Агенство «Парадокс»

      Щёлк! Ещё один красивый осенний рассвет в коллекцию. Алёна потрясла получившийся снимок, ожидая полного проявления фотографии. Это было уже двадцатое фото, и все они в итоге оказывались на пробковой доске на кухне. Девушка надеялась, что позже она сможет поделиться этими прекрасными мгновениями со своей подругой Алисой. Они вместе будут сидеть за этим же кухонным столом с кружками чая и рассматривать красивое небо на рассвете. Ну, когда ту наконец-то отыщут и она вернётся к ним домой.       Алиса пропала двадцать дней назад. Просто вышла из квартиры, которую девушки снимали на двоих, пообещала Алёне встретиться с ней после учёбы в парке около их дома — и не пришла. Сначала Алёна подумала, что подруга просто задержалась в университете или решила сходить проведать могилу матери, которая недавно скончалась. Но время шло, а подруга всё не появлялась. Девушка позвонила общей знакомой, у которой были пары по расписанию в тот день, но та заверила, что Алиса вовремя ушла с пар и она не знает, где та находится. Быстро собравшись, Алёна рванула в сторону автобусной остановки, чтобы доехать до местного кладбища. Неприятным сюрпризом оказалось то, что кладбище было закрыто для посещений в тот день, и охранник не видел девушку.       Было решено подождать до утра. Может, девушка хотела отдохнуть и побыть одной — всё-таки недавно ей пришлось похоронить самого близкого человека. Тёмные, страшные мысли полезли в голову: а что, если Алиса не справилась с тоской и решила... Нет, несмотря на всё, что произошло, подруга была такой жизнерадостной, у неё было так много планов на жизнь! Но, просыпаясь на следующий день после пропажи подруги, Алёна боялась увидеть в ленте новостей ту самую девчонку с двумя косичками и красивыми голубыми глазами...       Время шло, а ничего не происходило. Заявление о пропаже человека было написано и принято. С боем, конечно, потому что товарищ полицейский считал, что Алиса просто сбежала, а у них без неё работы хватало. Опрос свидетелей ничего не дал — никто ничего не знал, не видел. В тот роковой день Алиса говорила только о том, что после учёбы пойдёт прогуляться с Алёной, и всё. В больницы не поступало никого похожего, в морг — тоже. Она как будто испарилась: вот она была, а вот про неё уже никто и не вспоминает.       Алёна первое время искала сама. Ходила по любимым местам подруги, расспрашивала всех, кто хоть как-то был с ней связан. Но спустя пару недель сдалась. От бессилия она написала пост на своей страничке о пропавшей Алисе, расплакалась, пока перечитывала его, и уже хотела пойти спать, когда неожиданно в её личные сообщения постучалась какая-то девушка под ником Зайка Ярославовна.       Зайка: Привет! Видела твою беду. Знаю, кто может тебе помочь!       Алёна: Привет! Если будешь предлагать услуги гадалок, то можешь не пытаться даже — не верю. Полиция не смогла, а они тем более не смогут.       «Зайка» прочитала сообщение и пару минут молчала, из-за чего Алёне показалось, что она попала в точку и неизвестная девушка просто хотела посмеяться над её горем, предложив гадание, которое никак бы не помогло, а сделало бы только хуже. Но она оказалась не права...       Зайка: Нет, я сама в эту лабуду не верю, не парься! У меня в прошлом году пропала сестра, мы тут же пошли в полицию, но они не справились, а время шло, и ничего не происходило. И вот тут мы случайно вышли на частное агентство под названием «Парадокс». Они берутся за разные странные или не очень случаи, и они нашли мою Ксюшу! Не знаю, что конкретно они сделали, но она дома, целая и невредимая! Обратись к ним, я тебе сейчас сфотографирую визитку с их адресом и телефоном. Ты ничего не теряешь, и денег они просят не так уж и много!       Алёна долго смотрела на фотографию визитки, которую прислала Зайка Ярославовна. Чёрный плотный картон, золотая гравировка: Частное агентство „Парадокс“, адрес и телефон. Было уже поздно, поэтому девушка решила не звонить среди ночи. Она легла, но почти не спала — ворочалась, прокручивала в голове то, что ей нужно было сказать.       