Незапланированный хаос в Монаковке

Первое, что услышал Кими — это были петухи. Солнце только начинало вставать, проглядывая сквозь окно, и луч падал на лицо спящего. — Кто-то может выключить будильник? — Кими продрал глаза и уставился на окно. И понял, что он не дома. — Божее… Он уткнулся лицом в подушку. Это слишком рано. И уснул обратно. Оскар даже не просыпался, когда в комнату зашёл Оливер. Тот посмотрел на спящих и решил пока их не будить, хотя очень хотелось. В деревне мало что происходит. Обычно это рутина: работа по дому, огород, иногда съездить в магазин, ну и погулять с местной компанией. Оливер тихо прикрыл дверь и спустился вниз, к родителям. — Что, они ещё спят? — Карлос лежал на диване в гостиной и смотрел маленький телевизор. — Да, — Оливер прыгнул к отцу на диван. — Мне они понравились. А вам? — Мне тоже. Спокойные, воспитанные. Главное, — Карлос сделал паузу. — Вот смотри: ты хочешь в город, а они предпочли отдых в деревне. Оливер закатил глаза. — Но я устал от одного и того же. Тем более в городе есть где учиться, а не в нашем колхозе. — Сын мой, в любом случае тебе выбирать. Но я хочу, чтобы ты был с нами. — Карлос обнял Оливера. Со стороны огорода зашёл Фернандо. — Разлеглись, — сказал он. — Кто помогать огород будет садить? И разбудите тех сверху. Помогут — и пусть гуляют на все четыре стороны. — Дед, у тебя настроение плохое сегодня? — Оливер посмотрел на Алонсо. — Всё нормально. Просто я поехал сегодня в магазин, а там моих любимых конфет не оказалось. Пришлось назад ехать ни с чем. Карлос засмеялся, и Оливер тоже хихикнул. — Пап, ну это трагедия в четырёх актах. — А ну не смейтесь и кыш по углам! — шикнул на них дед. На часах уже было десять. Солнце давно поднялось, и в комнате стало душно. Оливер постоял на пороге, посмотрел на спящие фигуры и решил, что хватит нежиться. Пора будить городских принцев. Он влетел в комнату, громко хлопнул в ладоши и гаркнул: — Подъём, пацаны! Давайте вставайте, у нас сегодня много дел! Оскар и Кими начали медленно открывать глаза, щуриться от света и таращиться на Оливера, который стоял посреди комнаты с улыбкой до ушей и выглядел очень бодро. — Я, кстати, давно проснулся, где-то в семь, — радостно сообщил он. — У нас тут рано встают. Но так как это ваше первое утро, я решил вас сильно рано не будить. Кими сел на кровати, растрепанный, злой. — О, какое ты сделал нам одолжение, — процедил он. — Мы прям в восторге. Слушай сюда, мы приехали отдыхать, а не горбатиться на вас по дому. Оскар, который только начал просыпаться, резко открыл глаза и уставился на Кими. Он явно не ожидал такой грубости. — Кими, мы у них живём, — сказал он тихо, но жёстко. — Мы хотя бы должны что-то сделать в благодарность. Кими отмахнулся. — Оск, Макс нам вернёт рюкзак, и я отплачу деньгами.Вопрос закрыт. Оливер стоял как вкопанный. Его улыбка сползла куда-то в пол. Он переводил взгляд с Кими на Оскара, а потом обратно — и чувствовал себя лишним в собственной комнате. Они говорили так, будто его здесь вообще не было. — Послушай, Кими, — начал он тихо, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Денег нам не надо. И заставлять вас работать никто не собирается. Я просто думал… мы проведём время вместе… и в общем… Он запнулся, опустил глаза, потом снова посмотрел на обоих парней — уже без улыбки. — В общем, собирайтесь, — сказал он глухо и, не дожидаясь ответа, вышел за дверь, аккуратно прикрыв её за собой. В комнате повисла тяжёлая тишина. Оскар смотрел на дверь, потом повернулся к Кими. — Кими, это было очень хуёво с твоей стороны, — сказал он ровно, но в голосе чувствовалось напряжение. — Даже я, зная все твои заскоки, был, честно говоря, удивлён. Это не тот парень, которого ты увидел на секунду и забыл. Кими на секунду замер. Что-то мелькнуло у него на лице — то ли стыд, то ли раздражение от того, что его поймали на чём-то некрасивом. Но спустя мгновение он уже снова выглядел как обычно — надменно и спокойно. — Нет ничего такого в том, чтобы