Проснулся и узнал, что женат

Шао Сы выкроил секунду, приподнял веки и скользнул по вошедшему ленивым взглядом. Разглядев, кто перед ним, он вновь уткнулся в экран: — Ты как здесь оказался? Погоди пару минут, дай партию доиграть. Гу Яньчжоу целенаправленно подошёл к Шао Сы. Слегка нахмурившись, он на ходу размотал глубокий тёмно-серый шарф и с лёгким упрёком поинтересовался: — Сегодня резко похолодало. Почему ты так легко одет? В этот момент раунд как раз завершился. Шао Сы поспешно вышел из приложения и попутно заметил высветившееся в правом верхнем углу время: ровно 20:00. Первым порывом было честно признаться, что он намеренно оделся полегче, дабы выглядеть более измученным и подчёркнуть образ безвинной жертвы. Однако, поразмыслив, юноша счёл, что пускаться в такие объяснения чересчур утомительно. Он спустил ноги со скамьи и на ходу переиграл ответ: — Да потому что… потому что я нищий. Гу Яньчжоу не обратил ни малейшего внимания на очередную порцию неприкрытой чуши. Он слегка наклонился и самолично накинул тёплый шарф юноше на шею: — Носи. — … Шао Сы окинул себя критическим взглядом и с лёгким сомнением протянул: — Этот шарф как-то не очень вяжется с моим сегодняшним аутфитом. Едва фраза сорвалась с губ, парень вскинул голову и наткнулся на двусмысленную, едва уловимую усмешку Гу Яньчжоу, взгляд которого при этом оставался пронизывающе холодным. В итоге Шао Сы покорно приподнял руки, перекрестил концы шарфа и завязал аккуратным узлом: — …Ладно, ладно, надену. Прекрати так смотреть, от твоего взгляда мурашки по коже, аж не по себе. Спустя пять минут. Чёрный спорткар бесшумно выкатился за пределы охраняемой территории через служебные ворота. Автомобиль имел самый заурядный номерной знак, а стёкла были выполнены из особого материала, полностью скрывающего происходящее внутри от посторонних глаз. За рулём сидел мужчина средних лет. — И это только те, кто дежурит у бокового выезда. Если прибавить главные и задние ворота, то в общей сложности там засели представители как минимум трёх-четырёх изданий, — сказал Гу Яньчжоу, жестом давая водителю знак сбросить скорость, и продолжил: "Или ты наивно полагал, будто ближе к ночи они соберутся и разъедутся по домам? Сколько лет ты уже в этой индустрии?" Шао Сы прильнул к тонированному окну и действительно разглядел несколько до боли знакомых минивэнов. Сидевшие внутри люди то и дело высовывались наружу, удерживая наготове массивные профессиональные камеры. — Судя по прошлому опыту, если промариновать их пару часов и не дать никакого улова, они обычно сворачивают лагерь, — заметил Шао Сы. В конце концов, ловить здесь было абсолютно нечего, ведь ни один здравомыслящий артист не станет по собственной глупости разгуливать на виду у всех в самый разгар скандала. Оставалось признать: на сей раз поднятая шумиха вокруг расторжения договора превзошла все самые смелые ожидания. Закончив свои рассуждения, Шао Сы повернул голову к спутнику: — Я ещё в самом начале хотел спросить, ты здесь оказался чисто проездом? — Вовсе не проездом, я специально приехал ради тебя. — На лице Гу Яньчжоу угадывались следы глубокой усталости. Он устало потёр переносицу и добавил: "Стоило мне вернуться, как я узнаю, что ты умудрился вляпаться в такую историю". Примерно за час до этого Гу Яньчжоу только-только сошёл с трапа самолёта и в зале ожидания был мгновенно взят в плотное кольцо восторженными фанатами и вездесущими репортёрами. Мужчина умышленно замедлил шаг, оставил автографы нескольким поклонникам в авангарде и с мягкой улыбкой напутствовал их: «Будьте аккуратнее по дороге домой». То была его