спасти ту, что сломана и изменить будущее

«Давно известно: мы причиняем боль тем, кого любим. Но часто бывает и наоборот.»

Беллатрикс вернулась домой поздно вечером. Она сбросила верхнюю одежду, бросила туфли куда-то в сторону и сразу же легла спать. От неё несло вином, но это не остановило Гермиону, и она начала допрос. — Прости, что прерываю твой сон, но как ты объяснишь мне это? — спросила девушка, бросая на кровать фотографию Блэк с мистером Холлом в кафе. — Что тебя так развеселило на этой фотографии? — Миона, что ты несёшь? — Белла произносила слова медленно, так как была уставшей и пьяной. — Хватит этой дурацкой улыбки! Объясни же, что происходит! Ты спишь с ним? — Грейнджер начала повышать тон. — Почему ты кричишь? — Белла поднялась с кровати и уставилась на свою спутницу. — Фу, от тебя так и несёт алкоголем. — Да что я такого сделала тебе? — мисс Блэк тоже перешла на повышенный тон. — Белла, сколько можно мямлить? Я хочу, чтобы ты сказала мне правду! — гриффиндорка яростно потрясла Беллатрикс за плечи. — Говорю же, мы решали вопросы по работе, ничего более... С чего ты вообще взяла, что я сплю с ним? — Блэк опустила взгляд. Это действительно обижало её. Она почему-то занервничала и стала теребить кончик платья. — Ну перестань уже! — Гермиона, казалось, сейчас взорвётся. — Скажи, просто скажи... — Миона положила свою руку поверх руки женщины. — А, то есть ты хочешь услышать, что я тебе признаюсь в измене и скажу, что сплю с женатым мужиком, так что ли? — Беллу пробирала обида и злость. Как можно было такое подумать? — Постой, так ты... — девушка не успела договорить фразу, как Беллатрикс вырвала свою руку из её и развернулась. Она улеглась на бок и накрылась пледом, а её взгляд был устремлён куда-то в сторону. Миона замерла и задумалась, разглядывая лежащую Блэк. В груди все еще что-то отдавало болью и чувством обиды, но гораздо сильнее давило чувство собственной вины. «Фух, она, похоже, говорит правду, иначе не стала бы так реагировать.» — выдохнув, подумала Грейнджер. Она успокоилась и легла сзади Беллы. Та до сих пор не уснула. А как тут уснёшь? Здесь настоящая драма. Гриффиндорка наконец соединила свою руку с рукой женщины, а второй рукой начала вырисовывать на её теле нечто похожее на сердечки через плед. — Извини... — хриплым голосом начала девушка. — Я просто хочу быть всегда с тобой рядом, всегда любить и быть любимой. Беллатрикс повернулась к Гермионе, их взгляды встретились. — Я тебя люблю и только тебя. Никогда не сомневайся в моих чувствах, прошу. Ты делаешь мне больно своими колкими выражениями. Но если ты так сделаешь — то, мы вероятно не сможем быть вместе. Хоть я и не сплю с этим мужчиной и он меня не интересует, но меня убивает твое недоверие. Женщина сжала руку гриффиндорки и тут же отпустила, словно боясь, что та исчезнет. «Черт, я ведь больше всех хотела залечить её раны, и сама же делаю ей больно.» Грейнджер не нашла слов. Она лишь прижалась к спине Беллатрикс, вдохнула терпкий аромат волос и уткнулась носом ей в макушку, выводя очередное сердце, которое так и осталось незаконченным. Обе женщины, погрузившись в свои мысли, уснули.