Болезнь

Крис вернулся и пошёл к Белову. — Ты как? Белов посмотрел на него — Если бы не ранение в печень.. Было бы лучше.. Крис усмехнулся — Спасибо.. что.. спас.. Тот сквозь кашель засмеялся — Не стоит.. Я вообще хотел кое что сказать... Я знаю кто Арлекин... Пока вы там выёбывались.. Я уже давно понял кто он.. и где он.. Крис резко остановился. — Что?.. Белов медленно выдохнул, морщась от боли, и чуть приподнялся на койке. — Я сказал… я знаю. Он помолчал, собираясь с силами. — Не на сто процентов доказано. Но… картинка сложилась. Крис нахмурился. — Говори нормально. Белов посмотрел на него прямо. — Всё, что происходит… слишком “правильно”. — Каждый шаг — как будто нам его дают, но так, чтобы мы думали, что сами дошли. Он закашлялся, сжал бок. Крис напрягся. — И? Белов продолжил тише: — Арлекин не прячется так, как обычные преступники. — Он не уходит от нас. — Он нас ведёт. Крис медленно сел рядом. — Куда? Белов усмехнулся. — В одно место, где следствие всегда заканчивается одинаково. Пауза. — В точку, где мы либо ломаемся… либо начинаем делать его работу сами. Крис сжал кулаки. — Это не ответ. — Я и не закончил. Белов посмотрел в потолок. — Он не один. Крис напрягся ещё сильнее. — Это мы уже поняли. — Нет. Белов повернул голову обратно. — Я про другое. — Он не просто группа. Пауза. — Он — роль. Крис нахмурился. — Объясни. Белов медленно произнёс: — Арлекин — это не человек, которого мы ищем. — Это имя, которое передают дальше. Крис замер. Белов продолжил: — И тот, кого вы все считаете “главным”, может быть просто следующим, кто наденет маску. Тишина повисла тяжёлая. Где-то в коридоре раздались шаги врачей, но в комнате это звучало как шум из другой реальности. Крис тихо спросил: — Тогда кто первый? Белов посмотрел на него и чуть улыбнулся, уже без шутки. — Вот это я и собирался сказать. — Но, похоже… Он закрыл глаза на секунду. — Я опоздал сказать это кому-то живому. Крис нахмурился — Говори.. Белов усмехнулся — Ты не поверишь мне сначала.. но.. это.. Демченко.. Крис резко поднялся. — Ты сейчас серьёзно? Белов чуть поморщился, пытаясь не дернуться от боли. — Я знаю, как это звучит. Крис сжал челюсть. — Это звучит как бред. Белов кивнул. — Да. Поэтому я и не говорил сразу. Он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Смотри не на человека. Смотри на цепочку. Крис замер, но слушал. Белов продолжил: — Демченко всегда первый на месте. — Всегда знает чуть больше, чем должен. — Всегда “успевает” до того, как информация официально проходит по системе. Крис нахмурился сильнее. — Это просто опыт. — Опыт не объясняет, откуда он знал про перевозку Лины раньше оформления. Пауза. Крис ничего не ответил. Белов тихо добавил: — И ещё одно. — Когда на нас вышла Екатерина… кто первым подтвердил её “чистоту”? Крис вспомнил. — Демченко… Белов кивнул. — А теперь вспомни, кто вообще привёл нас к ней. Тишина повисла плотнее. Крис медленно произнёс: — Ты говоришь, он ведёт нас? Белов не стал утверждать напрямую. — Я говорю, что он всегда стоит там, где начинается следующий шаг. Крис резко отвернулся. — Это слишком просто. Белов хрипло усмехнулся. — Нет. — Это как раз слишком удобно, чтобы быть случайностью. Пауза. В коридоре послышались шаги. Крис посмотрел на дверь. И впервые за всё время разговор перестал быть теорией. Потому что в любой момент в неё мог зайти тот, о ком они сейчас говорили. Крис вышел.. и пошёл к Бокову с Волковым. Волков уже собирался, как и Боков — О.. вернулся. Как там жена? Крис усмехнулся — Нормально.. У меня есть для вас кое что.. Боков застегнул куртку и остановился. — Давай. Волков тоже повернулся, уже настороженно. Крис на секунду замялся, будто подбирая слова. — Белов сказал странную вещь. Боков хмыкнул. — Он вообще много странного говорит после ранения. Крис покачал головой. — Не в этом дело. Он посмотрел прямо на них. — Он сказал, что знает, кто такой Арлекин. Волков прищурился. — И? Крис продолжил: — И назвал Демченко. Тишина в комнате стала ощутимой. Боков сначала даже не отреагировал — просто медленно