Карцер

      — Мы можем поиграть в слова, — предложила Люмин, сидя на койке напротив Лоэна, свесив ноги и болтая ими, — или в пантомиму, можем в… нет, в города не можем, в Тейвате мало городов. В карты? В «правда или действие»? В…       — …увернись от ножа, — любезно подсказал ей Лоэн.       — Издеваешься? — Люмин обвела рукой карцер. — Тут размахнуться даже негде.       — Хочешь покажу?       — Эм… — за дверью послышалась неуверенная возня, — за-заместитель капитана, п-почётный рыцарь, вам… нельзя драться.       — Это где-то написано в своде законов? В уставе? В правилах? Если нет, то у меня для тебя плохие новости.       — Приказ заместителя магистра, — прошептали за дверью, чуть не плача.       — Люмин, отстань от ребёнка. У него и так экзистенциальный ужас: караулит начальника и «великую героиню».       Люмин демонстративно вздохнула и завалилась спиной на койку.       — Драться нельзя, играть ты не хочешь… И что прикажешь тут делать три дня? Я ж от скуки повешусь!       — Зато у меня занятие появится. Про осквернение твоего тела разговора не было.       Люмин на него покосилась, не меняя позы.       — Я надеюсь, ты имеешь в виду, что просто потыкаешь в мою тушку ножом, а не членом.       Лоэн хмыкнул, уселся поудобней, скрестив ноги, и подпёр подбородок кулаком, с интересом глядя на Люмин.       — Такая зацикленность на сексе. Проблемы с этим?       — Я хотя бы их не сублимирую.       Лоэн расхохотался. Бедный рыцарь за дверью изо всех сил старался не вслушиваться в их диалог. Он же не сможет потом им в глаза смотреть. Стыд- то какой!       — Почему ты здесь и почему ты одна?       Люмин кряхтя и ворча перевернулась на бок, чтобы не сворачивать себе шею, глядя на Лоэна. Поёрзала, принимая относительно удобную позу, подложила руку под голову и сосредоточила всё внимание на сидящем на полу парне.       — Ну, давай откровенно: ни Варка, ни Джинн мне ничего не сделают, — Лоэн кивнул, что-то подобное он и предполагал. Беннет был жителем Мондштадта, Скар — непонятный мутный тип, пришедший с ними. А Люмин — спасительница, победительница и дальше по титулам, — поэтому я решила провести небольшой политический, дипломатический и социальный эксперимент. Не только ж тебе этим развлекаться, верно?       — И каков же смысл этого эксперимента?       — Насколько будет идиотский предлог, чтобы нас выпустить?       — Нас?       — Ну конечно, ты же попросил о помощи.       Лоэн изогнул бровь, поморщился от тянущей боли от затёкших ног и поменял позу, согнув одну ногу в колене, а вторую выпрямив.       — Речь шла только о помощи со стариком.       — И титулом, — педантично поправила Люмин, ехидно глядя на него, — а от титула ты отказался. Так что сам себе злобный хиличурл.       Лоэн опустил голову, скрывая самодовольную ухмылку. Кажется, этот отряд Беннета вывернет любую фразу, любое действие так, как им хочется.       И то, как они в него вцепились, не могло не льстить.       — Так что Беннет и Скар сейчас наверху, доходчиво объясняют Варке, Джинн и всем остальным, кто не успел убежать, насколько они неправы.       Лоэн криво улыбнулся. Он и так Джинн не очень нравится, а уж после подобной помощи…       — Да расслабься, — Люмин словно прочитала его мысли, — я Джинн тоже перестала нравится.       — О? И что же ты натворила? — и передразнил Джинн, — Почётный рыцарь.       — Ну… Оскорбления, угрозы, шантаж, уничтожение результатов эксперимента, нападение на гражданского, ввод в заблуждение магистра ордена и препятствие ему же в расследовании преступления.       — Насыщенная неделька выдалась? — присвистнул он.       — Я уложилась в один вчерашний день.       Лоэн моргнул. Задумался. «Оскорбления, угрозы, шантаж и уничтожение результатов эксперимента» — это, скорее всего про Сахарозу. «Нападение на гражданского» — Дилюк. Ну и последние два пункта — Варка. И всё это потому, что он пришёл к ним за помощью…       Он поднял взгляд на безмятежную Люмин.       — Удивительная работоспособность, — признал наконец он.       Люмин просияла. Она-то боялась, что он начнёт допытывать, зачем и почему. Но Лоэн действительно свой.       — Ну так что, может всё-таки в карты?       Лоэн с кряхтением встал, отряхнулся, подошёл к койке, на которой лежала Люмин, и скинул ноги девушки на пол.       — Эй!       — А как ты предлагаешь играть?       Они закончили четвертую партию со счётом два-два, когда за дверью послышались громкие голоса, потом ругань и угрозы.       — Ну, вот, — расстроилась Люмин, собирая карты, — доиграть финальный раунд не успели. Но! — она ткнула колодой в довольно улыбающегося парня, — выявим победителя в следующий раз.       Он молча кивнул, глядя ей за спину на открывающуюся дверь.       — Ну что, граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы, на выход.       Беннет стоял, привалившись к косяку и насмешливо им улыбался.       — И вы бы поторопились. Джинн и Альбедо очень недовольны нами, — помолчал и справедливости ради добавил, — в принципе, было бы удивительно, если бы они отреагировали иначе. Ну да ладно, нам сказали убраться из города с глаз долой.       — Надолго?       — На пару недель.       — Учитывая, — хохотнул стоящий за Беннетом Скарамучча, — что мы подсыпали им перед уходом слабительное в напитки, лучше на подольше.       Люмин и Лоэн переглянулись и заторопились покинуть карцер. И город.       Джинн и так их не любит, а уж после такого…       Разъярённый вопль их настиг, когда они вышли из штаба.       — ЛЮМИН!!!!!       — Вот интересно, — проворчала последняя, — почему всегда я?       — Потому что сначала ты работаешь на репутацию, а потом репутация на тебя, — пожал плечами Беннет, ускоряясь под удивлёнными взглядами рыцарей. — И Джинн твёрдо уверена, что ты плохо на меня влияешь.       — Давайте обсудим это потом? — оскалился Лоэн, глядя на бегущих к ним, — не хотелось бы опять сесть, не успев выйти.       — Валим, — согласился Скарамучча.       И под крики Джинн, чтоб она их не видела несколько месяцев, они рванули на выход из города.       У них ещё психушка неиследована.