Мой мех превратился в кожу

Шунсуй нервно постукивал ногой по полу. Старрк был в своей комнате с капитаном Уноханой. Она настаивала на том, что регулярные проверки будут полезны в будущем. Это позволит отслеживать прогресс Примеры, а также поможет ей лично ему помочь. Джуширо, конечно же, горячо с ней согласился. Шунсуй чувствовал нерешительность. К этому моменту он уже был достаточно взрослым, чтобы перерасти то инфантильное пренебрежение душевными ранами, которое демонстрировали некоторые молодые шинигами. И всё же было очень волнительно и крайне неприятно признавать, что Старрк остаётся наедине с другим капитаном. Без присутствия в комнате трудно сказать, нужен ли Старрку отдых. Унохана была очень наблюдательной, но она не знала его так хорошо, как они. Дзюжуширо положил руку ему на запястье. — Всё будет хорошо, любимый. — Я знаю. — Правда? — Джуширо мурлыкал что-то себе под нос, не поднимая глаз от книги, лежащей у него на коленях. — Ты волнуешься, как наседка. — Возьми свои слова обратно, — притворно ужаснулся Шунсуй. — Я не волнуюсь. — Ага, да, — фыркнула Лилинетта, идя через комнату за шкатулкой-головоломкой, которую ей принесли. Забрав вещицу, она встретилась с ним взглядом и, имитируя квохтание курицы, вышла за дверь. По крайней мере, она начинала учиться развлекать себя сама, хотя и возрастал риск, что она начнет копать ямы во дворе. Шунсуй устало потер глаза, тихо посмеиваясь. — Ах, дети. Напомни мне еще раз, зачем ты вообще их хотел. — Джуширо усмехнулся и похлопал его по спине. — Расслабься. Лилинетта явно не волнуется. Если бы Унохана там наверху мучила беднягу, Лили узнала бы об этом первой. — Я знаю, просто… — Шунсуй оказался прерван скрипом верхней ступени лестницы. Унохана и Старрк спустились вместе, и, за исключением нервной улыбки последнего, игнорировали остальных обитателей комнаты. Когда они подходили к двери, Унохана взяла его за руку, наклонившись к уху, чтобы что-то прошептать. Стоило Старрку отстраниться, чтобы взглянуть не нее, Унохана нежно похлопала его по руке и ушла. Шунсуй подошёл, увидев, что Старрк колеблется в дверях. — Надеюсь, она не издевалась над тобой. — Старрк слегка вздрогнул от его голоса, прежде чем повернуться и ответить. — Нет, она просто… желала мне всего хорошего, наверное. Я устал. — Конечно, — Шунсуй широко махнул рукой. — Я только за то, чтобы лечь спать пораньше. — Конечно, за. — Укитаке закатил глаза, но всё же встал, чтобы последовать за ними. Шунсуй позволил Старрку идти впереди. С тех пор как он получил травму во время ночного кошмара, один из них всегда был рядом, чтобы присматривать за его сном. Шунсуй не мог отделаться от ощущения, что это помогло укрепить доверие между ними, но уровень страха и открытости двух пустых колебался день ото дня. Было неразумно предполагать, что ему разрешат находиться в личном пространстве Старрка или что ему будет комфортно в их с Джуширо комнате. Чаще всего Старрк дремал в общей гостинной, чтобы снять напряжение. Но сегодня, похоже, всё было иначе. Он подошёл к порогу комнаты Кьераку и Укитаке и замер, замешкавшись. Повернулся и спросил: — Вы позволяли мне отдыхать здесь раньше. Это всё ещё будет нормальным? — Джуширо мягко улыбнулся. — Конечно. Если мы прямо не скажем обратное, вы с Лилинеттой можете заходить в любое время. — Шунсуй повернулся и поднял бровь, на что Джуширо быстро дополнил, слегка покраснев. — Почти в любое время. Старрк молча кивнул, погруженный в свои мысли. В последнее время в нём чувствовалась какая-то задумчивость. Шунсуи невольно задавался вопросом, что же так настойчиво крадет его внимание в самые неожиданные моменты, и надеялся, что это не