Мония

Если бы не это отродье самого Дьявола, все могло бы быть совершенно иначе.. — О, это ты, Моника! Как же я рада тебя видеть! Скорее, проходи внутрь, тут, снаружи, небезопасно находиться, особенно в ночное время суток.. — махнув головой в сторону своей квартиры, приглашая вторую зайти, девушка как можно скорее поспешила вернуться внутрь своего жилья. — И тебе не хворать, Аям! — мягко улыбнувшись, та последовала прямо за русоволосой. Квартира, хоть и была не слишком маленьких размеров, казалась дотошно тесной из-за беспорядка и грязи в ней: окурки от сигарет и бутылки от алкоголя валялись по всей квартире, некоторые осколки от этих же бутылок могли больно впиться в стопу, если не смотреть внимательно под ноги, на кухне в раковине стояла хоть и на вид громоздкая, но очень хлипкая гора из немытой посуды; достаточно коснуться кончиком пальца до этой громадины, что бы она обвалилась на свою жертву, пронзив ее тело десятками, а то и сотнями осколками. Запах табака и алкоголя обволакивал каждый сантиметр комнаты, в которой на данный момент находились девочки, вызывая легкую тошноту и головокружение от одного лишь вдоха этих "благовоний". — Твои родаки опять бухали? — внимательно осмотрев помещение, спросила Моника. — Да.. Мне уже, если честно, очень страшно становится находиться рядом с моими родителями. Они перестали выходить на работу, и сейчас пропивают все свои оставшиеся деньги. Но это во всяком случае будет лучше того, что происходит сейчас на данный момент в городе, и я бы хотела с тобой сейчас поговорить об этом. — А где сейчас эти алкаши бродят? — Они пошли за новой партией алкоголя в магазин, но их уже долго нету дома, а на телефонные звонки они не отвечают. — Как ты вообще живёшь среди них? Это, должно быть, очень тяжело переносится, особенно такой большой промежуток времени. — Мне их в любом случае очень жалко.. Как никак, это мои мама и папа, я не могу их бросить, пусть даже и такая ситуация. Но давай, пожалуйста, отложим эту тему, и сконцентрируемся на другой, более масштабной теме. — Аям отвела взгляд на пол, немного смутившись допросом про её родителей. — Мм.. Ты за то, что сейчас массово пропадают люди без вести? — Да. Неделю назад наша компания уменьшилась до пяти человек: я, Стас, Сайджел, Фьестель и ты. Я пыталась выйти на связь с остальными, но из наших ответили только Стас и ты. Вчера.. — голос Аям задрожал, а сама она пыталась сдерживаться, что бы не разрыдаться на глазах у Моники, — в-вчера по новостям рассказывали про т-тела двух человек, нашедших полностью расчлененными до неузнаваемости в мусорном контейнере.. И.. Ко мне подкралась м-мысль.. Что это были.. — не досказав, девушка все же расплакалась, закрыв лицо обеими руками и рухнув на колени от резкой слабости в ногах. Моника сразу же бросилась к Аям с объятиями, дабы унять её боль и успокоить русоволосую. — Ну ну ну, Аям, милая! Выкинь ты эту дурь из головы немедленно! Невозможно, что бы с нашими ребятами смог кто-то так обойтись. Аям, послушай, тебе померещилось, возможно, они сейчас просто не могут выйти на связь.. — Да, наверно, ты права.. — Аям вытерла ручейки слез со своих щек и посмотрела в глаза Монике. — Спасибо, что хоть ты рядом находишься.. Не знаю, что бы было, если бы ты сейчас не пришла сюда. В этом дурдоме трудно трезво мыслить. — На то мы и друзья. Да.. Хей, может тебе воды дать, что бы ты точно успокоилась? — Давай.. Только я не помню, когда в последний раз у нас в доме была чистая вода. — О, не переживай, у меня есть с собой, я по дороге к тебе зашла в магазин и купила бутылку с водой, долго шла и во рту пересохло. — Моника достала из своего кармана небольшую бутылку с водой и протянула ее Аям. Та с большой жаждой взяла бутылку с ее рук, открыла её и быстро выпила все содержимое. Моника, довольно улыбнувшись, посмотрела на Аям, а затем начала следить за каждым ее движением — Все хорошо, Моника? — словив