Фантом Правосудия

      Странное это чувство — чувствовать, как ты умираешь. Не так, как это бывает в кино или играх. Совсем не так. Не было ничего. Ни дамы с косой, ни света в конце тоннеля. Ничего. Только тьма, застилающая мой взор, шум в ушах и... тело.       Вернее, его отсутствие. Будто оно просто исчезло. Угасающее сознание ещё улавливало чьи-то испуганные голоса и обрывки слов. Шелест листьев по асфальту. Шум проезжающих автомобилей. Приближающийся вой сирен.       — Не успеют... — с какой-то странной досадой подумал я, закрывая глаза.       Всё случилось всего за один миг. Последнее, что я помню...       Ночную трассу. Я летел по ней на мотоцикле, резво обгоняя ползущие по асфальту машины словно за спиной вдруг выросли крылья.       Появившуюся на развязке фуру я заметил слишком поздно. На скорости в двести километров в час далеко не у каждого хватит реакции вовремя заметить выезжающий на шоссе грузовик.       Помню, как на один короткий миг меня захлестнул дикий, леденящий душу ужас. Помню, как бурлящая от адреналина кровь превратилась в лёд. Со всей дури я вжал рычаг тормоза и почувствовал, как заднее колесо начинает уходить в занос.       Слишком поздно.       Вспышка.       Чудовищный треск ломающегося металла и грохот. Удар был такой силы, что меня буквально вышвырнуло из седла, и я полетел вперёд, крутясь в воздухе.       Затем — резкий и невероятно сильный удар о твёрдую поверхность, отозвавшийся противным хрустом по всему телу и ослепительно яркой вспышкой боли...       Которая тут же исчезла.       Как и ощущение собственного тела.       Тела, которое после такого удара наверняка превратилось в фарш. Если вообще не разлетелось по всей трассе.       — Маму жалко, — подумал я, чувствуя, как душа покидает искалеченное тело. — Плакать будет...       Вспышка.       И снова та же трасса.       Но теперь я почему-то видел её сверху.       Слева стояла та самая фура с включённой аварийкой. Возле неё лежали останки моего железного коня, превратившегося в груду искорёженного металла.       И моё тело. Вернее, то, что от него осталось.       Возле него суетился перепуганный до чёртиков дальнобойщик. К месту аварии уже бежали случайные водители, побросавшие свои машины прямо на обочине. Кто-то звонил в экстренные службы, кто-то снимал последствия аварии на телефон, кто-то просто стоял и смотрел в шоке.       — Невероятное зрелище, не правда ли? — неожиданно раздался чей-то властный женский голос.       Я машинально огляделся по сторонам. Это у меня уже предсмертные глюки начались?       — Не ищи меня. Всё равно не увидишь, пока я сама этого не захочу, — вновь произнёс голос.       — Кто ты? — попытался спросить я. Хотя, если честно, не был уверен, что вообще способен сейчас говорить.       — Это не важно, — ответила мне Пустота. Назовём её так. — Я пришла по твою душу, смертный. Твоя жизнь окончилась раньше положенного срока, и твоё имя уже вписано в книгу усопших.       Тьма вокруг стала как будто ещё гуще и более давящей.       — Но есть силы, которые могут переписать предначертанное и не дать тебе утонуть в Великой Тьме. Скажи мне, смертный...       Она ненадолго замолчала.       — Ты хочешь жить?       — Жить?       Я даже слегка опешил от такого вопроса.       — Конечно хочу. Очень хочу. Больше всего на свете.       — И на что ты готов пойти, чтобы вернуться к жизни?       — На...       Я вдруг замялся, пытаясь одновременно осознать происходящее. То ли это действительно происходит со мной, то ли мой умирающий мозг просто показывает последние картинки перед тем, как окончательно отключиться.       Впрочем...       