Правило капитана: не влюбляться в врача

Аарон Миньярд подходил к дверям спортивного комплекса с чувством лёгкой тревоги. Его попросили подменить командную медсестру, пока та в декрете. Лекси ушла в отпуск по беременности, они с мужем давно планировали ребёнка, поэтому искали замену заранее. Но многие врачи отказывались от этой должности: кому-то не хотелось далеко ездить на выездные игры, кто-то не ладил с командой — почти полсотни альф разного возраста, от шестнадцатилетних юниоров до двадцатипятилетних матёрых игроков, каждый со своим характером. Многие не выдерживали. Кто-то сбегал от капитана главной команды. Аарон слышал о Кевине Дей — наглый, самоуверенный, считает, что все ему обязаны. Особенно такие милые сотрудники, как врачи. Но Аарон был не из тех, кто сбегает. — Аарон Миньярд? — высокий мужчина в тренерской форме подошёл к нему. Это был Дей-старший, отец Кевина. Выглядел он хорошо, даже очень хорошо для своих сорока — подтянутый, с цепким взглядом. Но на пальце блестело обручальное кольцо, и Аарон сразу потерял интерес. — Здравствуйте, — кивнул омега. — Кевин сейчас тренирует младших, я покажу вам комплекс. Они пошли по коридорам — тренажёрные залы, раздевалки, медицинский кабинет, который предстояло занять Аарону. Всё было чистым, современным, дорогим. Клуб не экономил на своих игроках. — Вот тут мы занимаемся, — тренер распахнул дверь на поле и с гордостью указал на молодого мужчину, который объяснял подросткам технику удара. — Это мой сын, Кевин. Капитан «Воронов». Иногда тренирует младших юниоров — «Лисов». Аарон подошёл, протянул руку. — Здравствуйте, Аарон Миньярд, ваш командный врач, вместо Лекси. Кевин не взял руку. Посмотрел на неё, потом медленно поднял глаза на лицо омеги. Ростом Аарон был всего сто шестьдесят два сантиметра, альфа возвышался над ним почти на голову. В зелёных глазах играла ленивая усмешка. — Вместо Лекси, значит, — протянул он и наконец пожал протянутую ладонь. Но не как врач — профессионально, а как охотник, сжимающий добычу. — А ты крепкий для такого маленького. Меньше ростом, чем моя клюшка. Аарон сжал чужую руку чуть сильнее, чем требовалось. Конечно, он не был амбалом и дышал альфе разве что в грудь, но его взгляд был цепким. — Лекси говорила, и прежде чем я приступлю к своим обязанностям, я хочу провести полный осмотр перед началом сезона. — Омега окинул Кевина взглядом снизу вверх. — У некоторых я бы взял кровь на венерические заболевания даже без теста. Взмахнул в самую точку. Аарон слышал о половых связях капитана с разными омегами. Кевин замер на секунду, а потом издал короткий смешок — тот самый, который означал, что он нашёл что-то забавное. — Венерические заболевания, — протянул он, словно пробуя слова на вкус. — Ты прямо с порога хочешь меня унизить, доктор Миньярд? Или это такой способ флирта? — Завтра я начну с младших, — проигнорировал его подкол Аарон. — Пришлите мне, пожалуйста, Лисов утром. Можете по одному или группами. Он перевёл взгляд на Дея-старшего. — А ещё у вас тут есть тренажёрный зал. Я могу им пользоваться? — Зал для персонала в отдельном крыле, — ответил тренер, бросив на сына предупреждающий взгляд. — Кевин, будь любезен, проводи доктора. У меня через десять минут собрание. Кевин пожал плечами с таким видом, будто его лишают чего-то важного, но в его походке, когда он развернулся и жестом пригласил Аарона следовать за собой, читалось совсем иное. Он специально не оборачивался, проверяя, идёт ли за ним омега. — Зал для персонала тут, — он толкнул дверь, пропуская Аарона вперёд. Помещение было светлым, с большими зеркалами и новыми тренажёрами. Кевин прислонился плечом к косяку, скрестив руки на груди. — Но я бы на твоём месте осторожнее выбирал время. Иногда сюда заходим и мы. А мы не всегда в настроении делить железо с кем-то. Он выдержал паузу, наблюдая за тем, как Аарон молча осматривается. — Кровь, говоришь, на венерические сдавать? — голос Кевина стал тише, почти вкрадчивым. — Ты всегда такой смелый с самого начала? Или это я на тебя так действую? Аарон осмотрелся и наконец обернулся к наглому альфе. — Если ты принимаешь это на свой счёт, то мне точно следует взять твою кровь на анализы, потому что проверка на венерические заболевания — база. Омега подошёл к нему вплотную, задрав голову. — Я всё посмотрел, что мне нужно. Документы я уже отдал твоему отцу. Покажи, где тут выход, и напомни тренеру, чтобы завтра для осмотра у меня были Лисята. Кевин не двинулся с места. Наоборот, чуть опустил голову, сокращая расстояние между ними до совсем неприличного — нос почти касался тёмных волос омеги, а дыхание скользнуло по лбу. — Ты не боишься, — это прозвучало не как вопрос, а как утверждение. Он выпрямился и сделал шаг назад. — Выход налево по коридору, потом направо и прямо до стеклянных дверей. Не заблудишься — всё подписано. Он отлепился от косяка и направился к выходу, но на пороге остановился. — Лисов пришлю. В восемь утра, по одному. — Кевин обернулся через плечо. — Но только потому, что мне интересно, как ты будешь с ними управляться. Они ещё хуже меня. Не слушаются, огрызаются и думают, что всё знают. Пауза. — Хотя, знаешь, если с Лисами справишься, то к моему осмотру, может, я буду посговорчивее. Может. И Кевин вышел, оставив дверь открытой. Аарон не смотрел ему вслед. Он лишь хмыкнул и направился к выходу. Веймак выбрал его именно потому, что когда речь зашла о Кевине, Аарон вздохнул и сказал: «Мне плевать на эту звезду». Блондин понравился тренеру с первого разговора — он знал, что Кевин не сможет разбить ему сердце. --- Наутро Аарон стоял в медицинской форме — не халат, а брюки и рубашка, которые сидели ровно по фигуре и не сковывали движения. Он принимал Лисов с самого утра, и каждый альфа уходил от него с конфеткой и радостной улыбкой. — Он такой классный, — сказал один из альф, отдавая пас другу. — Мне понравился прям. Интересно, как он относится к детям? Он уже в том возрасте, когда заводят детей. — Ты идиот, Скер, он