Болезнь

1986 год Обычный советский дворик.. Балкон одного из домов уже дымился от сигарет Парень в том балконе курил и смотрел куда то далеко Послышался голос девушки — Крис.. Опять что ли куришь?.. Тот обернулся — И тебе доброе утро, Линусь.. Прости если разбудил. Та выдохнула — Сегодня на работу устраивают? Крис кивнул — Ага.. Прикинь, следаком хотят сделать. Правда от прокуратуры я бы тоже не отказался.. хотя кто меня блять туда возьмёт.. Лина подошла ближе и, зевая, облокотилась на дверной косяк балкона. — Ну да, конечно. Тебя послушать — так ты уже заранее знаешь, что тебя никуда не возьмут. Крис усмехнулся и стряхнул пепел вниз. — Не, ну а что? Прокуратура — это тебе не завод. Там люди серьёзные сидят. — А ты будто несерьёзный. — Я? Да я образец советского гражданина. Лина фыркнула. — Образец советского гражданина не курит с самого утра и не матерится через слово. — Тогда ладно, снимаю кандидатуру. Во дворе уже слышались привычные звуки: хлопали подъездные двери, кто-то заводил старенький «Москвич», дворник лениво подметал дорожку. Где-то на детской площадке скрипели качели. Лина посмотрела на него внимательнее. — Нервничаешь? Крис помолчал несколько секунд. — Немного. — Врёшь. — Ладно. Очень. Она улыбнулась. — Да возьмут тебя. Ты же с детства только и делаешь, что в чужих историях копаешься. Помнишь, как весь двор искал, кто у бабы Нюры банки с балкона таскает? Крис рассмеялся. — Так это Колька из пятого подъезда был. — Вот именно. А участковый тогда на половину двора грешил. Крис затушил сигарету о жестяную банку. — Знаешь... если возьмут, я хочу настоящими делами заниматься. Не бумажки перекладывать. — Осторожнее с желаниями. — Почему? Лина пожала плечами. — Потому что настоящие дела редко бывают красивыми. На мгновение между ними повисла тишина. Во дворе завыла сирена милицейского УАЗа, проехавшего по соседней улице. Крис проводил звук взглядом и неожиданно сказал: — Всё равно попробую. Лина кивнула. — И правильно. Она уже собралась уходить на кухню, как вдруг снизу, со стороны подъезда, раздался чей-то крик: — Эй! Кто-нибудь скорую вызовите! Во дворе сразу началось движение. Люди стали выглядывать из окон. Крис машинально перегнулся через перила балкона. — Что там ещё?.. У первого подъезда уже собиралась толпа. А на асфальте возле лавочки кто-то неподвижно лежал, и лица соседей почему-то выглядели не просто встревоженными, а растерянными. Словно произошло что-то, чего никто не мог сразу объяснить. Крис тут же кинул окурок и оделся — Я ща! Он спустился и вышел Толпа уже нагревала место для него Тот просунулся через толпу — Чё тут? Человек в погонах сказал — На самоубийство похоже. А тебе какое дело, парень? Крис выдохнул — Ну я же будущий следак. Вот решил проверить вашу работу. Мужчина просмеялся — Тебе до следака далеко.. Таких как ты там долго не держат.. Крис опустился над телом — Какой в жопу суицид? У него сердце остановилось! Пульса нету! Умер от инсульта. Мужчина посмотрел на него — А ты откуда знаешь? Ты чё, медик? Или заключение вместо меня ставить решил? Крис пожал плечами и внимательно посмотрел на лежащего мужчину. — Не медик. Просто на самоубийцу он не очень похож. — Это ещё почему? — прищурился милиционер. Крис указал на тело. — Потому что если человек решил сам с собой покончить, то обычно есть причина, способ или хотя бы признаки. А тут мужик просто лежит посреди двора. Сумка рядом. Пиджак застёгнут. Будто шёл куда-то и внезапно рухнул. Милиционер хмыкнул. — Наблюдательный. — Да и заключение всё равно врач ставить будет, а не вы и не я. Вокруг кто-то из соседей закивал. — Верно говорит, — подала голос пожилая женщина. — Я его за минуту до этого видела. Шёл себе спокойно. Милиционер посмотрел сначала на женщину, потом на Криса. — Ладно, будущий следак. Только не мешайся под ногами. Крис уже собирался отойти, но вдруг заметил одну странность. На рукаве пиджака мужчины была тонкая светлая полоска, словно след от свежей извести или строительной пыли. А на туфлях — грязь, совсем не похожая на ту, что была во дворе после утреннего дождя. — Странно... — пробормотал он. — Что ещё? — спросил милиционер. Крис указал на рукав. — Да так. Может, ничего. Милиционер присел рядом и тоже посмотрел. — Может, и