Дом, милый дом

Рэддунс передал им связку ключей, и адрес на брелке отчетливо указывал на торговую улицу. Тео и Пэррот переглянулись и, недолго думая, решили хотя бы взглянуть на зельеварную лавку. В каком-то роде, это было даже щедро. Все здание было в их распоряжении, пока они исправно платили налоги — и стоило только Пэрроту пересечь порог, как он бесповоротно влюбился. Внутри лавка казалась куда более тесной, чем снаружи: пустые деревянные стеллажи съедали пространство. Посередине стояла дубовая стойка, а в углу, ближе к входу — одинокое кресло для ожидающих заказ посетителей. Магазин сохранил что-то от предыдущего хозяина: на полу лежал красный плетеный ковер, и он перекликался с шторами. Воздух пропах сушеными травами. В магазинчике было что-то… особенное, но Пэррот никак не мог уловить, что. Он так и встал у входа, пытаясь распробовать ощущение. — В этом наш план? Разбогатеем, продавая зелья? Первым делом Тео бросил на кресло свою тяжелую сумку. Вторым делом он заглянул за прилавок, и поднявшееся облако пыли заставило его чихнуть. — Кто знает, бро? Все может быть, — Пэррот прошел глубже, и под ногой приветливо скрипнула половица. По правде, у него никогда и не было планов разбогатеть — только он подозревал, что Тео это не понравится. Тот выглянул из-за прилавка и прищурился, будто что-то подозревал. — Ладно, но это и не важно. Я с тобой несмотря ни на что, чтоб ты знал. Пэррот только хмыкнул. Об этом им тоже стоило поговорить: пусть они и сработались однажды, теперь вся цивилизация в Далеких землях казалась Пэрроту мимолетным сном. Он не возражал против компании Тео — даже нуждался в защите, честно говоря — но им бы не следовало друг к другу привязываться. Любопытство уже повело Тео дальше, и он заглянул в подсобку. — Йо, здесь лестница. — Погоди, дай взглянуть. Второй этаж оказался более просторным. Вертикальная лестница шла к коридору, ведущему к ванне и двум комнатам: левая была полноценным зельеварным кабинетом с приятным круглым окном, пускающим в дом солнечный свет. Вторая комната оказалась спальней. В ней стоял шкаф, сундук и кровать — вся резьба на дереве отдавала стариной, но определенно была сделана со вкусом. Да. уютно. Хотя была очевидная проблема: вся эта лавка как жилье была идеальна для одного человека. — Я не буду спать в кресле, — Тео скосил на него взгляд. — Думаешь, мы можем подвесить во второй комнате гамак?

***

Тео оказался полезен в хозяйстве — за пару дней Пэррот в этом убедился. К концу первого дня он подвесил гамак и подлатал забор, из-за которого выглядывала любопытная соседская собака. Вчера он починил дверцу на одном из шкафчиков в кладовке — она свободно сидела на петлях, и по ночам хлопала даже от малейшего сквозняка, — и принялся красить вывеску. Сегодня он стриг газон. Пэррот, разобравшись с заказом ингредиентов, взвалил на себя уборку. Это место в ней нуждалось. Его голова в ней нуждалась тоже — в процессе было что-то медитативное. Будто бы исцеляющее. Он выносил вещи, которые в этом доме больше не были нужны. Помогал сохранить то, что еще было полезно.

***

Они стали завсегдатаями в небольшом ресторанчике ниже по улице, пока однажды Пэррот не проснулся ранним утром и не осознал, что их бюджет этого не выносил. Да, он просчитался: налоги не были щедрыми. В доме не было подобающей кухни, и Пэррот окинул взглядом рабочий кабинет — его комнату по совместительству — смутно щупая одну идею. Заказанные ингредиенты пришли недавно, и весь рабочий стол был завален коробками — их стоило перебрать и пустить в работу, а с первой партией готовых зелий можно было открывать магазин. Но это дело все ещё терпело — а вот желудок требовал еду прямо сейчас. Готовка зелий чем-то походила… на кулинарию. Может, он мог бы подобрать себе новое хобби. Пэррот выполз из гамака, мысленно намечая путь до рынка. Если задуматься, грибная похлебка у него выходила весьма ничего.

***

— Что пахнет так вкусно? — Тео осторожно заглянул в его комнату. Пэррот не смог сдержать улыбку. Его волосы были взъерошены, а на щеке виднелось пятно краски. Тео не собрался закругляться, и теперь жертвой его талантливых рук пали старенькие стулья. А еще, видимо, решилась его дилемма, потому что с утра он никак не мог определиться, на что потратить остатки краски: входную дверь или низкий заборчик перед самой лавкой. — Как раз вовремя, бро. Я приготовил суп. — Суп, — неуверенно протянул Тео. — Я в деле. Ща, только дай помыть руки. Столешница сразу под круглым окном — временно, говорил Пэррот себе, — стала их обеденным столом. Варево в тарелке выглядело аппетитно, и Пэррот по праву съел первую ложку. Вышло даже… неплохо. Просто не так, как он ожидал. Может, стоило добавить специй, потому что чего-то явно не хватало во вкусе — Пэррот сделал мысленную пометку поэкспериментировать с рецептом или хотя бы не экономить на овощах. Тео попробовал и свою порцию, тут же довольно протянув: — Вкусно! — Сносно, — Пэррот откинулся на спинку стула. Он прихватил из пекарни свежий хлеб, и это сглаживало впечатление. Тео протестующе замычал, и принялся тараторить сразу, как прожевал: — Нет-нет, очень по-домашнему. И, типа, реально вкусно. — Бро. — Пожалуйста, можешь готовить? Я записываюсь в твои фанаты. Открываю фанклуб шефа Пэррота. — Тео замер, так и не донеся ложку до рта. — Может, вместо лавки нам стоит открыть ресторан. — Бро. — Что? Некоторые бы за хорошую еду даже убили! Пэррот сдался с возражениями. — Я возьму добавки, если ты не против. — Тео уже потянулся к половнику, не дожидаясь согласия. — Конечно. Пэррот почувствовал что-то теплое — прилив крови от смущения, вероятно. Но все же что-то в том, как Тео уплетал за обе щеки его посредственную готовку, невольно вызывало улыбку. Да, может быть, лавка была слишком мала для двух человек, но они как-то справлялись. И Пэррот вдруг перестал бояться этой мысли, честно признаваясь себе — он не хотел оставаться один.