взгляд на себе, спросила Аям. Моника не сразу услышала Аям. Она словно ожидала от русоволосой чего-то, чего ей нужно было в этот момент больше всего на свете. — О, да, разумеется. Я просто слежу, что бы тебе вдруг не стало плохо. Ты вымоталась, горько плача на полу, и не хочу снова этого допустить. — А.. Это.. Мило с твоей стороны..? — произнесла русоволосая, ощущая некую тревогу от пристального взгляда голубоволосой. Через несколько секунд Аям почувствовала внезапную усталость и сонливость, из-за чего она начала зевать и медленно опускаться на пол. — Аав, Моника, кажется, я очень сильно вымоталась.. Я прилягу.. Посплю чуток.. Аям уже лежала на полу с закрытыми глазами, полностью окунувшись в царство Морфея. Ей снился сон о том, как она весело проводит время со своими друзьями: Моника, Стас, Сайджел, Ави, Фьестель, Эмиль и она — все живы, здоровы, а главное счастливы. Все сидели в кругу и вспоминали смешные моменты из повседневной жизни, параллельно заливаясь громкими смехом, от которой можно нехило накачать пресс. Через мгновение ее переносит в квартиру, но уже просторную и чистую, а в ней — ее родители, без бутылок алкоголя или сигарет, которые радостно встречают свою любимую дочь. Аям от счастья рванула в объятия к родителям, не веря своим глазам, что все наконец-то закончилось и все стало хорошо. Но внезапно ее запястья начали подозрительно жечь, а потом и вовсе болеть. Боль была настолько сильной, что от таких ощущений Аям проснулась в холодном поту и быстрым сердцебиением. Зрение было размытым и она мало могла что-либо увидеть, но по ощущениям она поняла, что сидит на полу, облокотившись спиной об стену, а ее руки были крепко-накрепко связаны веревкой. — Что происходит?. Моника?. — Очнулась. Я думала, ты проваляешься без сознания немного подольше. Ну ничего страшного, тем же лучше. — Моника! Почему я связана? Это твоих рук дело?? — русоволосая попыталась высвободить свои руки из западни, но ее попытка увенчалась провалом. Из-за сильно перетянутой веревки, она ощущала невыносимую боль в запятьях. Казалось, что кровь понемногу перестаёт поступать в эту зону, а руки бледнели с каждой секундой и не слушались хозяина. — А ты, я смотрю, догадливая. — Почему? Что я сделала плохого тебе?? Помогите, кто-нибудь!! — сердце Аям начало настолько сильно биться, что, если бы квартира находилась в полной тишине, этот стук циркулирования крови в ее сердце было бы слышно с каждого уголка всего помещения. Девушка очень сильно запаниковала и начала громко кричать, зовя на помощь, но ее крики быстро прервались при помощи ладони, закрывавшей ее рот. — Не очень-то вежливо так себя вести при гостях. Ты прерываешь нашу с тобой игру. Аям вновь попыталась сопротивляться Монике, на этот раз ногами, но сразу же осознала, что ее ноги также были крепко связаны между собой. — Пригласила в гости и теперь пытаешься сбежать? Ты меня разочаровываешь. Я думала, мы друзья. Аям хотела возразить ей, но ладонь на ее лице мешала ей что-либо сказать. — А, ты что-то хочешь мне сказать? Учти, если попытаешься снова закричать, то пройдёшь все семь кругов ада несколько раз подряд прежде чем сдохнешь. — Моника убрала ладонь со рта Аям, позволив ей заговорить. — Какого черта, Моника! Ты вообще в своем уме? Сейчас же развяжи меня!. Пожалуйста! — Хех, ты задаёшь слишком много вопросов. Я всего-навсего хочу поиграть с тобой в одну игру. Поверь, нам будет очень весело! Ты никогда не сможешь забыть этот прекрасный день.. если останешься в живых. — ЧТО?! ПРОШУ, НЕ НАДО ЭТОГО ДЕЛАТЬ, УМОЛЯЮ! Я СДЕЛАЮ ВСЕ, ЧТО ТЫ ЗАХОЧЕШЬ! Не выдержав, Моника с кулака ударила Аям в грудную клетку, что бы та заткнулась. От такого удара та крикнула, по щекам у девушки брызнули новые ручейки слёз, в глазах потемнело, а сама она начала хрепеть, пытаясь словить воздух ртом, что бы не задохнуться. — Глупая, глупая моя милая Аям! Вместо того, что бы пытаться сопротивляться