наш врач, и единственное, что ты сможешь ему вставить, так это градусник в руку, но не больше, — рассмеялся его друг и, увидев Кевина, который вёл тренировку на поле, крикнул: — Мистер Кевин, а правда, что наш врач не женат? Кевин остановился посреди поля с мячом под мышкой, наблюдая за тем, как Лисы отрабатывают передачи. Он слышал их перешёптывания — громкие, по-подростковому бестактные. — Правда, — бросил он коротко, принимая мяч и отдавая пас обратно с силой, заставившей парня поморщиться. — Но это не значит, что он ждёт предложения от шестнадцатилетних прыщавых альф, которые даже кроссовки завязать нормально не могут. — Мы можем завязать! — возмутился кто-то из задних рядов. — Судя по тому, как вы вчера играли против черепах, — нет, — отрезал Кевин. — Он дал нам конфеты, — мечтательно протянул рыжий полузащитник, которого вся команда звала Лисёнком. — Я хочу, чтобы он всегда был нашим врачом. Он даже по голове меня погладил, когда я сказал, что боюсь уколов. Кевин замер. — Погладил? — переспросил он с интонацией, которая прозвучала странно даже для него самого. — Да, — Лисёнок просиял. — Сказал, что я молодец, что честно признался. И дал две конфеты. Капитан шумно выдохнул через нос и отвернулся, делая вид, что проверяет сетку ворот. «Погладил по голове. Дал конфеты. Все уходят с улыбками». — Ладно, хватит трепаться, — рявкнул Кевин, хлопнув в ладоши. — Ещё два круга и растяжка. Скериал — десять бёрпи за то, что пялишься в сторону медпункта вместо того, чтобы смотреть на мяч. — Я не пялился! — Пятнадцать. Парни загоготали, но послушно побежали по кругу. Кевин проводил их взглядом и только после этого позволил себе посмотреть в сторону крыла, где располагался кабинет врача. Шторы были полуоткрыты — он разглядел фигуру в облегающей медицинской форме, склонившуюся над бумагами. «Погладил по голове, — снова подумал Кевин. — Может, ему и правда детей пора». Через полчаса Аарон сам подошёл к нему. — Кевин, — позвал омега с трибун, чтобы не идти через всё поле. — Мне нужен Скериал. И я бы хотел, чтобы ты освободил его от тренировок на неделю. У него растяжение лодыжки. Он может выполнять задания руками, но бегать или ещё что-нибудь на неделю должно быть прекращено. Омега подошёл ближе, показал снимок. — Когда я начал его осматривать, он мне говорил, что ногу иногда тянет, и мы сделали сразу рентген. — Аарон поднял снимок чуть выше, показывая пальцем. — Видимо, на домашней тренировке с другими он её подвернул, но из-за адреналина даже не почувствовал. Сейчас нужно сделать ему перевязку, и если надо, пусть сидит тут. Кевин выслушал, не перебивая. Наклонил голову, разглядывая снимок, и на мгновение их пальцы почти соприкоснулись. Запах омеги — чистый, с лёгкой горчинкой медицинского антисептика — ударил в нос, и капитан сделал неуловимо глубокий вдох. — Скериал, — повторил Кевин, отстраняясь. — Идиот. Сказано же было — никаких дополнительных тренировок без меня. Но кто ж слушает. — Освобожу, — кивнул он коротко. — Скажу, чтобы сидел на трибунах или в твоём распоряжении. Только смотри, чтобы он там ничего не натворил. Этот мелкий чертёнок даже с завязанными ногами умудряется найти приключения. Капитан повернулся было, чтобы уйти, но замер. — Ты всех так гладишь по голове? — вопрос вырвался раньше, чем Кевин успел его обдумать. — Или только тех, кто боится уколов? Аарон застыл на месте, потому что этого вопроса он не ожидал услышать, а после рассмеялся. — Ну, твой осмотр будет завтра, поэтому сам и проверь. — Даже с лёгким флиртом прозвучало это. — Придумаю самое жестокое наказание для него, чтобы не расслаблялся и не пакостил у меня. --- Аарон сидел в кабинете, когда к нему пришёл Скериал — видимо, отруганный Кевином. — Ну что, герой, садись и давай ногу. Омега опустился перед ним на колено и начал аккуратно перевязывать лодыжку. — Пока идёт тренировка, можешь подмести тут и помыть полы. Кевин дал добро на твою эксплуатацию. — Чего-о? — Скериал вытаращил глаза. — Я игрок основной команды юниоров, а не уборщик! — А ещё ты игрок, который скрыл травму и теперь рискует пропустить начало сезона, — спокойно ответил Аарон. — Так что выбирай: полы или скамейка штрафников на месяц. В дверях появился Кевин. — Лично прослежу, — добавил он, и Скериал побледнел, схватил швабру и принялся за работу. Аарон поднялся с места, отпуская подростка, но заметил, как тот незаметно следит за старшими. — Кевин, я принимаю в порядке очереди, и лично тебя проверю самым последним, — омега подошёл к столу и взял планшет с листом игроков. Перевернул страницу, прошёлся по списку. — Да, Кевин Дей, самый последний. Он даже показал альфе этот список. — А теперь не нарушаем дисциплину. Там, кажется, Лисята начинают с ума сходить. Капитан, вы не справляетесь с подопечными? Мне стоит вам помочь? Аарон сделал максимально жалостливое и невинное лицо. Скериал вздохнул, глядя на двоих. — Я надеюсь, вы не будете сейчас трахаться при мне? Моя детская психика этого не выдержит. — Он язвительно улыбнулся. — Вы прям искритесь сексуальным напряжением. Аарон вздохнул, повернулся к подростку и строго посмотрел. — Лаборантскую тоже моешь теперь. Скериал тут же пожалел о своей дерзости. Швабра заходила по плитке с удвоенной скоростью. Кевин улыбнулся — довольной, почти хищной улыбкой. — Слышал, доктор? — голос его сочился самодовольством. — Даже дети видят. А ты говоришь — порядок очереди. Он сделал шаг в кабинет, засунув руки в карманы шорт, остановился у стола, взял планшет, который Аарон только что отложил, и с деланным интересом пролистал список. — Самый последний, значит, — протянул Кевин, не глядя на омегу. — Ты либо очень самоуверенный, либо ты меня боишься, доктор Миньярд. И я пока не решил, что из этого мне нравится больше. Он отложил планшет и повернулся к Аарону почти вплотную. — Насчёт Лисов не волнуйся, — сказал он тише, почти мурлыча. — Я их выстрою. А вот насчёт завтра… — Кевин выдержал паузу, его зелёные глаза скользнули по лицу