Beyond Hate

Морозный декабрьский ветер неприятно обдувал лицо, из-за чего Ким Тэхену пришлось натянуть шарф до самого носа, щурясь. Зиму он терпеть не мог: мерзкая погода, гололёд и вечно опухшие из-за холода пальцы — приятного мало. Многие любили это время года именно по причине снега, ледянок, веселья, но не Тэхен. Он не переносил минусовую температуру совсем, его организм категорически отказывался приспосабливаться, поэтому приходилось надевать термобельё и поверх него ещё два слоя одежды, это до жути бесило. Мужчина зимой всегда пытался как можно реже выходить на улицу, особенно после окончания школы. В универ он решил не идти, нужды не было. Работал из дома программистом. Создавать сайты он научился ещё лет в 14, когда денег даже на еду не хватало и зарабатывать как-то нужно было. Он, конечно, пытался ходить работать грузчиком, но сил и терпения на это не хватало, поэтому вместо уроков он часами зависал в школьной библиотеке за старыми компьютерами, просматривая кучу туториалов от уже опытных людей. Что-что, а вот впитывать информацию он умел хорошо, так что через месяца два его портфолио уже висело на нескольких известных сайтах, и количество клиентов постепенно возрастало. И вот ему 25 лет, заработок стабильный, работает он сам на себя, график выстроил уже давно, днём отсыпается, а ночью садится делать заказы. Всё было спокойно до определённого момента, пока он не решил переехать в Пусан. Судьба, что раньше нехило так его мотала, снова решила воткнуть палки в колёса. По несчастливой случайности Тэхен переехал в дом, где жил человек, который когда-то превратил его школьную жизнь в сущий ад. Чон Чонгук был старше Кима на три года, типичный гопник, любящий гнобить всех, кто хоть немного отличался от стада. А Тэхен отличался, да так сильно, что в школе его не любил никто. Он всегда был хрупким, нежным, слишком спокойным, слишком правильным. А как многим известно, именно такие были главной мишенью гопоты. Он был из тех, кому в спину кричали «педик», над которым глумились все, кому не лень, ведь он даже сдачи дать не мог, слабым был. Да что там был, он до сих пор особой силой не владел, разве что таким чувствительным быть перестал, выбили из него это всё. Да он в принципе что-либо испытывать больше не мог, ему просто было плевать. Орут — да пусть. Бьют — ничего, отряхнётся и дальше пойдёт. Вера в справедливость умерла ещё тогда, когда он весь в крови к учителям прибегал, почти на коленях стоял, просил ему помочь, а те лишь руками разводили, мол, что они могут сделать, всё бессмысленно. Вот и сейчас Тэхен шёл по тёмной улице, игнорируя пьяные выкрики каких-то школьников. Не обращать внимания он пытался, но всё же пара слов его ушей достигла. «Пидор», «гомик» орали во всю глотку они, заливаясь звонким хохотом. Мерзость. Может, его никто и не трогал бы, если бы не ебучий Чонгук, что разнёс по всему району новость о том, что их новый сосед — гей. Зачем взрослому 28-летнему лбу это делать — понятно не было. А ведь Тэхен даже не сделал никому ничего, слова кривого не сказал, но его всё равно ненавидели, ненавидели за то, кем он является. Справедливости точно не существует. Подходя к знакомому подъезду, Ким облегчённо вздохнул, на скамейках, что он уже возненавидеть успел, никто не сидел, значит сегодня зайти домой будет проще, чем в те дни, когда там сидит половина гопоты его района во главе Чонгука. Долго стоять на одном месте не хотелось, поэтому, открыв тяжёлую, ржавую дверь подъезда, он быстро поднялся на третий этаж, на котором, собственно, жил, и, едва нащупав в кармане ключи, заскочил в квартиру. Наконец-то тепло. Переодевшись в до безумия любимую домашнюю одежду, Ким поставил чайник, чтобы заварить зелёный чай, и сразу же набрал родной номер. — Ооо, Тэ, я уже подумал, ты уснул