Do I wanna know?

Пока Кинг стоял в ванной и приводил себя в порядок, в дверь постучали. - Гаал, Кинг! Открывайте дверь и объяснитесь, пожалуйста! Судя по голосу, это был Инфернус. Гаал тяжело вздохнул и пошел открывать дверь. В номер сразу же ввалились Инфернус с Фростом. -Где Кинг? Спросил Инфернус, разглядывая комнату. В это же время, басист вышел из ванной комнаты. Мужчины посмотрели на него. Парень опустив свой взгляд, тихо выдохнул и подошёл ближе к ним. Фрост и Инфернус переглянулись, они поняли, что парень плакал, и похоже, очень сильно. - Кинг, как ты? Поинтересовался барабанщик. Басист сжал края футболки и осторожно поднял свой взгляд. - Всё в норме.. Голос предательски дрогнул. - Простите меня.. Я не должен был говорить тех слов, тем более перед камерами.. Парень закусил губы и снова опустил взгляд. Гаал положил руку на плечо басиста, давая понять, что рядом. - Кинг, ты поступил очень плохо. Почему не сказал нам, что хочешь уйти из группы? Почему оставил нас одних? Инфернус звучал не рассерженно, а скорее обиженно. - Простите.. Я понимаю, что подвёл вас. Мне нужно было поговорить с вами, а не вываливать всё так. Фрост подошёл ближе. -Кинг, пожалуйста, объясни, что происходит. Нам нужно хотя бы одно оправдание разбитой камере. Парень поднял взгляд. - Разбитой камере?.. - Именно! Вмешался Инфернус. - Когда Гаал пошёл за тобой, я и Фрост вернулись в ту комнату и сказали чёртову журналюге удалить все кадры. Он на удивление быстро согласился. Но Фрост вовремя заметил, что пропала одна из камер. Фрост продолжил: - Да, я спросил, где камера, а тот мужик начал отнекиваться. Инфернус схватил его, а я начал искать камеру. Когда я нашёл её, мужик начал вырываться. Я разозлился и "случайно" швырнул её об стену. На всякий случай, мы забрали с собой все флешки. Так что будь уверен, что никто об этом не узнает. Кинг слушал их рассказ и его глаза медленно расширялись от удивления. Он не ожидал такой реакции. Парень думал, что они будут злиться, кричать, обвинять его во всех смертных грехах, но вместо этого они просто уничтожили записи о произошедшем. Осознание этого факта обрушилось на него тяжелой волной, смешанной с виной и благодарностью. - Вы.. Вы сделали это для меня? Тихо спросил он, и в его голосе снова зазвучали слезы. -А для кого же ещё? Мягко, но твердо ответил Инфернус. Мы сделали это для тебя, для группы. А ты - часть группы. По крайней мере, до этого дня я так считал. Кинг вздрогнул. Эта фраза больно кольнула. - Я.. Я не знаю, что на меня нашло.. Прошептал он, обхватив себя руками. - Все навалилось разом.. Усталость, давление, постоянное чувство, что я не дотягиваю до вашего уровня.. Я смотрел на вас троих и понимал, что я самое слабое и бесполезное звено. Мне казалось, что я всех вас тяну на дно.. - Что за чушь ты несешь? Фрост нахмурился, его спокойствие начало давать трещину. - Слабое звено? Кинг, ты лучший басист из всех, кого я знаю! Твои партии - это основа нашего звучания! - Фрост прав. Поддержал его Гаал, слегка сжимая плечо Кинга. - Мы разве давали тебе повод так думать? - Именно! Инфернус влился в разговор. - Почему ты не поговорил с нами? - Я боялся.. Признался Кинг, поднимая на них полные сожаления глаза. - Боялся, что вы подтвердите мои догадки. Скажете, что да, я действительно не справляюсь. Мне было проще сбежать, чем услышать это от вас. А вчера.. этот журналист.. Он задавал такие вопросы.. И я просто сломался. В комнате повисла тяжелая тишина. Инфернус долго смотрел на Кинга, его лицо было непроницаемым, но во взгляде читалась буря эмоций. Наконец, он сделал шаг вперед. - Значит так. Его голос прозвучал властно, не терпя возражений. - Во-первых, ты никуда не уходишь. Это даже не обсуждается. Во-вторых, с этого момента ты прекращаешь заниматься самокопанием и накручивать себя. Если у тебя есть проблема, ты приходишь к нам. К любому из