выдохнул. — Нет. Коротко. Жёстко. Волков не отвёл взгляд от Криса. — Он объяснил? Крис кивнул. — Логика есть. Слишком много совпадений. Слишком быстрое знание информации. Он всегда “первый” там, где всё начинается. Боков усмехнулся, но без радости. — Это не логика. Это паранойя с раненым свидетелем. Волков медленно снял перчатки. — Или наблюдение. Боков резко повернулся к нему. — Ты тоже туда? Волков не ответил сразу. Потом спокойно сказал: — Я туда, где есть проверяемые факты. Он посмотрел на Криса. — А у нас их нет. Крис напрягся. — Тогда что? Волков коротко выдохнул. — Тогда у нас есть версия, которая либо развалится за пять минут… — либо станет самой опасной в этом деле. Боков зло усмехнулся. — И что, мы сейчас идём брать Демченко? Волков посмотрел на него прямо. — Нет. Пауза. — Мы идём и делаем вид, что ничего не произошло. Он взял ключи. — Потому что если Белов прав хоть на один процент… — Демченко уже знает, что мы о нём думаем. И в этой фразе не было ни обвинения, ни уверенности. Только холодное понимание, что теперь в их группе появился вопрос, который нельзя задавать вслух. Боков вдруг сказал — Так это не Демченко, сам посуди. Почерк на бумажках которые оставлял Арлекин не его. Волков, фоторобот от Дениса тоже не сходиться с Демченко. Белов пиздабол просто. Да и Демченко не зверь. Волков задумался — Посредники Боков встал — Если бы были посредники почерк на бумаге был бы разный! Понимаешь? Волков закурил — И то верно.. Сомнений в том что Денис предоставил нам действительный фоторобот Арлекина у меня нет.. Волков медленно выдохнул дым, глядя в пол. — Тогда остаётся вариант, который никому не нравится. Боков нахмурился. — Ну говори уже. Волков поднял взгляд. — Он умеет менять “лицо” не только физически. Пауза. Демченко на секунду промелькнул в их разговоре как мысль, но Волков не стал её развивать. — Документы, доступы, маршруты… всё идёт через разные руки. — И ни одна из них не выглядит как центр. Крис медленно добавил: — Как будто центр специально не существует. Боков фыркнул. — Или он есть, но мы ищем его как человека. Волков кивнул. — А он может быть системой решений. Тишина стала плотнее. Боков прошёлся по комнате. — Ладно. Тогда объясняю проще. Он остановился. — У нас есть фоторобот. — Есть описание. — Есть Денис, который его видел. Он посмотрел на Волкова. — И это всё не сходится в одного человека. Волков спокойно ответил: — Потому что это не один человек. Крис сразу возразил: — Но ты сам говорил — не группа. Волков кивнул. — И не группа в классическом смысле. Пауза. — Это набор ролей. Он затушил сигарету. — Сегодня один “Арлекин” работает в форме. — Завтра другой даёт записку. — Послезавтра третий наблюдает за нами и корректирует наши шаги. Боков прищурился. — Координация. — Да. Волков посмотрел на них. — Но не через начальство. — Через понимание нас. Крис тихо: — Значит он не просто знает, что мы делаем… — Он понимает, как мы думаем. И на этот раз никто не стал спорить. Потому что это объясняло слишком многое. И делало их не просто следователями. А частью чьего-то эксперимента, который уже давно начался без их согласия. Боков сел — Но это не Демченко. Посуди, сука, Демченко всё время с нами! Будь он Арлекином, он бы давно ошибся! Сколько знаю Демченко он никогда на такое не пошёл бы. Ему это не зачем! Я вам сука слово даю, это не Демченко! В кабинет как раз зашёл Демченко — О, вы всё ещё тут! Я как раз кофе купил, у нас кончилось. И да, если хотите думать что я Арлекин, Думайте, но я не он. Я слишком чист. В комнате на секунду стало тихо так, будто воздух выключили. Боков медленно повернул голову. — Ты слышал? Демченко спокойно поставил стаканчики кофе на стол. — Слышал. Волков не дёрнулся, но взгляд стал внимательнее. — И что скажешь? Демченко пожал плечами. — Скажу, что вы сейчас находитесь в той стадии дела, когда начинаете жрать друг друга вместо того, чтобы искать. Он открыл папку с бумагами, которую принёс с собой. — Это нормально. Паника, недосып, давление. Крис внимательно смотрел на него. — А “слишком