мне, подумала бы своей невинной, но наивной головушкой, с кем она сейчас имеет дело. — Я.. Не понимаю тебя.. — Ты меня снова разочаровываешь. Вспомни наш недавний разговор. — Сай.. Фьестель.. Они же живы, верно?. — И снова мимо! Нет-нет-нет, я немножко наврала тебе, Аям. На самом деле по новостям действительно говорили про них, а виновник сего торжества.. стоит прямо перед тобой. — указав большим пальцем на себя, произнесла Моника. Её лицо расплылось в безумной улыбке, а зрачки значительно уменьшились, заставив Аям еще больше испугаться. — Я, правда, удивлена, как они так быстро нашли их и обознали, что это именно трупы, ведь я позаботилась о том, что бы никто даже и не подумал о таком. Лицо Аям за считанные секунды побледнело на глазах у Моники, поневоле раскрыв глаза, наполненные истинным ужасом и страхом, и рот от огромнейшего шока. — Ну что ты так смотришь на меня? Я всего лишь избавилась от своих конкурентов. Это было очень забавно, поверь мне! Самый лакомый кусочек в этом процессе — это наблюдать за их страданиями и мольбами поскорее убить их. Особенно Фьестель.. О, да, она меня тогда знатно повеселила! Она хоть и казалась на первый взгляд очень тихой и замкнутой, но взяв её за шкуру и застав в расплох, она показала свою настоящую "я". Мне казалось, ее весь город слышал в тот момент.. Но ты не переживай, я полностью насладилась её страданиями и вдоволь наигралась вместе с ней! — Ты не могла.. Ты не могла! Я не верю! Ты никогда не была такой! — Охохо, поверь, я всегда была такой. Ты просто не замечала этого под своими розовыми очками. Из-за семейных проблем ты решила утонуть в кругу своих так называемых "друзей". Ты полностью романтизировала их и жила своими фантазиями, не замечая изъянов у других. В том числе и у меня. Даже Эмиль начал подозревать меня в каких-то злых деяниях, хотя я навряд ли смогу назвать кого то тупее, чем он. — Но для чего ты это сделала?. — Ради Стаса. Аям будто не поняла ее, либо ей показалось, что послышалось. — Что?. — Ради моего любимого и единственного человека, заполнившего все мое сердце! Я люблю его очень и очень сильно, я хочу, что бы он принадлежал только мне и никому другому, и я сделаю все ради этого. Думаешь, я не замечала, как вы все трётесь около него, пытаясь отнять все его внимание себе? О, нет, теперь этого не случится, теперь я взяла ситуацию в свои руки и направила его в нужное русло. Он будет только моим. И на этой планете не останется ни одной живой души, контактировавшей с моим любимым. — Ты чокнутая.. И гребаная эгоистка!. Где та добрая Моника, которую я знаю?? — после ее слов последовал еще один удар в грудную клетку с большей силой, из-за которого Аям чуть не лишилась сознания. Кислорода в лёгких катастрофически не хватало, а запястья уже были натерты в кровь, что заставляло русоволосую постепенно терять рассудок. — Её никогда и не было. — холодно ответила Моника, сжав кулаки и стиснув зубы. — Хватит уже этих соплей. Пора переходить к тому, ради чего мы тут и собрались. Аям хотела снова закричать от ужаса и позвать кого-нибудь на помощь, но боль в груди мешала ей это сделать. Да и страх спровоцировать маньячку на очередной удар по грудной клетке тоже держал свое. Ей ничего не оставалось сделать, кроме как снова заплакать, но уже от безысходности и беспомощности. Аям до сих пор не могла поверить в то, что ее почти лучшая подруга оказалась поехавшим крышей садистом из-за одержимости, что именно она лишила жизней остальных ее близких друзей, и что она сейчас повторит их плачевную судьбу. Мысли о предательстве и о скорби все больше и больше заполняли ее невинное сердце, тем самым усиливая боль в груди и заставляя Аям все сильнее и сильнее плакать. Улыбка с лица Моники никуда не уходила, она наслаждалась этим моментом, наслаждалась нанесенной ей травмой и страданиями этой девчонки, но что-то кольнуло в глубине её души. Она потупила взгляд, подумала