CUTMAN

Она уже собиралась домой, когда услышала как в раздевалке что-то упало или ударилось об стену. Закатила глаза. Ещё один шкафчик пал смертью храбрых. Она толкнула дверь и заглянула внутрь. В дальнем углу на лавке сидел парнишка лет тринадцати, плечи были опущеными, голова склонена. Гермиона уже собралась развернуться и уйти, но до неё донёсся сдавленный всхлип. Она глубоко вдохнула, колеблясь, забить болт и уйти, или всё‑таки попытаться успокоить мальчишку. — Не поможет, — бросила она, скорее себе, чем ему. — Что? — парень резко поднял голову. Сеймон, кажется. — Бить его, — Гермиона кивнула на шкафчик. — Я не бил, — пробормотал он. — Конечно, — она поставила сумку рядом с дверью и прошла вглубь раздевалки. — Отстаньте, — мальчишка отвернулся, уткнулся взглядом в пол. Гермиона хмыкнула и хрустнула шеей. — Хорошо, — она сделала шаг к выходу, уже собираясь уйти, но парень вдруг заговорил. — Меня не взяли. — На турнир? — уточнила она, не оборачиваясь. — Откуда вы знаете? — голос звучал растерянно. — Потому что каждый раз одно и то же, — она наконец посмотрела на него, а потом подошла ближе. — Сейчас ты сидишь и думаешь, что всё было зря. Потом придёшь домой и решишь, что тренер тебя недооценивает. Потом решишь бросить бокс. — парнишка нахмурился. Попала в цель. — А через неделю всё равно вернёшься. — Почему? — он поднял глаза, в них читалось недоверие. — Потому что если бы ты хотел уйти, ты бы уже ушёл, — она усмехнулась. — Тогда почему не взяли меня? — спустя минуту молчания спросил он. Теперь настала её очередь молчать, она внимательно осматривала его, разбитые костяшки, синяк под глазом, осунувшиеся от усталости плечи. — А ты знаешь, что самое неприятное в спорте? — начала она, прерывая тишину. — Что? — он напрягся, ожидая очередного упрёка. — Иногда тренер видит не твой результат, а то, к чему ты ещё не готов. — Это сейчас должно помочь? — он снова нахмурился. — Нет, — честно ответила Гермиона. — Но это правда. — Тогда зачем вы это сказали? — Потому что ты сейчас ищешь виноватого. — она поднялась и направилась к выходу. — А если тренер прав? — в его голосе прозвучала боль. — Подумай о том, что я сказала, — Гермиона подхватила сумку с пола. — И приходи завтра на тренировку. — А если не приду? — тихо спросил он. — Тогда решение за тебя примет сегодняшняя обида, — она остановилась у двери, обернулась и посмотрела ему прямо в глаза. — Поражение не делает тебя проигравшим. Чтобы чего‑то добиться, иногда нужно сделать пару шагов назад. Понять, где ошибся, и исправить это. И с этими словами она покинула раздевалку, оставив дверь слегка приоткрытой. Гермиона преодолела расстояние от раздевалки до выхода из зала, но у самой двери её окликнули: — Гермиона, милая, — она обернулась и увидела Сириуса. Он стоял, прислонившись к стене, в расслабленной позе, но взгляд был внимательным. — Привет, — коротко поздоровалась она. — Уже уходишь? — спросил он, открывая перед ней дверь и жестом пропуская на улицу. Гермиона кивнула и вытащила ключи от машины из кармана. — Да, на сегодня вроде бы всё. Правда, у вас там в раздевалке сидит очередной чемпион и жалеет себя, — бросила она с лёгкой усмешкой. Сириус рассмеялся и прикурил сигарету, выдыхая дым в вечернее небо. Гермиона поморщилась, но ничего не сказала, привыкла. — Какие планы на завтра ?  — Это приглашение на свидание? — спросила она с нарочитой серьёзностью. — Боюсь, что нет, — улыбнулся он. — Тогда мне уже неинтересно, — ответила она, и Сириус снова рассмеялся. — Завтра пройдёт ежегодный Вечер Лиги профессионального бокса. Ты в списках приглашённых. — Нет, — отрезала Гермиона, не задумываясь. — Гермионочка, ну пожалуйста, выручи старого друга, — Сириус сделал шаг ближе. — Ты же понимаешь, что если журналисты захотят поговорить о девятом раунде, лучше пусть они увидят тебя рядом с нами, чем придумают собственную версию событий. — Я сказала нет. Мы на это не договаривались, — повторила она чуть твёрже. Появится в инфополе? В Лондоне ? Ну уж нет. — Нет, не договаривались, — покачал головой он, стряхивая пепел. — Но мы и не договаривались, что ты будешь вытаскивать моих ребят после каждого боя. Гермиона замерла у машины, сняла сигнализацию, но не села внутрь. Она обернулась к нему: — Сириус… — И не договаривались, что ты будешь сидеть после тренировок с пацанами, которых не взяли на турниры, — продолжил он, не давая ей возразить. — Это разные вещи, — она глубоко вздохнула, стараясь сохранить спокойствие. — Правда? — Сириус подошёл ближе. — Ты стала частью клуба гораздо раньше, чем сама это заметила. Гермиона задумалась. В его словах было слишком много правды — той, которую она старательно игнорировала. — Мне не нужны твои фотографии в новостях, Гермиона, — тихо сказал Сириус. — Мне нужно, чтобы люди увидели, что ты часть нашей команды. — Я не люблю журналистов, — пробормотала она. — Знаю. — И камеры. — Тоже знаю. — И весь этот цирк. — Знаю, — он кивнул.  — Тогда зачем? — она раздражённо посмотрела на него. — Потому что последние месяцы ты делаешь всё, чтобы не существовать, а я не думаю, что это хоть как-то спасёт ситуацию. Его слова ударили прямо в неё. Это раздражало сильнее всего, то, как он видел её насквозь, как подмечал то, что она сама не хотела признавать. Она не исчезла. Она просто перестала быть заметной. Это разные вещи. Но с другой стороны… он многое сделал для неё. Гермиона закрыла глаза на мгновение, затем резко выдохнула и закатила глаза: — Один час. — Что? — Сириус на секунду растерялся. — Один час, Сириус. Потом я уеду. — Один час, — он широко улыбнулся, обнял её и оставил поцелуй на макушке. — Спасибо, Гермиона. Она лишь покачала головой, открыла дверь машины и села за руль. Сириус ещё несколько секунд стоял, глядя ей вслед, а потом махнул рукой и направился обратно в зал.

***

Он не любил вечеринки, не любил журналистов, он не любил помпезности и лишнего внимания к своей персоне за пределами ринга, но за годы в спорте научился это терпеть. Научился улыбаться спонсорам, пожимать руки нужным людям и отвечать на одни и те же вопросы журналистов так, словно слышал их впервые. Это тоже было частью его работы. Очередной представитель спортивного бренда рассказывал ему что-то о новом контракте, когда взгляд Малфоя зацепился за знакомую фигуру у противоположной стороны зала. Грейнджер. Малфой невольно задержал на ней взгляд. Он видел её всего дважды: мельком на ринге, когда она ловко и уверенно работала с Поттером, и однажды в клубе Поттера — там она была сосредоточена, деловита, вся в работе. Поэтому сейчас, увидев её здесь, в этом блеске вечернего приёма, он на мгновение усомнился: не ошибся ли? Но нет — это определённо была она. Только теперь перед ним стояла не сосредоточенная на деле катмен в спортивной форме с медицинской сумкой, а элегантная женщина в вечернем платье. Волосы, обычно собранные в строгий хвост, сейчас были уложены мягкими волнами, обрамлявшими лицо. Грейнджер стояла возле одного из столиков и непринуждённо беседовала с пожилым мужчиной в дорогом костюме. В её манере держаться читалась врождённая уверенность — она улыбалась, кивала, что‑то говорила, и собеседник явно наслаждался разговором. Когда к ним присоединилась его супруга, Гермиона с безупречной грацией пожала ей руку, сказала пару слов, от которых женщина рассмеялась. Один за другим к ней подходили гости — кто‑то обменивался парой фраз, кто‑то просто кивал в знак приветствия. И во всех её движениях, в каждом повороте головы, в лёгкости, с которой она поддерживала разговор, чувствовалась привычка к такому окружению. Она не пряталась в тени, не искала укромного уголка — напротив, словно растворялась в этой атмосфере, оставаясь при этом совершенно естественной. — Ты снова смотришь на неё? — раздался рядом голос Забини. Малфой медленно перевёл взгляд на друга. — Да. — Это начинает напоминать одержимость. — Замолчи, Блейз, — беззлобно бросил Малфой. Забини проследил за его взглядом, задумчиво прищурился. — Любопытно. — Что именно? — Она ведёт себя так, будто провела на подобных мероприятиях не один вечер. Малфой промолчал. Потому что думал о том же. Катмен из небольшого клуба не должна чувствовать себя настолько свободно среди этих людей — в мире дорогих костюмов, изысканных манер и осторожных комплиментов. Он наблюдал за ней ещё несколько минут, пока Гермиона, смеясь, отвечала на какой‑то вопрос очередного собеседника. Она была полностью поглощена разговором, не замечая его взгляда через зал. Малфой поставил бокал с виски на ближайший столик, поправил манжеты своего пиджака. — Не надо, Драко, — Блейз перехватил его за локоть, предостерегающим голосом начал он. — Она уже дважды дала понять, что не заинтересована в разговоре с