Спланировано идеально

Гоусту было давно на всех наплевать - разумеется, фигурально. Десятки тысяч новичков с горящими глазами появлялись на тренировках чтобы только увидеть его: живую легенду. Каждый раз новички заявляли, что готовы на любые испытания, чтобы когда-нибудь в будущем работать с Гоустом бок о бок, и каждый раз все они уходили с базы в конце сезона. Уходили навсегда. Саймона раздражало бездействие. Второй год он жил на военной базе с остальным составом ОТГ-141, занимался документами, оттачивал навыки в спортзале и гонял молодняк по просторному стадиону. Ни одной миссии, ни одной вылазки. Конечно, его свободу никто не ограничивал - можно было податься даже в родной Манчестер, - но смысла в этом он не видел. Командир Прайс никак не объяснял затишье, хотя обычно делился с бойцами любой информацией. Очевидно, в этот раз он и сам ничего не знал. Единственное интересное событие случилось в ноябре - один из новичков за долгое время полностью прошел отбор и вступил в ряды оперативников. Встречали его не с распростёртыми объятиями, а по-мужски, и этот новичок с первого дня стал частью отряда. Звали его Джон МакТавиш, но обычно парня окликали по его позывному - Соуп. Этот Соуп был очень лёгким в общении, завёл много друзей и знал в лицо всех и каждого. Он обладал невероятным обаянием, из-за чего мог очаровать любого встречного. МакТавишу реже всех выпадали обязанности вроде дежурства на кухне или чистки уборных, что приводило его самого в неописуемый восторг. Единственной крепостью, которую Джон так и не смог покорить, оставалась загадочная душа Гоуста. Туда даже соваться было страшно - легко остаться без глаз или со сломанной ключицей. Не сказать, что МакТавиш избегал Саймона Райли, но и не горел желанием с ним общаться. До одного случая. Если коротко - Прайс устроил проверочный марш-бросок на десятку километров, в ходе которого Джон вывихнул лодыжку и почти весь обратный путь цеплялся за Гоуста, рядом с которым он шёл. Надо отдать лейтенанту должное - в критический момент он помог товарищу. И даже позволил повиснуть у себя на плече. Ну ладно, не совсем повиснуть, а только чуть-чуть. Саймон дотащил Соупа до базы, сдал врачам и спокойно удалился в свою комнату, совершенно забыв об инциденте. А вот МакТавиш не забыл и с того дня стал проверять границы дозволенного и осторожно влезать в жизнь Гоуста. Мораль сей басни такова: прежде чем сделать добро, подумай КОМУ. Гоуст по большей части и не был против ежедневных подколов, вопросов, 100500 анекдотов и сплетен, но никогда не отвечал на них более, чем односложно. В основном это было “Соуп.” произнесённое таким тоном, что все близлежащие существа убирались от греха подальше. А единственное назойливое нечто с нулевым инстинктом самосохранения лишь фыркало, дружественно хлопало его по плечу и убегало. Обычно вслед ему раздавалось тихое: “пиздюк”, но этого никто не слышал, а значит не сможет и подтвердить. В целом, всё. Предисловие можно закончить на том, что Соуп просочился в комнату Гоуста и устроил там филиал своих апартаментов. Разумеется, лейтенант добросовестно выкидывал в коридор всё его барахло, что приводило к неизбежному смешению их вещей. Знал бы Джонни, чем это закончится… Но он не знал. Поэтому и продолжал истязать Гоуста своим присутствием. Всё. Предисловие официально завершено. В один прекрасный вечер пятницы МакТавиш собирал рюкзак для завтрашних тренировок в опасных условиях. Прайс обещал вывезти их на болото, поэтому Джон искал свои мощные резиновые сапоги. Вот только на месте их не оказалось. Соуп перерыл свою комнату снизу доверху и принялся за вещи Саймона, испортив его аккуратный порядок. Тот скрипнул зубами, но копаться разрешил. Сапоги не нашлись. Соуп метался с кипами вещей из комнаты в комнату, а Гоуст флегматично сидел за компьютером