Нежная любовь

Дождь стучал по крыше 58-й подстанции, нагоняя тоску. Ника Соловьёва сидела в комнате отдыха, сжимая в ладонях пустую кружку. Внутри бушевала всесокрушающая буря. Тест, показавший две полоски, лежал на дне сумки. Как сказать Максиму? Он, Максим Руднев, с его «грузом» прошлого. С его маленьким сыном Артёмом, который в свои год и три месяца уже крепко обнял её за шею и лепетал «ма-ма», не помня родную мать, трагически погибшую. Максим, который смотрел на неё таким взглядом, от которого таял лёд даже после самого тяжёлого вызова. Они строили планы, говорили о будущем. И где-то в ящике тумбочки Максима, как однажды случайно заметила Ника, лежала маленькая бархатная коробочка. Она знала. Он собирался сделать ей предложение. Но теперь всё усложнялось в тысячу раз. Не «мы поженимся», а «мы поженимся, и у нас будет ребёнок». Страх заслонить эту радость был огромным. Рука сама потянулась к телефону. Пальцы нашли нужный номер в памяти, знакомый ей ещё со времён мед академии. - Костя? Привет. Это Ника. Ты… ты сейчас очень занят? Можно я приеду? Спустя полчаса она сидела в уютной кухне Кости Кулыгина, теперь тоже успешного врача той же подстанции скорой помощи, а когда-то - их общего с Максом однокурсника и верного друга. Он молча слушал её сбивчивый рассказ, наблюдая, как она нервно теребит край свитера. - …И я не знаю, как ему сказать, — выдохнула Ника наконец. - Он же так бережно всё выстраивал. Артём, наша работа, наши отношения… Я боюсь… Костя откинулся на спинку стула, улыбка озарила его доброе лицо. - Соловьёва, да ты с ума сошла от гормонов, прости за прямоту, - рассмеялся он. - Руднев? Тот самый Максим Руднев, который последний год ходит вокруг тебя, как вокруг хрустальной вазы? Тот, кто, по моим данным, - Костя многозначительно подмигнул, - запасся кольцом ещё месяц назад? - Но его прошлое… - шёпотом сказала Ника, переживая, что их подслушивает Нина Михайловна. - Его прошлое сделало его сильнее и яснее, понявшим, что ценно, - стал серьёзным Костя. - Он потерял одну семью. И обрёл новую. В тебе и в Артёме. А теперь эта новая семья… расширяется. Ник, это же счастье! Это логичное, прекрасное продолжение. - Кость… так как же об этом сказать Максиму? Я просто переживаю, ведь я не знаю, как он отреагирует на эту новость… - Говори просто. Прямо. Без обиняков. Выбери момент, когда вы одни и Артём спит. Возьми его руку, положи на живот и скажи то, что чувствуешь. Скажи: «Макс, у нас будет ребёнок». Он не испугается, поверь другу, который знает вас обоих со студенческой скамьи. Ника подумала про себя: может, и правда стоит прислушаться к Косте? Но что-то внутри так и не давало ей покоя. В полдень на телефон Кости поступил ещё один звонок, но уже от Максима. - Костя, мне надо с тобой поговорить, но это не телефонный разговор. Костя встретил Максима после его рабочего дня, и они вместе пошли в бар, который находился неподалёку. - Кость, я больше не хочу мучить Нику своей неопределённостью. Так невозможно нормально, полноценно жить. - Макс, может, не надо делать поспешных выводов? Вы же друг друга любите. Если вы расстанетесь, я останусь на стороне Ники, - твёрдо сказал Константин, зная секретик Ники. - Костя, ты дурак? Дослушай. Я хочу сделать Нике предложение, по секрету тебе скажу! Но вообще, я пришёл сюда, чтобы поговорить не об этом, - выдыхая, сказал Максим. - Я подозреваю, что Ника беременна. Её необъяснимая тошнота по утрам, усталость… - Макс, - перебил его Костя. - В таких делах я тебе не советчик, но ты же врач. Спроси у неё напрямую, или же она тебе сама в скором времени всё расскажет… Даже если Ника беременна, ты прекрасно знаешь, что это твой ребёнок. Ты что, не хочешь этого