несколько и приняла решение. — У тебя чистое сердце, Аям. Будь хорошей девочкой, и я, так у ж и быть, сделаю это быстро. — Пожалуйста, отпусти меня.. — Ты должна быть мне благодарна за столь щедрый подарок. А ведь не у каждого была такая роскошь. Аям промолчала. Кажется, она уже смирилась с происходящим и приняла свою печальную участь. Ее голова опустилась вниз, а глаза были зажмурены, дабы не видеть весь кошмар, происходящий с её телом, которое во всю дрожало от неистового страха. Моника была уже очень довольна своей работой, к которой она практически и не приступала, но все же что-то колит у нее в области груди. Неужели ей.. жалко ее? Отвернув голову в сторону, что бы стереть эти мысли с головы, она снова взглянула на беспомощную Аям, у которой, видимо, уже началась паническая атака. Капаясь у себя в голове, она зарычала и схватилась за кухонный нож, заранее подготовленный для предстоящего представления. — Агрх, ладно, хуй с этим! Убью тебя прямо сейчас, что бы ты не мучилась! Все равно тебя на этой земле никто не любил, лишь один Бог с тобой. Считай, я твой путеводитель в твою счастливую жизнь. После слов Моники Аям начала рыдать в голос, несмотря на жгучую боль в груди. Мысленно она начала прощаться со всеми, кого она знала еще живыми, готовя себя к самому худшему. В это время Моника замахнулась над головой Аям, готовясь нанести первый ножевой удар. — Не хочешь сказать свои последние слова, перед тем как покинуть этот мир? Собрав в себе все свои силы, Аям прокричала сквозь слёзы: — Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! ТЫ ЧУДОВИЩЕ!!! — И ты тоже навсегда оставила свой след в моём сердечке. А теперь.. спи спокойно. Окончив говорить, Моника вновь улыбнулась во все свои тридцать два зуба, намекая своей жертве, что веселье уже началось. Она прицелилась, что бы не промахнуться ненароком, и со всей силы вонзила в череп девушки во всю длину лезвие острого и холодного ножа. Аям закричала что есть мочи в агонии от неимоверной боли, пока по её лицу уже во всю хлыстала горячая, алая кровь в перемешку с потом. Она начала биться головой об стену из-за адских травм, надеясь на то, что ей удастся хотя бы на мгновение перебить этот кошмар, при этом молясь Богу и раскаиваясь за все свои грехи у себя в мыслях, пусть даже это и плохо получалось с ножом, доставшим уже до её мозга. Параллельно этому, Аям пыталась хоть как-то вырваться из лап маньячки от нахлынувшего адреналина в ее жилах, но ее попытки сопротивляться лишь поджигали жажду крови и страсть в глазах голубоволосой. Моника на этом не остановилась, ее животный "инстинкт" требовал большего, намного большего, чем одно жалкое увечье, и, заливаясь громким смехом, нанесла ещё пять таких же глубоких ударов по черепной коробке, а что бы русоволосая все же не так сильно мучалась, она вынула нож из ее головы и пронзила им ее сердце, несколько раз провернув в добавок по часовой стрелке внутри него. Адская боль пронизывала каждую молекулу русоволосой, из-за чего Аям вскоре окончательно потеряла своё сознание. — НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!! — последнее, что смогла произнести Аям в лапах у Моники. Через несколько секунд её пульс полностью остановился. Тело побледнело, хотя, казалось, куда ещё больше. Она умерла. Комнату накрыла кромешная тишина, лишь звук хлыщущей крови из тела Аям было слышно отовсюду в помещении. Лунный свет полностью освещал труп, из-за чего можно было разглядеть каждую рану, каждую каплю крови на её белоснежней коже. Алая жидкость не переставала течь, она уже успела обляпать почти всю комнату, в том числе и саму маньячку с ног до головы. Моника внимательно разглядывала нанесенные ею увечья в области головы и груди и не могла нарадоваться проделанной работой. — Прекрасно, прекрасно! Это идеальное преступление. Но наша игра ещё не закончилась. То, что ты, к сожалению, сейчас уже мертва, не освобождает тебя