и смотрел очередной обзор на HK416 Он терпел возню за спиной около часа, а потом поднялся и попросил у Соупа наушники. На недоумённый взгляд (мол, мы тут сапоги вообще-то ищем!) он пояснил: – От тебя слишком много шума. МакТавиш раздражённо побежал в комнату, скинул со стола половину вещей и из-под низа горы бумаг достал обычные блютуз-наушники, которые могли подключиться к компьютеру на расстоянии. – Держи! - пихнул он их Саймону и снова нырнул в гору одежды. Гоуст критически осмотрел наушники (куча царапин, перемотаны скотчем), но всё же подключил их и развалился в кресле, игнорируя бардак за спиной. Все звуки приглушились, остался лишь спокойный голос рассказчика и щелчки винтовки в его руках. Наконец Джонни угомонился. С сапогами пришлось распрощаться - они не нашлись ни в его, ни в гоустовской комнате. С сожалением парень распихал вещи по их приблизительным местам и удалился в душ. Как только Гоуст осознал, что наступило затишье, он медленно поднялся из-за стола и стал убираться. По комнате будто пролетело торнадо, всё лежало не на своих местах и раздражало его. Уборка отняла у лейтенанта примерно полчаса. К тому времени МакТавиш уже оставил душ и закрылся в своей комнате. Саймон мог поспорить, что упрямый сержант вернётся к поискам сапог, как только немного отдохнёт, и будет шарахаться по их комнатам до самой ночи. Чтож, можно воспользоваться затишьем и досмотреть, наконец, видео. Гоуст заварил себе кружку чая, опустился в кресло и нажал на паузу. “Трёхпозиционный предохранитель-переводчик режимов стрельбы позволяет вести огонь одиночными выстрелами и непрерывными очередями…” Лейтенант даже прикрыл глаза, не нуждаясь в самом просмотре, но звук внезапно пропал. Саймон глубоко вздохнул и стукнул костяшками пальцев по наушнику, в попытке всё вернуть. Нет. Либо это доисторическое устройство окончательно вышло из строя, либо… ну конечно, слетело подключение. Значок синхронизации внизу монитора пропал. Гоуст свернул вкладку и хотел было стянуть наушники нахер, когда в них раздалась тихая ритмичная музыка. Он даже сначала не понял, откуда. А потом сообразил, что Соуп мог по привычке включить блютуз на своём компе, а наушники к нему присоединились. С ещё одним раздраженным вздохом Саймон поднялся и направился было к комнате МакТавиша, как вдруг замер. Вместе с музыкой в наушниках раздался влажный хлюпающий звук и тихие постанывания. Мужские. Просмотром порнухи Саймон себя не обременял, но вполне мог ожидать такого от товарищей. Тот же Газ в открытую делился своими находками, и даже иногда кидал ссылки на особо интересные видео. Но все они были с девчонками. А тут… Осознание того, что Соуп нетрадиционной ориентации накрыло Гоуста довольно давно. Каждый обмен шутками несносный шотландец сводил к лёгкому флирту, любил невзначай прикоснуться к лейтенанту и часто пялился на него во время тренировок. Тут любой сообразит. Гоуст отдёрнул руку от ручки двери. Конечно, сейчас не лучшее время, чтобы идти к МакТавишу, и так ясно чем он занят. И почему эти чертовы наушники до сих пор на его башке?! Лейтенант сдёрнул их и кинул на кровать. Прошел по комнате круг, зачем-то приложился ухом к двери… Из соседней комнаты не доносилось ни звука. Саймона магнитом тянуло к гребаным наушникам, и сопротивляться не получалось. Он медленно задёрнул жалюзи на окнах, повернул ключ в замке и осторожно, будто держа бомбу, надел устройство. Музыка к тому моменту приглушилась, звуки сменились более резкими, а стоны - пошлыми. Та самая “золотая середина” видео… Нет, теперь точно понятно, чем занимается Соуп. Да какая разница? Пусть дрочит хоть всю ночь, его это не касается! Предательски подвело воображение. Если по голосу рассказчика и щелчкам затвора Саймон легко мог представить, что делают с оружием, то под эти звуки в голове