Мотылёк, не достигший цели

      Вики Уокер даже не подозревала, какое влияние она имеет на Мальбонте. Отвергая его снова и снова, она видела лишь холодную сдержанность Бессмертного. Но за восковой маской безразличия пряталось гораздо больше чувств.       Вики не знала, что каждый ее отказ резал серпом по его натянутым нервам, оставляя раны, которые никогда не заживут. Впервые увидев его полноценным соединением зла и добра: Маля и Бонта, девушка ужаснулась. Ужаснулась не его образу и силе, а тому, что Сэми, Лора и Винчесто погибли ради освобождения этого выродка.       «Выродок». Мальбонте знал, кем считала его Непризнанная. И это осознание опускало его на самое дно отчаянья. Вики засела в голове с момента, как помогла Бонту: отважная девчонка со светящимися крыльями, за которыми он шел из башни, как слепой щенок. Впрочем, без своей темной стороны он действительно был слеп. А как она приносила ему еду? А как смотрела, когда он наконец-то стал собой?! Сколько ярости было в Вики, сидящей перед ним на коленях, связанной и беспомощной, но все еще не порабощенной. Не сдавшейся. Она разговаривала резко, бросая вызовы снова и снова; она боролась за то, во что верила. Это было так близко Мальбонте по духу, что он пожелал заполучить ее. Не как трофей и не как союзника, он хотел видеть ее рядом с собой, равную, сильную и озверевшую. Она нужна ему не только для победы, но и для… чего?       Мужчина и сам не понимал, для чего. Отрицал свою слабость перед Непризнанной, наматывал круги в беспокойстве, когда, будучи в его лагере, Вики решила переночевать в общей комнате. Она отвергла его. Ни о каком сближении и речи идти не могло. Мальбонте бы никогда не пошел против ее воли в этом плане их острых, накаленных до предела взаимоотношений, потому что он не такое зло, каким его малевал народ. Но иногда тьма брала верх: он до скрежета зубов хотел посадить Вики на цепь возле себя. Но сломленная Уокер — не та, которую он желал.       Маль всегда был уверен в том, что его рука не дрогнет, когда они столкнутся на поле боя. Но так ли это было на самом деле? Он безусловно все еще был способен убить девушку, но уже не с тем безразличием, в котором себя убеждал. Готовность убить не равняется желанию. Были и плюсы в сопротивлении Непризнанной: Мальбонте наполнялся яростью. Такой, что перед глазами все темнело, пальцы немели, а каркас ребер был готов лопнуть от накала. Это помогало двигаться к цели, быть жестче и расчетливее.       Когда мужчина отправил Ади в Небытие, он осознал, что Вики Уокер никогда не будет его. Она прожигала дыру взглядом в лице Маля, а по губам он смог прочитать растянутое «не-на-ви-жу». Его накрыло волной разочарования, которое пришлось побороть, натянув привычную маску хладнокровия. Ему стало интересно, какой будет ее реакция, когда он убьет Люцифера. Для метиса демон был не только врагом, борющимся за другую сторону, но и помехой в дальнейшем правлении. Люцифер был не нужен Мальбонте, он не видел сына Сатаны ни главой Ада, ни частью будущего общества.       Она оказалась в его лагере снова. Когда они сидели за одним столом, Маль следил за каждым движением Вики. Потому что, несмотря на то, какой обезоруживающе обворожительной казалась ему Непризнанная, он не мог расслабиться рядом с ней. Уокер — угроза гораздо большая, чем кто бы то ни был. Она еще не до конца понимала, как управлять той силой, которой владела, и, конечно, была не сильнее опытных Серафимов и демонов, но Мальбонте любил Вики. И эта любовь делала его слабее.       Осознание собственных чувств пришло резко в один момент, бахнуло по голове, словно топором. И мужчине абсолютно не нравилось его собственное желание завладеть этой упрямой, вечно лезущей на рожон девчонкой. Но поделать с этим он ничего не мог. Мальбонте знал, что Вики пришла не для того, чтобы стать его союзником. Но минуты шли, а она не предпринимала никаких действий. Как всегда, была груба, не подбирала выражений, говорила прямо и казалась ему честной. На несколько минут он все же позволил себе расслабиться, но вовремя опомнился. Она едва ли не разрушила все его планы. Тогда казалось, что это конец. Метис был готов закрыть Непризнанную до конца войны в самом темном и сыром месте и вернуть ее только для того, чтобы использовать. Часть его силы все еще была в ней.       