"Паровая птица"

СРОЧНЫЕ НОВОСТИ!

Глава сообщества по делам мигрантов Инадзумы оказался лжецом и коррупционером!

Эксклюзивное интервью прямо из закрытой Инадзумы.

После закрытия границ сёгуном Райдэн, называемым "законом сэнгоку", все чужеземцы в стране оказались закрыты в стране на неопределённый срок. Правительство пока не решило, когда они будут выпускать приехавших в Инадзуму. В их число входят жители Мондштата, Ли Юэ, Сумеру и другие. Также жители Фонтейна оказались запертыми без возможности выехать. Об этом и многом другом вы узнаете подробности, о которых боялись спросить! Специально для газеты "Паровая птица".

Меня зовут Шарлотта, и сегодня я проведу эксклюзивное интервью с господином

Такаюки Асано

Шарлотта: Здравствуйте, господин Такаюки Асано. Как мне известно, вы глава инспекции по делам чужеземцев в Инадзуме? Такаюки: Здравствуйте, да, но называть меня прям главой — уж слишком громкое заявление. Я скорее один из принимающих решения. Шарлотта: Один из принимающих решения? Объясните, какие решения вы принимаете и сколько людей принимают решения насчёт нынешней ситуации. Думаю, нашим читателям будет интересно узнать. Такаюки: Мы способствуем скорейшему возвращению чужеземцев на родину. Предоставляем гуманитарную помощь нуждающимся. Я и наша команда делаем всё возможное. Шарлотта: И как много людей способствует скорейшему возвращению чужеземцев на родину? Такаюки: Достаточно для обеспечения безопасности и работоспособности нашей инспекции. Шарлотта: То есть точную цифру вы не знаете? Такаюки: Я считаю, что это не так важно. Шарлотта: Хорошо. Тогда следующий вопрос. Как вообще формировалась эта инспекция? Кто выбирал людей, принимающих решения по делам чужеземцев? Такаюки: Меня утверждала комиссия Кандзё, но народ также меня поддерживал и любил. Вообще почти все от этой должности отказывались, потому что большая ответственность — за кучу народа надо отвечать. Шарлотта: Странно, что согласились. Почему решили согласиться? Такаюки: Потому что так воспитан. Нет никого — значит, я. Что делать? Шарлотта: Ну, это уникальная ситуация — вы раньше были не самой влиятельной и заметной фигурой. Такаюки: Не хотел. Что делать? Такая ситуация возникла. Шарлотта: А когда вы планируете перевести переговоры за право чужеземцев выехать из страны и вернуться к себе? Такаюки: Ситуация сейчас довольно щепетильная, нужно договориться со всеми и сразу, а это, сами понимаете, долгое занятие. Шарлотта: Хорошо, какой примерно срок им придётся пробыть в Инадзуме? Такаюки: Думаю, через месяц мы сможем организовать слушание, там станет понятнее. Шарлотта: А что весь этот месяц должны делать чужеземцы? Вы предоставляете им жильё? Такаюки: Пока ситуация нестабильна, так что им придётся жить на свои накопления. Мы помогаем чем можем: раздаём еду и одежду людям. Шарлотта: А что, если у людей не хватит денег на жильё? Люди могли приехать в Инадзуму на неделю или пару дней. Что вы предлагаете делать им? Не говоря уже про родственников и животных, которые сходят с ума от неопределённости. Они не знают, живы ли их родственники. Такаюки: Ну, люди же должны были взять деньги, их никто бесплатно содержать не будет. Мы лишь помогаем с разного рода вещами. Если у чужеземцев не хватает денег — пусть устраиваются на работу. Сейчас полно свободных мест, было бы желание. Шарлотта: Вы не выпускаете людей и хотите, чтобы они работали в Инадзуме? Похоже на рабство. Вы так не считаете? Такаюки: Нет, я и остальные высокопоставленные лица считаем это справедливым. Пока границы закрыты — это всё, что мы можем предложить. Шарлотта: Ясно. Ранее вы сказали про кучу рабочих мест. Объясните, на какие места могут претендовать чужеземцы и каковы требования? Такаюки: Сейчас довольно перспективное направление — горно-добывающая промышленность, но для начала работы они должны получить специальные документы. Всю информацию мы сообщили, дело за ними. Шарлотта: Вы отправляете их в шахты без возможности выбора? По-моему, вы нарушаете базовые права человека. Значит, если они будут трудоустроены, то должны будут платить налоги, ведь так? Вы настоящие варвары. Такаюки: Послушайте, если вы сейчас будете себя так вести, то я закончу интервью, а может, и вашу газету. Шарлотта: Правда? Вы обладаете достаточными полномочиями для этого? Такаюки: Всё, я ухожу. В вашем Фонтейне, видимо, пиар стоит выше вежливости и уважения.

На этом интервью с господином Такаюки Асано было закончено. Мы так и не получили ответы, поэтому было решено обратиться за помощью в "Оперный театр"!

О вердикте и последующих действиях Фонтейна вы сможете узнать в нашей следующей газете!

А также мы проведём интервью непосредственно с участниками этого ужасного происшествия.

Оставайтесь с нами и увидимся на следующей неделе.

С вами была Шарлотта.