чист” — это что? Демченко усмехнулся. — Это цитата. — От кого? — От людей, которые меня проверяли, когда я сюда пришёл. Боков хмыкнул. — Удобно. Демченко кивнул. — Очень. Он сел на край стола, спокойно, без напряжения. — Хотите честно? Все посмотрели. — Если бы я был “Арлекином”, как вы это называете… Он сделал паузу. — Я бы точно не сидел здесь сейчас и не приносил вам кофе. Тишина. Волков медленно спросил: — А что бы ты делал? Демченко посмотрел на него ровно. — Я бы уже знал, что вы обо мне думаете. Пауза стала тяжелее. Он взял один стакан кофе и отпил. — И использовал бы это. Боков медленно выдохнул. — Вот поэтому я и говорю — это не он. Крис тихо добавил: — Или он слишком хорошо играет свою роль. Демченко поставил кофе обратно. — Или вы уже давно не отличаете роль от человека. Он встал. — Ладно. — У нас есть работа. Санаторий, женщина, допросы, крыса или не крыса — потом разберётесь. Он направился к двери, но остановился. Обернулся. — И ещё. Пауза. — Если вы хотите искать монстра, ищите действия. — Не лица. И вышел. В комнате снова стало тихо. Но теперь тишина была другой — не от страха. А от того, что каждый из них впервые начал сомневаться уже не в других. А в том, на что вообще можно опереться в этом деле. По рации Демченко резко передали — В санатории найден труп девушки. Предположительно лет 18 19, рост 167, описать тело тяжело так как над ним очень зверски поиздевались. В комнате будто выключили звук. Боков медленно опустил руку с сигаретой. Волков уже стоял. Крис застыл на месте. Демченко, который только что вышел, резко обернулся обратно в дверь. — Повтори. Рация хрипнула: — Подтверждаю. Санаторий. Женщина. Следы насилия. На месте группа уже работает. Ждём вас. Короткий щелчок. Тишина. Боков первым выдохнул: — Мы опоздали? Волков уже надевал куртку. — Пока не знаем. Крис сжал кулаки. — Это может быть не она… Демченко резко шагнул вперёд. — Или это вообще не связано. Волков посмотрел на него. — Всё связано. Пауза. — Вопрос только как. Боков коротко выругался. — Сука… только пришли оттуда. Демченко уже тянулся к рации. — Выезжаем. Крис остановился. — А если это ловушка? Волков ответил сразу, не думая: — Тогда мы уже в ней. И вышел первым. За ним — Боков. Демченко замкнул. И впервые за всё расследование у них появилось неприятное ощущение, что каждый их шаг не просто предугадывают. А заранее подготавливают последствия этих шагов. Они приехали. А на месте был труп. Руки с ногами отрезаны от тела. Грудь вспорота до живота, глаза и язык так же отсутствовали. Боков не в силах на это смотреть отвернулся — СУКА.. Как такое можно делать блять? Волков подошёл к одному из милиции — Время смерти? Личность? Тот ответил — Судя по телу время смерти предположительно 5 6 часов назад. Личность.. Сестра Белова. Белова Анастасия. И кстати, на заметку, мы проверили документы с начала дела.. Убитую мать пропавшего мальчика тоже звали Анастасия, как и тело на дереве. Волков на секунду не ответил. Просто стоял. Потом медленно выдохнул и закрыл глаза. Боков резко повернулся. — Ты сейчас что сказал?.. Милиционер сглотнул. — Сестра Белова… Анастасия Белова. Пауза. — И… по документам из предыдущих эпизодов… мать пропавшего ребёнка тоже Анастасия. Фамилии разные, но имя совпадает. Крис побледнел. — Это… не совпадение. Демченко медленно опустил рацию. — Или это подмена личности. Боков резко шагнул вперёд. — Да какая нахрен подмена, ты видел, что с телом сделали?! Он махнул рукой в сторону. — Это не просто убийство, это… Он не договорил. Слова не складывались. Волков наконец открыл глаза. — Это не эмоция. Все повернулись к нему. Он смотрел на тело спокойно. Слишком спокойно. — Это сообщение. Крис тихо: — Кому? Волков медленно перевёл взгляд на них. — Нам. Пауза. — Имя “Анастасия” повторяется не случайно. Боков выдохнул. — Ты хочешь сказать… Волков перебил: — Я хочу сказать, что он не просто убивает людей. Он делает систему. Демченко нахмурился. — Какую систему? Волков посмотрел на тело ещё раз. — Связей. — Узлов. Пауза. — Он связывает