Пепел

Я больше никогда не буду пить... Никогда. Я вроде был нормальный-нормальный, а потом сам не заметил, как меня к чертям вынесло. Не помню, как оказался дома. Помню только, что вроде как улетел с этого проклятого стула мордой об пол, и потом помню перепуганное лицо Эша. Больше вообще нихрена. Молодец, Джаспер! Это вот так ты соответствуешь, исправляешься и идешь к светлому будущему! Задал жару! Показал, чего стоишь! Позорище, прям как твой папаша! Как там говорится? Помни свои корни? Надеюсь, я хоть в луже собственного ссанья так же, как он, не валялся? Боже! Проснулся с хвостом. Даже не знаю от чего именно. Одновременно раскалывалась башка, засохла вся глотка до самой жопы, и разрывался мочевой пузырь. В квартире было темно, все спали, шуметь не хотелось, но из-за темноты меня водило из стороны в сторону. Пытаясь попасть в дверной проем, сначала впечатался в угол дивана, потом напоролся на косяк. До туалета добрался кое-как, успел буквально в последний момент откинуть хвост и сесть нормально. Стоя не рискнул, потому что я тут всё уделаю. Вот теперь в полной мере ощущается, насколько я был бухой. Я до сих пор безнадежно пьян, аж руки дрожат. Надо же было так натанковаться! Ох-х, хочу пить! Наглыкался прямо из-под крана хлорной водички, лучше не стало. На языке вяжет. Ноги разъезжаются. Надо сорбентов похавать, но аптечка на кухне. А если там Джейми спит со своей собакой? Или не спит, что еще хуже. Попытался прислушаться, но в ушах так звенит, что я бы и выстрел, наверное, пропустил. Похер. Мне плохо, пусть терпят! Заперся, споткнулся об матрас, наступил кому-то на ноги, извинился непонятно перед кем, подпер плечом стену. Включившийся фонарик, кажется, проделал дыру у меня в башке. — Ты чего не спишь? — Джош. Шипит, светит. А я закрываюсь от света руками как проститутки в новостях. Да перестань, блядь! Ладно, убрал, но башка все равно раскалывается. — Тебе плохо? Нет, блядь! Лучше всех! Заебись мне! Слова не идут, рот слишком пересох и склеился. Промычал что-то невразумительное, и-то больше носом. Он вздохнул. — Садись. Сейчас что-нибудь придумаем. Я сел на стул и положил гудящую башку на прохладную столешницу, закрыв глаза. Он включил тусклую подсветку под навесными шкафчиками, которая сейчас казалась мозговыносяще яркой, и что-то там наливал, мешал, шуршал чем-то, открывал-закрывал, потом принялся трясти меня за плечо. Пришлось подняться. Заставил меня пить какую-то мерзкую байду сначала из кружки, а потом другую из графина. Очень много! Да я же лопну щас! Такими темпами, в туалете заночую. Но вроде ничего, хоть слюни во рту появились немного, и язык зашевелился. Я огляделся в поисках брата, но его в кухне не было. — А где Джейми? — бо-оже! Что за хрипы помирающего? — Спит Джейми, — прошептал Джош, прибирая всё, что надоставал. — Почему не тут? — А почему он должен быть тут? — Чего это? Кобель остался без случки? — ох, слишком длинная шутка. Аж опять запершило. — Ты хочешь поругаться?! — рыкнул он, обернувшись на меня. Пфф! Какой злой! Мистер Обломистер. Ха-ха! Увидел, что я над ним ржу, и насупился еще сильнее. — Иди уже спать! Пьянь! Устроил не пойми что! Бля, теперь стыдно. Ладно, пора уходить. Можешь не провожать, лапуля. По пути еще раз заскочил в туалет и отправился в комнату. Глаза привыкли к темноте и начали видеть лучше. Электронные часы на термохерне показывали почти половину четвертого ночи. Хотел было уже завалиться на свой матрас, но зацепился взглядом за Эша. Он так трогательно спал на боку с приоткрытым ртом. Запрокинул голову и подтянул руки к груди. Футболка сбилась, оголив бок и расслабленный живот, из-под ее края выглядывала темная полоса шрама. Это про них говорил Джейми... Осторожно приподнял край футболки еще повыше. Ну жесть... Вот это я накосячил! Размашисто! И даже не вспомнил, пока не сказали. Малышу, наверное, до сих пор с ними тяжко приходится... Очень тихо, едва касаясь, приложил поверх свои пальцы, совместив с полосами. Не знаю, нахрена. Просто надо было... Он вдруг вздохнул и почесал пятку большим пальцем ноги, я отдернул руку, но он больше никак не реагировал и не шевелился. Встав на колени перед диваном, я дотянулся и, чуть задевая, потрогал изуродованную кожу губами. Он так вкусно пахнет, когда спит. И такой мягонький здесь. Я осторожно приник губами к пупку. Он явно принимал душ с этим своим дурацким стописят в одном, но запах кожи через все отдушки тоже чувствовался. Кайфово втянул воздух у него из-под футболки, случайно щекотнув его носом по животу. Едва успел увернуться. Он дернулся и почесал в том месте, но так и не проснулся. Как же он все-таки пахнет... Внизу он наверняка пахнет сильнее и четче, но не полезу же я к нему в трусы! Это уже совсем изващенства! Я так не хочу! Но можно же чуть-чуть полежать рядом? Место есть. Я совсем немножко и уйду. Шуршать и искать одежду сейчас не хочется, но можно же просто обернуться. Голышом не буду. Аккуратненько. Осторожненько... Потихонечку... Во-от! Даже ни одна пружина не скрипнула! Ну ладно, парочка скрипнула, но тихо. Улегся, тихонько запихав морду ему под футболку и прижался носом к животу. Как хорошо, что он носит этот сраный оверсайз! Лапой приобнял его за ноги. Он еще так приятно пошевелил пальчиками у меня в шерсти на животе, но без пошлостей! Ничего такого! Такой теплый. Я чуть-чуть совсем полежу и уйду. Совсем немножко понюхаю. Совсем чуть-чуть...