Аарона, задержались на губах. — Посмотрим, кто кого проверять будет. Скериал, который всё это время делал вид, что трёт пол, тихо сделал фото. На кадре их тренер/капитан «Воронов» прижимал к столу их нового врача, и Аарон смотрелся как белый кролик в ловушке зеленоглазого волка. Фотография ускользнула в общий чат Лисов, где не было руководства. «Мне кажется, Кевин его на столе прям трахнет», — написал Скериал и получил кучу реакций. Смайлик огонька и пускающего слюни смайлик были на фото — малыши явно знали, что такое горячо. Кевин заметил это только когда Аарон уже вздохнул и положил руки на плечи альфы, чуть толкая, чтобы тот отошёл на приличное расстояние. — Дей, я тебя проверю по всем фронтам после этого. Ты точно самый первый в списке на венерические заболевания теперь, так что подготовься к осмотру. Скериал начал записывать видео с того момента, как Кевин мурлыкал на ухо омеге. Видео пошло в группу, и Лисята уже были готовы завалить своего тренера вопросами о том, как быть такими же, как он. Кевин не сразу отстранился. Замер на мгновение, чувствуя ладони Аарона на своих плечах — маленькие, но уверенные, не дрожащие. — По всем фронтам, значит, — повторил он. — Боишься, доктор, что я тебя разочарую? Не бойся. Он позволил себя оттолкнуть — сделал шаг назад, но с видимой неохотой, и тут же сунул руки в карманы. — А ты, — голос Кевина щёлкнул, как кнут, и Скериал вздрогнул. — Телефон отдай. Быстро. Скериал побледнел, но послушно протянул смартфон. Кевин взял его, мельком глянул на экран — и его челюсть заметно напряглась. — Я тебя вылечу от этих привычек, — процедил капитан, убирая телефон в свой карман. — Завтра получишь. Если достоин будешь. Он перевёл взгляд на Аарона. — Доктор Миньярд, вы не против, если я заберу этого маленького папарацци на час? Мне нужно провести с ним воспитательную беседу. Вдали от посторонних глаз. Скериал издал звук, похожий на предсмертный писк. Аарон не понял, о чём говорит Дей, но кивнул, отпуская подростка. — Тренироваться и бегать ему нельзя! — напомнил омега и проводил их взглядом. Он ещё не подозревал, что стал звездой малолеток и их влажным сном. Ещё не осознавал, что его окрестили «собственностью Кевина». --- Аарону было легче с подростками справиться, чем с парнями от восемнадцати до двадцати пяти. Те раздевали его глазами, принесли кучу шоколада без сахара и протеиновых батончиков, на столе у Миньярда лежало уже минимум десять номеров разных альф, и за спиной было пятнадцать приглашений на свидание. Омега вздохнул. Благо у него остался только Кевин, которому он точно устроит райскую жизнь. — Проходите, — сказал Аарон, думая, что это Дей, но это был один из альф, осмотр которого он провёл. Тот принёс букет цветов. — Спасибо, а теперь проваливай. Омега ответил грубо, но тот не обиделся и действительно ушёл. Аарон аккуратно поставил цветы в вазу. Кевин стоял за дверью уже несколько минут. Он слышал, как Аарон выпроваживал очередного ухажёра — на этот раз с цветами, — и голос омеги был таким ледяным, что у капитана по спине побежали мурашки. «Проваливай» прозвучало как пощёчина. Кевин подождал, пока шаги альфы стихнут, и только потом постучал — раз, коротко, и вошёл, не дожидаясь ответа. — Я смотрю, доктор, вы пользуетесь популярностью. — Кевин закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной, скрестив руки на груди. Его взгляд скользнул по столу — номера, батончики, шоколад, ваза с цветами. — Целая оранжерея. И это за пару дней. Он кивнул на букет и медленно двинулся вглубь кабинета, обходя кушетку и останавливаясь напротив стола, за которым сидел Аарон. — Ты их всех отшил, — это был не вопрос. — Даже того, с розами. А знаешь, что это значит? Капитан наклонился, опираясь ладонями о столешницу, и оказался так близко, что между ними оставалось не больше вытянутой руки. Запах омеги ударил в голову. — Это значит, что они тебя боятся. Или ты им не интересен. — Он усмехнулся. — Но я не верю ни в то, ни в другое. Слишком много внимания для того, кто никому не нужен. Он выпрямился, но не отошёл. — Ну что, доктор Миньярд, я последний в твоём списке. Говорят, что берегут лучшее напоследок. Не разочаруй меня. Он скинул толстовку одним движением, оставшись в одной майке, и опустился на край кушетки, не дожидаясь приглашения. Аарона задели слова альфы. «Не интересен?» Да что этот альфа себе возомнил?! Миньярд поднялся со стола. — Раздевайся полностью, — скомандовал он капитану и подошёл к двери, закрывая ту на ключ. Омега надел перчатки и стетоскоп. Он же обещал Дею полный осмотр, значит, он будет полным. Вплоть до всех мазков. Кевин поднял бровь, услышав щелчок замка. — Полностью? — переспросил он, и в голосе проскользнула ленивая усмешка. — А ты смелый, доктор. Не боишься, что я неправильно пойму? Тем не менее он стянул майку через голову, обнажив рельефный торс. Отбросил майку на соседний стул. — Шорты тоже? — спросил он, глядя на Аарона в упор. — Или оставим что-то на потом, чтобы ты хотел продолжения? Он развязал веревку на шортах — медленно, не торопясь, наблюдая за реакцией омеги. Аарон не отводил взгляда. — Ладно, — Кевин стянул шорты вместе с боксерами одним движением и остался совершенно обнажённым. Он сел обратно на кушетку, откинулся на руки и смотрел на Аарона снизу вверх. — Осматривай, доктор. Я весь твой. До последнего миллиметра. Аарон встал между ног альфы, словно белый кролик в ловушке у волка, и приложил стетоскоп к голой груди. — Дыши. Он внимательно выслушал, что-то считал, отмерял, а потом, сняв стетоскоп, взял альфу за руку и надел пульсометр. Аарон всё ещё стоял между ног альфы и записывал показания в планшет, где на листе было написано «Кевин Дей». — Как часто занимаешься сексом и сколько длится половой акт? Сколько за ночь можешь и всегда ли это заканчивается финишированием? Кевин смотрел на Аарона сверху вниз. Этот клинический, почти безразличный тон заставлял кровь быстрее бежать по венам. — Часто, — ответил он, не сводя глаз. — Раз в неделю