всех, кто хоть как-то касается расследования. Крис резко: — Тогда почему именно сейчас? Волков ответил сразу: — Потому что мы подошли слишком близко. Боков тихо выругался. — И что теперь? Волков развернулся к ним. — Теперь он показывает, что может дотянуться до любого из нас. Пауза. — Даже если мы думаем, что кого-то “защитили”. В этот момент стало особенно понятно: это уже не расследование похищения. Это была демонстрация контроля. И они только что увидели её самый жестокий уровень. Боков посмотрел на тело — Сука.. фу боже.. блять.. Он ещё и выебал её сначала, потом убил и разхуячил тело. Фу бля.. Накройте чем то, смотреть тошно. Крис задумался — Почему именно Насти?.. Боков резко повернулся к Крису. — Не начинай сейчас в это уходить. Крис не отреагировал сразу, взгляд всё ещё был прикован к месту, где лежало тело, накрытое тканью. — Я не ухожу… я просто пытаюсь понять. Демченко подошёл ближе, проверяя периметр. — Понять можно потом. Сейчас важно другое — кто мог знать, что именно эти люди вообще связаны. Волков стоял чуть в стороне, молча наблюдая за работой экспертов. Потом спокойно сказал: — Он выбирает не случайно. Боков фыркнул. — Да мы уже поняли, спасибо. Волков продолжил, не реагируя на тон: — “Анастасия” уже звучала три раза. Пауза. — Мать ребёнка. — Жена. — И теперь сестра. Крис медленно повернулся. — И все они… Волков кивнул. — Узлы вокруг одного человека. Боков нахмурился. — Криса. Тишина стала тяжелее. Крис резко ответил: — Это не имеет смысла. Зачем мне это всё подсовывать? Волков посмотрел на него прямо. — Не тебе. Пауза. — Нам. Демченко сжал рацию сильнее. — Он не давит на одного человека. — Он ломает всю группу через него. Крис тихо: — Тогда почему не убить меня? Боков резко: — Потому что мёртвый ты неинтересен. Он выдохнул, уже злее. — Живой ты — рычаг. Волков наклонился к следователю рядом. — Есть что-то ещё на месте? Тот замялся. — Есть… символ. — Где? — На внутренней стороне одежды. Рядом с швом. Волков кивнул. — Покажите. Эксперт открыл пакет с уликами. На ткани был аккуратно выведен знак — не имя, не слово. Просто маленькая, неровная метка, будто поставленная вручную. Боков нахмурился. — Что это? Волков долго смотрел. Потом тихо сказал: — Это не подпись. Пауза. — Это отметка “проверено”. Крис медленно выдохнул. — Проверено кем? Волков не ответил сразу. И это молчание было хуже любого ответа. Потому что впервые стало ясно: кто-то не просто убивает. Кто-то отмечает результат, как будто ведёт учёт выполненных шагов. Боков сел на пол — Сука.. такими темпами мы Арлекина вообще не поймаем. Никак. Нужна какая то деталь.. надо что то.. сука.. Он же должен как то ошибиться.. Волков не стал спорить сразу. Просто присел рядом на корточки, посмотрел на накрытое тело и сказал ровно: — Он уже ошибается. Боков поднял голову. — Где?! Волков кивнул в сторону экспертов. — Он оставляет слишком много связей. Демченко подошёл ближе, хмурый. — Это не ошибка. Это демонстрация. Волков продолжил: — Но любая демонстрация требует стабильности. Он не может держать всё идеально, если система растёт. Крис медленно опустился на ступеньку рядом. — То есть ты хочешь сказать… он начнёт путаться? Волков кивнул. — Не “начнёт”. Уже начал. Боков скривился. — Мы это как поймём? Волков достал сигарету, но не закурил сразу. — Несостыковки. Он загнул палец. — Первое: одно имя — Анастасия — на разных ролях. Второй палец. — Второе: разные исполнители, но один почерк символа. Третий. — Третье: слишком точные попадания в личные связи. Он посмотрел на всех. — Это не идеальный контроль. Это попытка удержать слишком много одновременно. Демченко нахмурился. — И где он сорвётся? Волков затянулся. — Там, где ему придётся выбирать между логикой и срочностью. Боков поднялся с пола. — Или там, где мы перестанем реагировать так, как он ожидает. Крис поднял взгляд. — То есть перестать быть “следователями по его сценарию”? Волков кивнул. — Да. Он затушил сигарету. — Он играет с нашими реакциями. — Значит нужно ломать реакцию. Демченко усмехнулся без радости. — Красиво