Ей снова удалось удрать, кинуться в водоворот событий и прибить парочку его солдат. Она была безжалостна и красива. Настолько, что Мальбонте то и дело обращал на нее свой взор. Но битва должна окончиться. И так слишком много жертв. Найдя среди огня и крови силуэт Вики, мужчина бросается за ней. Но в его жизни никогда не было просто. Маль едва успевает приземлиться — дорогу ему преграждает Люцифер. Их бой был недолгим. Ему стало даже немного жаль демона, ведь тот так и не успел насладиться своим превращением.       — Люцифер! — звонкий голос Вики заставляет метиса ненадолго потеряться. Он смотрит в ее заплаканное лицо и борется с желанием прижать девушку к себе. Потому что видеть ее такой невыносимо.       «Этот шрам никогда не зарастет» — проносится в голове, и Мальбонте ловит себя на том, что завидует Люциферу. Потому что его бы Вики Уокер не оплакивала…       Наблюдая за тем, как она мечется из стороны в сторону, он ощущает ее боль физически, потому что их связь слишком крепка. Они всегда будут чувствовать друг друга. Вики научится этому, если они оба выживут, хотя последнее маловероятно.       Хватая ее за руку, мужчина взлетает, вырывая Вики из отчаянья и истерики. Они возносятся над полем битвы вместе, приближаясь к вратам. Он крепко держит ее запястье, вкладывает в руку ключ.       Битва с Шепфа выматывает и калечит, но Мальбонте не сдается. Тут выбор не велик: либо он, либо его. Их навыки неравны. Создатель превосходит его не только в силе, но в мудрости. Сложно одолеть воплощение света, когда ты пошит из лоскутов нитями тьмы. Где-то на галерке сознания щелкает — Вики нет поблизости. В борьбе с Шепфа она, конечно, не помощник, но понимание того, что с ней все в порядке, не помешало бы.       Выхаркивая кровь вперемешку с внутренностями, Мальбонте замирает. Перед глазами Уокер, живая и целая. Она буравит его уничтожающим взглядом, и что-то внутри лопается от осознания: она станет его концом. Умереть от ее руки кажется ему нестрашным, страшнее — больше не прикоснуться к ней снова.       Вики Уокер никогда не будет его. Ее душа всегда была предана Люциферу, вера осталась с погибшим Дино, а надежда теплится в ее груди до тех пор, пока бьется сердце Мими. Она тоже пошита из лоскутов, но более качественных и менее грязных, чем у Мальбонте. Завороженно он смотрит за тем, как она впускает в себя тьму, как голубые глаза заливаются черной вязью, как Вики выставляет руки в его сторону. Мальбонте ощущает удар, его отбрасывает, он чувствует, как ломаются кости. Разбитой марионеткой он оседает у ног Шепфы.       — Твои дети — не твои рабы. Ты наказываешь их за свободу, которую сам даровал, за любовь, которую сам создал, и за выбор, — произносит, запрокинув голову вверх, хватая губами воздух. Сознание плавится, перед глазами размытые линии. Он зажмуривается, склоняя голову, пытается уловить приближающийся женский силуэт.       Мальбонте ощущает, как утекает жизнь. Вики присаживается на корточки напротив и, приподняв двумя пальцами его подбородок, повторяет фразу своего друга:       — Мотылёк погибает, когда достигает цели. — Пауза. Она смотрит, не моргая, вероятнее всего, хочет убедиться, что метис действительно умрет.       Мальбонте ловит её взгляд и губы растягиваются в улыбке. Он хватает ее за плечо, дёргает на себя, впиваясь пальцами в женскую шею. Их губы сталкиваются, он без разрешения вторгается в её границы. Делает то, чего она не хочет. Перед смертью ведь можно?..       «За это и жизнь не жалко отдать»       Девушка дёргается, пытаясь отстраниться. Но ей не позволяют. Мужчина сам завершает поцелуй и с горечью произносит еле слышно:       — Не все мотыльки достигают цели, Вики. Некоторые погибают, не получив желаемого…