Грязные лапы и песчаные твари

Джуширо не мог не волноваться. Это был первый раз, когда кто-то из них по-настоящему покинул новый дом. Экскурсия выполнила свою задачу, но всё же теперь, когда наедине с обоими арранкарами остался только один, риск возрос. Арранкар казались все более напряженными, хотя и пытались это скрыть. И Укитаке надеялся, что его сюрприз немного облегчит ситуацию. Он успешно доказал свою точку зрения капитану Ямамото и нескольким новым членам совета 46. Теперь же он был совершенно измотан. И еще он понимал, что на следующий день, скорее всего, будет того хуже. Напряжение и неопределённость дома, конечно же, не улучшали ситуацию. Беспокойство навалилось на него ноющей болью о том, что он может обнаружить, вернувшись домой к Кьераку. С чрезмерной для человека его положения и уровня усталости энергией он распахнул входную дверь и вошёл внутрь. Казалось, всё спокойно. Ничего не было сломано или сожжено. Воздух казался слегка затхлым, хотя это был побочный эффект того, что все двери и окна были закрыты, чтобы не дразнить Арранкар, которые не могли уйти. Джуширо надеялся, что скоро это изменится. Он застал их вместе в той комнате, которую начал считать за гостинную. Она располагалась на первом этаже, в любимом месте Лилинетты, куда она часто водила его играть. Все трое сидели вместе, играя во что-то карточное. Шунсуй небрежно поднял глаза, увидев его. — Привет, Дзю. Я так понимаю, всё хорошо. Не хочешь присоединиться к нам? Укитаке думал, что Джуширо хорошо выглядел. У него были распущенны волосы, что в последнее время стало редкостью, и снял всё, кроме базовой черной униформы. Если бы кто-то не знал его, Кьераку можно было бы принять за обычного шинигами. Джуширо почувствовал странную ностальгию. Он улыбнулся. — Да. Хорошие новости. Я не собираюсь присоединяться, но посмотрю, если мне разрешат. Лилинетта подняла взгляд от руки. — Делай, что хочешь. На ней была одна из юкат, которые ей подарили. Темно-синего цвета из тонкой ткани. Шунсуй настаивал на том, чтобы они хорошо относились к гостям в таких вопросах. Хотя она не особо уважала это, что неудивительно. Она сидела, сгорбившись, с картами, так что ткань ужасно мялась, и это граничило с грубостью. Джуширо решил, что ему придется помочь ей с правилами этикета. Тем не менее, она выглядела почти как нормальная душа, если бы не маска и сдерживающий ошейник. Рядом с ней лежал Старрк, разложив свои карты на полу так, что их мог видеть любой. На нём лежали обе сброшенные Кьераку верхние одежды. Кимоно было накинуто ему на плечи, а капитанское хаори накрыло ноги, словно одеяло. Дзюсиро не мог решить, забавляется он, недоумевает или завидует. — Видимо, ему было холодно, — подмигнул Шунсуи, устраиваясь поудобнее. — Вот как? — Улыбка появилась в уголке его рта. Значит, забавляется. — Я устал, — протянул Старрк. Он едва поднял голову, которая покоилась на ладони. — Без многослойной одежды сложно расслабиться. — Тогда ложись спать, — проворчала Лилинетта. — Перестань меня отвлекать. Я побью этого подонка. — Теперь ты? — усмехнулся Шунсуй. Джуширо позволил себе немного покоя. В последнее время подобные моменты случались так редко, что лучше было просто наслаждаться ими при появлении. Сегодня же он был доволен тем, что наблюдал за продолжением игры. ..... На следующее утро Джуширо проснулся со стоном. Всё тело болело. Как он мог предположить, сегодня будет сложный день. В соседнем помещении уже было холодно. Остальные, должно быть, давно проснулись. Джуширо медленно поднялся на ноги и оделся. Войдя в главный зал, он обнаружил Шунсуя, отчаянно пытающегося успокоить взволнованную Лилинетту. Старрк развалился в стороне, хотя в его позе чувствовалось лёгкое напряжение. — Привет, всё в порядке? — спросил Укитаке, объявляя о своём присутствии. — Здесь люди. — Лилинетта повернулась к нему и агрессивно указала на дверь. — Снаружи. Они там уже несколько часов, а этот идиот не даёт нам посмотреть. Джуширо наклонил голову. — Я никого не слышу. — Мы чувствуем их запах, — проворчал Старрк. — Вторженцы. — А, — сказал Джуширо. — Понимаю, почему это может быть стрессом. Вчера я забыл вам сказать, но это часть