Утром, едва часы показали девять, она набрала номер. В трубке раздалось негромкое, спокойное «Алло?». Голос принадлежал женщине — немного низкий, уверенный, без той дежурной бодрости, которую обычно используют операторы кол-центров.       — Здравствуйте, — Алёна сглотнула ком в горле. — Мне посоветовали ваше агентство. У меня пропала подруга... Я хотела бы узнать, можете ли вы помочь?       — Подождите одну минуту. — На том конце кто-то шелестнул бумагой. — Соединяю с директором.       Короткие гудки, и снова голос, теперь уже другой: мягкий, но деловой. Алёна поняла, что это и есть та самая Мирослава, о которой вчера мельком упомянула «Зайка», когда та написала ей после получения фото с просьбой хоть немного рассказать ей про агентство.       — Доброе утро. Расскажите кратко, что случилось, — без лишних приветствий произнесла директор. Не грубо, скорее тактично, давая понять, что время на пустые разговоры у них тратить не принято.       Алёна выдохнула и в двух словах обрисовала ситуацию: Алиса, пропала двадцать один день назад, полиция не нашла никаких зацепок. Мирослава слушала, не перебивая, лишь иногда хмыкала.       — Поняла. Приезжайте к нам в офис. Адрес на визитке. Устроим полноценную консультацию. Ждём вас сегодня до обеда.       Трубка мягко щёлкнула, и Алёна, на секунду почувствовав странное облегчение, начала собираться.       Добиралась Алёна долго, с двумя пересадками. Сначала на автобусе через весь спальный район, потом на метро, а оттуда ещё десять минут пешком по узкой, но оживлённой улочке в старом центре города. Здание, которое ей было нужно, оказалось трёхэтажным, из красного кирпича, с вывеской фотоателье на первом этаже и цветочным магазином на втором. Третий этаж, согласно визитке, полностью занимало агентство.       Внутри пахло пылью и старым деревом. Лифта не было — только широкая лестница с чугунными перилами, на каждой ступеньке которой виднелись следы времени. Алёна поднялась на третий этаж и замерла перед дверью. Обычная деревянная дверь, тёмно-коричневая, но на ней висела аккуратная золотая табличка с изящной гравировкой: «Парадокс».       Она подняла руку, чтобы постучать, но в тот же миг дверь мягко открылась сама. На пороге стояла высокая женщина лет двадцати пяти. Длинные тёмные волосы падали на плечи, белая рубашка заправлена в строгие чёрные брюки. Ничего лишнего — ни яркого макияжа, ни броских украшений. Только внимательный, изучающий взгляд и лёгкая полуулыбка. Алёна сразу поняла, что перед ней та самая Мирослава.       — Алёна? Проходите, — она сделала шаг назад и жестом пригласила внутрь.       Коридор был коротким, но светлым. Стены выкрашены в тёплый серый цвет, вдоль них висели несколько чёрно-белых фотографий — какие-то здания, перекрёстки, лица, смысла которых Алёна пока не понимала. Мирослава уверенно прошла вперёд и открыла дверь в угловую комнату.       Кабинет оказался просторным, с двумя высокими окнами, выходящими на восток. В углу — большой дубовый стол, заваленный папками. Но внимание Алёны сразу привлекли не стены и не мебель, а люди. За длинным совещательным столом сидели трое.       Слева — высокий парень с темными чуть раскосыми глазами и такими же темными длинными волосами, собранными в высокий хвост. На нём был строгий черный костюм с белой рубашкой и галстуком. Справа от него расположилась девушка: короткие светлые волосы, тёмные круги под глазами, но взгляд острый, цепкий. Одета она была по сравнению со своим коллегой слишком фривольно - черная майка и светлые потертые джинсы. Перед ней лежал включенный ноутбук, явно не такой дешевый, какой был у самой Алёны. А чуть поодаль, откинувшись на спинку стула, сидел мужчина покрепче — широкие плечи, короткая стрижка, лёгкая небритость. Она не была уверенна что именно выдавало в нём то, что он бывший полицейский, но девушка точно понимала, что не ошибалась.       — Знакомьтесь, — Мирослава обвела рукой своих сотрудников. — Павел, София, Дмитрий. Мои коллеги. Наша команда — лучшая в городе, но сейчас мы здесь не для похвалы собрались. Садитесь, Алёна, и рассказывайте всё с самого начала. Подробно. То, что вы говорили полиции — и то, что говорить им постеснялись.       