Начало
9 июня 2026 г., 16:27
Глава 3
Мальчишка действительно оказался не только не глупым, но и любопытным, чем прокачивал свои мозги еще больше. Он много читал и узнавал. Ему легко довалось даже то, в чем у меня, в свое время, были трудности. Сказать честно, меня это даже немного раздражало. Не знаю почему. Бабушка Мэрия вобще не страшилась даже предлагать мне взять его к себе в советчики, когда он выростит. Так шло время.
Прошло 3 года ...
Стук в дверь. Быстрые шаги и слегка ломаный голос:
- Звали?
Я обернулся. Перед мной стоял высокий юноша. Почти с меня ростом. Угольные волосы лишь немного ниже мочек ушей, в одном из которых висела серьга в виде небольшого серебряного колечка. Хмурые вороньи глазки и свежая сечка на брови:
- Да, звал. Слушай, мне в город надо, к казначею. Забрать у него дань, что он должен был собрать с торговцев...
- Такими делами вы, вроде как должны заниматься самостоятельно. На то вы и правитель.
Перебил он меня своим, бесяще спокойным тоном. У меня аж чуть глаз не задергался:
- Я не пойму, Оль, ты мазохист что ли?
На бледном лице появилась лёгкая ухмылка, при этом глаза оставались такими же хмурыми. Черт побери, да как он это делает?!
- Нет. Я не мазохист. Просто не разумно возлагать ответственность за сохранность денег города на кого то.
Ладно, я погорячился сказав, что глаз у меня ЧУТЬ не задергался. Он задергался. И не только глаз:
- Умный чересчур или че? Помнишь, когда ты тут появился, чего я тебе сказал?
Подошёл к нему, ткнув пальцев в грудь, проговорил по слогам:
- Ты мой раб!
Это же зараза улыбнулся и ответил:
- Я не раб. Я просто должен вас слушаться.
- Аай, это одно и то же! Скажешь нет?
-Не буду.
- Почему?
- У вас и так скоро пар с ушей пойдёт.
Как же мне хотелось ему врезать. Это желание было не описать словами. Но что-то останавливало. Хотя, я знаю что. Он говорил так, как в свое время говорил мой отец, когда, ещё при жизни, готовил меня на трон. Глубоко вздохнув и приставив кулак к его лбу, я звучно выдохнул. Олеар просто закрыл глаза, пока я не убрал руку от его головы. Сказать что он от меня уже получал - ничего не сказать. К слову сечка на его брови - была моих рук делом:
- Скажи, есть хоть одна причина мне тебя сейчас не ударить?
Пацан задумчиво опустил взгляд, после чего сделал шаг назад:
- Моё мнение сейчас разделил бы любой из старейшин. Все денежные дела должны проходить через вас лично.
Почесав затылок, я взял со стула шубу:
- Черт с тобой!
Кинул на парня злой взгляд:
- Но ты едешь со мной!
Проходя мимо, схватил его, сжав шею сзади и, слегка наклонив вперёд повёл за собой. Парень же зажмурился, начав айкать, и покорно пошёл, мелкими шажками.
Выйдя из замка, я отпустил его. Тот начал тереть шею рукой, че то там замычав. Посмотрел на меня, неуверенно протянув:
- Б-больно
Я равнодушно кинул на него взгляд:
- Знаю.
Нет, если быть честным, мне не было плевать на него. В какой то степени за эти три года я даже как то прикипел к нему. Просто он меня выбесил, что, кстати, делал периодически. Но почему то жёстко назаказывать было как то жалко. Чаще всего моё раздражение заключалось в его гордости и интеллекте. А за такое жестоко наказывать для меня было как то не очень.
Когда к крыльцу подъехала паровая машина, я кивнул Олиару. Тот покорно сел в неё:
- Почему ты такой занудный?
Угольные глазки преобрели саркастический взгляд:
- Я просто стараюсь выполнять все законы.
- Просто старается выполнять законы - Дарли. Просто старается выполнять законы - Рейзирена. Но вот ты - нудишь!
Парень хмыкнул и повернулся к окну, начав тотально меня игнорировать.
Доехали до места мы в полной тишине. Кажется, я даже начал дремать в моменте. Но тут раздался голос:
- Приехали.
Я потёр глаза одной рукой, посмотрел на пацана. Тот открыл мою дверь машины:
- Мне идти с вами или я могу остаться тут?
- Нет!
Буркнул я:
- Со мной пошли.
Вышел из машины. Ну как вышел, скорее выполз, так как дремота все же слегка одолевала.
Казначей вышел из своего мелкого делового домика на крыльцо:
- Господин Эвейт, могу ли я просить вас об небольшой отсрочке?
- Какой ещё отсрочке?
- Понимаете, сумма не вся собрана. Ещё трое так и не сдали налоги.
- А моё какое дело? Это твои проблемы.
Казначей, худой да ужаса, но высокий, человек, что был, наверное, в двое старше меня, расстроенно вздохнул:
- Да, господин, это так. Но они не отказываются их сдавать, а лишь просят подождать пару дней.
Я потёр рукой лицо, после чего мой взгляд мельком упал в сторону, на Олеара. У того зуб на зуб уже не попадал. Сьежившись от холода, он переменался с ноги на ногу. И тут до меня дошло, что я же вытащил его из замка, даже не дав взять верхнюю одежду. Да в машине то было тепло, но вот стоять на ветру, в одном кардигане и то, с завернутыми до логтя рукавами - у него даже губы уже стали приобретать синеватый оттенок. Лишь губами выругавшись, я снял с себя шубу и, накинув ему её на плечи, посмотрел на казанчея:
- Ладно. Даю два дня. Не больше. Если приеду и ничего не измениться - клянусь Эльдераром, ты у меня лешишься поста!
Повернувшись, отвесил лёгкий подзатыльник замерзающему вороненку:
- Хватит зубами стучать, поехали домой!
Мы сели в паровую машину и поехали назад. Парень сидел, укутавшись в мою соболинную шубу и иногда шмыгал носом:
- Чего не сказал, что тебе одежду взять надо?
- Вы и сами это видели.
Он покасился. У меня аж злая дрожь по телу пробежала. Я невольно зашипел, угрожающе потянувшись рукой к нему, с желанием придушить. Этот заморыш закрылся шубой с головой и поджал ноги, частично и их скрыв длиной шубой. Время от времени кажется что он делает это специально.
Поднявшись в мои покои, я попросил немного меня подождать за дверью. Когда же, по моему зову, Олеар зашёл к его ногам упала большая куча вещей, которая ждала своей очереди на стирку:
- Это тебе! Все перестирать и прогладить.
На лице парня ярко нарисовалось крайняя брезгливость и отвращение. Я усмехнулся:
- Чего морщишься?
- Почему я? Есть же прачки.
- Неееееет. Это сделаешь ты! Считай это своим наказанием!
- За что?
Он жалостливо состроил брови:
- За то что бесишь меня весь день сегодня. И к вечеру что б все было готово. Пшёл вон!
Не сразу переступив через себя, он взял вещи и ушёл. У меня же было внутри лёгкое удовлетворение.