сказать правду прямо, — пожал он плечами, встал с кровати, взял свои вещи и вышел следом, даже не оглянувшись. Оскар остался один. Он откинулся на подушку, прикрыл глаза и выдохнул. В голове было пусто и противно. На завтрак первым спустился Оскар. Он зашёл в кухню, огляделся и тихо сел за стол. — Всем доброе утро, — сказал он, стараясь звучать бодрее, чем чувствовал себя на самом деле. Натянул улыбку и потянулся за хлебом. Оливер сидел напротив, уткнувшись в тарелку. Он ел медленно, без аппетита, и выглядел так, будто его мысли были где-то далеко. Шарль сразу заметил, что сын какой-то не такой — голова опущена, плечи ссутулены, обычная утренняя энергия куда-то исчезла. Шарль протянул руку через стол и мягко положил ладонь на руку Оливера. — Что случилось? — спросил он шёпотом, чтобы никто больше не слышал. Оливер поднял глаза. — Ничего, пап. Всё отлично. Просто ем. Шарль внимательно посмотрел на него, потом медленно убрал руку. Он ничего не сказал, но по его лицу было видно, что он не поверил. В этом момент на кухню зашел Кими. На нём была короткая футболка, которая еле доставала до пояса коротких шорт. Когда он потянулся, чтобы поправить волосы, край футболки задрался, обнажив полоску живота. Фернандо, который до этого молча пил компот, поперхнулся. — О, вы уже едите. Всем привет! — сказал он громко и плюхнулся на стул рядом с Оскаром. — Это что за явление? — спросил он, вытирая подбородок. — Чего? — Кими посмотрел на себя. — Ты в чём собрался людей пугать? — Это одежда, — обиженно сказал Кими. — Летняя. — Летняя? — Фернандо окинул его взглядом с ног до головы. — Моя бабка в таких трусах на пляж ходила. И то стеснялась. Карлос закашлялся. Шарль спрятал лицо в ладонях, но плечи тряслись. — Ну какой есть, мне удобно и нравится, — с улыбкой сказал Кими. Оскар бросил на него быстрый взгляд, но ничего не сказал. Кими тут же наложил себе еды и начал есть с таким аппетитом, будто не завтракал неделю. В перерывах между жующими звуками он успевал комментировать, как ему сегодня отлично спалось. Он ни разу не посмотрел в сторону Оливера. Не заметил его напряжённых плеч. Не увидел, как тот сжимает вилку. Кими вообще не обращал внимания на то, что между ними троими явно что-то произошло на верху в комнате. Оскар сидел и молча жевал хлеб, чувствуя, как внутри нарастает тяжёлое раздражение. Он посмотрел на Оливера — тот так и не поднял головы. Потом на Кими — тот весело болтал с Шарлем про погоду. Со стороны улицы послышался голос, и первым вышел проверить ситуацию Фернандо. Перед ним предстала картина: их участковый Макс Ферстаппен шел через двор и заметив Алонсо, помахал ему рукой. — Здравствуй, Алонсо! Как здоровье? — спросил Макс, когда наконец дошел до крыльца их дома и пожал руку Фернандо. Затем его взгляд упал на компанию, стоявшую за спиной Алонсо: Олли, Кими и Оскар. — У меня как раз для вас новости, — продолжил Макс, — я нашел ваш рюкзак. Сейчас принесу. С этими словами он развернулся и быстрым шагом направился к своей машине, припаркованной возле забора. Кими и Оскар обменялись любопытными взглядами, радуясь, что их потерянная вещь наконец-то вернется к ним. Через несколько минут Макс вернулся с рюкзаком в руках. Он протянул его ребятам, и они с облегчением приняли его. — Спасибо вам, Макс! — воскликнул Кими, проверяя содержимое рюкзака. — Мы уже думали, что потеряли его навсегда. — Не за что! — ответил Макс с улыбкой. — Всегда рад помочь. Но будьте осторожнее в следующий раз, а то потерять что-то еще будет совсем не весело. —Это правда, — Оскар посмотрел на Макса. Затем Макс развернулся, чтобы уйти, но неожиданно остановился и резко обернулся. — Кстати, я недавно бегал до магазина, ну так приспичило, сами понимаете, — Макс понизил голос и махнул рукой. — Помнишь, как Льюис ругался с соседом Нико по поводу лошади? — Он глянул на Фернандо. —Он ему говорил, что продаст, а в последний момент передумал. Льюис взял и украл лошадь посреди ночи. Тот выбежал с ружьём и начал в него