всплыл Джонни. Вот он сидит перед компьютером, весь напряжённый, с расстёгнутой ширинкой, чуть прикрыл глаза, чуть приоткрыл рот и откинул голову… Изо всех сил сдерживается, чтобы не выдать своих действий случайным вскриком… Вглядывается в экран, сглатывает, чуть выгибается… Чёрт! Гоуст с глухим стоном упал на кровать и прижал ладони к лицу. В последний раз он так быстро возбуждался лет десять назад, когда подцепил в баре красивую длинноногую девушку, которая весь вечер трепалась с ним о политике. Странно, да? Саймона заводил ум. От Джонни же умом и не пахло. Включить комп и даже не проверить соединение с наушниками, тем более что отдал их попользоваться? Если только всё это не было сделано специально… Резкий стон ударил по ушам и Гоуст вцепился пальцами в простынь. Его член давно встал и болезненно тёрся о грубую ткань брюк, а тело мелко трясло как в лихорадке. Сдерживаться он не стал. Каждый новый стон из динамиков словно принадлежал МакТавишу. Навязчивые пошлые мысли и образы полностью захватили сознание Гоуста, и он, почти не контролируя свои действия, запустил руку в штаны, потом прошелся по длине и чуть сжал у основания. Было так неправильно и приятно, что всё чутьё и хвалёная интуиция отключились нахрен. Будь дверь в комнату не заперта, любой бы мог войти и увидеть, как Саймон Райли бессильно выгибается, затыкает рот углом подушки и абсолютно бессовестно, по-блядски, толкается в собственный кулак. Он кончил даже не успев этого осознать, вместе с протяжным стоном в наушниках, но в реальности не издал ни звука. Лишь одиноко скрипнула кровать, когда лейтенант откинулся на спину и продолжил поглаживать член небрежными движениями. Неожиданно накатила паника и Гоуст вскочил, разыскивая салфетки. По счастью, они лежали на столе прямо за его спиной. Все следы своей слабости необходимо было убрать, поэтому он просто стянул простынь и комом кинул её в шкаф - потом выстирает. Только после того, как Саймон осмотрел себя в зеркале несколько раз и убедился, что ничего не выдаёт недавнего возбуждения он сдёрнул с себя наушники и решительно направился в соседнюю комнату. Гоуста абсолютно не волновала ориентация Соупа. Нравятся ему мужчины, и что? Мир от этого не перевернётся, зато появилось логичное объяснение тому, что болтливый рассеянный МакТавиш забыл в армии. И всё равно за эти два шага до двери внутри Саймона что-то перевернулось. Слишком поздно он сообразил, что Джонни надо было дать хоть немного времени, чтобы он привёл себя в порядок. – Соуп! - толкнул он дверь и замер на пороге. МакТавиш поспешно накинул на колени куртку и тоже застыл в совершенно естественной (на его взгляд) позе. – Что, элти? Нашёл сапоги? - совсем спокойно спросил он. Гоуст мысленно отметил, как ему идёт лёгкий смущённый румянец на щеках и растрёпанные волосы. – Нет. Открыл для себя любопытный факт про сослуживца, - он помахал злополучными наушниками. Соуп вспыхнул и уже порывался вскочить и выхватить их у Саймона, когда сползающая на пол куртка его остановила. – Ты слышал… Вот я дебил… - сдавленно проговорил он. – И ты вкладку не закрыл, - шепотом добил его Гоуст. Джонни мгновенно обернулся и щёлкнул кнопкой мыши, сворачивая красочное видео с экрана. На лейтенанта он смотрел практически затравленно. – Элти, ты расскажешь другим? Прайсу, Газу, Роучу? Блядь, пожалуйста, не надо! Мне это всё сломает, понимаешь? Командир сам говорил, что пидоров не терпит, я потеряю место и… У Соупа сбилось дыхание и он взглянул на Гоуста снизу вверх умоляюще. – Прошу, не говори никому. Гоуст закатил глаза. – Хватит ломать комедию, Джонни. Всё очевидно подстроено. Вопрос только, зачем? Подкаты к сослуживцу Прайс точно не одобрит. На секунду он вспомнил, как в эротическом кино подобные разговоры заканчивались страстным сексом. Всего-то сейчас надо