ребёнка? В чём проблема? - Почему? Я давно мечтал о дочке или о втором сыне. Особенно от Ники, - совсем замечтавшись, сказал Максим. - Кость? - Что? - Ты правда подумал, что я хочу расстаться с Никой? Теперь я никогда не причиню ей зла и никогда её не отпущу. - Нет, конечно. Но, если что, знай: я всегда останусь на её стороне, - подмигивая, сказал Костя. Костя вернулся домой после посиделок в баре с Максимом, и к нему с расспросами подошла Нина Михайловна: - Костя, что случилось у Ники с Максимом? - Ой, да там целая Санта-Барбара, - отмахиваясь, сказал Костя. - Расскажи, пожалуйста, - с любопытством сказала Нина Михайловна. - Ника беременна. - От кого? - От Максима, конечно, - усмехаясь, сказал Костя. - Так вот: Ника не знает, как об этом сказать Максу. А Макс, в своё время, хочет сделать предложение Нике. Ну а я в этой романтической истории выступаю как советчик и психолог их обоих. - Ну наконец-то! Совет им да любовь, - радостно сказала Нина Михайловна. - Кость, ты вот всем помогаешь, а про своё счастье забываешь, прям как Райка до вашей свадьбы… - продолжила Нина Михайловна. - Что у вас там с Любовью Афанасьевой? - Нина Михайловна, а что там у вас с Владимиром? - загадочно улыбаясь, перевёл тему Костя. - Да вот, в субботу наконец-то пойдём в театр на премьеру. У нас всё нормально. - Ну вот и у меня тоже всё просто отлично. Завершив разговор, Костя пошёл спать. Ника стояла в общей, пока ещё неофициально, квартире. Артём, утомлённый играми, сладко посапывал в своей кроватке, сжимая в кулачке край её халата. За дверью послышались шаги - тяжёлые, усталые. Максим вернулся. Он вошёл, увидел её, и усталость словно сдуло с его лица. Он улыбнулся той особой, мягкой улыбкой, которую берег только для неё и для сына. - Всё хорошо? - спросил он, входя в комнату. - Не совсем, - выдыхая, сказала Ника. Сердце Ники колотилось где-то в пятках. Он насторожился, сразу подошёл ближе: - Что случилось? Ты в порядке? Она взяла его руку - крупную, сильную, с тонкими шрамами. Он смотрел на неё, уже догадываясь, что сейчас она ему скажет. Ника медленно, не отрывая от его глаз взгляда, приложила его ладонь к своему животу. - Макс, я беременна. Нас будет не трое. Он замер. Время остановилось. В его глазах пробежала молния осознания. Сначала непонимание, потом шок, а затем - такая всепоглощающая, чистая радость, что у Ники снова выступили слёзы. - Правда? - прошептал он хрипло. - Ника… Солнышко… правда? Мир на секунду замер. Максим не дышал, пытаясь осознать сказанное. Потом его лицо озарила такая радость, что, казалось, комната стала светлее. Он не сказал ни слова — он вскрикнул от восторга, подхватил Нику на руки и закружился с ней по их спальне, смеясь и прижимая к себе. - Осторожно! - смеялась она, обвивая его шею руками. - Ты уверена? Ты точно уверена? - он остановился, держа её на весу, и пристально заглянул в глаза. - Абсолютно. Два теста и анализ крови. Тогда он осторожно опустил её на кровать, покрывая её лицо поцелуями: в губы, в лоб, в щёки, в тот самый животик, где уже зародилась их новая жизнь. - Я так счастлив, Ника. Я так безумно счастлив! А Ника могла только кивать, беззвучно, захлёбываясь эмоциями. И тогда Максим Руднев, всегда сдержанный, всегда собранный, опустился перед ней на колени. Он не отпускал её руку, прижатую к его руке на её животе. Он смотрел снизу вверх, и его глаза блестели. - Я… я даже не знаю, что сказать. Кроме того, что я безумно счастлив, - голос его не прерывался. - Ты дала мне всё. Дом. Сына. Любовь. А теперь… - Он прильнул щекой к её животу, и могучие плечи его слегка дрогнули. Потом он встал, достал из кармана куртки ту самую бархатную коробочку. Руки его дрожали, когда он