по дороге из больницы, — шутливо пролепетал Чимин, близкий друг Тэхена. — Да на таком холоде попробуй усни, я думал, от обморожения умру! — Нормальная погода, чё ты гонишь на неё. — Мужчина как всегда стоял на балконе в одной лёгкой ветровке и курил, любуясь ночным Киото. — Ты просто чокнутый. — Ким смеялся, расчёсывая свои недавно покрашенные блондинистые волосы, которые под тёплой шапкой запутаться успели. — Возможно. — Пак резко развернулся, всматриваясь куда-то в квартиру и начиная довольно улыбаться. — Давай, друг, я завтра ещё наберу, Юнги вернулся. — И сбросил. На этих влюблённых хотелось смотреть вечно, обоим уже вон почти под тридцать, а чувства с десятого класса не потухают. Как раз-таки Тэхен их и свёл, так называемым купидоном был. Жаль, что у самого него в личной жизни не складывалось. Было пару претендентов, но никому открыться он так и не смог. Всё же когда тебя постоянно гнобят за то, кого ты любишь, поверить в то, что ты нормальный, тяжело. Ким уже сидел, удобно устроившись на мягкой кровати, и смотрел второй сезон «Игры в кальмара», как в дверь постучали. Нехотя поднимаясь и обувая тапочки-мишки, он направился к дверям, посмотрел в глазок и улыбнулся сам себе. — Тэхен-хён, привет! — Как только отворилась дверь, пролепетал молодой паренёк с красной шевелюрой. — У тебя сахара не найдётся? Ким попросил подождать и отправился на кухню, вернулся он с небольшой баночкой, содержащей именно то, что попросил младший. — Держи, Чонхён. — Спасибо! Как всегда выручаешь, я уже думал, Чонгук убьёт меня за то, что ему, видите ли, несладкий кофе пить придётся. — От этой фразы оба рассмеялись. Если бы не Чонхён, младший брат того самого гопника, мужчина бы никогда не поверил в то, что тот может быть не просто ублюдком, а нормальным человеком, правда, со всеми, кроме самого Кима. Но хотя бы брата не обижал, его он любил сильно, глаза на все его эксперименты с внешностью закрывал и даже покраски волос оплачивал. Сумасшествие, по-другому не назвать. — Ну ладно, побегу я, а то умрёт наш господин Чон без сахара. — И убежал по лестнице вниз. Тэ ещё некоторое время смотрел тому вслед, искренне не понимая, как у такого ублюдка, как Чонгук, может быть такой славный братец. Но довольно быстро он закрыл дверь и вернулся в квартиру, в подъезде холод до дрожи пробирал, некомфортно было. Мужчина вернулся к просмотру сериала, от которого его отвлекли ранее, так и провёл он за экраном новенького ноутбука всю ночь, забив на работу, сегодня хотелось отдохнуть от надоевшей рутины. Примерно в пять утра он, ёжась от мороза, всё же вышел на улицу, присаживаясь на деревянную полуразваленную скамью, и закурил. Сигарета не сильно, но всё же хоть немного пальцы грела, создавая некую иллюзию комфорта. Ким быстро провалился в размышления о своей дерьмовой, скучной жизни, поэтому, когда дверь подъезда с неприятным скрипом отворилась, он даже вздрогнул. Повернув голову на звук, он сразу же пожалел о том, что вообще решил выйти сюда. Чон Чонгук в одной футболке и серых спортивках стоял у холодной стены, поджигая сигарету, точь-в-точь такую же, которую сейчас зажал в зубах Тэхен. Он уже приготовился к очередным издёвкам, но старший молчал, уставившись в одну точку. Выглядел он, мягко говоря, не очень, волосы взъерошены, дрожит весь, да так сильно, что лишь с пятого раза курево поджечь получается. Чувствуя на себе внимательный взгляд, он без каких-либо эмоций тоже уставляется на Кима, продолжая курить. Оценивающим взглядом того обводит, но молчит по-прежнему. В глазах его ни презрения, ни жестокости, в них лишь… глубокая пустота? О да, это точно она, её Тэ узнаёт сразу, в зеркале он такую же картину наблюдает. Чон выбрасывает бычок, притаптывая его носком кроссовка, и уходит. Не домой, а куда-то вглубь тьмы. Странно