поломаться, заставить Джонни умолять на коленях, а там недалеко и до.. Нельзя. Чисто по-человечески нельзя так с ним. МакТавиш совсем молодой, неопытный (во всех смыслах) и даже не умеет запереть дверь в свою комнату. Эта работа для него - вся жизнь, дело мечты. Естественно за свой секрет он готов сделать что угодно, но пользоваться этим ниже достоинства лейтенанта. Гоуст разочарованно покачал головой и кинул наушники на кровать. – Я промолчу. Ложись спать, у вашего отряда завтра ранний подъём. – Ты серьёзно? Просто так никому не скажешь?? – Ты английский не понимаешь? - спокойно переспросил Райли. – Понимаю… Да.. Спасибо!! Спасибо огромное, элти! Может, я всё-таки что-нибудь сделаю? – Отдохни. - отрезал Гоуст и хлопнул дверью. Уже в коридоре он снова заметил у себя стояк и грубо матюкнулся. У него встал на МакТавиша? Ну прекрасно… Через несколько минут в дверь его комнаты раздался энергичный стук, а потом на пороге появился Соуп. Он неловко улыбнулся, взлохматил волосы и проскользнул внутрь, даже не спросив разрешения. Гоуст сидел за компьютером с задумчивым видом, но сразу обернулся. – Что ещё? - спросил он. – Яя… Это… Вопрос есть.. – Ну. – Тебе.. Понравилось? – Джонни, серьёзно? Вали спать, я работаю. Вместо этого Соуп нахально развалился на его кровати. – Брось, элти, спорю что понравилось! Иначе почему ты принёс наушники только когда всё закончилось? – Убирайся, - хмуро произнёс Гоуст. – Неа.. Хочу, чтобы ты признался, что тебе понравилось. – МакТавиш, не шантажируй меня. – О чем речь? Шантажом тут и не пахнет. Только два слова… Ну давай! – И что тебе с этого будет? – Хорошее настроение, удовлетворение и гордость за себя, - перечислил Джонни, загибая пальцы. Гоуст вздохнул. – Какой же ты скромный человек.. Он обернулся, помолчал пару секунд и совершенно спокойно выдал: – Хорошо, мне понравилось. – Ты кончил??? – Это уже другой вопрос. Вали к себе в комнату. – Значит нет. Соуп быстро встал с кровати, подошёл и уселся на колени лейтенанта. Офисное кресло жалобно скрипнуло под весом двух мужчин, но одному из них было на это наплевать. МакТавиш прижался к Гоусту и приподнял его маску, а потом смазанно поцеловал в ключицу, щёку и кончик носа. – Джонни… - только и успел сказать Саймон, когда нежные губы заткнули ему рот поцелуем. Соуп полностью взял инициативу на себя и запустил пальцы в светлые волосы Гоуста, заставляя его подчиниться. Но он не учёл, что подчиняться лейтенант не любил. В следующий момент Соупа схватили за бедра и усадили прямо на стол, сметая с него какие-то бумаги, папки и срочные документы, сейчас казавшиеся мусором. Тянуть Гоуст не стал и сразу сорвал с парня темно-зеленую футболку. – Ты набил тату? - на секунду Саймон прервался и с удивлением провел кончиками пальцев по красивому орнаменту из колючей проволоки, обвивающему грудь МакТавиша. – Почти месяц назад. Оно с секретом. Гоуст присмотрелся и понял, о чем он говорит. Среди черных переплетений легко можно было разобрать инициалы SGR. “Ебанулся…” пронеслось в голове лейтенанта. Они даже не встречаются, а это нечто уже додумалось сделать такую татуху. Похоже, сержант не оставлял выбора. – Не боишься, что Прайс сложит два и два? - хмыкнул Гоуст, но в глазах Соупа уже мелькнул тот самый блядский огонёк. – С тобой - не боюсь.. - парень выдохнул эти слова прямо в ухо, вызвав у того волну мурашек по спине. – Завязывай, - тихо рыкнул он, отстраняя МакТавиша. Хотя, мысль о том, чтобы переспать с ним становилась всё менее безумной и более приятной. Соуп осмелился взять инициативу в свои руки. Снимать с Гоуста маску он не стал (побоялся получить пиздюлей), а вот ширинку расстегнул. Тяжелая ладонь лейтенанта легла на его плечо, поощряя каждое движение. Джонни усмехнулся. – А ты сговорчивее, чем я думал, - ляпнул он, и тут же оказался прижат к