излюбленная, отточенная годами уловка: со стороны она выглядела невероятно заботливо, хотя на самом деле служила элегантным способом разогнать толпу. Именно в этот момент один из журналистов, напрочь лишённый инстинкта самосохранения, выкрикнул: — Господин Гу, вам известно о сегодняшнем громком расторжении договора между Шао Сы и его агентством? Обладаете ли вы какими-либо инсайдерскими сведениями? Не могли бы поделиться подробностями? Гу Яньчжоу на мгновение замер. Поначалу он не планировал так поспешно касаться этой болезненной темы, опасаясь ненароком задеть чувства Шао Сы. Юноше сейчас наверняка приходилось несладко, особенно если вспомнить, как тот одиноко жался на скамье в парке, пытаясь заглушить тоску мобильной игрой. Картина, если честно, жалкая. Вот только с момента их посадки в машину прошло едва ли десять минут, а этот якобы «убитый горем» парень уже вовсю блаженно щурился и со всеми удобствами устраивался вздремнуть. … Гу Яньчжоу ощутил, что вся его недавняя искренняя эмпатия была потрачена абсолютно впустую. — Так что там у тебя стряслось с расторжением договора? Несмотря на заданный вопрос, мужчина и сам в общих чертах понимал подоплёку случившегося. Ещё тогда, когда Шао Сы переслал ему фотографию компромата, находившегося в руках Ци Мина, он заподозрил неладное. В девяти случаях из десяти всё заканчивалось полным разрывом с менеджером. Вот только он никак не ожидал, что Шао Сы умудрится заодно утянуть за собой и всё руководство агентства. Шао Сы нехотя приоткрыл глаза и абсолютно буднично признался: — Да просто они меня выбесили. Я ведь изначально планировал ещё немного потерпеть, но эти идиоты вызвали меня на ковёр и принялись отчитывать. Заявили, якобы из-за моего отказа сниматься в этой третьесортной дораме я умудрился очернить безупречный имидж компании. Имидж они свой очернили, как же, очень смешно. Гу Яньчжоу поинтересовался: — И дом ради этого пришлось продать? Где ты теперь намерен обосноваться? — Забронировал номер в отеле, перекантуюсь пару дней. — Шао Сы выпрямился, бросил беглый взгляд в окно и добавил: "Можешь высадить меня на следующем перекрёстке. Огромное спасибо за выручку, с меня ужин при первой возможности". Гу Яньчжоу проигнорировал его слова и сухо скомандовал водителю: — Не обращайте внимания, поезжайте дальше. Шао Сы возмутился: — …Эй! — Нашим доблестным папарацци достаточно будет шевельнуть пальцем, чтобы получить доступ к базам данных отелей и отследить твою бронь, — пара фраз Гу Яньчжоу мгновенно ударила прямо в уязвимое место, после чего он с вполне определённым умыслом добавил: "У меня очень просторный дом, да и с конфиденциальностью там всё в порядке". Шао Сы мысленно прокрутил услышанное и уточнил: — Ты сейчас что, делаешь мне официальное приглашение погостить? — Если идея в духе «даже если объект будет категорически против, я всё равно оглушу его, упакую в мешок и притащу к себе» укладывается в твоё понимание гостеприимства, то да. Это приглашение. Что касалось обеспечения приватности, особняк Гу Яньчжоу в этом плане действительно считался эталоном. Даже Шао Сы, который обычно держался в стороне от светских сплетен, краем уха слышал об этом. Представители медиа словно огня боялись этого человека, из-за чего в прессу никогда не просачивались подробности его частной жизни. В своё время главный папарацци страны, некий господин Ван, весьма завуалированно обмолвился в приватной беседе: «За спиной Гу Яньчжоу стоят настолько влиятельные фигуры, что даже если он распахнёт перед нами двери настежь и предложит снимать, ни у кого из нас не хватит смелости нажать на кнопку». Этот