Какая теперь разница?       Я ведь всё равно уже труп.       — На всё, — наконец ответил я. — На всё что угодно. Всё что пожелаешь.       Несколько секунд царила тишина.       — Хорошо, — в голосе послышались довольные нотки. — Тогда слушай внимательно, смертный.       Вокруг меня словно стало ещё темнее.       Хотя казалось бы — куда ещё?       — Я дам тебе новую жизнь. В новом месте. В новом теле. Ты будешь жить дальше так же, как жил раньше. Смеяться. Радоваться. Злиться. Ошибаться. Но взамен мне потребуется одна услуга.       — И какая же?       — Узнаешь со временем.       Голос оставался спокойным и уверенным.       — Будь готов к тому, что рано или поздно тебе придётся шагнуть за черту. За ту, которую решится перейти не каждый смертный.       — Что это значит? Мне нужно кого-то убить? Или что-нибудь украсть?       — Это буду решать я.       Почему-то от этих слов по спине пробежал холодок, хотя спины у меня сейчас вроде как и не было.       — Ты согласен на мои условия?       — Ну...       Я задумался.       — Выбора у меня, как я понимаю, особо и нет?       — Ты сам знаешь ответ.       И ведь действительно знал. Выбор был не то чтобы богатый — его вообще не было.       Начать новую жизнь за неизвестную цену. Или умереть по-настоящему, если это вообще была смерть.       Она ведь до сих пор так и не объяснила, что ждёт меня в случае отказа. И почему-то именно это пугало сильнее всего.       — Хорошо, — наконец ответил я. — Я согласен на твои условия.       В голосе Пустоты прозвучало удовлетворение, а её тон сменился, став куда более величественным и почти ритуальным. Я замер в оцепенении, внимая её словам.       — Клянешься ли ты в верности тому, кто даровал тебе второй шанс и не дал сгинуть во Великой Тьме?       — Клянусь.       — Клянешься ли ты безоговорочно исполнить любой приказ, данный тебе в уплату за этот дар?       — Клянусь.       — И клянешься ли ты принять заслуженную кару, если нарушишь свою клятву? Я на секунду замешкался. На миг меня сковал страх, однако отступать было поздно.       — Клянусь.       — Хорошо.       На этот раз её голос звучал почти торжественно.       — Отныне тебе оказана великая честь прожить вторую жизнь взамен на служение. Помни о цене, которую однажды придётся заплатить. Когда придёт время — я приду за своим. На сей раз постарайся не потратить эту жизнь впустую. Затем она добавила уже гораздо тише и мягче:       — И ещё — забудь о том, кем ты был раньше. Теперь ты другой человек.       — Понял.       — В таком случае больше не смею задерживать. Ступай, смертный.       Надо мной вдруг вспыхнул белый свет. Подняв голову вверх, я увидел ослепительное сияние, к которому начал медленно приближаться. С каждой секундой всё быстрее и быстрее.       Я бросил последний взгляд вниз.       К этому моменту к месту аварии уже успели подъехать скорая помощь и полиция. Район оцепили, а прибывшие полицейские уже разбирались в произошедшем и опрашивали свидетелей. Медики, которые приехали почти одновременно с копами, осторожно подняли моё искалеченное тело. Сняли треснувший шлем, из-под которого сочилась кровь вперемешку с осколками черепа. После чего, переглянувшись, аккуратно уложили останки в чёрный мешок.       — Прощай, старина, — тихо вздохнул я, когда врач застегнул молнию.       Странно. Смотреть на собственный труп оказалось гораздо проще, чем я думал. Наверное, потому, что он уже был не мной, а стал лишь пустой безжизненной оболочкой, которую скоро предадут земле.       Белый свет становился всё ярче. Трасса исчезала. Голоса затихали.       А потом... исчезло вообще всё.       Включая меня.

