Пепел

Мне сегодня снилось что я целовал Эша, и это было так... Упоительно? Это правильное слово? Приятно до дрожи. Мы просто целовались — мягко, нежно, медленно. Я чувствовал его язык своим. Он приобнял меня руками, и его ладони были такими горячими... Не было никаких пошлостей и никакой страсти, все было вполне невинно, но я жутко перевозбудился, и когда проснулся, долго стоял под холодным душем. Честно говоря, это нихрена не помогло, и пришлось доводить дело до конца вручную. И как же тоскливо потом было смотреть на реального Эша, которому на меня плевать! Смотреть, как он улыбается или саркастично приподнимает бровь, разговаривает этим своим ртом, смеётся, кидает упреки насчет подарочной упаковки или не прибранной посуды, и понимать, что я не могу повторить то, что видел во сне. Похоже, я встрял. Я правда хочу его. Хочу, чтоб он меня трогал. Хочу дышать его запахом. Меня еще никогда ни с кого так не вело. Я всегда был слишком занят, чтобы обращать внимание хоть на кого-то и всякие дурацкие влюбленности других считал тупым фарсом или слабостью. Сейчас понимаю, что вокруг было одно гнилье вроде Теда, я был все время на стреме, в напряжении, и не в кого было влюбляться, и некогда. Таких, как Эш, вокруг точно никогда не было. Но я вырос в той помойке и другого не знал, и возможно, сам такой же гнилой отброс, как все они. Есть у такого, как я, вообще шансы с таким, как малыш? Он — человек морали и принципов. Я — человек "въебу не раздумывая". Не знаю, как у меня получилось вырастить Джейми нормальным. Здесь другие порядки, нет всякой дичи, которая была там, и мне придется соответствовать. Док был прав, мне выпал шанс на нормальную жизнь. Я буду стараться, правда! Но мне нужна поддержка. Я всегда старался ради брата, но сейчас он вырос, я ему больше не нужен, зато мне самому очень нужен тот, ради кого будет смысл стараться. Я по-любому буду лажать и спотыкаться, творить херню, потому что не понимаю, где херня, а где норм, и мне нужен тот, кто натыкает меня носом и скажет, что я опять натворил херни, но не отвернется. Совсем развезло. Всё утро проходил как зомби. Когда собирались, захотелось одеться так, чтобы малыш не выглядел хуево рядом со мной. Хотелось помочь ему выглядеть классно. Раз ему не к лицу все яркое, значит, яркое идет нахер. Белого и серого у меня не водится, мои рабочие костюмы Джейми не принес, так что нацепил, что было. Джейми не оцени, давай истерить. Да бля! Наряжайся ты как хочешь, только от меня отъебись! Че прикопался?! Ещё что-то могу — стоял на своем до последнего и поехал, как решил. Только вот с чего я взял, что Эш на празднике будет рядом со мной? Конечно он не стал сидеть возле ебучей барной стойки! Я такой дебил! Я нахер не умею танцевать! Да я и не собирался! О том, что он танцевать умеет и любит я вообще не подумал. Я на таких тусовках разве что в качестве охраны бывал, но охрана не танцует, бля. Где мне было учиться? Вон, Джейми умеет. Правильно! У них и в школе всякие танцульки бывали, и в вузе, а мне где было танцевать? На ринге? На службе? Дома при выключенном свете, чтоб никто этот пиздец не видел? Кринжатина! Сижу теперь как долбоеб, пока котик кружит какую-то миниатюрную зайчиху на шпильках, а ее парень им хлопает. Тоже клоун тот еще, но у него хоть отношения есть! А я кто? Так, никто. Херня на палочке. Эш не подойдет и не залезет ко мне на коленки, как эта. Я ему нахер не сдался. — Не грусти, парень. Мож, коктейльчик? Бармен огромный чернокожий мужик с белыми волосами. Ростом с Тая. Нахер так краситься? Не, ему идет, конечно, но в зверином облике такая белая плешина на башке смотрится тупо. Он, кстати, кто? — Ты кто? — Бармен, — он радостно оскалился. Издевается? — Вижу, что не ди-джей! Я про вид. — Медведь, — довольно прогудел он. Бля, ну, мог бы и сам догадаться. — Ягуар, — протянул ему руку для рукопожатия. — Класс! А имя у тебя