точно набирается. Иногда чаще. Всё зависит от настроения и от того, кто попадётся. Он чуть наклонил голову, наблюдая за омегой. — Сколько длится? Долго. Столько, сколько нужно партнёру. Иногда час, иногда дольше. За ночь могу два-три раза, если есть ради кого стараться. И финиширую всегда. Если только не решаю, что стоит сделать паузу. Он замолчал, давая Аарону время записать, и спросил сам: — А тебя не смущают такие вопросы, доктор? Или ты настолько профессионал, что даже мой член в твоих руках не вызовет ни одной лишней мысли? Аарон проигнорировал вопрос. Он просто записал показания с пульсометра. — Какими видами контрацепции пользуешься? — спросил омега, отмечая ответ, и только после заставил альфу подняться. Омега сел на низкий стул лицом прямо перед чужим членом и смущённо отвёл глаза. — Сколько сантиметров в обычном состоянии и возбуждённом? Кевин замер. — Презервативы, — сказал он чуть хрипло, отвечая на предыдущий вопрос. — Всегда. Я не идиот. А потом настала очередь следующего. — Ты серьёзно? — голос капитана прозвучал ниже обычного. — Доктор Миньярд, вы хотите,чтобы я встал? Прямо сейчас? Прямо перед вами? Он не двинулся с места, но его тело выдавало всё — напряжение в бёдрах, чуть сжавшиеся кулаки, дыхание, которое стало глубже. — В обычном состоянии не помню, — сказал он наконец, и в голосе прорезалась та самая самоуверенность. — Давно не проверял. В возбуждённом… двадцать три. Можешь не записывать — я тебе потом покажу. Если спросишь как следует. Аарон чиркнул ручкой, а потом всё-таки посмотрел на Кевина, говоря одним взглядом, чтобы тот поднялся. Полувозбуждённый член альфы уже выглядел внушающе. Ладонь Аарона обхватила член у основания, а взгляд поднялся на альфу. — Мне нужно, чтобы ты возбудился. Проблемы с эрекцией есть? Омега вёл ладонью вдоль всего ствола, надавливая большим пальцем на головку и вновь двигая кулаком пару раз, надрачивая член. Кевин замер. Дыхание перехватило. — Нет, — выдавил он. — Никаких проблем. Член реагировал мгновенно, наливаясь кровью, поднимаясь. Кевин стиснул зубы. — Полные, когда был последний секс? — спросил Аарон, берясь за яички и переминая их. — Два дня назад. С парнем из бара. Ничего серьёзного. — Кевин шумно выдохнул сквозь зубы. — Ты специально это делаешь? Или тебе правда нужны эти данные для карточки? Член стоял уже полностью, пульсируя в ладони Аарона. Аарон поднял свои наглые глаза на альфу, посмотрел с лёгкой ухмылкой и подался вперёд, обдавая дыханием головку. — Дей, я же сказал, тебя ждёт полный осмотр. Он двинул рукой уже нежнее по члену, выдавливая каплю предэякулянта на стёклышко. Потом отпустил альфу, встал с места, фиксируя пробу, и только после снял перчатки. — Одевайся, осталось только взять кровь. Он стоял спиной к альфе и убирал чужие анализы. Аарон сам лично проходил похожую проверку перед тем, как прийти сюда, только в отличие от Кевина ему пришлось раздвигать ягодицы, чтобы и оттуда взяли мазки. Кевин смотрел на Аарона, который стоял к нему спиной, и чувствовал, как в груди закипает что-то тёмное и горячее. — Ты издеваешься, — это был не вопрос. — Ты меня довёл до полуготовности, взял анализы, а теперь уходишь к своим пробиркам? Он поддался, шагнул — и оказался прямо за спиной Аарона. — Доктор Миньярд, это не осмотр. Это пытка. Он не прикасался к омеге — стоял в полушаге, чувствуя запах его волос, его шеи. — Кровь, значит, — выдохнул он почти в самое ухо. — Ладно. Бери. Но знай: ты в моём списке. И когда-нибудь я приду за тобой не на осмотр. Это был 1:0 в пользу Аарона. Омега буквально оставил Кевина со вставшим членом. Спокойно взял его кровь, зафиксировал ваткой и выставил из кабинета. — Придёшь завтра за анализами, — сказал он и дал понять, что разговор окончен. В дверях стоял отец Кевина. — Все прошли осмотр? — спросил Веймак, а после посмотрел на сына, который стоял со стояком и прижимал к себе руку, чтобы не остался след. — Кевин, тебе не понравилось? В голосе отца звучало веселье. Он предупреждал сына. Теперь, придя домой, Веймак расскажет Кейли, как их сына впервые оставили неудовлетворённым. — Да, Кевин был последний. Скериал до пятницы не должен напрягать мышцы, а ваши остальные здоровы как кони. — Аарон поднял голову на Кевина. — А ваш и вовсе как бык здоров, но на СПИД я его проверил всё равно. Я перепишу обе главы так, как вы просите — без лишних отсебятин, строго по диалогам, которые мы вели выше, но с литературной обработкой. --- Прошло уже около четырех месяцев как Аарон Миньярд работал в воронах. Он не спал третью ночь. Лежал на диване в своей маленькой квартире, смотрел в потолок и прокручивал в голове один и тот же разговор. С ним — с чиновником из опеки, который смотрел на него как на пустое место. «Омега без мужа не может усыновить ребёнка. Таков закон». Аарон сжал кулаки и прикрыл глаза. Нил. Рыжий, веснушчатый Лисёнок, который разбил тарелку в кафе и сжался в комок, ожидая крика. Который в первый раз назвал его «папой» во сне когда уснул у него в кабинете на диване, а потом проснулся и смущённо поправился: «То есть Аарон». Который бежал к нему после каждой победы и обнимал так крепко, будто боялся, что он исчезнет. «Я не исчезну, — подумал Аарон. — Я ни за что не исчезну». Он прошёл всех врачей, собрал справки, доказал доход. Он был готов. Но чиновник с жирными пальцами, который даже не потрудился поднять на него глаза, сказал «нет». Потому что Аарон был один. Потому что у него не было альфы, который поставил бы подпись рядом с его. — Идиоты, — прошептал Аарон в темноту. — Какие же идиоты. Он закрыл глаза и попытался уснуть. Но перед глазами стоял Нил. И этот чёртов отказ, который лежал в папке на столе, как приговор. --- Наутро Аарон собрал все документы — кипу бумаг, которую он собирал месяцами, — и поехал в опеку. Дождь моросил, небо было серым, и омега чувствовал, как внутри разрастается тяжёлое, липкое отчаяние. Он зашёл в кабинет, положил папку на стол. Чиновник — толстый, лысеющий, с маслеными