Айзен, и не по чисто альтруистическим причинам. Впервые в жизни он почувствовал странную ревность к этому человеку. Тем временем Старрк непринужденно зашел внутрь. Он открыл шкаф и вытащил спрятанные там запасные зимние одеяла. Он уже почти заснул, когда они в последний раз открывали шкаф у него на глазах. Это наглядно демонстрировало куда более высокий уровень внимательности и памяти, чем можно было предположить по его внешнему виду. Шунсуй вздохнул. Вот уж кто точно был его родственой душой. Джуширо первым устроился со стопкой отчетов, которые нужно было прочитать, и остальные быстро присоединились к нему. Шунсуй отложил шляпу и ласково улыбнулся, когда Старрк завернулся в более толстое одеяло и устроился за спиной Джуширо, наблюдая за работой через плечо. С этого момента все само собой наладилось и вошло в размеренный, комфортный ритм. И хотя Старрк, казалось, не проявлял своего обычного желания вздремнуть, ни один из капитанов не стал сомневаться в этом. Отдых в последние дни был редкостью в любом виде. Наслаждаться обществом друг друга в тишине и покое было вполне достаточным Наконец, Старрк заговорил: — Капитан Унохана предложила мне поделиться с вами некоторыми из наших обсуждений. Джуширо остановился на полпути к завершению работы над стопкой отчетов, чтобы поднять голову с ободряющей улыбкой. — Мы будем рады выслушать, если захочешь поделиться. Если нет, мы подождем, пока ты не будешь готов. Старрк задумчиво промычал и плотнее закутался в одеяло. Шунсуи не мог отделаться от ощущения, что в таком виде он выглядит маленьким, словно раненое существо, прячущееся под шерстью. Трагично было видеть такое сильноое, могущественное существо в подобном состоянии. Хотя он и поддерживал идею терпения и поддержки, Шунсуй очень хотел знать причину. Старрк перебирал ткань под руками. — Капитан Унохана предположила, что в моем поведении могут быть основания для беспокойства. Она… описала некоторые вещи так, как я обычно не привык о них думать. Джуширо нахмурился. — Она ведь ничего тебе не навязывала, правда? Неразумно приписывать другому человеку смысл или эмоции без должного понимания, а в случае с Пустыми, боюсь, нам всем не хватает адекватной системы координат. — Нет, ничего подобного, — Старрк качнул головой. — Это было не специально. Я просто… заметил, что обеспокоил её. Последующие вопросы показали, что я сказал что-то не так. Я… мне тоже не хватает «адекватной точки зрения», когда дело касается шинигами. Я не знаю, что я сказал, чтобы её расстроить. Думаю… думаю, она права, что разговор с тобой поможет мне понять. — Конечно, — мягко усмехнулся Шунсуй, — мы с удовольствием всё объясним. — Старрк помедлил, прежде чем продолжить: — Я уверен, что большая часть того, о чём мы говорили, в конце концов до тебя дойдёт, но я бы хотел, чтобы ты услышал это от меня. — Джуширо отложил все бумаги и поправил: — Старрк, обычно большая часть того, что вы обсуждаете с Уноханой или любым другим членом Четвёртого отряда, с которым вы общаетесь таким образом, никому не будет передана, даже нам. — Сомневаюсь, — В глазах Старркачиталась глубокая усталость. — Мы обсуждали поломку моей маски. Шунсуй тихо присвистнул. — Признаю, мне любопытно, но, учитывая, что мы не можем и не хотим создавать больше Арранкаров, вам, возможно, не стоит об этом беспокоиться. — Джуширо тихо спросил: — Ты хотел бы поделиться с нами? Мне любопытно, был ли ваш опыт вызван каким-то феноменом или Арранкары, возможно, являются естественной эволюционной формой пустых. Старрк кивнул. — Хорошо. Я… я мало что помню о том, что было раньше. Я помню только, что был один. Одиночество было глубоким достатчно, чтобы