есть, ягуар? — подколол он, не сбавляя дружелюбия. — Не твое дело. — Ну, ладно... Так что насчет коктейля? — Я не при деньгах. — Так всё уже оплачено. Сегодня безлимит. — Безлимит, говоришь? — Он самый! — Ладно. Намути мне чего-нибудь не ядреного, но покрепче. Сможешь? — Это я умею. Пьется как лимонад. — Заебись! Я отвернулся обратно к залу, шныряя по скачущей толпе глазами в поисках Эша. Ну, народу не так много, как обычно в клубешниках, так что всю толпу на просвет видно, это не трудно и очень даже удобно. Трек сменился на что-то околовосточное. Вроде раньше эта херня изо всех щелей играла. По залу пронеслось дружное одобрительное "О-о-о", и тут я наконец выцепил котанчика из общей толкучки. Он как-то хитро крутанул рукой, движение плавно перешло до плеча и ниже, на корпус, и потом он весь пришел в движение. Бля-а! Ну нельзя же так! Окружающие аж перестали скакать как полудурки. Кто-то пытался повторять, кто-то просто глазел и пускал слюни. Прям как я. Девки к нему подтанцевали. Сеструха хоть и кобыла здоровая, а все равно хорошо двигается. Сразу видно — родственники. — Джаспер! Здоров! Я аж чуть со стула не слетел с этого высокого! Это че блядь за привет из прошлой жизни?! Морозцем по загривку! Смерил взглядом бывшего коллегу. Ну, он. Только вот какого хера он тут забыл? — Рад, что ты... жив... — он замялся, почесав репу. — Ты что здесь делаешь? — любезничать не хотелось. Я только из этого говна выбрался! Не позволю затащить обратно! — Да я это... — он показал перевязанную руку, на которой не хватало двух пальцев, — Вышел. Вон, теперь с Синтией. Вот это поворот. — С Синтией? Она че, тебя не запомнила? Ты ж с нами был! — Запомнила. У нее типа требование было примерно такое же, как у Барбары к Таю. Типа не собирается с преступниками мутить, — он подошел ближе и оперся на барную стойку, улыбаясь, как старому другу. Мне было неприятно, но узнать подробнее хотелось. Так, на всякий... — И ты типа просто взял и вышел? И всё? — Ну, мне повезло. Думал, Тедди меня захерачит на месте, но вступился мистер Тимати. Щас залег на дно пока что, не высовываюсь. Не знаю пока, куда потом подамся. Было, если честно, так похуй, куда он подастся! Раньше мы нормально общались, но про квартиру он по-любому знал, и нихуя мне не сказал! Теперь на его рожу смотреть противно! Я и не стал. Отвернулся, снова ища котанчика взглядом. — Ну... Ладно, бывай. Что-то ты не в духе... Я пойду... А, бля, должен быть в духе? Глаза б мои тебя не видели! И тебя, и всех остальных! — Твой коктейль. Рядом с моим локтем на стойке со стуком появился симпатичный запотевший стакан. Он что, ждал, когда мы договорим, чтоб его подать? — Подслушиваешь? — Ни в коем случае, — бармен опять дружелюбно оскалился, но, когда я взялся за стакан, его взгляд будто прирос к моим изуродованным пальцам. — Нравятся? Будешь соваться, куда не надо, — такие же будут! — я тоже осклабился, но куда менее дружелюбно. — Интересные местные порядки. Спасибо за предупреждение. — Ты не отсюда, да? — Ага. — Дай гадаю. Финн? — Почти. — Молодец. Не говори. Придут дяди в деловых костюмах и будут предлагать работу — не ведись. Коси под дурачка и отмазывайся, как только сможешь. Ясно? — О чем Вы? Я всего лишь бармен, — он начал деловито тереть стакан. Я поржал. Соображает! Не то, что я. Коктейль, кстати, топчик! Алкоголь почти не чувствуется, зато освежает. Клоун свалил и кое-как теперь пытался плясать со своей зайчихой. Позорно, вообще не в ноту, но оба довольные. Эш опять пляшет в окружении сестры, Милли и Тая. Тай норм задвигает, не смотря на габариты. Даже завидно. Милли в халате. Смешная девчонка. Ну, Джейми от своей собаки не отлипает, конечно же, но, на удивление, всё прилично. — Ты б не высасывал так быстро, браток! Штука все-таки крепкая, — опять подал голос бармен. Че ему надо? Сам разберусь! Я градус даже не ощутил, бля! Крепкая штука. Для финнов мож и