открывал её. - Я планировал это на следующую пятницу. Ужин, цветы… Но сейчас понимаю, что нет смысла ждать. Ника, ты станешь моей женой? Матерью моих детей? - Да, - выдохнула она сквозь слёзы счастья, протягивая ему руку. - Да, Макс. Навсегда. Максим аккуратно надел кольцо на палец Ники, и с этого времени они были ещё больше связаны узами брака. Прошла неделя. Ника вместе с Максимом и Артёмом решили пойти в гости к Владимиру Юрьевичу - отцу умершей Леры - решили рассказать ему обо всём произошедшем. Владимир Юрьевич жил вместе со своей женой Верой Игоревной в квартире, где каждая вещь напоминала о Лере. - Проходите, ребята, - кивнул Владимир Юрьевич. — Сейчас чайник поставлю. - Владимир Юрьевич, не надо чая. Мы по делу, - Максим взял Нику за руку. - Присядьте, пожалуйста. Тот насторожился, сел в кресло напротив. - Мы ждём ребёнка, - отрезал Максим. - Ника беременна. - А ещё Макс сделал мне предложение. Мы хотим пожениться, - сказала Ника, улыбаясь своей растерянной улыбкой. Тишина. Владимир Юрьевич смотрел куда-то в сторону. - Оххх, - радостно и удивлённо воскликнула, разрядив тишину, Вера Игоревна. - Теперь будет тот, кому я буду вязать пинетки. - Значит, новая жизнь, - глухо произнёс Володя. - А моя Лера… Она так и не увидит, как подрастёт её сын. Ника не выдержала. Подошла к нему, присела на подлокотник кресла. - Владимир Юрьевич, я никогда не смогу заменить Леру. И не буду пытаться. Но я обещаю вам, что Артём будет окружён любовью. И этот малыш, - она положила руку на ещё плоский живот, - будет знать, что у него есть старший брат, у которого была самая лучшая мама на свете. А вы будете самым лучшим дедушкой для них обоих. Он поднял на неё глаза. В них стояли слёзы. - Ты хорошая, Ника. Я это сразу понял, когда Макс тебя впервые привёл. Ты к Артёму с душой. Прости старика… Тяжело мне. Но я рад за вас. Правда рад. Потом они все вместе пили чай за семейным столом, обсуждая дату свадьбы и выбирая имя для будущего малыша. Спустя четыре месяца им удалось сыграть свадьбу. Погода была ненастная - морозный декабрь. На свадьбу были приглашены только самые близкие родственники и коллеги с подстанции. До начала церемонии все приглашённые собрались, подарили подарки молодожёнам и врассыпную расположились по коридору ЗАГСа. Костя решил, что этот знаменательный день не обойдётся без его подколов, сказав наедине Нике и Максиму: - Ну что, свадьба-то по залёту всё-таки? Ника с Максимом переглянулись и посмеялись, зная, что Костя шутит и знает, что свадьба по любви. Они обнялись, и Костя ещё раз поздравил их с таким знаменательным событием. Возможно, если бы не поддержка Кости в их сложный жизненный период, то они бы не стояли сейчас в ЗАГСе в преддверии их свадьбы. На удивление свадьба прошла спокойно: без аварий, без феерических пропаданий Кости, без смертей, без ОМОНа и остальных всяких происшествий, что не могло не радовать. Спустя пару-тройку месяцев, солнечным июньским утром, у них родилась дочь. Быстрые, но уверенные роды. И когда акушерка положила крошечное кричащее существо на грудь Нике, а Максим, бледный от переживаний, но сияющий, обрезал пуповину, они поняли - теперь они навсегда не просто Максим и Ника, а уже дважды папа и мама, ведь Ника ещё пару месяцев назад официально усыновила Артёма. - Алёна, - тихо сказала Ника, глядя на дочь. Это имя они выбрали давно, ещё до УЗИ. Оно означало «светлая», «солнечная». - Алёнушка, - прошептал Максим, целуя мокрый лобик дочери, а потом губы жены. - Спасибо тебе. За всё. С этого дня в их семье царили радость и любовь. Но Владимир Юрьевич до сих пор не может смириться со смертью Леры, хоть и полюбил Нику как родную дочь и принял маленькую внучку Алёнушку.