***

      — ...Молодой человек. Молодой человек, — сквозь шум в ушах и адский гул в голове я услышал чей-то мужской, гулкий голос, будто доносившийся из жестяной банки, и стук, словно кто-то бил по стеклу. — Эй, парень, с тобой всё хорошо?       С некоторым усилием я раздвинул веки и, подняв потяжелевшую голову, увидел перед собой руль с эмблемой BMW, приборную панель и лобовое стекло, за которым виднелась вечерняя улочка с редкими автомобилями и прохожими.       В дверное стекло постучали ещё раз.       — Эй, парень, с тобой всё хорошо?       Повернув голову, я увидел седовласого мужчину лет пятидесяти в клетчатой рубашке, который стоял возле машины и пытался меня окликнуть.       — Да-да, всё в порядке, — ответил я, после чего открыл дверь. — Что-то случилось?       — Вы припарковались на чужой парковке и загородили мне въезд во двор. Не могли бы вы отъехать подальше?       Чуть повернув голову, я увидел стоящий неподалёку коричневый Ford Focus, внутри которого сидела женщина примерно того же возраста, терпеливо ожидавшая, видимо, своего мужа.       — А, хорошо. Сейчас, — ответил я и повернул ключ зажигания.       Приборная панель тут же загорелась красным светом, после чего я завёл машину.       Издав короткий рёв, двигатель ожил после недолгой стоянки, отзываясь мягким урчанием. Машинально опустив ручник, я выжал сцепление, включил первую передачу и положив руки на руль...       Замер.       Что-то было не так. Совсем не так.       Это были руки. Но не мои руки. Вообще не мои.       Я опустил взгляд ниже и заозирался по сторонам, обнаружив себя внтури незнакомой машины, в незнакомой одежде и... В другом теле.       От увиденного моё сердце пропустило удар, а затем забилось ещё сильнее.       — Так, спокойно. Без паники, — сорвалось с моих уст, вдруг поймав себя на мысли, что говорю не своим голосом. Резко опустив солнцезащитный козырёк, я посмотрел в небольшое зеркало. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга — человек в отражении... и я.       На меня смотрел темноволосый молодой человек лет двадцати пяти с серыми глазами и совершенно иными чертами лица — более молодого, ухоженного лица, со шрамом над левым глазом...       Это был я — но другой. Совершенно другой человек.       — Твою мать... — выдохнул, пытаясь осознать увиденное и принять происходящее.       Тем временем мужчина, стучавший мне в окно, уже вернулся в свою машину и нетерпеливо просигналил.       Отпустив педаль тормоза и слегка нажав газ, я проехал вперёд метров двадцать и, остановившись, поставил машину на ручник и заглушил двигатель.       Вынув ключ, я вышел на улицу и огляделся.       Это точно был не мой город. Да что там город — даже не моя страна, о чём свидетельствовали номера на машинах, обрывки речи прохожих и сама архитектура улицы: одно- и двухэтажные каркасные дома с небольшими оградами и гаражами.       — Я в Америке, — нервно хмыкнул я. Оглядевшись ещё раз, я заметил висевший на столбе агитационный плакат, — Блядь... Я в Штатах.       Плакат сообщал о предстоящих выборах президента США. А ещё на нём была дата — сентябрь две тысячи двенадцатого. Несколько секунд я просто смотрел на дату, пытаясь осмыслить увиденное. Мало того что я оказался в другом теле, так ещё и в вообще ином времени.       Или даже в другом мире. Или это всё ещё мои предсмертные галлюцинации, а на самом деле меня уже везут в морг? Или вовсе готовят к похоронам?       «Забудь о том, кем ты был раньше. Теперь ты другой человек...»       Я вспомнил слова той самой сущности. Той самой Пустоты или кем бы она ни была. Если это не сон и не бред умирающего мозга, то именно из-за неё я оказался здесь, в этом странном месте. В теле совершенно другого человека.       Я машинально сунул руку во внутренний карман куртки и нащупал потёртый кожаный бумажник. Внутри лежали несколько сотен долларов, банковская карта, пара визиток и водительское удостоверение, а также техпаспорт на, скорее всего мою машину — чёрной BMW 750iL E38, в которой я себя обнаружил.       — Райан Уокер, — прочитал я своё новое имя.       В документе также были указаны дата рождения, номер удостоверения и адрес регистрации. Если всё это действительно происходило наяву.       — Вы ведь недавно сюда переехали?       Я обернулся.       Мужчина, который меня разбудил, уже припарковал машину возле гаража и теперь стоял неподалёку, разглядывая меня с любопытством и лёгкой настороженностью.       — Да, недавно. Издалека, — кивнул я, поспешно убирая бумажник обратно в карман. — По мне настолько заметно я не местный?       — Ещё бы, — усмехнулся мужчина. — Настолько что путаете стоянки для автомобилей. Хотя это нормально. Я, когда сюда переехал, тоже первое время путал дома и парковки. Ваш, кстати, вот. Если забыли, — добавил с ухмылкой.       Он указал рукой на дом напротив. Я удивлённо посмотрел в указанную сторону.       Это был мой дом?..       Обычный одноэтажный домик. Белая обшивка кое-где облупилась, крыша была покрыта тёмной черепицей, небольшое крыльцо украшали старые деревянные ставни на окнах, сбоку располагался гараж, пристроенный к дому. Перед домом раскинулся аккуратный, хоть и давно не стриженный газон. Вдоль дорожки росли несколько кустов, а у самого забора возвышался старый дуб.       Прям американская мечта в миниатюре, мать его       — Запомнил, — кивнул я, вновь повернувшись к соседу, — постараюсь больше не занимать ваше место, сэр.       — Бен. Просто Бен, — мужчина протянул руку. — Ну или мистер Паркер, если вам так привычнее. А это моя жена Мэй.       Он кивнул в сторону машины.       Из неё уже вышла женщина, примерно его же возраста, с добродушным, немного усталым лицом. Заметив мой взгляд, она приветливо улыбнулась и слегка кивнула.       — Райан, — пожав руку представился я, хотя имя далось непривычно. На языке так и вертелось старое, но теперь оно осталось в другой жизни. А к новому ещё надо было привыкнуть, — Райан Уокер.       — Рад знакомству, Райан, — улыбнулся Бен. — Добро пожаловать в наш район. Если что-нибудь понадобится — обращайтесь. Мы живём прямо напротив вас.       Я проследил за его жестом и кивнул.       — Конечно. Буду иметь в виду.       — И не паркуйтесь больше у чужих ворот, — добавил он уже без всякого упрёка. Скорее дружелюбно и с прежней ухмылкой,— А то в следующий раз кто-нибудь менее терпеливый может и эвакуатор вызвать. Места у нас тихие, но нервные люди везде есть.       — Понял, — ответил я, пытаясь натянуть улыбку, хотя внутри всё ещё бушевал настоящий шторм. — Постараюсь быть внимательнее.       Бен только усмехнулся и махнул рукой на прощание. Мэй ещё раз добродушно улыбнулась мне, прежде чем последовать за мужем.       — Доброй ночи, Райан.       — И вам.       Несколько секунд я стоял посреди тротуара, наблюдая, как они заходят в дом напротив. Только когда за ними закрылась дверь, до меня окончательно дошло, насколько безумно выглядит вся эта ситуация.       Пару минут назад я был мёртв. А теперь стою посреди какого-то американского пригорода образца две тысячи двенадцатого года, в чужом теле, возле чужого дома и пытаясь понять, не сошёл ли окончательно с ума.       — Отлично, — пробормотал я. — Просто охуенно.       Тяжело вздохнув, я посмотрел на связку ключей в руке. Один из них был снабжён пластиковой биркой. На ней чёрным маркером было выведено всего одно слово:       HOME.       — Ну хоть что-то.       Поднявшись по дорожке, я подошёл к двери и принялся перебирать ключи. Подходящий нашёлся только с третьей попытки.       Дверь тихо скрипнула. Внутри царили тишина и полумрак.       Щёлкнув выключателем, я зажёг свет. Под потолком вспыхнула старая люстра, и я вошёл внутрь, оглядывая своё новое жилище.       Ничего особенного.       Небольшой старенький, но вполне уютный дом со всеми удобствами, который всем своим видом говорил, что здесь живёт холостяк и что въехал он совсем недавно. Слова мистера Паркера подтверждались нераспакованными коробками в углу гостиной. Обычный дом обычного человека. Не богато, но и не бедно, впрочем, как и в прошлой жизни.       Я присел возле коробок.       Если я действительно оказался в теле Райана Уокера, то сейчас мне жизненно необходимо было понять, кем являлся этот человек.       Взяв кухонный нож и разрезав скотч, я принялся разбирать первую коробку. Странное чувство не покидало меня ни на секунду. Будто я вторгаюсь в чужую жизнь. Хотя технически теперь эта жизнь принадлежала мне. Но ощущение того, что я роюсь в вещах совершенно постороннего человека, никуда не исчезало.       Перебрав одежду, я обнаружил несколько счетов и пару конвертов на самом дне коробки.       Сев прямо на пол, я начал просматривать бумаги одну за другой.       — Коммуналка... Интернет... Банк... Страховка... Налоговая... Разрешение на владение оружием...Интересно...       Следом, на самом дне коробки, обнаружился ещё один конверт, уже заметно толще остальных. Вскрыв его, я невольно присвистнул — внутри лежала пачка стодолларовых купюр. Навскидку больше пяти-десяти тысяч точно. Я быстро пересчитал деньги и убрал обратно в конверт, обернув его скотчем.       