Кровь Флоренции

— Бьянка просто светится от счастья, — усмехнулся Джулиано, покосившись на идущих позади молодожёнов. Принимать в семью кого-то из Пацци было чертовски странно, но эти двое выглядели так беззаботно, что упрекнуть их было не в чем. Лоренцо мельком взглянул на сестру и её мужа и не сдержал ухмылки. Ещё неделю назад он собирался выдать Бьянку за другого — и не смог разбить ей сердце. Этот брак ещё мог выйти им боком. Но сегодня, в светлое флорентийское утро по дороге к Санта-Мария-дель-Фьоре, думать об этом не хотелось. Лоренцо улыбнулся жене. Клариче шла под руку с ним, спокойная и собранная, как и подобает супруге Медичи. — Твоя сестра никогда этого не забудет, — мягко сказала она. До утренней мессы оставалось ровно столько времени, сколько нужно, чтобы дойти до собора. Они не успели. Сначала один голос — Лоренцо даже не сразу разобрал слова. Потом его подхватили другие, со всех сторон, сливаясь в один рёв толпы: — Смерть Медичи! Их окружили. Кольцо сомкнулось мгновенно — и стало ясно, что шанса им не оставили: они собирались на мессу, а не на войну, и оружия при них было до обидного мало. Тот, кто стоял по правую руку от Лоренцо, уже выхватил меч — и вдруг округлил глаза, со стоном опустившись на колени. На камни брызнула кровь. Лоренцо обернулся: кто-то в низко надвинутом капюшоне опускал клинок, не показывая лица. — Клариче, спрячьтесь в соборе! — крикнул он, отталкивая жену за спину. В одно мгновение площадь захлебнулась криком, лязгом стали и топотом ног. Сторонники Медичи сшиблись с людьми Пацци; под подошвами стало скользко. Лоренцо рванулся к брату — Джулиано оттеснили, младший уже оседал на колено, и между пальцами, прижатыми к боку, толчками сочилась тёмная кровь. Клариче не хотелось отпускать мужа, но она знала — женщины здесь будут лишь помехой. — Бьянка! — она схватила золовку за запястье. — Скорее! Их толкали со всех сторон — кого-то в панике, кого-то намеренно. Уже у самых дверей собора Клариче заметила кровь на расшитом золотом платье Бьянки — но времени проверять не было. А незнакомка в капюшоне била прицельно. Только по тем, кто нёс реальную угрозу. В какой-то миг она оказалась спиной к спине с Лоренцо, отводя удар, летевший ему в шею. — Пацци, — бросила она коротко. — Их рук дело. Её взгляд метнулся к Джулиано — к расплывающемуся на одежде пятну. — Держу! — она перехватила младшего Медичи одной рукой, прикрывая клинком другой. Гильермо подхватил раненого с другого бока. Солдаты Медичи наконец оттеснили нападавших, дав семье уйти за стены собора. Вместе с ними внутрь скользнула и она — та, что уже не раз за это утро спасла Лоренцо жизнь. — Нужно остановить кровь, скорее! Монахи бросились к Джулиано. А Лоренцо повернулся к неожиданному союзнику. Под сводами собора, в благословенной тишине после рёва площади, он наконец смог разглядеть её — невозмутимую, выверенную в каждом движении, с клинком, исчезнувшим в наруче так же бесшумно, как появился. — Я твой должник. Ты спасла мою жизнь… не раз. — Он перевёл дыхание. — Но я не знаю, кто ты. Она чуть усмехнулась и накинула капюшон обратно. — Только жену свою успокой, — кивнула она в сторону Клариче, что уже спешила к мужу. — Ты не ранен? Не слишком ли опасно?.. — Клариче прикусила губу, осматривая мужа. Спорить с ним было бессмысленно — она лишь попросила его быть осторожнее. А когда они выскользнули из собора в плащах, что дали монахи, — в город, погрузившийся в хаос, — незнакомка заговорила снова, не глядя на него: — На поддержку Папы, очевидно, рассчитывать не стоит? Чем вы ему насолили? — У нас с Папой разные взгляды на демократию и будущее Флоренции, — Лоренцо не был готов отдать родной город на растерзание. За это и поплатился. — Я так и не сказал спасибо. Спасибо. Хоть до сих пор не понимаю, почему ты мне помогаешь. — Мой отец работал на твою семью. Скажем, я решила помочь по старой памяти. И не пропустила веселье. — Тень улыбки. — Мне жаль, что твой брат ранен. И тогда Лоренцо понял. Старый друг семьи, не раз поминавший в письмах своё дитя. Имя, что в свете последних событий было на слуху у всей Италии. — Ты дочь Джованни Аудиторе, — произнёс он. — Ты догадлив. — Она повернула к нему голову. — Да, верно. Хотя, думаю, скорее он поминал моего брата… Тот, кому и полагалось носить клинок. Она переняла это ремесло по несчастливой случайности — и вовсе его не желала. Но так уж вышло. Впереди, за крышами охваченной смутой Флоренции, собирались тучи пострашнее уличной резни. Войска Папы уже выступили на город. — Когда доберёмся до палаццо, я смогу созвать армию и вернуть контроль над Флоренцией, — тихо сказал Лоренцо. — Но боюсь, заговор устроен не только против нас. Без герцога Миланского нам не выстоять. Она повела кистью, проверяя, скользнёт ли клинок в ладонь, если придётся. — Тогда говори, что нужно сделать, Лоренцо Медичи. Продолжение следует.