Связь Альфы

Занавес пресс-конференции закрылся, оставив лишь эхо победы и правды, что была раскрыта. Внешний мир, возможно, бурлил от самой большой новости в индустрии развлечений за многие годы, но для двух человек в роскошном пентхаусе в сердце мегаполиса весь мир странно затих. Слышны были только стук колотящихся сердец и желание, что тлело, как вулкан, ждущий извержения. Признание Месы в любви перед всей страной и яростная, бесстрашная защита Рэй разбили последнюю цепь, что связывала их с прошлым и со страхом. Теперь ничто не могло стоять между ними. Ни стена льда, ни маска холодности, только их истинные «я» и сердца, обнаженные друг перед другом. Рэй смотрела на лицо Месы, все еще испачканное слезами переполняющих эмоций, изменившимся взглядом. Это больше не был взгляд, окрашенный болью или сдержанностью, но взгляд хищника, нацелившегося на вкусную добычу, которую он ждал десять лет. Одержимость, спрятанная в глубочайшей части ее разума, теперь была полностью освобождена и неконтролируема. — Ты знаешь, что ты наделала? — прошептала Рэй хриплым и глубоким голосом. Она нежно держала лицо Месы, глядя глубоко в ее красивые карие глаза. — Ты выпустила зверя, которого я держала в клетке всю свою жизнь. Меса не ответила. Она лишь улыбнулась Рэй нежно и подалась вперед, чтобы поцеловать альфу мягко, словно полное разрешение и капитуляцию. И этого было достаточно для Рэй. Она снова подхватила Месу на руки, как невесту, но на этот раз это было наполнено жестокостью и грубым желанием обладать. Она не направилась в спальню, но зашагала прямо к большому письменному столу из тикового дерева посреди своего кабинета, который был подобен трону власти и успеха. Рэй положила тело Месы на холодный стол, не слишком нежно. Документы и сценарии разлетелись по полу. Она не обращала на эти вещи никакого внимания. В ее глазах было лишь прекрасное тело омеги перед ней. — Сегодня я заставлю тебя понять глубину моей одержимости, — прорычала Рэй в горле, срывая одежду с Месы без пощады, обнажая ее красивое и желанное в каждой пропорции тело. Меса не сопротивлялась и не чувствовала ни малейшего страха. Напротив, она чувствовала возбуждение и разжигалась от этого грубого действия. Она знала, что это было истинное «я» альфы, которую она любила, желание, что было подавлено так долго, и она была готова принять это все. Рэй не начала со сладкого поцелуя или прелюдии. Она раздвинула ноги Месы с силой и бросилась к центру ее женственности сразу же. Она использовала свой горячий язык, как обезумевшее, голодное дикое животное. Это больше не было пробуждением, а лаканием и лизанием без конца. Она облизывала всю любовную бороздку и глубокие части без отвращения. Грубое, животное прикосновение заставляло Месу чувствовать стыд и экстаз одновременно Она никогда не думала, что сможет испытывать такие сложные эмоции. — Ах... Рэй... это... грязно, — простонала Меса, не в силах сдержаться. — Для меня каждая часть тебя — самое прекрасное, — ответила Рэй, не поднимая взгляда. Она скользнула своими длинными, стройными пальцами в тесный любовный проход, что пульсировал и яростно сжимался. Ее пальцы скребли и разминали бугорок наслаждения жестко и быстро, без передышки. Меса громко стонала в кабинете. Она вонзала ногти в сильную спину, чтобы выпустить покалывающее ощущение, что бежало по ее телу. Это было чувство настолько сильное, что его было почти невозможно вынести. Но Рэй все еще не была удовлетворена. Она убрала лицо и пальцы, снова взбираясь на Месу сверху, прежде чем вставить свой горячий, твердый стержень, который был пугающе возбужден, до самого основания одним движением. — Ааааааргх! — закричала Меса во весь голос. Боль и наслаждение, что атаковали ее, были настолько сильны, что их было почти невозможно различить. Рэй не ждала, пока Меса приспособится. Она начала толкать свое тело безумно и без пощады. Быстрый и сильный ритм заставлял большой стол из тикового дерева вибрировать. Звук плоти, шлепающейся о плоть, поднимался в тяжелом, постыдном ритме, смешиваясь с хриплыми стонами Месы и рычанием наслаждения Рэй, становясь самой грубой и страстной песней любви. — Смотри на меня, Меса, — прорычала Рэй, приказывая ей. Она держала лицо Месы, чтобы заставить ее встретиться с ней глазами. — Смотри ясно, кто обладает тобой прямо сейчас! Меса посмотрела глубоко в черные как смоль глаза, что пылали огнем похоти, и увидела только одно: безумную любовь и желание владеть ею и только ею. Это зрелище лишь сделало ее более возбужденной и покорной. Она обвила руками шею Рэй и поцеловала ее в ответ столь же страстно. И наконец, когда волна эмоций достигла своего пика, тело Месы яростно содрогнулось. Она излила свой любовный сок по всему столу, в то же время как Рэй прорычала в последний раз и выпустила всю себя в тело Месы, пока не опустела. Они лежали, тяжело дыша, на столе, который теперь стал полем битвы любви. Их тела были испачканы потом и жидкостями любви, но это было самое прекрасное и совершенное зрелище в глазах друг друга. Ночь была еще длинна, и грубая песня любви игралась снова и снова в каждом углу пентхауса, будь то на диване, на кухне или даже на балконе с видом на ночной город. Это было освобождением всей одержимости, что была заперта так долго, и подтверждением того, что отныне каждая часть тела и души Месы принадлежала Рэй, полностью...