Черное просвещение

***

Зал Малфой-мэнора казался бесконечным склепом, где само дыхание Пожирателей смерти превращалось в холодный туман. Когда Тёмный Лорд медленно поднял свою палочку, Гермиона почувствовала, как по залу пробежала волна мертвенной тишины. Нарцисса вцепилась в рукав Драко так сильно, что её пальцы побелели, а Драко, стоявший неподвижно, лишь на мгновение встретился с Гермионой глазами — в этом взгляде было не отчаяние, а немой приказ: «Держись. Не сломайся». Беллатриса, танцуя в стороне, истошно хихикала, её глаза бегали по залу. — Мой Лорд! — провизжала она, не в силах сдержать ликование. — Она приняла истину! Посмотрите, как она дрожит от предвкушения! Волан-де-Морт проплыл мимо неё, его холодный взгляд пронзал Гермиону насквозь. — Дрожит? — голос Лорда был тихим, вкрадчивым и смертельно опасным. — Это не дрожь страха, Беллатриса. Это жажда. Скажи мне, Грейнджер, что ты чувствуешь, когда смотришь на метку, которую я сейчас начертаю на твоей коже? Гермиона выпрямилась. В её глазах, несмотря на животный страх, пульсировал тот самый фиолетовый отблеск, который так пугал и восхищал Беллатрису. — Я чувствую, что моя прошлая жизнь была ложью, — ответила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Я чувствую, что готова занять место, которое мне предначертано, а не то, которое мне навязали правилами. Люциус Малфой, стоявший чуть поодаль, с трудом сглотнул. Он сделал шаг вперед, его голос прозвучал неестественно хрипло: — Мой Лорд… она прошла через многое. Её разум закален пытками. Если метка… если она не выдержит, это будет потерей для нас. Лорд медленно перевел взгляд на Люциуса. В этой паузе можно было услышать, как трещат свечи. — Ты сомневаешься в моей воле, Люциус? — Лорд чуть склонил голову набок. — Или ты беспокоишься о судьбе своей семьи, которая так тесно переплелась с этой грязнокровкой? — Нет, мой Лорд, — поспешно ответил Люциус, склоняясь в низком поклоне, его лицо покрылось испариной. — Я лишь хочу быть уверен, что мы не потеряем ценный трофей. Беллатриса подскочила к Гермионе и грубо схватила её за руку, обнажая шрам. — О, она выдержит! — взвизгнула Беллатриса. — Она сильнее, чем любая из чистокровных девиц, что пытались служить нам! Правда, маленькая Гермиона? Ты ведь хочешь доказать им всем, чего ты стоишь? Гермиона посмотрела на Беллатрису, а затем перевела взгляд на Драко. Он стоял, сжимая кулаки так, что из них вот-вот потекла бы кровь. Она поняла: если она сорвется сейчас, они все погибнут. — Я хочу принадлежать к силе, которая перепишет этот мир, — чеканила каждое слово Гермиона, глядя прямо в безглазые щели Тёмного Лорда. — И если цена — это метка на моей коже, то это малая плата. Лорд усмехнулся — это была самая страшная улыбка, которую Гермиона когда-либо видела. Он поднял палочку к её предплечью. — Тогда стань моей, — прошептал он. В момент, когда кончик палочки коснулся её кожи, Гермиона стиснула зубы до скрежета. Боль была не просто физической — она выжигала сознание, проникая в самые темные уголки её души. Она закричала, но не от боли — от ярости, которую она трансформировала в решимость. Когда всё закончилось, и на её руке проступил уродливый, извивающийся знак Змеи, зал затих. Гермиона тяжело дышала, глядя на свою руку. Беллатриса начала хлопать в ладоши, её восторг перешел в истерику. — Ты теперь одна из нас! — ликовала Белла. — Теперь мы будем творить историю! Гермиона подняла глаза, в которых не осталось ни капли прежней теплоты. Она посмотрела на Драко, и в этой немой перепалке взглядов он понял: она приняла этот груз, чтобы стать их главным оружием. Игра только началась.

***

От автора: к сожалению я ошиблась в порядке загрузки глав и пропустила главу… Поспешите прочитать в правильном порядке, мне очень жаль…