крепкая, а меня вообще не взяло! — Лучше еще сделай, — огрызнулся в ответ, отставляя пустой стакан. — Ладно, как знаешь, — пожал плечами здоровяк и принялся мешать новую порцию. Заиграла какая-то очень движовая музыка и на танцполе началась вакханалия! Что за дичь?! Эш напротив Милли, оба ржут и танцуют что-то нереально пошлое, еще несколько человек делают такие же движения. Синтия прибежала аж с другого конца зала и встала рядом с Милли, быстро влилась в ритм. Барб двигалась не так, но чуть ли не повисла на Тае. Джейми с вонючкой отошли к стене и просто смотрели на всю эту пошлятину. Видать, танец к этой песне. Слишком много человек одинаково виляют жопами. Милли аж придерживает сиськи, чтоб сильно не тряслись! Ну и кринж! Клоун со своей зайкой вернулся к стойке. — Не люблю такое, — поморщилась дамочка и снова залезла к нему на коленки, покачивая убойной туфлей на пальчиках. Где-то я ее тоже видел... Я отхлебнул от коктейля и переключил всё внимание на Эша. Бля, ну как же хорош! Даже под его этой огромной футболкой видно, как он охуенно двигается! Аж внизу живота сладко тянет. Трек опять сменился, теперь на какую-то нудятину. Многие разошлись по углам и диванам, к стойке куча народу подтянулась, на танцполе остались только Милли, Эш и кучка каких-то дебилов с листовками. Че им надо от малыша? А, чтоб на бумажках расписался. Эш натянуто улыбается. Кажется, их послали! Милли могёт! Ха-ха! Лохи! Туда их! Отбрила и дальше танцует с малышом. Коктейль закончился... — Давай еще, — я подал стакан бармену. — Извини, братиш. Тут очередь. — А мне, как инвалиду, без очереди. Он захохотал и принял тару. — Слышь! — раздалось сбоку. — Какие-то проблемы?! — я нахмурился, злобно зыркнув на борзого типа. — Ребят, давайте не будем портить праздник! Всем достанется! — бармен миролюбиво развел руками. Впечатлили, скорее, не его мирный настрой, а банки и размах лапищи. Такой как уебет — мало не покажется! — Да мы че? Всё норм, — заверил типок. — Хер с ними, делай по очереди, — махнул я и опять повернулся к танцполу. Барб танцевала медляк с Таем, Синтия — с моим старым знакомым, котанчик танцевал с Милли, но не медляк, а что-то непонятное, но, похоже, очень весёлое. Джейми пытался танцевать с мистером Потаскуном, но оба больше ржали над малышом и негритянкой. Вот все-таки колоритная парочка! Они бы друг другу подошли. Оба такие монохромные. Если б не халат, то точно. Зачем-то представил их целующимися. Это по-любому выглядело бы куда лучше, чем если бы я... Опять вспомнились ощущения из сна, машинально потер губы большим пальцем. Трек опять сменился на какой-то дискач, народ возле бара рассосался, и я получил свой напиток. Эш с Милли и зайчихой теперь скакали как заводные. Мой маленький попрыгунчик... Какой же он классный! Не могу! — Да-а, красивая... Такая энергичная! — восхищенно протянул бармен. — Кто? — не врубился я. — Кто-кто? Именинница! — А, Милли что ли? Даже слишком! — Я думал, ты на нее весь вечер смотришь, — здоровяк оперся на стойку. — Пфф! Нет, спасибо! — А, ты из этих, фанатов того пацанчика? По телеку он казался больше. — Слышь! — я стукнул кулаком по стойке. — Да ладно-ладно! Я ж не в обиду! — Это просто ты огромный! Понял?! Медведь. — Ну, не без этого, да. — Это не комплимент! — Вы чего, ребят? — клоун пересел на соседний стул, — Не надо ссориться. — Мы и не ссоримся, — улыбнулся ему медведь во всю свою белозубую пасть. — Он просто говорит, что Эш слишком мелкий, — фыркнул я, — За базаром пусть следит, и никто с ним ссориться не будет! — Я такого не говорил, — осуждающе, но все равно как-то мягко поправил бармен. Заиграло какое-то старье. Как его? Танго? Или сальса? Вроде танго. Ай, я в этой херне не разбираюсь. Остальные, похоже, тоже. Все опять разбежались, осталось только несколько пар. Джейми выпнул своего пса танцевать с именинницей. Похоже, эти двое знают, как под такое