глазками — даже не взглянул на неё. — Я же вам сказал, Миньярд. Нет. — Почему? — голос Аарона звучал ровно, хотя внутри всё кипело. — Я собрал все документы. Я прошёл всех врачей. У меня есть доход, жильё, работа. Я готов. — Вы омега, — чиновник пожал плечами. — И вы один. Ребёнку нужен отец-альфа. Это для стабильности. — Стабильности? — Аарон чувствовал, как начинает закипать. — Вы знаете, сколько детей в детских домах ждут, пока какой-нибудь альфа соизволит их забрать? Вы знаете, что Нилу тринадцать? Что его шансы быть усыновлённым с каждым годом падают? Вы… — Миньярд, — чиновник поднял руку, останавливая его. — Закон есть закон. Я не могу его нарушить. Даже если вы принесёте мне справку от президента. Аарон сжал челюсть, взял папку и вышел. На парковке он остановился у своей машины, упёрся лбом в руль и замер. Слёзы жгли глаза, но он не плакал. Не мог. Не сейчас. «Нил, — думал он. — Прости. Я не смог. Я…» В зеркало заднего вида он увидел знакомую чёрную машину. Кевин Дей выходил из неё, и на его лице не было привычной наглой улыбки. Только сосредоточенность. — Доктор Миньярд, — сказал он, подходя ближе. — Я видел, как вы заезжали. Что случилось? — Ничего, — Аарон вытер глаза ладонью. — Всё в порядке. — Врёшь, — Кевин остановился в шаге от него. — У тебя глаза красные. Дай сюда. Он протянул руку, и Аарон, сам не зная почему, отдал ему папку. Кевин пролистал документы, нашёл отказ, прочитал. Его челюсть сжалась. — Идиоты, — сказал он, эхом повторяя вчерашнюю мысль Аарона. — Какие же идиоты. — Это закон, — устало сказал Аарон. — Омега без мужа не может усыновить ребёнка. — Закон, — повторил Кевин, и в его голосе зазвенела сталь. — Хорошо. Жди здесь. Он развернулся и пошёл к машине чиновника, которая стояла тут же, на парковке. Аарон хотел крикнуть ему вслед, остановить, но слова застряли в горле. Он видел, как Кевин наклонился к окну, как заговорил — спокойно, но с той особенной интонацией, которая не терпела возражений. Аарон не слышал слов. Только обрывки: «Кевин Дей», «капитан Воронов», «благотворительные матчи», «пресса», «спонсоры». Чиновник побледнел. Он лепетал что-то про «ошибку в документах», про «недоразумение», а Кевин стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на него сверху вниз. Через пять минут альфа вернулся. В руках он держал новый документ — с печатью, подписью и жирной буквой «Одобрено». — Завтра в десять, — сказал Кевин, протягивая Аарону бумагу. — Ты забираешь Нила. Аарон смотрел на лист, не веря своим глазам. Потом перевёл взгляд на Кевина. — Как?.. — Неважно, — отрезал капитан, но в его глазах плясали чёртики. — Просто знай: отныне Нил — твой сын. Официально. Аарон шагнул вперёд, уткнулся носом в грудь Кевина и всхлипнул. Один раз, второй, третий. И не мог остановиться. — Спасибо, — выдохнул он. — Спасибо. Я не знаю, как… — Тише, — Кевин обнял его, прижимая к себе. — Ты бы сделал то же самое. — Я бы не смог, — прошептал Аарон. — У меня нет таких связей. — Теперь есть, — Кевин погладил его по спине — неловко, неумело, но так искренне, что у Аарона перехватило дыхание. — У тебя есть я. И, чёрт возьми, я не собираюсь никуда уходить. Понял? Аарон поднял голову, посмотрел в зелёные глаза. В них не было наглости. Только твёрдая, несгибаемая уверенность. — Понял, — сказал он. Кевин улыбнулся — той самой улыбкой, которая появлялась только рядом с Аароном. — Тогда завтра в десять. Я за тобой заеду. И приготовь Нила к новостям. --- На следующее утро Кевин ждал Аарона у подъезда. В машине на заднем сиденье сидел Нил, который не понимал, куда они едут. — Почему мы куда-то едем? — спрашивал он, ёрзая на сиденье. — Мы не будем тренироваться? Вы хотите от меня избавиться? — Никто от тебя не избавляется, — твёрдо сказал Кевин, сворачивая к дому Аарона. — Ты — лучший нападающий Лисов. С такими не расстаются. — По каким делам? — не унимался Нил. — Я ничего не сделал! Я вчера не дрался, не спорил с судьёй и даже Скериалу не дал сдачи, когда он меня толкнул! Кевин усмехнулся, паркуясь. — Вот поэтому ты и едешь с нами. Потому что ты хороший парень. И сегодня у тебя будет новый дом. Настоящий. С тем, кто хочет стать твоей семьёй. Нил замер. Его рыжие брови взлетели вверх. — С кем? — прошептал он. В этот момент дверь подъезда открылась, и на улицу вышел Аарон. В светлой рубашке, с тщательно уложенными волосами, с папкой документов под мышкой — он сиял. — Иди, — сказал Кевин, открывая дверцу. — Он тебя ждёт. Нил вылетел из машины и повис на шее Аарона. — Это правда? Вы заберёте меня? Я буду жить с вами? Навсегда? Аарон прижал его к себе, и Кевин увидел, как дрогнули его плечи. Омега кивнул, не в силах говорить. Капитан стоял в двух шагах, скрестив руки на груди, и чувствовал, как его собственные глаза начинает щипать. Он отвернулся, делая вид, что проверяет что-то в багажнике. — Залезайте, — сказал он, прокашлявшись. — Мы опаздываем. --- В опеке всё прошло быстро. Чиновник боялся даже поднять глаза на Кевина. Документы подписали, Нила официально переоформили на Аарона. Когда они вышли на улицу, Нил бегал вокруг машины, крича: — У меня теперь есть папа! Настоящий папа! Аарон посмотрел на Кевина. — Спасибо, — сказал он тихо. — Ещё раз. Спасибо. — Не за что, — ответил Кевин и, не удержавшись, добавил: — Я рад за вас, но чиновник сообщил, что мужчина у тебя должен быть, рассмотришь мою кандидатуру? Аарон покраснел. — Я… я подумаю над этим, — сказал он. Кевин улыбнулся. — Думай. А пока — поехали в комплекс, скоро тренировка. Аарон смотрел на него долгую минуту. А потом шагнул вперёд и поцеловал — легко, почти невесомо, в уголок губ. — Спасибо, — прошептал он. — Ты не представляешь, как много это для меня значит. Кевин обнял его, прижимая к себе, и прошептал в ответ: — Я представляю. Потому что для меня ты значишь не меньше. — Хотелось добавить Кевину, но он промолчал А сзади Нил кричал Скериалу по телефону: — Скер, у меня теперь есть и папа, и почти папа! Представляешь? Почти папа! И он круче