***
Карлос частенько виделся со своим напарником Алексом Албоном. Вот и сегодня они встретились. Разговаривали они уже минут пять, и каким-то образом разговор зашёл о Шарле. — Походу, Шарлю нравится Макс, — сказал Карлос, решив, что рассказывать Албону о том, что это ему сообщил сам Леклер, совсем необязательно. — Ты только сейчас понял?***
В этот же день Алекс заговорил о монегаске со своим парнем, коим является Джордж Рассел. — Джорджи, прикинь, Шарлю нравится Макс. Да, может, Алекс немного переврал слова Сайнса, но ведь это же правда! — Бля, это было так очевидно. Рассела совершенно не удивила новость, принесённая Албоном. Всем же и так понятно, что они встречаются. Ну, или понятно только Джорджу.***
На следующий день Джордж рассказал об этой счастливой новости (или уже сплетне) своему напарнику Кими Антонелли. — Шарль и Макс начали встречаться, знал? — совершенно спокойно спросил Джордж. — Чего? Я думал, они давно вместе. Кими удивился скорее тому, что два гонщика начали встречаться относительно недавно, а не тому, что они вообще встречаются.***
Антонелли, в свою очередь, решил рассказать интереснейшую сплетню своему возлюбленному Оливеру Берману. — Макс уже Шарля туда-сюда делал, — немного завуалированно пересказал сплетню итальянец. — А почему нам тогда нельзя? На сплетню Оливеру стало плевать в тот же момент.***
Берман сплетню всё-таки запомнил, но не так, как её рассказал Кими, а по-своему. На следующий день после разговора с итальянцем Оливер решил позвонить своему другу Габриэлю Бортолето. — Привет. А ты знал, что Шарль с Максом, кажется, скоро поженятся? Именно так Берман запомнил сплетню. — Да ты чё? Базару нет. Они говорили ещё минут пятнадцать, но это уже не важно.***
Сразу после разговора с Оливером Габриэль решил выяснить, почему Нико Хюлькенберг, его близкий друг, не рассказал ему об этой новости, поэтому сразу же ему позвонил. — Ты чё мне не сказал, что у Шарля с Максом скоро свадьба? — высказал своё недовольство Бортолето. — В смысле? Я тоже не знал, — удивился Нико.***
После разговора с Габриэлем Хюлькенберг решил узнать, одного ли его не позвали на свадьбу Ферстаппена и Леклера, поэтому позвонил Хэмилтону. — Тебя позвали на свадьбу Макса и Шарля? — сразу после того, как Льюис ответил, спросил Нико. — Наверное. Я не проверял. Ответил Льюис и сбросил трубку. Наверное, пошёл проверять.***
Сплетня быстро разлетелась по паддоку и долетела до Оскара Пиастри. А он, в свою очередь, захотел подарить им на свадьбу действительно что-то полезное и нужное. Оскар не нашёл ничего лучше, чем попросить Ландо спросить у Макса, что им подарить на свадьбу. — Ландо, спроси у Макса, что им на свадьбу подарить. — Ща узнаю, — сказал Ландо и позвонил Ферстаппену. — Макс, что вам с Шарлем подарить на свадьбу? — Какую ещё свадьбу? Сказать, что Макс охуел, — ничего не сказать.***
Ферстаппен решил выяснить у самого Шарля, про какую свадьбу все говорят. Макс написал Шарлю, и они договорились встретиться у голландца дома. Леклер пришёл в гости к Максу, и им действительно было весело, но в какой-то момент Макс вспомнил, о чём хотел поговорить с монегаском. — Почему мне говорят, что мы женимся? — Чего нахуй? Шарль опешил. Он не мог понять, как так получилось, что они женятся, блядь. Ведь совсем недавно он рассказал Карлосу, что ему только начинает нравиться Макс. Начинает, блядь, а не «мы женимся». — Шарль, я, конечно, не против выйти за тебя замуж, но думаю, нужно хотя бы начать встречаться, — совершенно невозмутимо сказал Макс. Пока Шарль витал в облаках и пытался понять, с чего пилоты решили, что они с Максом женятся, слова Ферстаппена заставили его мгновенно вернуться на землю. — Что ты сейчас сказал? — спросил монегаск, выпучив глаза. — Боже, Шарль, — Макс закатил глаза. — Я говорю давай встречаться. — Я тебе что, нравлюсь? — Да, Шарль. Ты мне нравишься. — О боже. Макс, ты тоже мне нравишься. — Schatje, я давно это знаю. Я тебе говорю давай встречаться. — Конечно, давай. Проговорил Леклер и сразу набросился на Макса с объятиями.***
Вот такие сплетники эти пилоты Формулы-1. Выводы делайте сами.