сюрприза, который я для вас приготовил. — Мы не любим сюрпризы, — Лилинетта процедила сквозь зубы. — Этот тебе понравится, — заверил Шунсуй. Любые дальнейшие попытки успокоить ее оставались незамеченными. Отвлекающие маневры почти не помогали. Лилинетт пыталась, но быстро злилась и раздражалась. Старрк не отрывал взгляда от двери, пока вдруг не издал низкое рычание. Вскоре после этого послышались приближающиеся шаги. Голос: — Капитаны, можно вас на пару слов? Джуширо быстро ответил, несмотря на боль в груди. Он приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы не показаться невежливым. Снаружи стоял шинигами из кидо отряда, с которым он был знаком лишь поверхностно. — Подготовка завершена, капитан Укитаке. Мы уходим, за исключением необходимых мер предосторожности, — отрапартовал шинигами. Говоря, он выглядел нервным и, казалось, смотрел куда-то через плечо Джуширо. Только тогда Укитаке заметил Старрка, маячащего позади него. Он решил проигнорировать это. — Спасибо за вашу усердную работу. Мы очень ценим это. Вы можете приступать к своим обычным делам. Шинигами, не колеблясь, быстро скрылся. Джуширо не винил его. Даже в подавленном состоянии реацу Старрка оставалась невероятной. Старрк и Лилинетт, казалось, не расслабились после ухода всех посторонних, но, возможно, для этой ситуации существовало решение. — Что ж, — сказал Джуширо, распахнув дверь до конца. — Может, попробуем? — Что это? — настороженно спросила Лилинетта. Шунсуй усмехнулся. — Мы немного расширили границы защитного заклинания. Вы можете выйти на улицу, если, конечно, не будете пытаться его сломать. — Мы можем выйти на улицу? — переспросила она. Её голос переполнялся шоком, недоверием и благоговением. - Ну, не совсем. Только двор, видимый из дома. - Черт возьми! - Лилинетта стрелой бросилась вперед.С травы она обернулась и крикнула: - Старрк, мы можем выйти! Земля мягкая и колет ноги! - Это, наверное, трава, — сказал Шунсуй со смехом. - Иногда она бывает колючей. Старрк нерешительно шагнул к двери. Он посмотрел на Шунсуя - Это действительно нормально? - Мы бы не предложили,не будь это так, — небрежно ответил он и вышел на улиц,. - Теперь посмотрим, чего хочет леди, хорошо? Старрк всё ещё колебался у двери. Дзюсиро положил руку ему на плечо и сказал: - Не торопись. Укитаке воспользовался моментом и устроился поудобнее. Он знал, что любая попытка сделать что-то большее вызовет приступ кашля, к большому разочарованию Лилинетт. Тем не менее, она находила себе занятие, гоняя Кьераку по двору. Он отскакивал на небольшое расстояние, как только она приближалась к нему. Казалось, это еще больше воодушевляло ее, поскольку игривые рычания и визги раздавались все чаще. В конце концов, Старрк присоединился к компании. Он растянулся рядом с Джуширо в особенно приятном солнечном месте. Еще некоторое время казался напряженным, прежде чем наконец расслабился и глубоко вздохнуть. - Тебе нравится? — спросил Джуширо. Старрк задумчиво промычал. — Я не знал, что скучаю по солнцу. Так давно его не было. — О? — Укитаке замялся. Возможно, спрашивать было бы неуместно. — У тебя есть воспоминания о своей жизни до всего? Старрк лег полностью: его голова почти коснулась бедра Джуширо, но не совсем. Он пожал плечами. — Не совсем. У меня почти нет воспоминаний о временах до Лилинетт. — Думаешь, знакомство с ней тебя стабилизировало? — Джуширо положил руку на землю рядом с плечом Старрка. — Должен сказать, мне любопытно, как работают духи занпакто у пустых и почему ты можешь проявлять своего духа, не имея при себе клинка. Старрк повернулся, чтобы посмотреть на него. — Что такое дух занпакто? Джуширо удивленно посмотрел на него сверху вниз. — Сущность, та часть тебя, которая отчётливо выделяется и представляет твою силу. Сознание твоего занпакто. Старрк фыркнул и лег как раньше. — Я представляю свою собственную силу. Как и Лилинетта. Джуширо внезапно был поражён разницей между ними. — Но ты должен знать, раз уж назвал Лос Лобоса по имени. Шинигами не могут высвободить всю свою силу, просто зовя, как это сделали вы, не зная дух своего занпакто. — Может быть, мы и есть духи занпакто друг друга, — предположил Старрк