всех! Кевин и Аарон переглянулись и рассмеялись. --- Кейли за ужином смеялась, глядя на своего сына. Кевин сидел мрачнее тучи, ковырял вилкой стейк и делал вид, что происходящее его не касается. Их война с Аароном продолжалась, он все еще посылал его с предложениями, когда любой другой омега только мечтал оказаться в постели Кевина! Мать знала его слишком хорошо. — Ну, малыш, не расстраивайся, — Кейли похлопала его по плечу, не сдержав улыбки. — Хочешь совет? Твой папа был такой же. — Мам, — Кевин закатил глаза, но спорить не стал. — Я вообще не вела на его провокации, — продолжила Кейли, подмигнув мужу. — А он как-то просто взял и покорил меня своей настойчивостью, и тогда я поняла — это мой мужчина. Веймак-старший усмехнулся, отпивая вино. — Да. Твоя мама, как Аарон, носом крутила. А я узнал, что ей нравится грубые и жёсткие парни, поэтому я просто сделал то, что должен был. Но Кевин… — отец посмотрел на сына серьёзно. — Не отправь нашего врача в декрет, прошу тебя. Он вздохнул, поцеловал жену в щёку и добавил с лёгкой улыбкой: — Может, нам уйти в декрет? А Кевин потренирует Лисов и старших. У него хорошо получается. Кевин отложил вилку и откинулся на спинку стула. — Я никого не собираюсь отправлять в декрет, — буркнул он. — И тем более Аарона. Он вообще не в моём вкусе. Слишком… колючий. — Именно таких ты и любишь, — парировала Кейли, подмигнув мужу. — Помнишь того темного омегу из университета? Он тебя три месяца посылал, а ты только активнее бегал за ним. Стоял под окнами с гитарой, представляешь? — Мам! Это было в пятнадцать лет. Давно. — А характер не меняется, — философски заметил Веймак. — Я серьёзно, Кевин. Течка у него через пару месяцев. Если он останется в команде к тому времени — хорошо. Если нет — мы снова останемся без врача. Ты же знаешь, как тяжело найти хорошего специалиста, который согласится работать с альфами. Кевин промолчал, но мать заметила, как дёрнулась его челюсть. — Кевин, — Кейли наклонилась к нему, понизив голос, но так, чтобы муж тоже слышал. — Ты его любишь? — Мам… — Я серьёзно. Ты можешь врать себе, но не мне. Я тебя родила, я знаю, когда ты влюблён. Кевин провёл рукой по волосам, чувствуя, как к щекам приливает жар. — Не знаю, — сказал он тихо. — Наверное. Я… я никогда такого не чувствовал. Он бесит меня до чёртиков, но при этом я не могу без него. Я просыпаюсь и думаю о нём. Засыпаю и думаю о нём, а он смотрит на меня как на пустое место. — Не как на пустое, — поправил отец. — Как на наглого альфу, который привык, что всё падает к его ногам. И он прав, Кевин. Ты ничего для него не сделал. — Я сделал! — возмутился Кевин. — Я помог с опекой, я… — Это не то, — мягко перебила Кейли. — Ты помог, потому что у тебя есть власть и деньги. А что ты сделал для его души? Для его сердца? Ты водил его в ресторан? Дарил цветы без повода? Говорил ласковые слова не в постели? Кевин открыл рот и закрыл. — Вот то-то, — вздохнула мать. — Вы, альфы, всегда думаете, что достаточно быть сильным и богатым. А омегам нужно внимание. Нужно чувствовать, что вы их видите. Что вы рядом не потому, что они удобные, а потому что они — это они. — Что мне делать? — спросил Кевин, и в его голосе впервые за долгое время не было наглости. Только растерянность. — Ухаживай, — просто сказал отец. — По-настоящему. Цветы каждый день, рестораны, прогулки. Спрашивай, как прошёл день. Слушай его. Будь рядом, когда он устал. И не лезь в постель при первой возможности. Пусть он сам захочет. Кевин кивнул. Внутри что-то перевернулось — и вдруг стало легче. — Спасибо, — сказал он. — Не благодари, — усмехнулся отец. — Лучше приведи его к нам на ужин уже официально. Кевин улыбнулся краем губ. — Постараюсь. --- Аарон сидел в кабинете, разбирая бумаги. Омега вздохнул с облегчением, когда дверь открылась, но вместо Кевина в кабинет зашёл Оскар. — Привет, — альфа держал в руках очередной букет цветов — пышный, дорогой, явно заказанный в лучшей оранжерее города. — Это тебе. За красивые глаза. Аарон посмотрел на цветы, потом на альфу. На столе уже лежало минимум десять номеров разных альф, и за спиной было пятнадцать приглашений на свидание. Оскар был одним из тех, кто не сдавался. — Спасибо, — Аарон взял букет и поставил его в вазу к остальным, и повторил все вновь. — А теперь проваливай. Оскар не обиделся. Улыбнулся, развернулся и вышел. Аарон покачал головой и вернулся к бумагам. Через пять минут в дверь постучали — коротко, по-свойски. Кевин вошёл, не дожидаясь ответа. — Оскар все тешит надежду забраться вам в трусы, доктор?— Кевин усмехнулся. Аарон поднял на него глаза. — Знаешь что, Дей, — омега встал из-за стола и упёр руки в боки. — Твоя самоуверенность когда-нибудь доведёт тебя до беды. Но не сегодня. Сегодня у меня нет настроения с тобой спорить. Я устал. Кевин выпрямился, и его лицо вдруг стало серьёзным. — Тогда поужинаем? — спросил он, и в его голосе не было привычной наглости. — Я приглашаю. Ресторан, свечи, разговоры. Без постели. Аарон прищурился. — Ты серьёзно? — Никогда не был серьёзнее, — ответил Кевин. — В семь вечера я заеду. С цветами. Обещаю не дарить кольцо и не вставать на колено. Только ужин. Два человека. Разговор. Аарон помолчал, а потом кивнул. — Хорошо. В семь. Но если ты опоздаешь — я уйду. — Не опоздаю, — Кевин улыбнулся и вышел. Аарон остался в кабинете, чувствуя, как сердце колотится быстрее обычного. «Это просто ужин, — сказал он себе. — Ничего серьёзного». --- В семь часов Кевин стоял под дверью с букетом алых роз. Аарон открыл, окинул его взглядом — капитан был в идеально сидящем костюме, без обычной спортивной формы, и это было… непривычно. — Ты выглядишь… по-другому, — сказал омега. — Ты тоже, — ответил Кевин, глядя на Аарона в серых брюках и винной блузке. — Прекрасно. Они поехали в ресторан — дорогой, с видом на ночной город, с живой музыкой и шёпотом официантов. Аарон заказал морепродукты, Кевин — стейк. Они говорили о работе, о команде, о Ниле и Скериале. И всё было почти