ничего. Но по его голосу было понятно, что он тоже это заметил. В этот момент во двор въехала машина скорой помощи, и толпа невольно расступилась, пропуская врачей к телу. Один из них быстро начал осмотр, а второй доставал оборудование. Крис отошёл на пару шагов назад. Он ещё не был следователем. Да и вообще никем не был. Но почему-то чувствовал, что эта смерть окажется куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Крис вернулся в квартиру Лина тут же встретила его на пороге — Ты где был? Садись давай. Завтрак остынет. Крис повесил пальто — Менты мужчину в суицид решили записать, хотя у него просто сердце остановилось. Суицид не делают на глазах у всех это раз а во вторых не на улице. Лина поставила перед ним тарелку и села напротив. — И много ты уже расследований провёл, товарищ следователь? Крис фыркнул и взял вилку. — Ноль. — Вот именно. — Да ладно тебе. Просто логики в их словах нет. Лина отпила чай. — Может, и нет. А может, они знают больше тебя. — Может. Он задумался на секунду. — Но знаешь, что странно? Они даже толком не осмотрели место, а уже про самоубийство заговорили. — Или ты просто попал на какого-нибудь болтуна в форме. Крис пожал плечами. — Тоже вариант. Некоторое время они молча завтракали. За окном слышались голоса соседей. Похоже, во дворе всё ещё обсуждали утреннее происшествие. Лина посмотрела на часы. — Тебе, кстати, через час на собеседование. — Помню. — Тогда хватит думать о чужом трупе. — Пока ещё не доказано, что это труп. Лина закатила глаза. — Крис. — Что? — Если тебя сегодня возьмут на работу, обещай, что не будешь спорить с начальством так же, как спорил с тем милиционером. Крис усмехнулся. — Не могу обещать. — Почему? — Потому что если начальство будет нести чушь, кто-то должен им об этом сказать. — И этим кем-то обязательно должен быть ты? — Желательно. Лина не выдержала и рассмеялась. — Вот поэтому тот мужик и сказал, что таких долго не держат. Крис тоже улыбнулся, но потом стал серьёзнее. — А знаешь, что самое обидное? — Что? — Он, наверное, прав. Лина посмотрела ему в глаза и покачала головой. — Нет. Если тебя и не будут где-то долго держать, то только потому, что ты слишком упрямый. А не потому, что плохой следователь. На кухне повисла короткая тишина. Крис посмотрел в окно на серый двор, где уже почти разошлась утренняя толпа. — Посмотрим, — тихо сказал он. — Сегодня многое решится. Прошёл час. Крис уже сидел в кабинете у пузатого мужчины в форме — Ну что же.. Кристофер Лазарев, готов пройти самый важный день в твоей жизни? Крис кивнул Мужчина встал — Хорошо.. Я задам тебе пару вопросов.. а там посмотрим.. Представь ситуацию.. Тебя вызывают на дело по причине пропажи человека.. Ни деталей, ни улик.. Никто не знает где был человек в последний раз... А знает только убийца.. А кто убийца не известно. Как ты развяжешь подобное дело? Крис откинулся на спинку стула и несколько секунд молчал. — Никак. Пузатый мужчина поднял бровь. — Это ещё почему? — Потому что в вашей задаче нет дела. — Объясни. Крис пожал плечами. — Вы сказали, нет деталей, нет улик, никто не знает, где человек был в последний раз. Тогда расследовать нечего. Следователь не ясновидящий. Если информации ноль, то первым делом я буду искать информацию, а не преступника. Мужчина внимательно смотрел на него. — И как именно? — Начну с окружения пропавшего. Семья, друзья, коллеги, соседи. Узнаю привычки человека. Где работал, куда ходил, с кем конфликтовал, кому был должен, кто был должен ему. Проверю его квартиру и личные вещи. — Допустим, ничего не нашли. — Значит, плохо искали. Мужчина усмехнулся. — Самоуверенно. — Нет. Просто люди оставляют следы. Всегда. Даже если это не отпечатки пальцев. Он немного наклонился вперёд. — Если человек пропал, то кто-то последний видел его живым. Если никто не знает кто, значит надо искать того, кто знает. Расследование начинается не с убийцы, а с жертвы. Мужчина сложил руки за спиной. — Хорошо. А если это был идеальный преступник? — Таких не бывает. — Не бывает? — Нет. Бывают только преступники, ошибки которых ещё не нашли. В кабинете повисла тишина. Мужчина несколько секунд смотрел на Криса, а потом неожиданно усмехнулся. — Интересный ты. Крис пожал плечами. — Вы