и закрыл глаза, — Не думаю, что вы найдете ответы в любом случае. Нет ничего подобного нам. Даже у других Эспад. Джуширо в шоке уставился на Старрка, прежде чем что-то смягчилось в его сердце. Конечно, Старрк не был знаком с такими идеями. Он и Лилинетт, по всем признакам, были единственными в своем роде. Общество душ даже не знало, как функционируют обычные аранкары. Как кто-либо мог понять примеру? — Можно я тебя коснусь? — спросил он. Глаза Старрка широко раскрылись. — Что? — Я заметил, что у тебя в волосах застрял листик. Я подумал, можно ли мне дотронуться до тебя, чтобы вытащить его, - сказал ему Джуширо. Затем, слегка улыбнувшись, добавил: - А еще Шунсуй упоминал, что у тебя довольно мягкие волосы. Мне любопытно, правда ли это. Старрк долго смотрел на него. Дзюсиро подумал, не перешёл ли он черту. Но Старрк, нервно облизав нижнюю губу, сказал: — Только там? Ты уверен, что хочешь только потрогать мои волосы? Дзюсиро был озадачен этим вопросом. За ним явно скрывались сильные эмоции, но какие? Хотел ли он большего и боялся спросить? Или он вообще не хотел, чтобы его трогали, и боялся установить границы? Эти игры в догадки становились утомительными. Он решил просто спросить. — А ты хочешь большего? — Нет. — Старрк фыркнул и закатил глаза, очень напомнив в этот момент Лилинетт. Это выглядело как игра, хотя трудно было понять, что скрывалось за ней. Возможно, Шунсую повезёт больше. — Ты уверен? Я бы не против подержать тебя за руку или чтобы ты прислониться ко мне, если тебе так удобнее, — предложил Дзюсиро. Старрк снова фыркнул, хотя в его голосе слышалось лёгкое рычание. Звук напоминал ворчание старой собаки, которую слишком часто беспокоили. Он слегка приподнялся и наклонился вперёд, прежде чем положить голову на колени Джуширо. Прежде чем тот успел ответить, Старрк сказал: — Вот. Теперь убери свой чёртов лист. Все твои переживания меня утомляют. — С лёгким смешком Укитаке принялся за дело и позволил Пустому на коленях продолжать наблюдать. Шунсуй и Лилинетта играли. Он убрал лист, как и просили, и принялся выбирать другой мусор, застрявший в прядях. Несколько сухих травинок и упрямых песчинок были удалены. Шунсуй был прав.Волосы старка были мягкими. Удивительно мягкитми, учитывая явное отсутствие ухода. Он знал, что у Лилинетты всё было примерно так же: когда он клал руку ей на голову или когда она прижималась к его руке точно это ощущал. Это был странный эффект. Возможно, их природная защита действовала не только от травм. В конце концов, ничего другого делать не оставалось, но Старрк растаял, как масло, на нём и, казалось, задремал. Дзюширо решил заплести несколько маленьких косичек. Осторожно держа руки выше шеи, он собрал несколько прядей и принялся за работу. Старрк приоткрыл один глаз. — Что ты делаешь? — Заплетаешь волосы. Это нормально? Старрк в ответ тихо проворчал. — Конечно. У капитана Тосена были косички. Будет также? Руки Джуширо на мгновение замерли, в груди вспыхнула боль, но он заставил себя продолжить. — Нет. Твои волосы другой текстуры. Я не смогу… сделать так же. Старрк тихонько проворчал что-то. Казалось, на этом всё закончилось на некоторое время. Во дворе Шунсуй начал учить Лилинетту плести венок из полевых цветов. — Ты болен, — внезапно сказал Старрк. Джуширо удивленно опустил взгляд. — Да. Хотя это бывает по-разному. Я принимаю лекарства, чтобы справиться с этим. У меня бывают хорошие и плохие дни. — Сегодня плохой. — да, не хороший, — согласился Дзюширо. — Откуда ты знаешь? — От тебя пахнет болезнью. А сегодня пахнет скорее… — Горло Старрка сжалось, словно он пытался проглотить эти слова. — Умиранием. От тебя пахнет умирающей кровью. — Ах. — Джуширо легонько похлопал его по голове, надеясь таким образом утешить. Через поле Лилинетта подняла венок из цветов и крикнула: — Смотри, что я сделала! — Прекрасно, Лилинетта, — ответил Джуширо со смехом. Затем тише, Старрку: — Я умиралю сотни лет. Уверен, я проживу ещё немного. Старрк вздохнул и прошептал: — Хорошо. Я… это хорошо. «Интересно", - подумал Джуширо. Если Арранкар может проявлять сочувствие и скорбь по отношению к шинигами, возможно, ещё есть надежда для их двух народов.