Врагам не положено

      Рюджин ненавидела каждый момент, когда её недооценивали. В учёбе, в работе, в навыках, в заработке. И особенно ненавидела, когда её недооценивала Йеджи. Её коллега по работе и, к сожалению, между этим самая горячая, охуенная и гиперсексуальная женщина в их офисе. Можно выразиться кратко: Шин ненавидела всё, связанное с этой девушкой. Кроме, конечно, её задницы. На неё она часто дрочила в своей квартире ночью.       Рыжие волосы омеги выносили её из ума. Смоки айс, мини-юбка, бесстыдное декольте, Рюджин не могла отрицать влияние старшей девушки на неё. И не могла отрицать, что даже несмотря на свою жгучую ненависть, она хочет засадить свой член по самое её горло, чтобы лёгкие сжимались, а из бедных молящих глазок текли слёзы от возбуждения и желания ощутить эти размеры в себе.       Альфа знала, что её феромоны тоже нехило возбуждают Хван. И охотно веяла на неё свои феромоны с запахом какао, чтобы лишний раз никто не посмел даже притронуться к Йеджи. Вообще-то, омега воротила нос и неоднократно повторяла, что «враги» — какими они считаются — так себя не ведут. Но и никак не способствовала тому, чтобы ароматы Рюджин исчезли с ее одежды и кожи.       Они выглядели как любовники, вынужденные прикрываться врагами, и даже жаль, что это было не так. Йеджи каждый день пыталась спровоцировать альфу, иногда доходило до того, что «самым случайным» образом отправляла ей фотографии своей обнажённой киски, находясь в одном кабинете. Только вдвоём. Рюджин и сама не знает, как она сдержалась в тот раз.       И с этим парным недотрахом все только и шептались, почему бы им не провести пару ночей вместе. Но обе занимали одну и ту же должность, соперничая за повышение, и эта борьба постепенно превращалась в ненависть, хотя одна только мысль о теле друг друга заводила быстрее, чем ебанное порно.       С их распорядком дня, то есть: «флирт, нюдсы в личных сообщениях и колкие фразы за пять минут до обеда» всё было стабильно уже как несколько месяцев. Пока в один день их не отправили в совместную командировку. В Арабские Эмираты. Где снимали самый лучший отель в центре города, в одном из самых высоких зданий Дубая, почти на последнем этаже. А потом оказалось, что номер им сняли один.       Они узнали об этом уже по приезде. Конечно, фыркнули друг на друга, разбежались по разным комнатам и первый день провели в абсолютно некомфортной обстановке. Офис, где они флиртовали, и их квартиры, где они могли бессовестно дрочить на нюдсы друг друга — одно. А действительно оказаться в обстановке, где со спокойной душой, пока никто не видит, можно спустить пар, вьющийся над головами уже чуть ли не второй год — совершенно другое.       Но даже несмотря на это, Йеджи не скупилась лечь в свою постель в одном лишь нижнем белье. А что? Рюджин видела её и голой, скрывать нечего, а мучаться в ночной жаре ей не хотелось. Безусловно, пока Хван расхаживала в своеобразном одеянии, она успела усмехнуться с бугорка Рюджин, что появился в штанах, но только подмигнув, она деловой походкой закрылась в своей комнате и уснула.       И Рюджин мучилась от невыпущенных спазмов до самого утра. Добил её только сон, где Йеджи снимала свои кружевные трусики и садилась верхом на её член, без стеснения выстанывая имя Рюджин и царапая её плечи. Извивалась на коленях младшей девушки как самая настоящая шлюха, подобранная на трассе, но, к её уважению, явно с самым дорогим прайсом.       Шин измученно раскрыла глаза в 6 утра. Йеджи точно спала, а она, в свою очередь, глянув на поднятый, пульсирующий и уже изнемогающий член, не думая накрылась одеялом в желании выпустить напряжение. Ей не потребовалось и пяти минут, её густая белая сперма выпачкала весь живот и простынь. Головка члена наконец перестала быть такой красной, но член Рюджин явно хотел ещё.       И прежде чем она успела надышаться, Йеджи побеспокоила её тишину.       — Проснулась подрочить на меня? Или ты всю ночь этим занималась? — Йеджи опирается о дверной проём, всё так же в нижнем бельё, хотя одна лямка лифчика чуть спала с плеча. Рюджин вздрагивает всем телом и достаёт руки из-под одеяла как ни в чём не бывало. — Я всё видела. Мне льстит, что ты не продержалась и пяти минут, альфа, — Хван нагло усмехается ей в лицо.       — Кто сказал, что я дрочила именно на тебя? — отмести факт самоудовлетворения уже не получится, но отрицать влияние Йеджи на Рюджин — шанс ещё есть. Шин зачесала волосы назад и повернулась на бок, чтобы лучше увидеть девушку. — Если ты ходишь как шлюха в нижнем бельё, это ещё не значит, что тебя кто-то захочет.       — Да? — наигранно интересуется Хван. Не проходит и минуты, как она расстёгивает лифчик, а следом он прилетает точно в цель — лицо Рюджин. — Смотри не обкончайся, когда мой запах учуешь.       Рыжеволосая бессовестно уходит в ванну, даже не прикрыв грудь руками или попытавшись замять свое наглое поведение. Рюджин осталась в комнате одна. С тяжестью внизу живота и поднятым членом. Блять, какого хера Хван так играется с ней?