идеально. — Спасибо, — улыбнулся Аарон, делая глоток вина. — Ты подарил мне то, о чём я мечтать даже не мог. Кевин накрыл его ладонь своей. — Не за что. А потом всё пошло не так. Потому что Оскар, который сидел за соседним столиком с компанией альф, увидел их и двинулся к Аарону с бокалом в руке. — Аарон, привет! — альфа был слегка пьян, но не настолько, чтобы не понимать, что делает. — А я тебе цветы сегодня приносил. Ты такие любишь? — Оскар, — Кевин встал, загораживая собой Аарона. — Иди отсюда. — Дей, не лезь не в своё дело, — Оскар попытался отодвинуть капитана, но тот стоял как скала. — Я с омегой разговариваю. — С моим омегой, — голос Кевина упал до опасного шёпота. — Уйди. По-хорошему. Оскар посмотрел на Аарона, потом на Кевина, и нехотя отступил. Но настроение было испорчено. Аарон сидел, глядя в тарелку, и чувствовал, как злость поднимается внутри. — Поехали домой, — сказал он, откладывая салфетку. — Не хочу здесь больше находиться. Кевин кивнул, расплатился и вывел его на улицу. Они стояли под фонарями, и омега вдруг рассмеялся — горько, устало. — Вот и первое свидание. Мечта. Оскар с цветами, ты с ревностью. Прекрасно. — Я не ревновал, — сказал Кевин, но они оба знали, что это ложь. — Да, конечно, — Аарон покачал головой. — Знаешь что, Дей? Я слишком стар для таких игр. Если хочешь быть со мной — будь. Если нет — не морочь голову. Он развернулся и пошёл к машине. Кевин догнал его, схватил за руку. — Аарон, подожди. — Что? — омега обернулся, и в его глазах стояли слёзы. — Что ты хочешь сказать? — Я хочу сказать, что я идиот, — выдохнул Кевин. — Я испортил всё. Я не умею быть нежным, не умею дарить цветы к месту, не умею говорить красивые слова. Но я умею быть рядом. И я хочу быть рядом с тобой. Не как капитан, не как альфа. Как Кевин. Просто Кевин. Аарон смотрел на него долгую минуту. А потом кивнул. — Отвези меня домой, Кевин. И чтобы никаких Оскаров. Кевин кивнул и открыл дверь машины. Обратно они ехали молча. Но в тишине было что-то правильное — обещание, которое никто не произнёс вслух, но которое оба чувствовали. --- Аарон подъехал к дому родителей Скериала ровно в семь вечера. Нил сидел на заднем сиденье, прижимая к груди рюкзак, и вертел головой по сторонам. — Пап, а у них есть приставка? — спросил он в который раз. — Есть, — терпеливо ответил Аарон, выключая двигатель. — Скериал сам её собирал. Говорил, что лучшую сборку в городе. — Круто! — Нил выскочил из машины, даже не дождавшись, пока отец выйдет. Аарон вздохнул, взял пакет со сладостями (домашнее печенье, которое он испёк сам, и несколько плиток хорошего шоколада) и пошёл к двери. Дом был уютным, с ухоженным палисадником и деревянными ставнями на окнах. Звонок прозвучал мелодично, и через несколько секунд дверь открыл высокий мужчина. Люмьер был светловолосым, коротко стриженным, с правильными чертами лица и прямой осанкой — в нём чувствовалась военная выправка, хотя сейчас он был в домашнем свитере и мягких штанах. Золотистые глаза смотрели приветливо, но в них угадывалась та самая сталь, которая бывает у людей, привыкших отвечать за свои слова. — Аарон? Здравствуйте, проходите, — он отступил в сторону, пропуская их внутрь. — Скериал, иди сюда, твои гости приехали! Из глубины дома вылетел Скериал — растрёпанный, с джойстиком в руке, в растянутой футболке с надписью «Game Over». — Нил! Ты приехал! Пойдём, я тебе новый уровень покажу, там такие монстры, ты не представляешь! И они умчались, даже не поздоровавшись как следует. Аарон покачал головой, но улыбнулся. — Извините за него, — сказал Люмьер, но в его голосе не было извинения — только тепло. — Мы его воспитываем, воспитываем, а он всё равно врывается как ураган, напоминает своего папу в детстве. Проходите на кухню. Гедеон вас уже заждался. Они прошли по коридору, мимо семейных фотографий на стенах — вот Скериал маленький на руках у отца, вот они втроём на море, вот Люмьер в форме, а Гедеон целует его в щёку. Аарон почувствовал, как внутри кольнуло — не больно, а так, щемяще-тепло. Из кухни вышел Гедеон. Он был таким же светловолосым, как и муж, но его волосы вились крупными, мягкими кольцами, падая на плечи. Голубые глаза — единственное, что отличало его от Люмьера, — смотрели ласково и чуть насмешливо. В фартуке, с полотенцем в руках, он напоминал Аарону уютных омег из старых фильмов, где омега был самым дорогим украшением семьи. — Здравствуйте, — он протянул руку, и Аарон пожал её — тёплую, мягкую, но с уверенным пожатием. — Я так рада, что вы согласились Нила к нам отпустить. Скериал о нём только и говорит. «Нил то, Нил сё, Нил лучший нападающий, а вы даже не представляете». — Это вам спасибо, — Аарон передал пакет. — Вот, принёс немного сладостей. Домашнее печенье и шоколад. — Ой, не надо было, — Гедеон взял пакет, заглянул внутрь и довольно улыбнулся. — Но мы очень благодарны. Вы что-то хотите? Чай? Кофе? У меня как раз вишнёвый пирог из духовки. — Спасибо, нет, — Аарон покачал головой. — Я на машине. И вообще, мне пора. Нил, ты как? Из комнаты донёсся счастливый вопль: — Я победил! — Думаю, он в порядке, — усмехнулся Люмьер, обнимая мужа за плечи. — Не переживайте, мы присмотрим. Скериал у нас ответственный, когда хочет. — Если хочет, — поправил Гедеон и подмигнул Аарону. — Но за Нилом он присмотрит. Они как братья уже. Не разлей вода. — Если что-то сломают — звоните сразу, — попросил Аарон, уже пятясь к выходу. — Я приеду. — Всё будет хорошо, — мягко сказал Гедеон, отпуская мужа и подходя ближе. — Вы можете не беспокоиться. Отдыхайте. Выглядите вы уставшим. — Спасибо, — Аарон кивнул и вышел на крыльцо. Свежий воздух ударил в лицо, и он на секунду прикрыл глаза. В доме остались смех детей, запах вишнёвого пирога и ощущение настоящей семьи — той, которую он никогда не имел, но которую так хотел дать Нилу. Кевин ждал в машине, на пассажирском сиденье. В салоне играла тихая музыка, и капитан смотрел на него с лёгкой улыбкой. — Всё хорошо? — спросил он, когда омега сел за