плясать. — О! О! Нифига! Алекс с Роби отжигают! Надо это снять! Эш в этот момент смачно завертел его зайчиху, а потом эта сучка закинула на него ножку! А этот дебил видосики снимает! Бля! Какого хера они так близко?! Очень эффектно, но ебать! Отойди от него! Скрипнув зубами, я всосал свое пойло до дна. И этот кобелина об именинницу трется как озабоченный! А Джейми и рад смотреть! Аж глазки горят! Тьфу! Вуайерист чертов! Кого я воспитал?! Эш снова крутанул зайчиху и властно уложил на здоровую руку, та откинула голову. Малыш задержался на мгновение и потянул ее на себя, ставя вертикально. От того, как его рука вжалась в ее талию, у меня вдруг зазуделось в паху. — Давай, милая! Уоуоуоу-у! — заорал клоун, продолжая снимать на мобилу, его девка засияла улыбкой, Эш тоже. — Слушай, тебе вообще пофиг, что твою женщину так вертит какой-то левый чел? — не вытерпел я. — Эш? Ну, он не левый, — ответил тот, продолжая веселиться. — И ты типа совсем не ревнуешь? Трек снова сменился, все опять запрыгали по танцполу как горные козлы. Бля, котанчик так мило прыгает! Так легко и высоко, будто он маленькая пружинка! — А к кому ревновать? К Эшу? — чел расхохотался, убирая мобилу в карман, — Чтоб его заинтересовать, надо уметь как минимум художественно свистеть и играть на ложках в постели! Его ж кроме музыки ничего не интересует! Он закатился еще сильнее теперь уже на пару с барменом. Я похехекал для приличия, а самому снова стало тоскливо, хоть вой. Он ведь прав... Надо еще выпить. Что-то совсем меня не берет эта мура. Ну да ладно. Хоть вкусная. О, зайчиха вернулась. Бросила Эша прям посреди танца, но он, кажись, не расстроился. Просто повернулся к Милли и сеструхе. Эта же прыг-скок, и уже опять на коленях, хотя, бля, стул с нее ростом! Ну ладно, меньше, но все равно охрененно высокий. — О чем болтаете? — зайчиха мило хлопнула ресницами и засосала своего мужика, а потом повернулась ко мне и скорчила такую рожу. Я-то че тебе сделал?! — Да просто обсуждали, как вы с Эшем клево танцуете, — счастливо причмокнув, ответил ее хахаль и обвил ее талию руками как ремень безопасности. — Пра-авда?! — она типа кокетливо зарделась. Ну притворяется же! — Я тебе коктейль заказал! Только уже выпил половину... — Отлично! Как раз пить хочется, — быстро всосав остатки, она чмокнула его в губы и снова захлопала глазками — А не хочешь еще потанцевать? — Давай, — обрадовался дурачок. Она резво спустилась, поправила платьице и стала подталкивать его к танцполу. По пути обернулась с недовольной миной и показала сначала коготками на глаза, а потом на меня, типа следит за мной. Ты че?! Ты че, блин, приревновала его?! Да нужен мне твой глупый волчок! Пффф! Капец! — Что пьешь? Вкусно? Я аж вздрогнул. К бару подошли запыхавшиеся Эш и Милли. Эш смотрел на меня. Я глянул на свой стакан, поболтал в руке и пожал плечами. — Ну, норм. — Можно мне это же? — спросила Милли, — Выглядит красиво. — Конечно! — о-очень дружелюбно улыбнулся ей бармен. Че, запал на нее что ли? Пфф! — И мне, — поддакнул Эш и в пару движений взобрался на высокий стул, — Уф-ф! И есть салфетка какая-нибудь? Что-то я упарился! Он повернулся ко мне и так лучезарно улыбнулся, что у меня сердце остановилось, а потом начало херачить как отбойный молоток. Мой котичек! Боже! Ему подали бумажное полотенце, которым он быстро протер лицо от влаги. От него пусть и слабо, но одуряюще пахло им. — Какой-то ты грустный. Что-то болит? — спросил он у меня, а у меня язык будто камнем придавило. — Нрмальнй, — пробубнил и снова уставился в свой стакан, будто там есть что-то интереснее Эша. Почему я не могу не быть придурком хотя бы сегодня?! Опять очень захотелось его поцеловать, аж губы зачесались. Занял их стаканом. — Кхо! Уфх! — малыш закашлялся, вылив пойло изо рта обратно в стакан, поставил его на стойку и постучал себя по груди, пытаясь выровнять дыхание. — Сильно, — Милли