от моей терапии. Все на равных условиях, Аям. Моника присела к трупу Аям, вытаскивая из её тела нож. Она жадно облизнула острие оружия, наслаждаясь металлическим вкусом сладкой крови русоволосой. Ей было мало. — А теперь приступим к самому завораживающему. С нетерпением Моника взяла нож в зубы и развязала уже напрочь натертые запястья и ноги Аям. Уложив тело на спину в горизонтальном положении, она уселась на нее так, что бы свет от луны падал прямо на голову Аям. Моника взяла в правую руку полностью окровавленный нож, пытаясь разглядеть в нем свое отражение, и начала изрезать нежное лицо Аям до неузнаваемости. — Аах.. С каждым разом меня все больше и больше возбуждает этот запах свежей крови и плоти после убийства. Этот прекрасный вид только что сдохнувшего человека сводит меня с ума! Жаль, что ты сейчас не сможешь ощутить всю прелесть происходящего, Аям, но иначе все соседи с этого здания сбежались сюда "спасать" тебя. Интересно, почему все еще никто не ломился в эту дверь?. А в прочем, мне же это на руку пойдёт. Усевшись по-удобнее и закончив рисовать узоры на Аям, Моника высунула язык и начала вырезать ее глазные яблоки с голубой ангельской радужкой, которые не раз посмели смотреть на её прекрасного и неповторимого Стаса. Интереса ради она решила попробовать на вкус эту гадость, но не рассчитала и целиком проглотила один из ее глаз. — Вот же ж блять.. Скользкое.. Это ты так много плакала, чтобы твое око специально было таким склизким и я не смогла его как следует распробовать? Хитро.. Теперь ты можешь наблюдать одним своим глазом за моими внутренностями, хахаха. Возможно, там ты встретишь остальных своих друзей. Однако я предпочитаю более классический вариант. С дикой охотой и зверским голодом она примкнула к шее Аям и начала обгладывать её, отделяя её голову от остального тела, вылизывая каждую капельку крови, стекающей из её шеи. Не насытившись, она принялась за ключицы и плечи, сжирая все мясо до костей. Плоть была такой же нежной и воздушной, как и сама его обладательница, но в то же время оно сохраняло свою сочность засчет сладкой крови, оставляя во рту приятное металлическое послевкусие. Вдоволь обожравшись сырым мясом, как последняя свинья на этом свете, Моника снова схватилась за свое оружие и приступила к разрезке трупа на части. Начала она с ладоней, которые когда-либо дотрагивались до её идола. Разрезав их, она приступила отрезать по одному каждый палец. — А это мне на ужин. — спрятав в карман несколько штук пальцев, довольно произнесла Моника. Она продолжила медленно расчленять мёртвое тело, параллельно фасуя мясные куски по черным мусорным пакетам. Маньячка так же не упустила шанс распороть живот Аям, что бы вживую узреть её прекрасные внутренности, но не настолько прекрасные, как у него. Она вытащила из мертвого тела ещё тёплые кишки и обмоталась им, словно шарфом, внюхиваясь в этот сногсшибательный запах. Моника так же решила попробовать на вкус сердце своей жертвы, которое так сильно стремилось жить несколько минут назад. На вкус оно было жёстким из-за интенсивного циркулирования крови, но не менее сочным и сладким на вкус, нежели самой плоти. Отведав лакомством, Моника знатно обляпалась в крови. Ей казалось, что сердце сейчас вот-вот снова забьётся с новой силой и взорвётся в ее руках, как воздушный шарик с водой. Наконец, она закончила свое грязное дело, и была безумно счастлива результатом. — Это был мой последний конкурент. Осталось хорошенько утилизировать весь этот фарш, дабы его хотя бы не нашли так же быстро, как тех двух идиотов. Моника начала собираться уходить с трофеем в руках, параллельно проверяя каждую щёлочку в квартире, чтобы не оставить каких либо улик ее злодеяний. Перед уходом все должно выглядеть так, словно ничего и не происходило. Надвигаясь к выходу, Моника на мгновение остановилась. — А Аям была права.. Я то ещё чудовище. Но мне это ахуеть как нравится.