это всё. Совсем не похоже на того гопника, к которому привык мужчина. Ещё этим ему голову забивать не хватало. Докурив, он возвращается в квартиру и, выпивая какие-то таблетки, что назывались снотворными, ложится спать, ещё часа полтора ворочаясь, мысли гложут. *** Просыпаться не хочется, но будильник трезвонит, больно по ушам бьёт. С первого раза выключить его не получается, поэтому Ким раздражённо распахивает веки и наконец-то нажимает чёртову кнопку для выключения этого ненавистного звука. Сидит на кровати в тишине, уставившись в стену, он ещё минут двадцать, это его так называемая утренняя рутина, чтобы окончательно проснуться и начать нормально соображать. Придя в себя, он всё же встаёт, медленно плетясь на кухню и заваривая себе крепкий кофе без сахара. Он в основном чай предпочитает, но по утрам пить его почему-то совсем не может. Горячий кофе неприятно язык обжигает, отчего Тэхен непроизвольно морщится, закусывая каким-то чёрствым печеньем, пытаясь притупить боль. Помимо зимы Ким ненавидит ещё и утро. Это именно то время суток, когда застрелиться хочется. Голова раскалывается, всё тело слабость поглощает, глаза из-за недосыпа пекут. Хочется спать, безумно хочется, но нельзя. Клиент, заказавший оформление сайта для зоомагазина, поставил дедлайн до пятницы, сегодня четверг. Тэхен всегда откладывает на потом. Ему дали четыре дня на выполнение, но справится он за часов семь. Безусловно, можно было разделить понемногу на каждый день, чтобы не спешить сегодня, но такое он не любил. Это скучно. Из размышлений его снова вырвал стук в дверь. Неужели сахара хватило только на день, и Чонхён пришёл ещё за одной банкой? В двери и правда стоял красноволосый парень, но в этот раз на лице не было приветливой улыбки, губы поджаты, а в глазах тревога читалась. — Чонхён? Что-то случилось? — Ты Чонгука не видел? — Видел. Он где-то в пять утра курить выходил, а что стряслось-то? — Он домой не вернулся до сих пор. Раньше, если пропадал, он писал мне, а сейчас даже на звонки не отвечает, телефон выключен. — Юноша явно напуган был, с ноги на ногу переминался, за брата волновался. — Заходи, я тебе чай заварю, подождём его вместе. Мы увидим через окно, когда он придёт, хорошо? Чонхён кивнул. Зашёл в квартиру и сразу на кухню отправился, у Тэхена он уже не раз был, знает, что где находится. Старший красноволосому заварил чай с ромашкой, чтобы тот успокоился хоть немного, и принялся отвлекать его от тревожных мыслей. Болтали они обо всём на свете, Ким всё удивлялся, как Чонхён в свои семнадцать размышляет почти как он сам. Спустя часа два разговоры продолжались, а Чонгука всё не было. Ким сам уже брови хмурил, малого он оставлять одного не хотел, но время поджимало. Шесть часов вечера, а за работу он так и не садился. Вскоре было принято решение оформлять сайт рядом с парнем, пока тот внимательно наблюдал. Поработал он ещё час, и вот Чонхён, стоявший уже у окна, подпрыгнул и сразу в коридор вылетел. Тэхен — за ним. За секунд двадцать спустившись на первый этаж, оба застыли в удивлении. Чонгук, всё в тех же футболке и спортивках, стоял у двери их квартиры, лихорадочно пытаясь попасть ключом в дверную скважину. Лицо его в крови всё было, костяшки сбиты, под глазом уже фингал синел. — Гук, боже… Что с тобой произошло? — Подлетел к нему младший, хватая за плечи, отчего тот сразу же зашипел, отшатываясь, на футболке моментально появилось алое пятно. Чонхён подтянул короткий рукав и тихо вскрикнул. На коже виднелся глубокий, рваный порез, не похоже на нож, скорее приложился о что-то острое… и зубчатое. — Нормально всё. Проучил кое-кого. — Сухо выплюнул мужчина, с уставшей хрипотцой в голосе. — Тэ, ты раны обрабатывать умеешь? — Обратился взволнованный паренёк уже к Киму, с надеждой тому в глаза глядя.