тобой. Не порти отношения. — Как я могу испортить с ней отношения, если мы даже официально не знакомы? — спросил он, глядя в глаза Забини. — В третий раз, на людях, она даже не посмеет меня послать. Расслабься, дружище. Он хлопнул Блейза по плечу и сделал первый шаг в сторону катмена Поттера. — Именно поэтому посмеет, — бросил Забини ему вслед. Малфой лишь усмехнулся, не оборачиваясь. Его шаги по полированному паркету звучали тихо. Он шёл через зал, лавируя между группами гостей, не сводя взгляда с её фигуры. Только когда он остановился прямо перед ней, Грейнджер наконец заметила его присутствие. Её взгляд скользнул по нему без фанатизма, или узнавания, словно он был одним из множества незнакомцев, заполнивших зал. — Мисс Грейнджер, — произнёс он, слегка склонив голову в знак приветствия. — Мистер Малфой, — она кивнула. — Наконец-то удалось встретиться без посредников. — Действительно, — она чуть приподняла бокал, словно предлагая завершить обмен любезностями. Малфой едва заметно усмехнулся. — Почему вы игнорируете мои приглашения? — Потому что не вижу в них необходимости, — просто ответила она. — Обычно люди хотя бы придумывают вежливые отговорки. — Обычно я ценю время — своё и чужое. Зачем тратить его на пустые оправдания? Малфой несколько секунд изучал её лицо, пытаясь найти хоть намёк на волнение. Ничего. — Хорошо. Тогда без прелюдий, — он сделал шаг ближе, сокращая дистанцию. — Что вы сказали Поттеру в девятом раунде? На этот раз в её взгляде мелькнуло что‑то похожее на удивление, но лишь на мгновение. — Серьёзно? — Более чем. — Это был разговор между мной и спортсменом. — Из-за этого разговора я проиграл бой. — Нет, мистер Малфой. — она чуть наклонила голову, а он нахмурился. — Бой вы проиграли сами. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. — Любопытная позиция, — он подавил желание сжать кулаки. — Разве? — За минуту до конца девятого раунда Поттер едва держался на ногах, а после разговора с вами вернулся на ринг другим человеком. — процедил он. — Выходит, он хороший спортсмен. — легко парировала она. — Это был очень дипломатичный способ не ответить на мой вопрос. — он коротко усмехнулся. — Я и не собиралась на него отвечать, — её голос оставался ровным, почти безразличным. Почему‑то именно эта фраза задела его сильнее остальных. — Почему? — Потому что вы задаёте неправильный вопрос. — она закатила глаза.  «Какое неуважение, мисс Грейнджер.» — Тогда какой правильный? — Он прищурился, пытаясь разгадать какую именно она вела игру. — Не «что я сказала Поттеру», — она сделала паузу, выдерживая его взгляд. — А «почему после девяти раундов вам оказалось достаточно одной минуты, чтобы потерять преимущество». Малфой замер. Блядство. Самое неприятное было в том, что она попала точно в цель. Он почувствовал, как внутри закипает раздражение — смешанное с невольной долей восхищения. — Я смотрю, вы ещё и спортивный аналитик? — бросил он, стараясь скрыть замешательство. — Нет. Просто внимательно смотрела бой. — Уголки её губ едва заметно дрогнули, будто она уловила его внутреннюю борьбу. Повисла пауза. Где‑то за спиной звучали чужие голоса, смех, звон бокалов, но для него сейчас существовали только её глаза, и тайна которую она прятала где-то там внутри себя. — Значит, вы не передумаете? — наконец спросил он. — Насчёт чего? — она выгнула бровь. — Насчёт встречи. — Если я не ошибаюсь.— начала она. — Мы сейчас с Вами ведем беседу. — Не так, как я рассчитывал. — Это уже не моя проблема, мистер Малфой. — Она сделала шаг назад. — Хорошего вечера. — Грейнджер. Она остановилась и на мгновение повернула голову вполоборота, ровно настолько, чтобы Малфой успел уловить её улыбку. — Да? — Вы всегда такая упрямая? — Только когда это необходимо. После чего развернулась и направилась к другой группе гостей. Малфой проводил её взглядом, сжимая и разжимая пальцы. Кто ты, Грейнджер? И почему я никак не могу тебя разгадать? — Отшила ? — он услышал рядом голос Блейза. — Найди мне всё, — выплюнул он, раздражённый, не отрывая глаз от Грейнджер. — Где училась, когда окончила школу, её аттестат, как сдала экзамены — абсолютно всё. Изучи её семью. У тебя есть неделя. Блейз чуть прищурился, но кивнул. — Ты псих. Малфой ничего не ответил. Он всё ещё смотрел туда, где только что мелькнула её спина, пока она не растворилась среди гостей окончательно.