вопрос задали. Я ответил. — Большинство на твоём месте начали бы рассказывать про засады, допросы и поиск убийцы. — А смысл искать убийцу, если я даже не знаю, убили человека или он сам исчез? Мужчина негромко рассмеялся. — Ладно, Лазарев. Тогда второй вопрос будет посложнее... — он вернулся к столу и сел в кресло. — Посмотрим, насколько далеко заходит твоя логика. Мужчина встал — Сегодняшний случай. Мне коллеги принесли заключение по делу и сказали что суицид. А врачи сказали что инсульт. Где правда? Крис усмехнулся — Очевидно что инсульт. Был бы это суицид, его бы тело не нашли бы на улице. Да и врачи бы вам принесли заключение в котором написано что пострадавший принимал что то.. например наркотики, снотворное или что то от чего сердце остановиться не по своей воле. Очевидно что и коллеги вам наврали. Но вот что странно.. на теле мужчины я заметил странную белую полосу. И грязь явно не дождевая... Мужчина резко похмурел — Что?.. Крис заметил, как лицо мужчины изменилось. — Что? Мужчина медленно сел обратно в кресло. — Белая полоса где? — На рукаве пиджака. Будто известь или строительная пыль. А на обуви грязь была не такая, как во дворе. Несколько секунд мужчина молчал. — Ты уверен? — Настолько, насколько можно быть уверенным после пары секунд осмотра. Мужчина постучал пальцами по столу. — И почему ты решил, что это важно? — Потому что человек не возникает из воздуха. Если он умер по дороге, значит до этого где-то был. А если на его одежде есть следы места, которое не совпадает с местом обнаружения, то логично узнать, откуда они взялись. — И всё? — Нет. — Продолжай. Крис пожал плечами. — Если ваши коллеги уже утром были готовы записать всё в самоубийство, а врачи говорят про инсульт, значит кто-то слишком рано сделал выводы. Либо они торопятся закрыть дело, либо знают что-то, чего не знают остальные. Мужчина внимательно посмотрел на него. — Опасные мысли для человека, который ещё даже не работает здесь. — Вы вопрос задали. Я отвечаю. Мужчина неожиданно встал и подошёл к окну. Во дворе управления стояли несколько служебных машин. — Знаешь, Лазарев... — произнёс он после паузы. — Забавное совпадение. Это дело действительно сегодня принесли мне на стол. Крис прищурился. — И? — И про белую полосу в рапорте ничего нет. Крис ничего не ответил. — Более того, — продолжил мужчина, — я никому здесь не говорил, где нашли тело и что на нём было. Крис усмехнулся. — Так я там был. Весь двор был. — Да. Но не весь двор запоминает такие детали. Мужчина обернулся. — Скажи мне честно. Ты действительно хочешь стать следователем? — Хочу. — Даже если придётся месяцами копаться в бумагах ради одной зацепки? — Если эта зацепка приведёт к ответу — да. Мужчина долго смотрел на него, словно что-то взвешивая. Потом взял со стола папку, открыл её и бросил перед Крисом. — Тогда взгляни. На первой странице была фотография того самого мужчины из двора. А чуть ниже — короткая приписка карандашом: «Личность установлена. Инженер строительного треста №7. Последние три дня официально находился в отпуске.» Мужчина скрестил руки. — Ну что, будущий следователь. Допустим, я тебе поверил. С чего начнёшь копать дальше? Крис посмотрел на документы потом на мужчину — С кем я буду работать? Мне же правда что в пару нужен кто то. Мужчина усмехнулся — А ты прав!! И у меня есть для тебя кандидаты. В кабинет зашли двое мужчин — Первый, прокурор Вячеслав Сергеевич Демченко. На его счету закрыто 15 дел, 4 с которых это серьёзные убийства. Ну и второй, Константин Олегович Белов. Старший следователь. Умный парень. Так же работает в экспертизе. Крис усмехнулся — Типо двойная ставка? Белов усмехнулся первым. — Типа жить дома я всё равно не успеваю. Демченко только коротко кивнул, внимательно разглядывая Криса. Взгляд у него был тяжёлый, прокурорский — словно человек уже привык искать слабые места в чужих словах. Пузатый начальник довольно потёр ладони. — Ну что, знакомьтесь. Это наш будущий следователь-философ. — Уже записали? — сухо спросил Демченко. — Пока нет, — ответил начальник. — Но парень интересный. Крис поднял папку со стола. — Инженер строительного треста, отпуск три дня, белая строительная пыль на рукаве. Я бы начал с треста. Белов кивнул. — Логично. Проверить, где