***

      В тот же день, после немыслимой беготни и кучи бумаг, Йеджи первая шагнула за порог номера и заняла душ. Рюджин выступала против этой инициативы, поскольку с самого начала сказала, что пойдёт первая. Но ничего, кроме как ждать Хван, ей не оставалось, поэтому она только заняла свою комнату и крутила пульт от телевизора в руке.       Взгляд невольно упал на бюстгальтер Йеджи, до сих пор лежащий на подушках Рюджин. Оглянувшись на дверь, альфа не увидела девушку, идея взять чужую вещь в свои руки проскользнула в голову так же внезапно, как этот лифчик вообще оказался на стороне Рюджин.       Красный кружевной лифчик, скорее всего, какой-нибудь дорогой марки. Шин должна признать, что он очень красив. И на нём... Действительно остался яркий запах Йеджи. Сочный апельсин. Рюджин учуяла аромат за пару сантиметров от своего лица, но что-то в голове щёлкнуло — она должна насладиться этим запахом сполна.       Притянув нижнее бельё к носу, она вдохнула аромат. Сука, это лучшее, что она в своей жизни пробовала. Ни один нежный и приторно сладкий запах других омег не сравнится с этими феромонами доминантной, сексуальной Йеджи. И как же ужасно, что Рюджин даже не постыдилась вновь вдохнуть этот запах.       Облизнув губы, она вдыхала, пока не надоест, как сумасшедшая и полностью наслаждалась моментом. Член снова набухал, но она даже не собиралась останавливаться. Рюджин знала, что омега ровно настолько же нуждалась в животном сексе и была готова запрыгнуть на Шин любыми способами, но только бы быть выебанной.       Альфа слышит щелчок ванной комнаты, затем шаги и, о боже! Как же неожиданно, что Йеджи предстала в одном только отельном полотенце и с улыбкой чеширского кота водила ногтями по стене. Рюджин глупо глянула на неё, проигнорировала и продолжила вдыхать чудесный аромат с бюстгальтера, пока Хван самодовольно усмехалась и наблюдала за младшей. Альфа любила унижаться перед своими партнёрами? Отлично, Йеджи покажет, как умеет контролировать ситуацию.       — Нравится? — лукаво интересуется Хван, в ответ получив только закатанные от удовольствия глаза и кивок. — Хочешь меня выебать?       — Мы уже настолько прямо разговариваем? Хочу, — Рюджин отрывается от излюбленного занятия. — А ты хочешь попрыгать на моем члене и стонать всю ночь?       — Хочу, — соглашается рыжеволосая. Рюджин, пожав плечами, указывает на место возле нее. — Нет, сначала ты сходишь в душ и только потом можешь претендовать на мое тело.       Шин даже не спорила с ней. Смысла нет. Они обе хотят трахаться. У Йеджи есть свои условия — они должны выполняться. Рюджин понимала, что ничего не получит, если начнет юлить. Зачем строить из себя недотрогу, если наконец есть шанс получить желаемое?       Пока Рюджин принимала душ, Йеджи достала из чемодана ошейник с поводком. Не зря брала с собой, точно ведь знала, что произойдёт в одну из их совместных ночей. Полотенце она с себя стянула, оставшись полностью нагой. Шин вернулась быстро, вытирая мокрые волосы одним полотенцем, пока другое прикрывало пах от чужих глаз.       — Надевай, — Хван кидает ей ошейник, который альфа неловко ловит и рассматривает изучающим взглядом. — Чтобы меня трахнуть, нужно ещё заслужить. Так что давай, послушный пёсик, надевай.       — Ты же сама хочешь, чтобы я тебя выебала, — изгибает бровь Рюджин, но в целом не спорит, она уже ищет расстёжку на ошейнике.       — Ты меня и выебешь. Только по моим правилам, — Хван следит за тем, как застёгивается замочек на шее Рюджин, и пальцем манит к себе. — Послушному пёсику нужен поводок.       — Я не думала, что ты фетишистка, — Рюджин усмехается, демонстративно раскрыв клыки, но Йеджи уже застёгивает поводок.       — Ты сама только что нюхала мой лифчик, так что не тебе говорить о фетишах, — Йеджи самодовольно улыбается, опираясь на матрас руками, удерживает тело впереди. Рюджин наклоняется за ней на кровать, целует ключицы, распускает руки на чужую талию. — Мм, умничка, покажи хозяйке, как ты её хочешь.       Полотенце медленно спадает с таза, но никто не обращает на него внимания. Йеджи держится за спину нависающей над ней Рюджин, тихо, протяжно стонет её имя, стоит Шин оставить засос на шее. Она спускается россыпью поцелуев на живот, поглаживает чужие бёдра и лапает внутреннюю часть ляжек, изводя омегу на стоны.       Йеджи мычит, когда Шин опускается ещё ниже. Ближе к промежности, истекающей природой смазкой, и нагло усмехается, глядя в глаза Хван. Но она явно не из тех омег, кто будет смущаться. Йеджи удерживает младшую девушку за волосы и быстрее направляет к нужному месту. Рюджин, встав на колени на полу, послушно располагается головой между ног и наконец размашисто ведёт языком по промежности.       — Умничка, — Хван откидывает голову назад. Она сжимает голову Рюджин ляжками, контролируя ситуацию своими способами, и прикусывает губу. Шин не колеблется: она входит языком во влагалище, пока её пальцы сжимают ноги Хван. — Ну неужели хоть кто-то умеет лизать, — рыжеволосая закатывает глаза и интуитивно двигается бёдрами навстречу языку Рюджин.       — Сейчас мы проверим, как ты умеешь сосать, — ненадолго отрывается Шин, усмехаясь с Йеджи, которая отмахивалась от её слов, но снова приступила к делу. Конечно, доводить девушку до оргазма она совершенно не стремилась, но будет куда интереснее, если она уберёт голову именно в тот момент, когда Хван соберётся кончать.       Но когда так и вышло, Йеджи недовольным взглядом осмотрела Рюджин, без сил что-то сказать, и терпеливо двинулась ближе к ней. Нужно отплатить тем же. Оперевшись на руки у края кровати, она ждала, пока выпрямится девушка. Брюнетка удобно устроилась в полный рост и почти моментально почувствовала чужую руку на своем члене.       — Уверена, что сможешь простоять? — Хван игриво сверкает глазками, но Рюджин только больше выделяется, корча рожицу. — Ну как знаешь, — Йеджи водит ладонью по стволу от основания до головки. Член в предэякуляте Рюджин позволяет руке свободно скользить и мастурбировать, удовлетворяя альфу куда лучше, чем это было бы на сухую.       Рыжеволосая поднимает взгляд на младшую девушку, но после этого почти сразу открывает рот. Головка члена пропадает меж губ так быстро, что Рюджин не успевает сообразить. Йеджи профессионально заглатывает её член, сокращает расстояние до основания с каждой половиной минуты и смотрит на брюнетку не так, как все омеги в её положении. Она не стыдится своего вида, не собирается умолять о большем.       Она задаёт темп, она ведёт, она тут главная. Даже если Рюджин станет отрицать, Хван не подчинится. Она будет делать по-своему. И когда сама Шин начинает поскуливать с одного лишь вида стервозного и самоуверенного взгляда Йеджи, омега коварно улыбается уголками губ, прежде чем оторвётся от члена.       — Ну, Рюджин-и, мы приступим к главному, — Хван встает на колени на мягком матрасе кровати, хватает поводок Рюджин и тянет на себя. Лицо альфы неожиданно появляется так близко, что сама Шин неловко облизывает губы, старается приблизиться, но Йеджи усмехается ей прямо в лицо. — Не к тем губам ты тянешься, милая. Сядь.       Рюджин не остаётся ничего больше, как беспрекословно подчиниться. Она ставит подушку ровно к спинке кровати, сама опирается на мягкую ткань, пока Йеджи неудобно тянет её за поводок и давит ошейником на шею. Шин сжимает губы, лишь бы не заскулить, и молящим взглядом следит за движениями Йеджи. Рыжеволосая точно не ошиблась, подумав, что Рюджин возбуждают унижения.       — Мм, что насчёт наездницы? Хочешь, чтобы я попрыгала верхом?       — Хочу, — без колебаний соглашается Рюджин. И Йеджи оседлает её, садится полностью, моментально принимает всю длину в себя. Она одновременно с этим тянет поводок на себя, чтобы Шин выпрямилась и была лицом к лицу. — Ты специально?       — Да, — пожимает плечами Хван. От члена Рюджин она даже и глазом не повела. — Мне нравится, что ты как малолетняя омега потакаешь каждому моему слову и хочешь меня поцеловать. Врагам не положено.       — Какая же ты сука, — Рюджин обхватывает ее талию, направляя ниже, к основанию члена, ведёт пальцами по коже. Йеджи самодовольно усмехается. Она припадает к шее Шин, оставляет засосы и кое-как борется с желанием оставить метку. Пока рано. Пока нельзя.       — Мм, тебе нравится, когда я делаю вот так? — Хван приближается к уху и сладко шепчет свои фразы, пока насаживается на член почти полностью. Шин мычит от удовольствия. — Что тебя возбуждает? Мой запах? Или шёпот на ухо? Или может тебя возбуждает, что омежка доведёт тебя до оргазма быстрее, чем ты её?       — Блять, — Рюджин проглатывает слюну, живот неприятно тянет. Она облизывает губы и умоляюще смотрит на Йеджи.       — Не переживай, этого не будет, — Хван притягивает её ближе, накрывает чужие губы своими, окончательно выбивая почву из-под ног альфы. А как отстранилась, так сразу же подарила Рюджин второй поцелуй в губы, теперь просто мнимое касание, и встала с бёдер Шин. — Послушная девочка.       Йеджи оставляет непонимающую ничего Рюджин одну в комнате, со стоящим колом членом и затуманенным взглядом.       Сука.       — Хван!