палить. Льюис упал и сломал себе руку. Хорошо хоть, что пуля не попала ни в кого. — Да ладно? — Фернандо покачал головой. — Я слышал эту историю, но думал, враки. — Какие враки? — обиделся Макс. — Я сам его потом в участке допрашивал. Сидит, рука в гипсе, а сам орёт: «Он первый начал!» Я говорю: «Льюис, ты лошадь украл». А он: «А он в меня стрелял!» — И что вы сделали? — спросил Оливер. — А ничего, — Макс развёл руками. — Они же потом помирились. Лошадь вернули, Нико извинился за ружьё, Льюис — за кражу. Сейчас они вместе в шахматы играют по вечерам. — В шахматы? — не поверил Кими. — Ага, — кивнул Макс. — Льюис говорит, что Нико тупой и не умеет играть, а Нико говорит, что Льюис жульничает. Но каждый вечер сидят на лавочке с доской. Я прохожу мимо — слышу: «Ну ты козёл» — «Сам козёл» — и так до ночи. — А лошадь где? — спросил Оскар. — У Льюиса, — Макс пожал плечами. — Нико сказал, что ему эта лошадь вообще не нужна была, он просто из принципа спорил. А Льюис теперь на ней сено возит. Фернандо сплюнул в сторону. — Чёрт знает что, а не деревня. — Это ты ещё про козлов не слышал, — усмехнулся Макс. — Но это уже другая история. Он взял папку, почесал ею затылок. — Ладно, поеду. У меня ещё бабка одна жалобу написала. Говорит, соседский пёс лает по ночам. — И что вы сделаете? — спросил Кими. — Скажу псу, чтобы лаял потише, — серьёзно ответил Макс и пошёл к машине. Кими посмотрел ему вслед и покачал головой. — Деревня, — сказал он. — Ага, — кивнул Оскар. — Деревня. Они зашли обратно в дом. Кими повернулся к Оливеру. — Какие дела-то были? — А что, собрался что-то делать? — Оливер вопросительно посмотрел на него. — Да, — сказал Кими и закинул рюкзак на плечо. Оливер удивлённо приподнял бровь. — Хорошо, — сказал он. — Тогда пойдём огород вскапывать. Кими замер. — Вскапывать? Лопатой? — А ты как хотел? — Я думал, может, цветочки полить… — Цветочки мы уже полили, — усмехнулся Оливер. — Теперь очередь земли. Кими посмотрел на Оскара. Тот уже стоял в дверях. — Пошли, — сказал Оскар и вышел первым. — Он вообще умеет? — тихо спросил Оливер у Кими. — Понятия не имею, — честно ответил Кими. — Но он всегда первый. Привыкай. На заднем дворе расстилался огород — грядки, ботва, запах земли и травы. Фернандо сидел на перевёрнутом ведре, курил и наблюдал. — О, помощники, — сказал он. — Ну-ну. Оскар подошёл к первой грядке, воткнул лопату в землю — и ничего не произошло. Лопата вошла на пару сантиметров и застряла. — Не так, — сказал Оливер. Оскар попробовал ещё раз. Результат тот же. — Давай я покажу, — начал Оливер, но Оскар уже сам надавил ногой, навалился всем телом — лопата скрипнула, сдвинулась, но Оскар чуть не улетел в грядку. Кими засмеялся. — Заткнись, — сказал Оскар, не оборачиваясь. Он выпрямился, отряхнул руки, посмотрел на лопату, потом на землю. — Ладно. Показывай. Оливер подошёл, взял лопату, воткнул легко, надавил, перевернул — всё за десять секунд. — Смотри. Угол такой. И ногой дави, не руками. Оскар кивнул, забрал лопату, попробовал снова. Получилось чуть лучше. Кими стоял в стороне с видом «я здесь вообще не при чём». — Ты помогать будешь? — спросил Оливер. — Я морально, — ответил Кими. Оскар бросил на него быстрый взгляд, но промолчал. Взял вторую лопату и кинул Кими. — Копай. — Я не умею. — Научишься. Кими вздохнул, взял лопату, воткнул кое-как, надавил — земля не поддалась. Он пнул лопату ногой — она вошла глубже, но он чуть не упал. — Тяжело, — сказал Кими. — А ты думал, — ответил Оливер. Оскар уже вскопал небольшой кусок — кривой, неглубокий, но свой. Он выпрямился, вытер лоб. — Кими, не стой, — сказал Оскар, не поднимая головы. — Работай. Кими вздохнул и начал копать. Плохо, медленно, но начал. Оливер работал рядом, изредка поправлял, показывал. Молча, без лишних слов. Через час у Оскара начало получаться. Кими всё ещё мучился, но хотя бы лопата переставала застревать на каждом сантиметре. Когда они вскопали половину участка, была середина дня, и они решили всё-таки сходить на речку.