпрянуть, испугаться и навсегда сбежать в безопасность… эта странная девочка начала всматриваться в его темноту ещё внимательнее. Еще детальнее.