он работал и с кем контактировал перед отпуском. — И не только, — добавил Крис. — Если пыль свежая, значит он недавно был на объекте. Возможно, неофициально. Надо узнать, были ли у треста стройки с известью или бетонной отделкой. Демченко впервые заговорил чуть мягче: — А грязь на обуви? — Сравнить с местом обнаружения. Если не совпадает — искать другой участок. Может, стройка за городом, подвал, склад — что угодно. Белов посмотрел на начальника. — Для человека без опыта он рассуждает нормально. — Вот и я о том, — хмыкнул тот. — Вопрос только в том, кто согласится его терпеть. Демченко скрестил руки. — Я прокурор, а не нянька. — А я в экспертизе по уши, — добавил Белов. — Но парень мне нравится. Хотя болтливый. — Спасибо, — невозмутимо сказал Крис. Начальник рассмеялся. — Ладно. Сделаем так. Лазарев получает испытательный срок. Формально — стажёр. Не лезет вперёд старших, не спорит с каждым вторым милиционером и не изображает из себя Шерлока Холмса. — Последнее особенно важно, — буркнул Демченко. — А работать будешь с Беловым, — продолжил начальник. — Если тот не сбежит через неделю. Белов тяжело вздохнул. — Уже поздно сбегать, да? — Именно. Начальник закрыл папку. — Тогда приступайте. И да, Лазарев... — Да? — Если окажется, что ты выдумал про белую полосу, вылетишь отсюда быстрее, чем успеешь закурить следующую сигарету. Крис спокойно ответил: — Значит, придётся доказать, что не выдумал. Крис вышел с Беловым и сел в машину Белов посмотрел на него — Ну что, герой. В трест едем. Крис усмехнулся — Пожалуй. Пару минут и они уже были на месте. Обычный рабочий день Белов тут же зашёл и сказал — Следователь Белов. По делу вашего сотрудника. Он умер сегодня от инсульта. Один из рабочих сказал — Ну так если знаете почему умер, то какого пристали? Белов слегка прыснул — Логично. Но несостыковки есть. Возможно ваш сотрудник был тут до вас.. Не можете ли вы рассказать нам о нём чуть больше? Например стиль его жизни. Какой он был, кто он был. Связи, с кем, где, когда. М? Рабочий снял каску и почесал затылок. — Да что рассказать... Нормальный мужик был. Тихий. — Имя? — уточнил Белов. — Виктор Андреевич. Инженер. Бумаги чертил, объекты проверял. Не пил почти, не скандалил. Крис молча слушал. — Семья? — Жена была. Сын вроде в армии служит. Белов кивнул. — Конфликты на работе? Рабочий задумался. — Да нет... Хотя... — Хотя? — Последние недели две нервный ходил. Будто случилось что-то. Крис сразу поднял голову. — Из-за чего? — Не знаю. Он особо не рассказывал. Но пару раз с начальством ругался. — С каким начальством? — спросил Белов. — С директором треста. Белов переглянулся с Крисом. — Из-за чего ругался? — Не слышал. Двери закрыты были. Но орали знатно. Крис задумчиво посмотрел на стены здания. — А в отпуск он когда ушёл? — Три дня назад. — И после этого здесь появлялся? Рабочий уже хотел ответить "нет", но вдруг замер. — Погодите... — Что? — Вчера вечером вроде видел его машину. Белов тут же насторожился. — Уверен? — Машина точно его. Синяя "Волга". Возле старого склада стояла. — Какого склада? — сразу спросил Крис. Рабочий указал в окно. — Нашего. За территорией. Там раньше цемент и всякое строительное барахло хранили. Крис посмотрел на Белова. Тот едва заметно кивнул. — Цемент, значит... — Ну да. А что? — Ничего, — спокойно ответил Белов. — Просто интересно. Тут из глубины коридора послышался строгий голос: — Что здесь происходит? К ним приближался мужчина лет пятидесяти в хорошем костюме. Судя по реакции работников, это был кто-то из руководства. Рабочие сразу притихли. Мужчина остановился перед Беловым. — Я директор треста. Чем обязан? Белов показал удостоверение. — Расследуем обстоятельства смерти вашего сотрудника Виктора Андреевича. Директор бросил короткий взгляд на Криса. — А это кто? — Стажёр. — Понятно. На секунду его взгляд стал каким-то напряжённым. Крис заметил это сразу. Директор быстро взял себя в руки и спросил: — И что именно вас интересует? За его спиной через окно был виден тот самый старый склад, о котором говорил рабочий. Большие серые ворота были закрыты, а рядом лежали кучки светлой строительной пыли, очень похожей на ту, что Крис видел утром на рукаве погибшего. Крис усмехнулся — Предоставьте нам честь осмотреть ваш склад. Ваши рабочие говорят что видели машину Виктора вчера ночью. Подозрение что он явно что то там делал.. Директор усмехнулся — Что он мог делать в груде цемента? Белов встрял — А это мы и проверить хотим. Директор несколько секунд молча смотрел на них. — Проверяйте. Мне скрывать нечего. Сказано это было уверенно, но Крис заметил одну деталь: когда речь зашла о складе, директор машинально поправил воротник рубашки. Нервничал. Белов тоже это заметил, но виду не подал. — Тогда прошу провести нас. Директор взял связку ключей со стола. — Идёмте. Через пару минут они уже стояли у старого склада. Здание было потрёпанным: облупившаяся краска, ржавые петли на воротах, местами осыпавшаяся штукатурка. Директор открыл замок. — Смотрите сколько угодно. Ворота со скрипом разъехались. Внутри пахло цементом и сыростью. Белов включил фонарик. — Осторожно. Крис медленно осматривался. Мешки с цементом стояли вдоль стен. В углу лежали старые трубы. Ничего необычного. Но потом он заметил следы. — Константин Олегович. — Вижу. На пыльном полу отчётливо отпечатались следы обуви. Несколько старых, а поверх них — более свежие. Крис присел. — Кто-то был здесь недавно. Директор усмехнулся. — Конечно был. Рабочие заходят сюда постоянно. — Возможно, — спокойно ответил Белов. Крис провёл пальцем по полу и вдруг остановился. — Странно... — Что ещё? — спросил Белов. — Следы ведут в дальний угол. Луч фонаря скользнул туда. В углу стояли несколько тяжёлых металлических шкафов. И один из них выглядел так, словно его недавно двигали. Пыль вокруг была смазана, а на полу виднелись свежие царапины. Белов посмотрел на директора. — Что хранится за шкафом? — Ничего. — Тогда давайте посмотрим. Директор промолчал. Крис и Белов переглянулись. Это молчание сказало больше, чем любой ответ. Белов шагнул к шкафу. — Помогите-ка мне, Лазарев. Они упёрлись руками в металл и начали сдвигать его в сторону. Шкаф медленно заскрипел по бетону. И когда между ним и стеной появился просвет, луч фонаря высветил что-то неожиданное. В стене была дверь. Старая, металлическая, без каких-либо обозначений. Белов медленно повернулся к директору. — А вот об этом вы почему-то забыли упомянуть." Они пытались зайти. Дверь была закрыта Директор сказал — зачем выламывать то? Там ничего! Обычная комнатка чуть по меньше! Там хлам всякий!! Крис уже выбил дверь ногой — В таких комнатах чаще всего хранится то что не должно там быть! Они зашли.. И Белов заметил пакетики с чем то белым — Опа.. А это что у нас, товарищ директор? Наркотики принимаем?? Крис осматривался глубже. Старые документы. Одежда. Он начал её перебирать. И заметил деньги — Белов, у нас тут ещё и деньги! Потом нащупал в одной из рубашек пистолет — Ух ты... Да ты что.. Белов резко повернул голову. — Не трогай! Крис тут же замер, держа рубашку двумя пальцами. Белов подошёл ближе и осторожно отвёл ткань. Из внутреннего кармана действительно торчала рукоять пистолета. — Вот чёрт... Директор побледнел. — Я... Я понятия не имею, что это такое! — Конечно не имеете, — сухо ответил Белов. Он достал блокнот. — Лазарев, ничего больше руками не лапай. Если это действительно оружие, эксперты потом спасибо не скажут. Крис поднял руки. — Уже понял. Белов внимательно осмотрел комнату. Пакеты с белым порошком лежали на старом столе. Рядом весы. Несколько пачек денег. Коробки с документами. — Это уже не похоже на склад строительного треста. — Это подстава! — выпалил директор. — Кто угодно мог это сюда принести! — За закрытую дверь, о существовании которой вы забыли рассказать? — спросил Белов. Директор открыл рот, но ничего не ответил. Крис тем временем перебирал взглядом документы. — Константин Олегович. — Что? — Тут фамилия Виктора Андреевича. Белов тут же подошёл. На одном из листов действительно стояла подпись погибшего инженера. — И что это? Крис пробежался глазами по тексту. — Какие-то накладные. Поставки цемента... Только цифры не сходятся. — В смысле? — По бумагам приходит сто тонн. А дальше в отчётах появляется только семьдесят. Белов нахмурился. — Тридцать тонн исчезают? — Похоже на то. Он перевернул ещё несколько страниц. — И такое не один раз. Директор начал заметно нервничать. — Я не бухгалтер. Я