столешнице, да так, что не получилось вдохнуть. В мгновение Саймон дёрнул ремень МакТавиша и рывком спустил ему брюки до колен вместе с бельём. Его пальцы так крепко впились в бёдра парня, что тот жалобно застонал, но не сделал ни единой попытки вырваться. Соуп кайфовал, и это было написано на его лице. Гоуст довольно грубо подтянул его к себе, перевернул на живот и вдавил грудью в стол, а собственным коленом раздвинул бёдра. – Только попробуй дёрнуться… - предостерёг он и на секунду отошёл, чтобы достать из ящика тумбочки тюбик увлажняющего крема. МакТавиш что-то сказал, возражая, но Саймон встряхнул его и снова приложил об стол. Парой движений он нанёс крем по длине члена и приставил головку к заднице Соупа. – Элти, стоп, стоп, стоп!! Я не готов!! Нет, пожалуйста! Одна широкая ладонь в черной перчатке заткнула его рот, а вторая вздёрнула голову за волосы. От боли на глаза МакТавиша навернулись слёзы, он сдавленно вскрикнул и инстинктивно дёрнулся. Гоуст же воспользовался заминкой и без предупреждения вошел в него на десяток сантиметров. Соуп заорал, его пальцы впились в край стола, а мышцы инстинктивно сжались. Только сейчас до Райли наконец дошло - ему очень и очень больно. Это подействовало отрезвляюще и лейтенант сразу отпустил парня. Соуп даже не пытался убежать. Его руки тряслись от шока, по щекам стекали слёзы, а на рёбрах расцветали синяки от грубых соприкосновений со столом. – Прости, Джонни.. - опустил голову Гоуст. - Пожалуйста, прости… – Д.. Да ничего, я сам виноват. Полез к тебе.. – Ни в чем ты не виноват. Гоуст сел ближе и осторожно обнял его, а потом поцеловал в висок. – Я перестал себя контролировать, а ты не мог даже врезать мне? – Мог… теоретически. Но знаешь, мне даже понравилось, - Соуп самоотверженно вытер слезы и пересел на колени лейтенанта. - Давай ещё раз, только нежно. Теперь Гоусту пришлось изо всех сил держать себя в руках. Причинять Джонни боль он не собирался, но судя по поведению парня, тот готов был терпеть что угодно. На этот раз под спиной МакТавиша оказалась не твердая поверхность стола, а мягкое покрывало. Впрочем, и на нём он долго не пролежал. Саймон подхватил Соупа на руки и донёс до кровати, не прекращая целовать. От непривычно нежного обращения тот таял, как кусок масла на сковороде, и вскоре сам умолял Гоуста поскорее начинать. Из-за таких стонов сдерживаться становилось невозможно. Джонни сам лег на живот, подложил подушку, удобно устроил на ней бёдра и призывно выгнулся. По виду и не скажешь, но волновался он в тот момент знатно. Однако Гоуст отлично умел считывать эмоции и на этот раз торопиться не стал. Он прошёлся дорожкой поцелуев вдоль позвоночника, чуть помассировал его поясницу, позволяя ещё сильнее расслабиться и мягко прикусил плечо. – Расслабься.. - прошептал он на ухо Соупа, одним пальцем поглаживая вход. - Больше больно не будет. – Да знаю я… Ааа… Умоляю, Сай, пожалуйста, пожалуйста!! – Господи, какой ты горячий.. - выдохнул Гоуст в затылок Джонни и очень осторожно начал входить. Соуп под ним дышал рвано и хрипло, то и дело срываясь на стоны. От кайфа перед его глазами поплыли цветные круги. – Джонни… - донёсся откуда-то издалека насмешливый голос Саймона. - Ты примешь весь, или сейчас отключишься? – Скорее, второе… - простонал парень. Он чувствовал себя невероятно, мозг отключался, пальцы беспорядочно сжимали покрывало, а тело расслаблялось от нежных поглаживаний. Он и не знал, что грубый лейтенант умеет быть настолько заботливым. – Джонни.. - тихо позвал тот. - Скажи, как привыкнешь. Соуп кивнул, но разве можно было привыкнуть к таким офигенным ощущениям? Боли больше не было - парень был растянутым и заполненным до предела. Пара минут ушла у него на то, чтобы просто восстановить дыхание. – Элти.. Пожалуйста… Начинай двигаться.. - простонал он