руль. — Да, — Аарон завёл двигатель. — Родители у Скериала замечательные. Люмьер — военный, кажется. А Гедеон… они с мужем очень красивые. И дом такой… уютный. — Завидуешь? — мягко спросил Кевин. — Нет, — Аарон покачал головой, выезжая со двора. — Просто… радуюсь. Что у Скериала есть такая семья. И что Нил теперь тоже часть чего-то такого. — У него будет, — сказал Кевин. — У вас будет. Я сделаю всё, чтобы у вас был самый уютный дом на свете. Аарон бросил на него быстрый взгляд, но ничего не сказал. Просто сжал руль чуть крепче и повёз их в новую жизнь, в квартиру, которую Кевин обещал ему уступить за вкусную цену и возможность отдавать деньги по силе. Аарон хотел дать Нилу все самое лучшее, и однокомнатная квартира не входила в этот список. --- Новая квартира была огромной. Аарон вошёл и замер на пороге — панорамные окна, вид на парк, новая мебель, три спальни, большая кухня. Он провёл рукой по столешнице — гладкой, холодной, идеальной. — Кевин… — сказал он тихо. — Это слишком дорого. Есть варианты поскромнее? Капитан стоял у окна, заложив руки в карманы. Вечернее солнце золотило его волосы, делало тени на лице мягче. — Поскромнее? — переспросил он. — Доктор Миньярд, вы когда-нибудь видели мою машину? Или дом, где я живу? Я не привык к скромному. И вы не привыкнете. Со временем. — Но я не могу себе этого позволить, — Аарон покачал головой. — У меня Нил, я только начал копить… — Это не подарок, — Кевин повернулся к нему. — Это инвестиция. В ваше с Нилом будущее. В то, чтобы вы перестали работать на износ и наконец начали жить. А когда у вас будут деньги — вы мне вернёте. Или не вернёте. Я не бедствую, Аарон. Мне важнее, чтобы вы были счастливы. Он шагнул ближе, сокращая расстояние. — Ты нравишься мне, — сказал он, переходя на «ты» так естественно, будто всегда так обращался. — Не только как врач, не только как любовник. Как человек. Ты хороший отец, хороший… — он запнулся, подбирая слово, — хороший для меня. И я хочу, чтобы у тебя было всё самое лучшее. Позволь мне это. Хотя бы раз. Аарон смотрел на него, чувствуя, как сердце колотится в груди. — Хорошо, — сказал он наконец. — Но мы сделаем расписку. Я буду каждый месяц перечислять тебе сумму за квартиру, пока не расплачусь. Кевин усмехнулся. — Доктор Миньярд, вы неисправимы. Хорошо. Будет вам расписка. С подписью, печатью и заверением у нотариуса. Если это поможет вам спать спокойнее. — Сколько стоит эта квартира? — спросил Аарон, подходя ближе. Кевин назвал цифру — в три раза меньше реальной цены, и Аарон, не знавший рынка недвижимости, поверил. — Дороговато, — вздохнул он. — Но, наверное, потяну. — Потянешь, — уверенно сказал Кевин. — А теперь — осмотрим остальное? Они прошли по комнатам. Аарон открыл все три спальни, погладил новые обои, заглянул в ванную, где стояла большая угловая ванна. В спальне Нила он задержался дольше — большая комната с окном в парк, новая кровать, пустые полки для книг и грамот. — Нужно только постельное поменять, — сказал он. — И купить стол для него, и пару шкафчиков. — Стол я привезу завтра, — пообещал Кевин. — У меня есть знакомый столяр, он сделает на заказ, под цвет этой мебели. Аарон посмотрел на него долгим взглядом. В этом альфе, наглом и самоуверенном на поле, сейчас не было ни капли высокомерия. Только тихая, твёрдая забота. — Спасибо, — сказал он, подходя ближе. А потом обнял Кевина со спины, уткнувшись лицом в его широкие лопатки. Пахло от капитана дорогим одеколоном и чем-то родным — тем самым, от чего у Аарона сладко замирало сердце. Кевин замер. Потом накрыл его ладони своими. — Не за что. Они стояли так посреди пустой комнаты, пахнущей ремонтом и новыми обоями, и молчали. А потом Аарон отстранился, взял Кевина за руку и повёл в главную спальню. — Пока детей нет, — сказал он, и голос его был низким, хриплым. — Надо успеть насладиться моментом. --- Кевин не заставил себя ждать. Едва дверь спальни закрылась, он прижал Аарона к стене и поцеловал — жадно, глубоко, с тем голодом, который копился месяцами. Аарон ответил — руками в волосы, дыханием в губы, тихим стоном, который вырвался, когда Кевин прикусил его нижнюю губу. — Я соскучился, — выдохнул капитан, спускаясь поцелуями к шее. — Ты не представляешь, как. — Представляю, — Аарон запрокинул голову, открываясь. — Потому что я тоже. Они раздевали друг друга торопливо, мешая, путая пуговицы и молнии. Кевин стянул с Аарона брюки вместе с бельём, и омега остался совершенно нагим — бледный в лунном свете, который проникал сквозь незашторенные окна. — Боже, — прошептал Кевин, опускаясь на колени. — Ты прекрасен. Он провёл языком по внутренней стороне бедра, и Аарон вцепился ему в волосы, шипя от удовольствия. — Кевин… не тяни. Пожалуйста. Кевин поднялся, прижал его к стене и вошёл — резко, глубоко, до крика. Аарон застонал, обхватывая его ногами, и впился ногтями в плечи. — Дааа, — выдохнул он. — Чёрт, как же хорошо. Кровать была в двух шагах, но они так и не дошли до неё. Кевин двигался жёстко, ритмично, вбиваясь в омегу с той же яростью, с какой забивал голы в финале. Аарон царапал его спину, шептал его имя, кончал раз, второй — и не мог остановиться. — Люблю тебя, — прошептал Кевин в самый последний момент, когда его собственное тело натянулось струной. — Господи, как же я тебя люблю. Он кончил, прижимая Аарона к себе, и они сползли по стене на пол — мокрые, обессиленные, счастливые. — Я тоже, — сказал Аарон, когда смог говорить. — Я тоже тебя люблю. Идиот. Кевин рассмеялся и поцеловал его в макушку. — У нас есть ещё часа два до того, как нужно будет забирать Нила, — сказал он. — Давай проверим, выдержит ли эта кровать. Аарон усмехнулся. — Она новая. Должна выдержать. Они перебрались на кровать — большую, со свежим бельём, которое Аарон постелил утром. И принялись изучать её на прочность. За окном темнело, в новой квартире пахло сексом и надеждой, а где-то в доме Скериала Нил выигрывал очередной уровень и не подозревал, что его жизнь только что изменилась навсегда.