не обязан помнить каждую бумагу! — Зато Виктор, похоже, помнил, — сказал Крис. В комнате повисла тишина. Белов медленно сложил документы. — Думаешь, он что-то обнаружил? — Думаю, он нашёл эту комнату раньше нас. — И поэтому ругался с директором? — Возможно. Белов посмотрел на фотографии, лежащие среди бумаг. На одной из них Виктор стоял возле этого самого склада. На другой — рядом с несколькими неизвестными мужчинами. — Если это так, — тихо произнёс Белов, — то сегодняшнее дело становится намного интереснее. Крис кивнул. — Потому что теперь у нас есть вопрос. — Какой? Крис посмотрел на фотографию погибшего инженера. — Если Виктор собирался кому-то рассказать о том, что здесь происходит... то действительно ли он умер просто от инсульта?" Белов посмотрел на директора — Ну и попал же ты.. мужик... Он достал рацию — Патруль на строительный трест. У нас тут хранение наркотических веществ и возможная незаконная их продажа. В комнате повисла тяжёлая тишина. Директор резко побледнел. — Вы с ума сошли! Это не моё! Я вообще не знаю, что здесь находится! Белов спокойно убрал рацию от лица. — Это уже не мне объяснять будешь. — Да послушайте же! — Послушаем. В присутствии следователя, понятых и экспертов. С улицы уже слышались голоса рабочих. Новость о происходящем распространялась быстро. Крис тем временем продолжал осматриваться, ничего не трогая. — Константин Олегович. — Что ещё? — Смотрите. Он указал на стол. Среди документов лежал раскрытый блокнот. Белов подошёл ближе. На нескольких страницах были записи. Даты, фамилии, суммы денег. А на последней странице карандашом было написано всего несколько строк. Белов прочитал вслух: — «Если со мной что-то случится, ищите комнату за шкафом. Они уже поняли, что я знаю.» Комната мгновенно затихла. Даже директор перестал спорить. Крис медленно выдохнул. — Похоже, Виктор действительно нашёл это место раньше нас. Белов перевернул страницу. Там была ещё одна запись: — «Доказательств мало. Нужно встретиться с человеком из прокуратуры.» Белов нахмурился. — Интересно. — Что? — Если он собирался передать информацию, значит кого-то конкретного подозревал. Крис посмотрел на директора. Тот стоял бледный как мел. — Или кого-то боялся. В этот момент за воротами послышался визг тормозов. Подъехал милицейский УАЗ. Белов усмехнулся. — Ну вот и помощь приехала. Он посмотрел на директора. — Пока что вы ни в чём не обвиняетесь. Но до выяснения обстоятельств попрошу вас оставаться на месте. Директор нервно сглотнул. А Крис снова посмотрел на блокнот Виктора. Его всё ещё не отпускала одна мысль. Если инженер успел найти тайную комнату, собрать документы и даже оставить предупреждение... То почему он внезапно умер именно сегодня утром? Слишком уж удобным выглядело это совпадение. И если это было не совпадение, то настоящая работа только начиналась. Крис посмотрел на Белова — Слушай.. получается либо Виктора кто то заставлял этим заниматься.. либо он занимался этим, ради цели либо раскрыть что то что скрывает от нас начальство. Белов посмотрел на него — Ебать ты гений. И чё ты делать предлагаешь? М? Крис посмотрел на блокнот — Расширить круг допроса. Всех кто покупал тут это.. Кто то из них явно может знать больше. Белов несколько секунд смотрел на Криса, а потом усмехнулся. — А знаешь, это даже не самая плохая идея, которую я слышал от стажёров. Он взял блокнот и пролистал пару страниц. — Только есть проблема. — Какая? — Тут нет списка покупателей наркотиков. Тут фамилии, даты и суммы. Мы ещё даже не знаем, что именно обозначают эти записи. Крис пожал плечами. — Тогда выясним. — Правильно. Белов ткнул пальцем в одну из фамилий. — Вот, например. Кто такой Соколов? Покупатель? Поставщик? Водитель? Бухгалтер? Пока не знаем. Он закрыл блокнот. — Но круг действительно надо расширять. Крис кивнул. — Рабочие, бухгалтерия, охрана, директор, его заместители. — И семья Виктора, — добавил Белов. — Очень часто люди рассказывают дома то, о чём молчат на работе. Крис задумался. — Если он понимал, что ему грозит опасность, то мог оставить копии документов. — Именно. Белов посмотрел на приехавших милиционеров, которые уже оцепляли склад. — Поэтому сейчас мы не будем придумывать теории. Сначала факты. — То