мужчина, вознёсшийся на вершину индустрии развлечений, одновременно с этим оставался для всех абсолютной, неразгаданной загадкой. Поначалу Шао Сы намеревался ответить решительным отказом, однако, здраво взвесив все за и против, осознал, что иного выхода попросту нет. Попытайся он напроситься в гости к Ли Гуанцзуну или Чи Цзыцзюаню, для последних это обернулось бы сущим кошмаром. Папарацци с упорством бомбардировщиков оккупировали бы их жилые комплексы и превратили бы повседневную жизнь парней в кромешный ад. Шао Сы ненадолго задумался и деловито уточнил: — В какую сумму мне обойдётся аренда комнаты? Гу Яньчжоу великодушно отмахнулся: — Заплатишь, сколько посчитаешь нужным. В итоге все мои деньги всё равно перейдут к тебе, а твои так и останутся твоими. — …Предложение и впрямь заманчивое, — со вздохом констатировал Шао Сы. — Вот только меня терзают смутные сомнения, что ты вынашиваешь в отношении моей скромной персоны какие-то нечестивые замыслы. Гу Яньчжоу даже не подумал отпираться: — Угу, твои подозрения бьют точно в цель. Выдержав короткую паузу, он тем не менее поспешил успокоить спутника: — Однако к насилию я не питаю ни малейшего интереса, а вероятность того, что ты сам бросишься в мои объятия, тебе и самому прекрасно известна. Так что, моё сокровище, ты в абсолютной безопасности. Шао Сы: … В конечном счёте молодые люди урегулировали все организационные вопросы. Водитель развернул машину в сторону отеля, дабы аннулировать бронь и забрать багаж артиста. Гу Яньчжоу сегодня был предельно вымотан. С раннего утра он мотался по рабочим съёмкам, после чего без малейшей передышки совершил многочасовой перелёт из Милана. По этой причине, едва они переступили порог особняка и мужчина помог Шао Сы определиться с комнатой, он привалился плечом к дверному косяку. Силы окончательно покидали его, и он проговорил усталым голосом: — Я пойду немного прилягу, если возникнет острая необходимость, разбуди. Если проголодаешься, на кухне полно еды, достаточно просто разогреть, тётушка Ван приготовила блюда перед самым моим приездом. И чтоб никаких упаковок с растворимой лапшой. В этот момент Шао Сы как раз бережно извлекал из чемодана плюшевую альпаку, пристраивая игрушку на прикроватную тумбочку. Не оборачиваясь, он бросил в ответ: — Ладно, всё понял, иди уже спать. Перед уходом Гу Яньчжоу из вежливости сделал комплимент: — А твой цыплёнок весьма недурно смотрится. … Шао Сы недоумённо перевёл взгляд на зажатую в руках альпаку: — Гу Яньчжоу, от дикого недосыпа ты, похоже, окончательно ослеп. Пожитков у Шао Сы оказалось немного, львиную долю багажа составляла одежда. Лишь покончив с раскладыванием вещей, он выкроил минутку, дабы осмотреть роскошные хоромы своего коллеги. Внутреннее убранство практически полностью соответствовало его первоначальным ожиданиям и как нельзя лучше отражало характер хозяина: внешне всё выглядело предельно лаконично и минималистично, однако при ближайшем рассмотрении каждая деталь оказывалась баснословно дорогой. Чего стоил один только массивный винный шкаф, стройные ряды коллекционных бутылок в котором могли заставить любого ценителя лишиться дара речи. Шао Сы лениво обошёл апартаменты по кругу, после чего с комфортом расположился на диване и принялся пролистывать ленту Weibo. Рыболовные сети были успешно заброшены, теперь оставалось лишь отслеживать реакцию. Вот только при попытке авторизоваться приложение безбожно зависло и вылетело, не выдержав колоссального наплыва пользователей. В комментариях под его профилем творилось нечто невообразимое: — Что вообще происходит?! Папочка, с какой стати ты расторг