Bonds of Steel and Blood | Скованные Сталью и Кровью

Откровения и Обиды

      Леви шагал по тренировочному полю рядом с Эрвином, засунув руки в карманы и равнодушно оглядывая царивший вокруг хаос. Солдаты спотыкались на упражнениях, клинки сталкивались под неправильными углами, работа ног была столь неряшливой, что их убили бы дважды. Время от времени Леви прорезал шум резкими замечаниями — оскорблениями или приказами, — и солдаты мгновенно выпрямляли спины и исправляли ошибки. В последние дни он был в особенно скверном расположении духа, и поэтому люди обходили его по еще более широкой дуге, чем обычно.       — Надеюсь, она не задела тебя всерьез, — произнес Эрвин небрежным, почти задумчивым тоном.       Леви, не задумываясь, проследил за его взглядом. На другом конце двора Рейна стояла с Эйденом и Джаспером, с видимой сдержанностью поправляя стойку Милы Фишер — упираясь пальцами в ее плечо, подталкивая бедрами, а каждые несколько секунд она останавливалась, чтобы ущипнуть себя за переносицу, будто терпение стремительно иссякало.       — Тц, — Леви фыркнул, передернув плечами. — Эта соплячка просто раздражает, вот и все.       — Я уж было подумал, что ты принял это близко к сердцу, — мягко добавил Эрвин. — Она тебя избила.       Леви нахмурился еще сильнее. Он бросил на своего командира взгляд, ясно дававший понять, что тот не прочь повторить этот бой в менее контролируемых обстоятельствах. Эрвин никак это не отметил.       — Ты когда-нибудь слышал о семье Агнар, Леви? — Продолжил Эрвин, все еще не сводя глаз с Рейны.       — А должен был? — Рявкнул Леви.       — Существует несколько семей со способностями, схожими с твоими, — произнес Эрвин. Это заставило брови Леви слегка приподняться. — Насколько мне известно, Рейна и Эйден — последние представители этого рода.       Леви снова взгляд на них, на этот раз медленнее:       — Ну и что с того? Хочешь сказать, она сильнее меня?       — Возможно, так оно и есть, — ответил Эрвин совершенно серьезно. Леви резко фыркнул. — Дело не в этом, — продолжил Эрвин. — Сила не определяется их происхождением. Некоторые из них, похоже, обладают чем-то… иным. Своего рода инстинктом. Чувством, выходящим за рамки обычного.       Это заинтересовало Леви. Он мысленно вернулся к той первой встрече, к тому, как закололо кожу его головы за миг до того, как она произнесла имя Кенни.       — Только не говори, что они телепаты или что-то в этом роде? — Саркастически спросил он.       — Не совсем, но близко, — ответил Эрвин. — Я не до конца понимаю силу Рейны, но это может стать мощным оружием, если мы добьемся, чтобы она овладела ею в полной мере.       Леви сузил глаза:       — К чему ты клонишь?       Эрвин, наконец, посмотрел на него, и выражение его лица стало серьезным:       — Я определю ее в твой отряд. Ты будешь ее наставником.       Если бы Леви был из тех, кто смеется, он бы, наверное, рассмеялся сейчас. Вместо этого его губа искривилась:       — Ни за что на свете, — сказал он низким и решительным голосом. — Я не хочу, чтобы она даже приближалась к моему отряду.       — Это не просьба.       Леви пробормотал себе под нос что-то такое, за что любого курсанта отдали бы под военный трибунал. Его взгляд снова скользнул к Рейне — к ее стойке, к ее точности, к тому, как люди естественным образом окружали ее, словно она овладела этим пространством.       Ее мастерство не было проблемой. Вообще нет. Проблемой было то, как она на него смотрела — эти зеленые глаза всегда проницательные, слишком понимающие, будто она была в секунде от того, чтобы сказать нечто, что испортит ему весь день.       Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, понимая, что ему придется превратить свои стальные нервы в титановые.       

…

      — Я отказываюсь.       Рейна стояла посреди кабинета Эрвина; Эйден и Джаспер стояли по бокам от нее, оба напряженные, готовые вмешаться, что говорило о том, что все может очень быстро пойти на перекосяк.       — Это не обсуждается, — ответил Эрвин, аккуратно сложив руки на столе, совершенно невозмутимый.       Рейна резко выдохнула через нос. Ее взгляд скользнул в сторону Леви, прислонившегося к стене и скрестившего руки на груди, с напряженной челюстью. Он выглядел так, словно сожалел о каждом решении, которое привело его сюда. Рядом с ним стоял Мик, как и всегда, непроницаемый. С другой стороны, Ханджи выглядела так, словно кто-то только что украл ее подарок прямо у нее из-под носа.       — Почему он? — Спросила Рейна резким тоном, с трудом подбирая слова.       — Он — сильнейший солдат человечества, — просто ответил Эрвин. — Что делает его наиболее подходящим человеком для обучения кого-то вашего уровня.       — Скорее уж, величайшая заноза в заднице человечества, — парировала она.       Титановые нервы, напомнил себе Леви.       — Веди себя прилично, — сказал Эрвин, и мягкость в его голосе стала едва заметной.       Рейна замерла. Эйден и Джаспер уловили это мгновенно — оба выпрямились, и в их позах промелькнуло что-то оборонительное.       Ее брови чуть приподнялись.       — Защищаешь своего бойфренда, значит? — Медленно проговорила она, и голос ее похолодел.       Эрвин выдохнул и на мгновение опустил взгляд на свой стол, прежде чем снова встретился с ней взглядом:       — Я твой командир, Рейна. Несмотря на наше прошлое, я ожидаю от тебя высокого уровня профессионализма.       Рейна положила ладони на его стол и наклонилась ровно настолько, чтобы вторгнуться в его личное пространство.              — Какое прошлое, Эрвин? То, где ты меня трахнул, или то, где ты меня кинул?       Эрвин мгновенно побледнел. Атмосфера в кабинете стала невыносимой.       Джаспер и Эйден изо всех сил старались сохранять спокойствие, их кровь кипела при воспоминании о том, в каком состоянии была Рейна, когда вернулась в Подземелье. Мик и Ханджи не находили слов, удивленно глядя на своего командира. Даже Леви отреагировал, его взгляд несколько растерянно метался между Эрвином и Рейной.       Эрвин, впервые за все время, что они были знакомы, выглядел застигнутым врасплох. Он неловко заерзал на стуле, обводя взглядом стол, словно не мог заставить себя взглянуть на Рейну и увидеть гнев в ее глазах.       — Рей…       Его голос был едва громче шепота. Он прочистил горло, не зная, как вести себя в такой ситуации перед своими подчиненными и телохранителями Рейны, которые были готовы свернуть ему шею, если он скажет что-нибудь не то.       Когда он все-таки наконец открыл рот, чтобы что-то сказать, Рейна стояла прямо, глядя на него сверху вниз с негодованием, граничащим с отвращением.       — Даже не беспокойся, — резко сказала она.       Она развернулась на каблуках и направилась к двери, прежде чем кто-либо успел остановить. Остановившись перед Леви, она окинула его взглядом, в котором было в равной степени раздражение и вызов.       — До завтра, Капитан, — бросила она, и в этом титуле было столько сарказма, что его можно было ощутить физически.       И она направилась к двери.