нас. И мы решаем эту проблему вместе. Понял? Кинг ошеломленно кивнул, не в силах вымолвить ни слова. - И в-третьих. Продолжил Инфернус, его тон немного смягчился. - Мы все устали. Этот тур был чертовски тяжелым! Послезавтра мы возвращаемся в Норвегию, и берем перерыв. Нормальный перерыв. Минимум на 2-3 недели, чтобы все пришли в себя. И ты, Кинг, отдохнешь в первую очередь. Он подошел почти вплотную и, к всеобщему удивлению, неуклюже приобнял басиста. - Только попробуй еще раз выкинуть что-то подобное, и в следующий раз об стену разобьётся не камера, а твоя голова. Несмотря на угрозу, в его словах было столько заботы, что Кинг не выдержал. Он уткнулся лицом в плечо гитариста, и его плечи затряслись в беззвучных рыданиях. Гаал и Фрост подошли и тоже обняли их, создавая вокруг басиста живой щит. В этот момент они были не просто собратьями по группе. Они были семьей. Когда рыдания Кинга утихли, он отстранился, вытирая покрасневшие глаза тыльной стороной ладони. На его лице все еще читалась растерянность, но теперь к ней примешивалось что-то новое – робкая надежда. - Я.. Я не знаю, как вас благодарить.. Прошептал он, его голос все еще был тихим и дрожащим. - Я думал, вы меня возненавидите.. - Возненавидем? Фрост усмехнулся, но в его глазах не было и тени злости. - Кинг, ты наш басист. Ты часть gorgoroth. Мы не можем просто так от тебя отказаться. Ты сам сказал, что тебе нужно было поговорить. И вот мы здесь, чтобы поговорить. - И ты будешь говорить. Добавил Инфернус, его взгляд стал более мягким. -Обо всем. Без утайки. Мы хотим знать, что тебя гложет. И мы поможем. Гаал кивнул, его рука все еще покоилась на плече Кинга, словно якорь. -Мы прошли через многое вместе. И это не конец. Это просто.. Трудный этап. Который мы преодолеем. Вместе. Басист посмотрел на каждого из них, на их искренние лица, на поддержку, которую они ему оказывали. Он увидел не обвинение, а понимание. Не гнев, а заботу. И впервые за долгое время почувствовал, что его слабость не делает его хуже, а лишь показывает, что он человек. - Хорошо. Сказал парень, его голос стал увереннее. -Я расскажу.. Все расскажу. Кинг сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. Слова начали выходить, сначала робко, потом все более уверенно. Он говорил об усталости от постоянных гастролей, о давлении окружающих, о страхе не соответствовать ожиданиям. Басист говорил о том, как чувствовал себя изолированным, даже находясь среди них, потому что боялся показать свою уязвимость. Он говорил о том, как однажды, после особенно тяжелого концерта, он почувствовал себя совершенно опустошенным, и ему показалось, что он больше не может играть. О своих чувствах к Гаалу, парень решил промолчать. Мужчины слушали внимательно, не перебивая. Они видели, как тяжело парню даются эти слова, и давали ему пространство, чтобы выговориться. Когда он закончил, в комнате снова повисла тишина, но на этот раз она была другой - наполненной пониманием и принятием. - Ты не один, Кинг. Произнёс Фрост. - Никогда не забывай об этом. Мы все через это проходили. И будем проходить. Вместе. Гаал улыбнулся. - А теперь, когда мы все прояснили, может, закажем пиццу? Я чертовски голоден! Фрост и Инфернус рассмеялись. -Я согласен! Что мы тут нюни распустили? Со вчерашнего вечера ведь ничего не ели! А ты, Кинг, ты ведь за весь день ничего и не съел. Лишь пил дешёвое бухло. Инфернус изобразил вид, будто его сейчас стошнит. Парень посмотрел на них, и на его губах появилась слабая, но искренняя улыбка. Он чувствовал, как тяжесть, давившая на него так долго, начинает отступать. Он все еще был уязвим, но теперь он знал, что у него есть люди, которые готовы принять его таким, какой он есть. И это было самым важным. -Пицца звучит отлично. Оветил он, и в его голосе уже не было и следа дрожи. Инфернус кивнул, его взгляд смягчился. - Вот это уже другое дело!