и упал лицом в подушку. Гоуст улыбнулся где-то там, под маской, покрепче обхватил его бедра и неглубоко толкнулся. От первого же движения МакТавиш издал громкий пошлый стон, приглушённый подушкой. Лейтенант улыбнулся шире. Каждый новый толчок, каждое прикосновение, каждый поцелуй неумолимо подводили парня к краю. Однако в планах Гоуста было помучать их обоих. Он замедлился, потом вышел совсем и перевернул Соупа на спину. – Хочу видеть твоё лицо, Джонни, - усмехнулся он. – Погоди, это же придётся закинуть ноги на плечи? Я же не настолько гибкий… – Ты этого в Камасутре начитался? - Гоуст с трудом сдержал смех. - Тогда уж узлом завяжись. Джонни, главное чтобы тебе было комфортно… Он потянулся к парню и несколько раз поцеловал его. – Ноги на пояс закинь и скрести, будет удобно обоим.. - сказал он и помог Соупу улечься. Войти во второй раз получилось намного легче. – Стой… Сай.. Я тоже хочу видеть твоё лицо… - выдохнул МакТавиш и протянул руку к маске. - Можно? Ответом был кивок. В полутьме получалось рассмотреть лишь черты Саймона, но Джонни с восторгом погладил его по щеке. – Ты прекрасный… – И ты.. - раздалось в ответ. Минут десять Гоуст пытал Соупа - подводил его к самому оргазму, но замедлялся, из-за чего парень стал нереально чувствительным и ласковым. От его стонов у Гоуста шла кругом голова, а руки дрожали, словно у подростка. От умоляющего взгляда синих глаз лейтенанту начисто сносило крышу, а растрёпанный ирокез лишь сильнее сводил с ума. – Готовься.. - шепнул Саймон на ухо МакТавишу и сжал в ладони его член, одновременно ускоряя темп. Соуп ахнул, закинул голову, открывая шею для поцелуев и бессознательно начал подмахивать бёдрами каждому новому толчку. Гоуст ещё пытался сдержать свои инстинкты, а парень полностью отдался наслаждению. Его стоны нарастали, перекрывались поцелуями, становились всё громче и отчаяннее. Они с Саймоном близились к финалу одновременно, но всё-таки Джонни стал первым. Он кончил на пальцы Гоуста с громким криком, весь выгнулся, сжался, смял покрывало в кулак, а потом медленно, весь дрожащий и мокрый опустился на кровать. В тот же момент оргазм настиг и Райли. Соуп медленно перебирал светлые волосы лейтенанта, который удобно устроился на его груди. Парня всё ещё трясло, но менее сильно, а присутствие Гоуста странным образом успокаивало и поднимало настроение. Джонни чувствовал себя совершенно опустошённым и был не в силах даже пошевелиться. Лейтенант так вообще лежал как мёртвый, уткнувшись лицом в плечо сержанта. Наконец он глубоко вздохнул и поцеловал Соупа в губы, приподнимаясь на локте. – Тебе точно надо выспаться. Завтра с утра не встанешь. – Я не могу идти к себе.. - жалобно ответил МакТавиш. – Я тебя донесу. – Неет… Пожалуйста, можно поспать с тобой? Одну-единственную ночь? – Что я с тобой сделаю.. - махнул рукой Гоуст и бережно укрыл плечо Соупа покрывалом. – Спокойной ночи! – И тебе… - сонно пробормотал парень, прижимаясь к тёплому боку. Спать вдвоём на маленькой кровати было не особо удобно, но Гоуст и не подумал уйти. Вместо этого он обнял своё чудо и закрыл глаза, ощущая накатывающую волнами усталость. А в паре комнат от них командир Прайс и сержант Газ обменялись понимающими улыбками. – Я ж говорил! - со знанием дела усмехнулся Газ. - Вот теперь они оба сняли напряжение и работать будут лучше. Не беспокойтесь, после такой ночи любое задание выполнят отлично. – Не сомневался в твоих методах, Кайл, - подмигнул Прайс. - И да, ты прав, притворяться гомофобом довольно забавно. – Я только одно не решил, что с этими клоподавами делать? - спросил парень, потрясая парой черных болотных сапог Джона МакТавиша, выкрасть которые из комнаты оказалось достаточно тяжёло. – Давай сюда, подкину ему при случае. А ты молодец. Жди повышения, - кивнул командир и довольно улыбнулся.