Алёна села на свободный стул, сжала в руках ремешок сумки и начала рассказывать. Сначала тихо, потом увереннее. Про утро пропажи, про кладбище, про общих знакомых, про пустые заявления в полиции, про ночи без сна. Павлик слушал с полузакрытыми глазами, Соня что-то быстро печатала на ноутбуке, а Дима хмурился, иногда задавая короткие уточняющие вопросы по типу «Во что была одета?», «Кому она могла мешать?» и «Не было ли у неё долгов или тайн?».       Когда рассказ подошёл к концу, в кабинете наступила тишина.       — Всё, больше ничего, — Алёна развела руками. — Я уже не знаю, куда бежать и кого просить.       Павел, до этого сидевший неподвижно, вдруг подался вперёд и негромко сказал:       — Покажите фотографию Алисы. Любую, самую свежую.       Алёна нащупала в сумке телефон, открыла галерею и протянула его парню. Павел взял его осторожно, поднёс ближе к глазам. Долго рассматривал — несколько долгих минут, от которых по спине Алёны пробежал холодок. А потом его взгляд медленно сместился чуть выше телефона, куда-то за спину девушки. И нахмурился. Губы сжались в тонкую линию, а на лбу пролегла глубокая складка.       — Павлик? — голос Мирославы прозвучал спокойно, но с металлической ноткой. — Что ты видишь?       — Потом, — отрезал Павлик, возвращая телефон Алёне с холодной, почти механической вежливостью. — Спасибо, этого мне достаточно. Если не сложно, отправьте это фото Софии, она прикрепит его к делу.       Алёна кивнула, а Мирослава выдержала небольшую паузу, затем плавно поднялась из-за стола.       — Алёна, спасибо, что пришли. Мы изучим информацию. В ближайшие пару дней с вами свяжутся. Будьте на связи, пожалуйста, возможно, нам понадобится ваша помощь.       Она проводила девушку до входной двери, мягко, но твёрдо попрощалась и закрыла за ней тяжёлую дверь.       Алёна медленно спустилась по лестнице, уже на улице перевела дыхание. Что-то было не так. Этот Павел смотрел не просто на фото — он смотрел сквозь него, а потом... потом на пустоту за её спиной. И эта складка между бровями... Она поёжилась, хотя солнце уже поднялось высоко. Почему-то вдруг ей показалось, что её будто холодным ветром обдало, хотя сегодня погода была теплая и не ветреная.       — Всё, ушла, — Мирослава вернулась в кабинет и плотно притворила дверь. — Павлик, не тяни. Что ты там увидел?       Павлик встал со стула, подошёл к окну, спиной к остальным. Голос его звучал глухо.       — Я увидел призрак молодой девушки. Она стояла вплотную к Алёне, положив голову ей на плечо. Две косички, два голубых глаза. Это была Алиса.       В комнате повисла тяжёлая тишина. Даже Соня перестала печатать и с непонятной никому эмоцией посмотрела на коллегу.       — Призраки не стоят рядом с живыми просто так, — продолжил Павлик, поворачиваясь. — Её дух не нашёл покоя. Она либо в глубокой коме, и тело ещё живо — тогда призраки тянутся к близким как к спасательному кругу. Либо...       Он замолчал.       — Либо? — голос Мирославы стал ледяным.       — Либо она мертва. И тогда её призрак пришёл попрощаться. Или предупредить.       Дима первым нарушил молчание, глухо выдохнув:       — Значит, ищем либо девушку в реанимации, либо... то, что осталось от неё.       Соня молча открыла ноутбук и набрала: «Алиса Никонорова. Пропала 21 день назад. Проверить все списки больниц и моргов на поступление неизвестной, похожей на пропавшую».       Мирослава подошла к столу, взяла папку и написала на обложке одно слово: «Алиса».       — Начинаем завтра с утра, сегодня закончите с уже имеющимися на данный момент делами, — сказала она. — Если она в коме, значит шансы есть. Если нет — тем более надо успеть, пока следы не остыли окончательно. Павлик, попробуй установить контакт с призраком, как ты умеешь, может она поделиться с тобой чем-то важным. Соня — глубокая проверка по всем базам больниц и моргов, а ещё поищи информацию на девушку в социальных сетях. Дима — опросишь ещё раз её однокурсников, но мягко, не напугай их. А я пока позвоню Ольге, пусть готовит свой криминалистический чемодан.       Она посмотрела на закрытую дверь, за которой только что вышла Алёна, и тихо добавила:       — Бедная девочка. Даже не знает, что её подруга весь разговор стояла у неё за спиной.