На первое время хватит, однако работу искать всё равно придётся. Если, конечно, я не собираюсь жить на случайно найденных сбережениях. А это ещё что?..       Под рубашками обнаружилась небольшая картонная коробка. Вытащив её наружу, я прочитал надпись на боку — патроны .45 ACP.       Внутри, помимо почти полной коробки патронов, лежал пистолет Colt M1911 и несколько запасных магазинов.       Несколько секунд я молча смотрел на находку. Потом осторожно взял оружие в руки и осмотрел его. Несмотря на заметные следы использования, пистолет выглядел ухоженным. Металл был тщательно очищен, а механизмы работали мягко и без лишних усилий.       Сразу становилось понятно, что владелец оружия заботился о нём и регулярно обслуживал. И это почему-то настораживало даже сильнее самого факта наличия пистолета.       — Надеюсь, я не преступник... — мрачно хмыкнул я.       Проверив магазин и убедившись, что оружие находится на предохранителе, я убрал кольт обратно в коробку и продолжил разбирать вещи.       К сожалению, дальнейшие поиски не дали почти никаких ответов. Чем больше я узнавал о Райане, тем меньше понимал, кем он был на самом деле.       Фотографий не оказалось, вообще. Ни семейных снимков, ни старых школьных альбомов, ни случайных фотографий друзей. Одним словом — ничего. Словно у этого человека никогда не было прошлого.       Телефон лишь усилил это ощущение. Он выглядел практически новым — галерея была пуста, история звонков отсутствовала, контактов не оказалось, даже история браузера была полностью очищена.       Будто кто-то намеренно уничтожил любые следы своей прошлой жизни.       Я несколько раз проверил содержимое устройства, надеясь, что что-то пропустил.       Безрезультатно. Абсолютно ничего.       Либо Райан Уокер появился на свет буквально вчера, что было невозможно, учитывая документы и счета, датированные предыдущими месяцами... Либо он сознательно стёр все следы своего существования, решив начать жизнь с чистого листа.       — Надеюсь, я всё не оказался в шкуре какого-нибудь беглого преступника, который сменил имя и залёг на дно, — пробормотал я, опускаясь на диван. Ситуация от этой мысли веселее не становилась. Скорее даже наоборот.       Откинувшись на спинку, я поднял взгляд к потолку.       Теперь я остался один. Совершенно один. У меня теперь не было ни друзей, ни родственников, ни каких-либо связей. Я находился в другой стране. В другом времени. В теле человека, о котором практически ничего не знал. В доме с оружием, крупной суммой наличных и прошлым, которое словно кто-то намеренно стёр. А история моего появления здесь и вовсе выглядела крайне мутной.       Перспективы выглядели, мягко говоря, не слишком обнадёживающими.       Я устало потёр лицо ладонями. Всё придётся начинать заново. Учиться жить в новом мире и делать это самостоятельно без опоры и поддержки, как раньше.       Я прикрыл глаза.       Перед внутренним взором сами собой начали всплывать воспоминания, моей прошлой жизни. Странно это — быть в теле одного человека, и жить с воспоминаниями другого.       В той жизни хватало и хорошего, и плохого, и белых и черных дней. У меня было всё — работа, мотоцикл, родственники, надёжные друзья...       А ещё была мама.       Единственный по-настоящему близкий мне человек, который поддерживал меня, даже когда весь остальной мир был готов отвернуться. И который сейчас, вероятно, уже никогда не узнает, что со мной произошло.       От этой мысли внутри что-то болезненно сжалось. Наверное, именно тогда до меня окончательно дошло, что Я действительно умер.       Тот человек остался на ночной трассе рядом с разбитым мотоциклом. А здесь сидел уже кто-то другой.       Райан Уокер.       Именно этим именем теперь называли меня документы и именно таким человеком меня будут видеть окружающие. Да и сам я теперь видел в зеркале именно его.       Я медленно открыл глаза.       Потолок никуда не исчез. Дом тоже, ровно как тиканье настенных часов и гул работающего холодильника. Всё-таки это была реальность.       Веки постепенно тяжелели, а мысли уже начали путаться. Я вновь вспомнил голос Пустоты, той самой сущности, что отправила меня сюда.       «Помни о цене, которую однажды придётся заплатить...»       Слова эхом прозвучали в голове и почему-то именно они пугали сильнее всего. Неизвестный долг перед существом, способным вернуть мёртвого к жизни.       — Не лучше ли было тогда умереть, чем жить вот так?.. — подумал я, чувствуя, как сознание постепенно растворяется в сонной темноте. С этой мыслью я закрыл глаза и впервые за свою вторую жизнь уснул. Продолжение следует...