причинять боль. Мы были настолько сильны, что никто не мог приблизиться к нам. Мы хотели… мы хотели, чтобы это прекратилось. Поэтому мы сломали свою маску и разделились надвое. Разделенное бремя стало общим. — Откуда ты знал, что это сработает? — спросил Шунсуй. Старрк отвел взгляд. — Я не знал. Я не думал, что что-то может сработать. Мы либо будем достаточно сильны, чтобы выжить, и ослабеем, либо умрем. В любом случае, мы избежали вечного одиночества. — Мне очень жаль, — выдохнул Джуширо. Шунсуй взял его за руку и нежно погладил большим пальцем тыльную сторону костяшек пальцев. — Все в порядке, — искренне сказал Старрк. — Боль длилась недолго, а потом… а потом мы стали самими собой. Мы с Лилинеттой оба появились в тот момент. Оба арранкары. Хотя этого слова тогда еще не существовало. — Ты сказал, что сломать маску – все равно что умереть, — произнес Шунсуй. Он не хотел, чтобы эти слова прозвучали как обвинение, но не смог сдержать резкости. Старрк вздохнул. — Да. Сказал. — Я… — Дзюширо замялся, пытаясь подобрать слова. — Не знаю, как в культуре Пустых, но здесь, в Обществе Душ, пережить такую ​​боль, чтобы быть готовым на всё ради её прекращения – это трагедия. Важно, чтобы ты кому-нибудь рассказал, если снова почувствуешь себя так. Старрк закатил глаза. — Я бы не рискнул оставить Лилинетт одну, да и она никогда бы меня не оставила. К тому же, прошло уже несколько столетий. Мы больше не там. — А если бы ты её потерял? — настаивал Шунсуй. Старрк мягко посмотрел на него. — Я думал, ты убил её во время нашей схватки. Я тоже не ожидал, что выживу. — Мне нужно выпить. — Шунсуй отшатнулся. Наверное, не самая добрая реакция на информацию, которую он и так уже знал, но пустые выжили. Гораздо проще было бы забыть об этом, будь оно неправдой. Было бы проще, если бы ему не бросали это в лицо. — Шун, любимый, — мягко упрекнул Джуширо. Старрк с любопытством наклонил голову. — Тебе нравится? Пить? Шунсуй остановился на полпути к тому, чтобы оказаться на ногах. Вопрос казался достаточно невинным, но Старрк часто видел больше, чем показывал. С другой стороны, у обоих Пустых были странные пробелы в знаниях, и Старрк, похоже, не испытывал особой тяги к обычной еде или питью, тем более когда дело касалось алкоголя, как это случалось в те редкие случаи, когда Шунсуй доставал перед ним напиток. Несмотря на боль в сердце, его всегда тянуло потакать любопытству первородных, просто чтобы посмотреть, к чему это приведет. — Хочешь попробовать? — предложил он. — Ах, нет. Не очень. — Старрк слегка поморщился. Затем он с внезапной опаской взглянул на Шунсуя. — Если только ты не хочешь, чтобы я это сделал. Джуширо казался слегка ошеломленным подобным предложением. — Старрк, ты не должен предлагать это только потому, что этого хочет кто-то другой. Особенно когда это касается нас и подобного. — Джу прав, — поддержал Шунсуй, — Мне нужны только те собутыльники, которые хотят быть собутыльниками. Тем не менее, если ты втайне решишь, что хочешь этого, я с удовольствием помогу тебе безопасно освоить некоторые пороки. Старрк фыркнул. — У меня их и так полно. Мне не нужна твоя помощь, чтобы приобрести ещё больше. Шунсуй улыбнулся. — Конечно, не нужна. Старрк отвел взгляд. — Прости за это. Я… я всё ещё учусь понимать, чем ты отличаешься. Айзен раньше… Когда мы были одни, если он… от меня ожидали, что я буду следовать за ним. У него было много настроений, и я изо всех сил старался угодить при каждом. Я не хотел обидеть, сказав «нет». Шунсуй почувствовал себя немного неуверенно. Это было, в общем-то, не удивительно, но и не совсем ожидаемо. Внезапно его охватило давнее чувство вины, появившееся тогда, когда