***

Тело горело, мышцы ныли от ударов по груше, которые он наносил с каждым разом всё яростнее. Пот стекал по вискам, капал на пол, а в наушниках гремела музыка, но перед глазами уже две недели стояло одно, Грейнджер, которая что‑то шепчет на ухо Поттеру во время боя.  Что же ты ему сказала? И откуда ты взялась?   Его прервал Забини, бесшумно заходящий в спортивный зал. Блейз подошёл ближе, слегка кивнул и протянул ему планшет.   — На, посмотри. — Что это? — недоумённо спросил Малфой, снимая перчатку и неохотно принимая планшет.   — Смотри, — коротко ответил Блейз, чуть отступив и скрестив руки на груди.   На экране был ринг, толпа зрителей, размытые силуэты, вспышки камер, гул, который даже через динамики планшета звучал оглушительно.   — И что мне это должно дать?   — Просто смотри, — повторил Блейз спокойно, глядя на друга с лёгкой усмешкой.   Прозвучал гонг. Боксёры разошлись по углам. Камера приблизила красный угол. Женская лига. Темнокожая девушка с множеством кос сидела на табурете, тяжело дыша. Катмен прижимал лёд к её скуле, тренер что‑то быстро объяснял, размахивая руками.   — Африка? — Малфой оторвал взгляд от планшета и взглянул на Забини, приподняв бровь.   — Австралия, — коротко ответил друг.   Малфой хмыкнул и вернулся к просмотру. На экране шла обычная работа угла, вода из бутылки, лёд в полотенце, быстрые движения рук, ничего интересного. Затем режиссёр трансляции переключил камеру на противоположный угол.   И Малфой нахмурился.   На секунду он подумал, что ему показалось. Потом камера приблизила лицо спортсменки. Тёмные волосы были заплетены в две тугие косы, аккуратно убранные назад. На переносице — свежая ссадина, чуть припухшая. Капа болталась во рту, едва касаясь зубов. Девушка сидела на табурете, слегка наклонив голову, пока тренер говорил ей что‑то на ухо, а она просто кивала.   Драко резко выпрямился, невольно подавшись вперёд.   — Чего, блять?  Блейз усмехнулся едва заметно, чуть склонив голову.   — Узнал?   Малфой ничего не ответил. Он перемотал видео назад. Теперь уже внимательнее, всматриваясь в каждое движение, в каждую мелочь, то как она сжимает кулаки, то как чуть приподнимает подбородок, то как скользит взглядом по рингу.   — Ты уверен?  — Да.   Прозвучал гонг. Грейнджер поднялась с табурета, вышла в центр ринга и в следующий момент нанесла удар прямо в челюсть сопернице. Драко смотрел ещё секунд десять, впитывая увиденное. Потом выключил видео, экран погас, оставив в отражении его собственное напряжённое лицо.   — Нет.   — Что «нет»? — уточнил Блейз, слегка приподняв бровь.   — Нет, блять, — Драко резко воткнул планшет обратно в руки Забини и сжал кулаки. — Ты хочешь сказать, что она…   — Чемпионка женской лиги по профессиональному боксу в Австралии.   — А теперь она работает катменом в клубе у Потти?   Блейз кивнул.   — Мы изначально не нашли на неё информацию, потому что она выступала под именем Мини Стар в Австралии. Семь лет назад дебютировала, через год взяла пояс. Шесть лет держала титул. Один из самых узнаваемых бойцов местной лиги. — И? — В прошлом году всё закончилось. — Насколько всё? — Контракты, спонсоры, клуб, менеджер, за пару недель её просто вычеркнули из спорта. — Что она сделала? — Драко поднял голову. — Ничего. Это и странно. Обычно остаётся след. Скандал. Допинг. Договорняк. Драка. Хоть что-то, а тут ничего. — И после этого она оказывается в Лондоне? — Не совсем. Блейз забрал планшет и открыл следующий файл, где были её фотографии с боев.  — После этого она исчезает почти на восемь месяцев, потом всплывает здесь. — Каким образом? — Через Поттера. — Гарри ?  — Поттер-старший.  — Что, прости? — Поттер-старший помог ей перебраться в Лондон. Это единственная ниточка, которую нашли безопасники. — Блядство, — выдохнул Малфой, проводя рукой по влажным волосам. — Я ничерта не понимаю, Австралия, разрыв контрактов, тишина, потом она катман клуба. Нам известно, где она начинала?  — Пока нет, но ребята уже ищут. — Найди тренера, самого первого, хочу с ним пообщаться. — бросил он и направился в раздевалку. — Я могу задать вопрос?  — Да. — Малфой кивнул, не оборачиваясь. — Почему она тебя так интересует ?  — Она меня не интересует. — поправил он Забини. — Меня интересует откуда она, и почему после её слов Поттеру, тот включился в бой.