Роль троллей

Тролли заставляют Анну изменить Гансу с Кристофом, да, и как бы, дикий народец, все дела, но... никому не кажется это подозрительным? Во-первых, где и когда положительные персонажи ещё склоняли к измене другого положительного персонажа так, будто это не просто правильно, а то, что и нужно, и так, будто это что-то не аморальное? Во-вторых, они это говорят Анне, которая ещё и персонаж "сильная девушка", и разве можно указывать сильной девушке, с кем связывать свою жизнь? В-третьих, а спросить эту сильную девушку не надо, хочет ли она быть с этим парнем, что ей предлагают, у нас как бы, не каменный век, и если заведомо положительные персонажи толкают в койку к девушке, положительному персонажу, левого парня, без спроса, то это отвратительный проступок. Сам факт того, что Анне на пустом месте предлагают, как товар, мужика из их компашки, чтобы она изменила с ним своему жениху (и сам факт того, что как только узнали о наличии жениха, старались впарить ей Кристофа ещё более навязчиво), это не действия положительных персонажей, ещё и всем скопом, словно просто давят, ещё и подчёркивают своей песней "бери, что дают" и женят их. Приятно в этой сцене только одно - вся эта сцена выглядит как глупый фарс. И, получается, что дело не в том, что мужик не нужен, а в том, что одного ты заменишь вторым, второго своей сестрой, а после и ей можно изменить с кем-то, кто лучше и кого подороже продадут, так что ли? Скорбь - этим манипулировал Кристоф. Он не делает предложение принцессе, он делает предложение королеве. Пока Анна с полным раздраем на душе, когда она не в себе. И, вот что бы было, если б Анна всё спокойно взвесила, и повела себя действительно взросло? Она бы честно сказала, что королева - это не для неё, нашла бы дальнего родственника, мальчонку или девчушку ещё где-нибудь, назначила бы преемником, а сама ушла бы в рыцари, зная, что именно этого ей хочется самой. И какое наглое насмехательство - во второй части у Рунарда есть один рыцарь-девушка, то есть, Аренделл берёт девушек в рыцари, так почему Анне в этом было отказано, почему ей (сценаристы) не дали и попытаться? А вот почему. Если на троне будет кто-то другой, Кристоф и тролли не смогут и на шаг приблизиться к власти. Всё свелось бы к тому, что в скором времени Кристоф бы закрыл свою лавочку с предложением и кольцом, сказав, что они с Анной не подходят друг другу, а "эксперты" ошиблись. Рыцарем она ему ни к чему, он не сможет показать себя на её фоне, рыцарем она будет значительно затмевать его. У троллей нет зеркала, с которого и начались все конфликты оригинала, их много, они неприятны на вид, и у них есть приёмыш. А ещё, фигуры «Снежная Королева» и «Герда» (забавно, что роль Снежной Королевы у Эльзы только в снежной магии, больше она ей ни в чём не соответствует и имеет ещё одну роль. Роль Герды Анна делит с Гансом, ибо они оба отзывчивые и защитники. А роль Кая Ганс разделяет с Эльзой, как те, кто нуждаются в спасении. С Эльзой понятно, а Ганс жаждет спасения, в плане «я маски на себя надевал, но с тобой я собой был», спасение Ганса есть возможность просто быть собой, и до Анны у него так не было, его спасение – это Анна) взаимодействуют с ними напрямик. Разбойников здесь нет, удобного транспорта лишаются из-за погони волков. И получается занятная картина, ведь ни Королева, ни Герда не взаимодействуют в оригинальной истории с троллями напрямик. У троллей оригинала не было никакого приёмыша, а у кое-кого был. У разбойников, ну, не приёмыш, но отличающийся от них. Создатели ХС сами говорили, что для Кристофа был основой персонаж Маленькой Разбойницы. И всё встаёт на свои места. С разбойниками взаимодействует Герда, с Разбойницей тоже. Тролли здесь являются разбойниками (и теперь понятно, почему даже на концепт-артах они похожи на гопников и алкашей), Кристоф за Маленькую Разбойницу. Только, увы, не помогает ей на самом деле. Вопрос был не в измене или изнасиловании. Поцелуй мог вернуть Анну к жизни, времени было в обрез, хотя бы попытаться её поцеловать, потому что вдруг бы помогло, «положительный» Кристоф мог. Если у тебя на руках кто-то умирающий, а у тебя в кармане есть лекарство, что точно ему поможет, что ты знаешь, что поможет, но молчишь, это лицемерие. Будто хочешь, чтобы другие видели твою лживую скорбь, пока ты радуешься чьей-то гибели. Вот также и Кристоф. Мину печальную состроил, когда мог просто поцеловать, и всё, Анна в порядке. Но это не только лицемерие. Самый верный способ не попасться, это говорить правду. Тролли сказали «знак истинной любви». И это так, это был знак истинной любви, только трактовка размыта. Отсюда вывод, что Кристоф знал, что поцелуй не сработает, вот ему и было на руку. А то, поцелует, и у Анны уже есть доказательство, что любви нет, а значит, и рядом вертеться с ней не выйдет. Опять же, странно, что Кристоф просто говорит, что у неё уже есть другой. Она принцесса, на этот момент, наследница престола, так как на ней может жениться простой ледоруб? То есть, не будь у неё жениха, то получается, ледоруб может жениться на принцессе? Почему Кристоф не приводит как аргумент, что у них разные статусы, почему проблема только в «другом»? Ощущение, после всего, что будет после, что он лишь для вида их отговаривал, зная, что они уже устраняют для него Ганса. Тролли разлучили Анну с Гансом, что идеально ей подходит, подсунув Кристофа, который ей не нужен. Первая часть. В сиквеле Анну чуть ли не с мясом отрывают от Эльзы, её истинной любви, с которой было что навёрстывать, чтобы посадить её на место королевы, рядом с Кристофом.