контракт?! Тебя что, прессовало руководство?! — Двести пятьдесят миллионов юаней… Это же буквально означает остаться без гроша в кармане и пустить с молотка всё имущество… — Умоляю, скажи, что ты не собираешься навсегда уходить из кино! — Папочка, подай хоть какой-то знак! Мы тут все на грани безумия! Шумиха вокруг аннулирования договора не утихала на протяжении всего дня, при этом ни одна из сторон не спешила делиться подробностями. Только ближе к половине десятого вечера Шао Сы опубликовал лаконичное обновление. Пользователь Шао Сы V: «Действительно возникли некоторые непредвиденные обстоятельства, однако причин для паники нет». …Ведёт себя точь-в-точь как умудрённый опытом отец семейства. Сделав публикацию, Шао Сы решил заглянуть на личную страницу Гаои. Пустота. По какой-то неведомой причине девушка подчистую удалила все ранее опубликованные материалы. Эта девственно чистая главная страница теперь как нельзя лучше соответствовала её псевдониму: «гаои» что в буквальном переводе означает «белоснежные траурные одежды». Что же там стряслось? Её умудрились заставить замолчать пиарщики противоположной стороны? В этот момент подала голос Система: [Тут такое дело… Я прекрасно понимаю, что сейчас не самый подходящий момент для подобных известий, но я просто обязана доложить: жизненные показатели владелицы данного аккаунта начали сильно колебаться.] Сердце Шао Сы испуганно пропустило удар: [Опять?] Основываясь на богатом прошлом опыте, если эта Система фиксировала резкие скачки жизненного тонуса, речь неизменно шла о людях, находившихся на волосок от неминуемой гибели. Система принялась усердно производить в уме какие-то расчёты, после чего выдала: [Тебе следует оперативно пробить по базам данных, не числится ли в какой-нибудь из местных клиник пациентка по имени Дай Вэй, проходящая курс лечения.] [Клиника, лечение…] — Шао Сы погрузился в раздумья. — [Теперь пазл наконец-то сложился.] Становилось понятно, почему она вела себя настолько отрешённо и бескорыстно, отказываясь вступать в борьбу за свои права. Каким бы великодушным ни было сердце Гаои, столкнувшись с подобной вопиющей несправедливостью, обычный человек попросту не имел права оставаться столь безучастным… Ведь это было её детище, её выстраданная история. Шао Сы наконец осознал, что именно вызвало у него то самое смутное, едва уловимое ощущение неправильности, когда он впервые просматривал её профиль. Вот, оказывается, в чём крылась истинная причина. Перед лицом неминуемой кончины все эти мирские дрязги и творческие споры естественным образом теряли всякую значимость. Едва Шао Сы успел связаться с нужными людьми, дабы те навели справки по больницам, как из дверей спальни вновь показался Гу Яньчжоу, который, по всем расчётам, должен был крепко спать. Мужчина успел лишь скинуть верхний пиджак, а рубашка оставалась небрежно расстёгнутой на несколько пуговиц: было ясно, что сил на переодевание у него не хватило. Шао Сы бросил беглый взгляд на часы и убедился, что с момента ухода хозяина прошло от силы минут двадцать: — Гу Яньчжоу, ты чего припёрся? Решил заняться лунатизмом? Голос Гу Яньчжоу звучал хрипло и приглушённо. Слегка потянув за воротник, он проследовал прямиком на кухню и распахнул дверцу холодильника. Принимаясь одну за другой извлекать тарелки с готовыми блюдами, мужчина проворчал: — Никакой я не лунатик. Мне просто приснилось, будто ты стоишь посреди кухни и жалуешься, как же это утомительно, заталкивать посуду в микроволновку, а потом доставать обратно. Вот я и проснулся. Выхожу и вижу: моё сокровище, ты и впрямь полностью оправдал мои худшие ожидания.