звучит. Только как? Волков посмотрел на тело ещё раз. — Перестать бежать туда, куда он нас толкает. Пауза. — И начать ждать, где он сам появится. Боков коротко выдохнул. — Засада? — Не совсем. Волков поднялся. — Скорее… отказ двигаться по его маршруту. Крис тихо добавил: — Тогда он либо покажется… — либо начнёт делать ошибки быстрее. Волков кивнул. — В любом случае — у нас появится то, чего сейчас нет. Боков прищурился. — Время? Волков ответил просто: — Контроль. И впервые за долгое время это слово прозвучало как цель, а не как иллюзия. По рации Демченко резко передали — Внимание, важное оповещение, к вам приезжает комиссия из Киева. Рация треснула, и голос прозвучал почти не к месту — слишком буднично для того, что происходило вокруг: — Внимание. Важное оповещение. К вам направляется комиссия из Киева. На секунду никто даже не среагировал. Потом Боков медленно повернул голову. — Комиссия?.. сейчас?.. Демченко нахмурился, уже переключаясь в рабочий режим. — В самый момент, да. Волков выдохнул через нос. — Плохо. Крис посмотрел на них. — Почему плохо? Волков ответил сразу: — Потому что это ломает нам темп. Демченко добавил: — И заставляет нас тратить время на отчёты вместо поисков. Боков раздражённо прошёлся вдоль машины. — Да кому вообще сейчас до комиссии, у нас трупы по всему делу и ребёнок неизвестно где! Волков спокойно посмотрел на него. — Вот именно поэтому они и едут. Пауза. — Когда система начинает шуметь, сверху всегда приезжают “разобраться”. Крис напрягся. — И что они будут делать? Демченко коротко усмехнулся. — Смотреть бумаги. — Спрашивать “почему нет результатов”. — И мешать работать. Боков зло выдохнул. — Сука… Волков посмотрел в сторону санатория. — Или… Все повернулись к нему. Он продолжил: — Или это не случайность. Тишина. Крис тихо: — Ты думаешь, это связано? Волков кивнул. — Если Арлекин работает через систему ролей и людей… — то комиссия — идеальный способ перехватить управление сверху. Демченко нахмурился. — Или ограничить нас. Боков резко: — Или прикрыть кого-то. И на этом моменте разговор резко стал другим. Потому что “комиссия” перестала быть просто бюрократией. Она стала ещё одним неизвестным игроком, который появился ровно тогда, когда они начали приближаться к ответам. На улице уже была темень. Боков сказал — Так.. Ладно... Крис, иди домой. А мы тут сами разберёмся, и обещаем.. Я клянусь собой, ребёнка твоего найдём, и ничего с ним не случится! Будет цел и невредим! Крис несколько секунд молчал. После всего, что произошло за последние дни, слова звучали почти нереально. — Жень... Он посмотрел на Бокова. — Ты не можешь этого обещать. Боков хотел возразить, но Крис покачал головой. — Не потому что ты не хочешь. — А потому что мы не знаем, что будет через час. Тишина. Волков посмотрел на Криса внимательнее. — Он прав. Боков недовольно цокнул языком. — Да знаю я. Он провёл рукой по лицу. — Просто... я уже заебался смотреть, как этот урод проходит на шаг впереди. Крис впервые заметил, насколько Боков выглядит уставшим. Не злым. Не грубым. Просто уставшим. Демченко поправил воротник куртки. — Домой всё равно иди. — Толку от тебя сейчас здесь мало. — Не выспался, голова забита, жена после родов. Крис усмехнулся. — Спасибо за мотивацию. — Обращайся. Волков достал сигарету. — И ещё. Крис посмотрел на него. — Сегодня никому не открывай дверь. — Даже если покажут удостоверение. — Даже если назовут правильные имена. — Даже если скажут, что их прислал Боков. Улыбка у Криса исчезла. — Настолько? Волков кивнул. — Настолько. Боков подошёл ближе и положил руку ему на плечо. — Мы выставим людей возле дома. — И возле роддома тоже. — А ты побудь с семьёй. Пауза. — Сейчас это важнее любого протокола. Крис посмотрел сначала на Волкова, потом на Демченко и Бокова. Потом кивнул. — Хорошо. Он уже направился к машине, когда за спиной снова треснула рация. Но на этот раз никто сразу не ответил. Потому что у каждого появилось одно и то же ощущение: комиссия из Киева ещё даже не приехала. А спокойствие уже закончилось.