есть? — Сначала установим, что это за порошок. Потом проверим документы. Потом выясним, кто фигурирует в записях. И только после этого будем решать, был ли Виктор свидетелем, участником схемы или вообще человеком, который случайно в неё влез. Крис усмехнулся. — Скучно. — Это расследование, Лазарев. Оно почти всегда скучнее, чем кажется в книжках. — А мне уже нравится. Белов покачал головой. — Ты странный. — Мне это уже сегодня говорили. — И не последний раз. К ним подошёл один из милиционеров. — Товарищ следователь, экспертов вызвали. Что с директором? Белов посмотрел на мужчину, который нервно курил у ворот склада. — Пока пусть побудет здесь. Но глаз с него не спускайте. — Понял. Когда милиционер ушёл, Белов снова повернулся к Крису. — Ладно, стажёр. Раз уж ты предложил расширить круг допросов, начнём с самого простого. — С чего? — С жены Виктора. Крис задумчиво посмотрел на блокнот. — Да... Если он кого-то предупреждал, то, возможно, именно её. Белов кивнул. — Вот это уже похоже не на догадку, а на рабочую версию. И впервые за весь день Крис заметил, что Белов смотрит на него не как на мальчишку с улицы, а как на человека, который действительно может пригодиться в расследовании. Они сели в машину. По рации с Беловом уже связался Демченко — Что у вас? Белов ответил — Возможные наркотические схемы. Продажи. Документы с завозом цемента не сходятся. Сейчас едем опрашивать круг покупателей. Из рации несколько секунд доносился только шум помех. Потом послышался голос Демченко: — Покупателей? Белов нахмурился. — Ну да. — Константин Олегович, а вы уже установили, что это за вещество? — Нет, экспертиза ещё не проводилась. — Тогда откуда взялись покупатели? В машине повисла тишина. Крис невольно усмехнулся. Белов бросил на него косой взгляд. — Не начинай. Из рации донёсся тихий смешок Демченко. — Похоже, стажёр рядом сидит. — К сожалению. — Тогда передай стажёру, что следствие любит факты. Крис наклонился к рации. — Так я и не говорил, что это покупатели наркотиков. Я сказал расширить круг допроса по фамилиям из блокнота. На другом конце на секунду замолчали. — Это уже лучше, — ответил Демченко. — Намного лучше. Белов завёл двигатель. — Значит, сначала семья Виктора? — Именно, — ответил прокурор. — И ещё кое-что. — Слушаю. — По предварительному заключению врачей смерть действительно похожа на инсульт. Крис нахмурился. — Но? — Но вскрытие ещё не закончено. Так что не спешите делать выводы. Белов тронул машину с места. — Понял. Демченко продолжил: — И проверьте одну вещь. Если Виктор действительно собирался передать кому-то информацию, то он мог оставить копии документов не на работе. — Дома, — одновременно сказали Белов и Крис. — Именно. Рация щёлкнула, связь оборвалась. Несколько секунд они ехали молча. Потом Белов посмотрел на дорогу и сказал: — Знаешь, Лазарев... — М? — Если ты и дальше будешь строить версии раньше времени, Демченко тебя однажды задушит собственным галстуком. Крис рассмеялся. — Зато не скучно. — А вот мне почему-то кажется, что скучно не будет никому. Машина свернула с главной улицы в сторону старого жилого района, где жил Виктор Андреевич. И чем ближе они подъезжали к его дому, тем сильнее становилось ощущение, что смерть инженера — лишь маленький кусочек чего-то гораздо большего. Они уже были у двери в квартиру Белов постучал Открыла девушка — Здравствуйте.. Белов усмехнулся — Старший следователь Белов. По делу вашего мужа. Девушка на мгновение застыла. — Мужа?.. Затем её взгляд стал тревожным. — Что-то случилось? Белов снял фуражку. — Можно войти? Нам нужно поговорить. Она несколько секунд смотрела на него, потом медленно кивнула. — Проходите. Квартира была обычной советской двушкой. Аккуратной, но без излишеств. На стене висели семейные фотографии. Крис сразу заметил одну из них. На снимке стоял Виктор, эта женщина и молодой парень в военной форме. Сын. Женщина пригласила их на кухню. — Так что произошло? Белов сел за стол. — Мне очень жаль, но сегодня утром Виктор Андреевич скончался. Женщина побледнела. Несколько секунд она просто смотрела на него, будто не понимая смысла слов. — Нет... Она покачала головой. — Нет, этого не может быть... Белов молчал. В такие моменты говорить обычно было нечего. Женщина