поморщилась, но напиток не отставила. — Извините, это слишком... А можно просто воды? — захрипел Эш. — С газом или без? — бармен подал ему еще одно бумажное полотенце, чтобы вытереть рот. — Без. — Окей! Здоровяк поставил перед ним новый стакан, Эш выдул его залпом, подмигнул Милли спрыгнул со стула и снова ушел танцевать. Смотреть на его удаляющуюся спину было нереально грустно. И это всё?.. Бармен уже убрал стакан из-под воды и хотел уже забрать его коктейль, но я перехватил и принялся пить. Милли со здоровяком смотрели как завороженные, пока я не осушил до дна и не отставил пустой. После этого именинница закатилась, запрокинув голову. Я отвернулся. Пусть идут нахуй. Что хочу, то и делаю! Че-орт! Как бы мне хотелось вот так щас круто подойти к Эшу и что-нибудь сбацать так, чтоб он прям охуел! А потом бы мы танцевали вместе, а все остальные пошли бы лесом. И он бы, возможно, тоже так положил бы руки мне на талию и так бы сжал, и мне бы сделалось так клево. Весь вечер бы от него не отходил. Делал бы вот так и вот так, и может, прижался бы к нему пару раз. Нет, больше! И он был бы вообще не против! Это же типа просто танец! Можно было бы и попрыгать вместе под эту байду. И медляк тоже норм. И мож он бы меня за жопу мацнул пару раз, если б ему захотелось. И я был бы не против. Ох... Надо еще выпить. — Приятель, тебе уже хватит, — извиняющимся тоном отбрил бармен. О, Милли все еще здесь! Ну так что? Он нальет или нет? — Ну?! — Не-е, я тебе больше не налью. — Почему? — Потому что тебе хватит. — Ты типа намекаешь, что я пьян?! Но я не пьян! Обидно вообще-то! Твое ебучее пойло на меня вообще не подействовало, говнюк! Что ты лепишь! — Ну давай! Что там надо? До носа достать? Вот! Смотри! Ай, бля! В глаз ткнул! Ну, промазал. С кем не бывает? Щас, вот... Вот теперь попал. Так что давай, наливай! А она-то че ржет?! Дура! Ну ладно, пусть поржет. Это мой ей подарок на днюху. — Неа, — мудак покачал головой. — Слушай, чел. Просто делай свою работу, а? Ну вот! Может же, когда хочет! И почему вечно со всеми надо ругаться? — Тьфу бля! Что за хуйню ты мне налил?! — Это вода, — скалится опять. Дохуя улыбчивый! — Давай по-нормальному! Я не просил воду! — Пошли танцевать, — Милли тронула его за плечо. — Ну... Я на работе, — замялся он. — А я именинница, и я хочу, чтоб ты пошел со мной танцевать! — приказным тоном заявила она, он расплылся в довольной лыбе и реально снял фартук, и пошел за ней! Эй! Ну пиздец! У меня увели бармена! А где котичек? Куда все делись? Людей стало так мало. А! Вот он где! С Барбарой танцует. Блин, ну какой же он!.. Не могу! Я б его так обнял и нюхал-нюхал! У него глаза как пасмурное небо! Я понял! О-о-о, мой котик-попрыгунчик... Это я типа че, люблю его? Да! Я люблю его! Я так его люблю! Тай, отъебись! Ну че тебе надо?! Не трогай меня своими лапами ты! Блядь! Я сам слезу! Я не хочу с тобой! Я хочу с Эшем! — Да все уже поняли, что ты хочешь с Эшем, но Эш твою тушу не поднимет. Сказал и ржет. Нахера меня поднимать? Я сам могу идти! Отойди от меня нахер! Джейми, ну ты-то куда? Отстаньте вы все от меня? Че вам всем надо?! — Ладно, время есть. Пусть еще посидит. Наконец отстали, разошлись. Вот теперь место хоть появилось, куда слезть, а-то обступили, бля! Я сполз со стула и встал на ноги, но колени вдруг подогнулись. Не успел даже руки выставить, как воткнулся рожей в пол. Просто плашмя. Ау-у. Искры из глаз! — Блядь! Ну Тай! Я же попросила! — раздался недовольный крик Барб. — Да я только отвернулся! — ответил Тай. Кто-то потянул меня за плечо, переворачивая на спину. — Джаспер! Ты как? — прямо надо мной появилось лицо моего котичка. Такой напуганный, господи! В груди так защемило от нежности, что нереально захотелось плакать. Я попытался его обнять, но руки были пиздец ватные. Он погладил меня по голове. — Бля, он нос разбил! — крикнул котичек и от меня отвернулся. Ну, как всегда...