он понял, что косвенно виновен в этих страданиях, потому что не понял, кто такой Айзен Сосуке. К счастью, ему не пришлось самому разбираться, как реагировать. — Мне ужасно жаль, что это с тобой случилось, — тепло сказал Джуширо. — Ты не обидишь нас, сказав «нет» или установив границы. Улыбка Старрка в ответ была слегка нервной. Шунсуи достаточно хорошо знал Джуширо, чтобы понимать, что под его успокаивающим видом кипит глубокая ярость. Не будет удивительным, если Старрк это почувствовал, учитывая его общую восприимчивость. Вот тут уже Шунсуй знал, что делать. Уравновешивать своего партнера было древнейшей игрой. — Не обращай внимания на Дзю, — сказал он, пренебрежительно махнув рукой и снова расслабившись рядом со Старрком. — Он становится эмоциональным из-за пушистых существ в критических ситуациях. Джуширо лишь добродушно фыркнул, а Старрк усмехнулся и сказал: — Я не пушистый. Во всяком случае, не больше, чем ты. — В твоём рессурексионе было больше лишнего, — напомнил ему Шунсуй. Старрк отвернулся и тихонько рассмеялся. Затем что-то застыло в его глазах. — У меня к тебе ещё один вопрос. Капитан Унохана предположила, что ты мог бы мне помочь. Учитывая, как всё прошло в прошлый раз, Шунсуй невольно напрягся. Тем не менее, он ответил: — Что угодно, красавчик. Что ты хочешь узнать? — Насколько я понимаю, шинигами не образуют связи, как пустые. Вот почему Айзен никогда не завершал свои отношения с нами, — начал Старрк. Джуширо тихо ответил: — К сожалению, я думаю, что его мотивы были несколько более эгоистичными. Было это возможно или нет, сомневаюсь, что он когда-либо пытался. Старрк кивнул. — Да. Я тоже так думал. Вот почему я беспокоюсь. Я знаю, что Лилинеттатянется к людям и не желает возвращаться в Уэко Мундо. Если бы она когда-нибудь достаточно привязалась к кому-то, чтобы создать новую связь, смог бы этот шинигами ответить взаимностью? Попытались бы они вообще? Я беспокоюсь за неё. Мне бы очень не хотелось снова увидеть её отвергнутой из-за нашей природы или в ловушке, самого себя. — Не знаю, — честно ответил Джуширо, — но я был бы готов разобраться. Нам нужно будет узнать, что подразумевает связь Пустого. Возможно, Леди Халибель согласится помочь нам в построении более крепких отношений. — Шунсуй протянул руку и положил её на бедро Старрка. — Мы поможем тебе, чем сможем. Старрк улыбнулся ему. Шунсуй не мог не почувствовать, что даже такой маленький жест был прекрасен в своей красоте. Забавно, как ещё десять лет назад он сомневался бы в способности пустых проявить что-то, хотя бы отдаленно напоминающее доброту. Теперь же его опасения были опровергнуты по многим пунктам странной парочкой, которую они приютили. Старрк зевнул, сверкнув длинными клыками, и Шунсуй невольно рассмеялся. — Ой, щенку нужен сон. — Заткнись — Старрк рассмеялся и легонько пнул Шунсуи. Затем вздохнул и сказал: — К сожалению, ты прав. Вы ведь не против? Джуширо усмехнулся. — Нет, не против. Отдохни. Мы присмотрим за тобой. Шунсуй подождал, пока Старрк свернулся калачиком между ними и его дыхание выровнялось во сне, чтобы прошептать: — Любимый, что мы будем делать? Джуширо вздохнул и посмотрел на Старрка. — Знаю. Я тоже этого хочу. Мы просто… мы будем здесь, сколько, сколько сможем. И Шунсуй страстно желал осуществить эту далекую, несбыточную мечту о том, чтобы эти двое пустых оставись с ними навсегда. Было глупо так привязываться, когда будущее неопределенно. Тем не менее, он ничего не мог с собой поделать. Сегодня он позволит себе наблюдать за спящим Старрком и надеяться на далекую грёзу. Возможно, через некоторое время он сможет убедить себя, что «пока мы можем» — это достаточно.