медленно опустилась на стул. — Как?.. — Предварительно — внезапное ухудшение здоровья. Точную причину установят врачи. Крис заметил, что Белов специально не стал говорить про расследование и подозрения. Женщина закрыла лицо руками. Прошло около минуты, прежде чем она смогла взять себя в руки. — Что вы хотите узнать? Белов достал блокнот. — В последние дни муж вёл себя необычно? Она сразу подняла голову. — Да. Крис и Белов переглянулись. — Расскажите подробнее. — Последние недели он почти не спал. Всё время нервничал. Несколько раз возвращался домой очень поздно. — Говорил почему? — Нет. Она покачала головой. — Только повторял, что если всё получится, то скоро всё закончится. Белов записал её слова. — "Всё закончится"? — Да. Крис нахмурился. — Он кого-нибудь боялся? Женщина замолчала. Потом медленно кивнула. — Боялся. — Кого? — Не знаю. Она поднялась и подошла к серванту. Из ящика достала сложенный лист бумаги. — Неделю назад он оставил мне это. Белов осторожно взял листок. На нём было написано: "Если со мной что-нибудь случится, не доверяй людям из треста. Особенно..." Записка обрывалась. Будто Виктора кто-то отвлёк во время написания. Белов и Крис одновременно нахмурились. — Особенно кто? — тихо спросил Крис. Женщина покачала головой. — Он не успел закончить. Но затем она словно что-то вспомнила. — Подождите... Она подошла к книжному шкафу. — Перед уходом он сказал странную фразу. — Какую? — спросил Белов. Женщина посмотрела на них. — Он сказал: "Если придут люди из прокуратуры или следствия — покажи им красную папку." На кухне повисла тишина. Белов медленно поднял взгляд. — Где эта папка? Женщина уже достала красную папку и протянула Белову. Тот открыл её Документы. Среди них куча записей Белов усмехнулся — Ух ты.. как интересно.. Он вытянул один из документов — "19.07.85. Поставщик Сергей Назарченко привёз новую партию цемента. Крис посмотрел на него — И чё? Белов посмотрел на него — И то, Лазарев. Тут мелким шрифтом написано "Амфетамин". А это у нас что? Правильно! Наркотики! Крис взял лист и внимательно посмотрел. — Погоди. Белов поднял бровь. — Что ещё? — Не обязательно. — В смысле? Крис ткнул пальцем в строчку. — Если это записи инженера, а не официальные документы, то надо сначала понять контекст. Может быть, это кодовое обозначение. Может быть, его личные пометки. Может быть, действительно наркотики. Белов несколько секунд смотрел на него. — Ты сегодня решил стать голосом осторожности? — Кто-то же должен. Женщина растерянно переводила взгляд с одного на другого. — О чём вы вообще говорите? Белов закрыл папку. — Пока что — о возможных нарушениях на работе вашего мужа. Он снова открыл документы и начал листать дальше. Там были таблицы поставок, фамилии, даты, номера машин. На нескольких страницах одни и те же фамилии были обведены красным карандашом. — Назарченко... Соколов... Гришин... — пробормотал он. Крис заглянул через плечо. — Это те же фамилии, что были в блокноте на складе. — Именно. Ещё через пару страниц Белов неожиданно остановился. — Вот это уже интересно. На листе был список грузовиков. Рядом с каждым стояли две цифры. Первая — объём цемента по документам. Вторая — объём, который Виктор записал от руки. Разница иногда доходила до десятков тонн. — Хищение? — спросил Крис. — Возможно. — Или подмена груза. Белов кивнул. — Тоже возможно. Он перелистнул страницу. И тут оба замолчали. На следующем листе была схема склада. Того самого склада. С отмеченной потайной комнатой. А рядом стояла подпись: "Товар хранится здесь до отправки. Директор знает." Белов медленно поднял взгляд. — Если это правда, то у нас уже не просто странная смерть инженера. — А организованная схема, — закончил Крис. Женщина побледнела. — Вы хотите сказать, что Виктора убили? Белов аккуратно закрыл папку. — Нет. Он сделал паузу. — Я хочу сказать, что пока мы этого не знаем. Крис посмотрел на документы ещё раз. Теперь дело выглядело гораздо серьёзнее, чем утром во дворе. Началось всё с человека, которого поспешили назвать самоубийцей. А теперь перед ними лежали записи, которые могли вывести на крупное преступление. И где-то среди этих бумаг, вероятно, находился ответ на вопрос: что именно узнал Виктор перед своей смертью.