Внеплановое возвращение

      Старший лейтенант Леон Тайгерсон скучал. Станция Космофлота «Саяны-32» находилась далеко не в центральных мирах, но и не на границе с кем-нибудь из соседей. Новые территории были новыми территориями. Где-то там, между звезд, на своих похотливых и вечно возбужденных биокораблях шастали дальние разведчицы, изучая неизвестные планеты и планетные системы. Собственно, станция «Саяны-32» была местом, где эти отчаянно смелые и полностью чокнутые девчонки могли бы отдохнуть в безопасности, а их «наездников» можно подлатать и подлечить. Наличие двух тяжелых крейсеров с сопровождением и внушительное вооружение самих «Саян» служили гарантом этого. Старлей вяло перелистнул страницы старого приключенческого романа о похождении одного наглого вора, отважной девушки и милого ослика.       Скука - вот единственный противник, с которым приходилось сталкиваться контингенту станции и приписанной эскадры. Увы, против этого противника были бессильны ракеты и пушки. Иногда спокойное и унылое течение времени нарушалось дебошем отдыхающих разведчиц. Эти законченные нимфоманки и зоофилки очень быстро начинали скучать. Поиски временной замены, пока их слегка прирученных и напичканных имплантами космических амеб осматривали и лечили специалисты, быстро приводили девчонок в различные, весьма забавные неприятности.       Леон перелистнул очередную страницу, когда диспетчерский пульт пискнул, информируя об обнаружении неизвестной, но дружественной отметки. Тайгерсон уже протянул руку, чтобы лениво передать сопровождение прибывшей, как обычно без уведомления, разрешения и в нарушении всех остальных протоколов, разведчицы причальной группе, но рука замерла в воздухе, не коснувшись пульта. Старлей внимательно посмотрел на эволюции неизвестного корабля, передававшего в эфир лишь странно нестабильный сигнал и опознавательный код «свой-чужой». Леон на секунду задумался и запустил замедленное воспроизведение данных радаров и спектральный анализ. Недоуменно моргнул, увидев результат, но томик романа уже был небрежно отброшен в сторону, а рука Леона разбила пластиковый, считавшийся противоударным, колпак, но старлею было на это плевать, как и на потрескавшиеся кости пальцев и впившиеся в ладонь осколки. Большая красная кнопка ещё не успела погрузиться, ещё молчали баззеры боевой тревоги, но ключ уже провернулся… Леону было всё равно, что будет потом, есть только здесь и сейчас…              

*****

             У пульта управления спаренными орудиями противоракетной обороны, установленных на одной из палуб «Саян-32», в этот день не было никого. Вот чуть дальше стоял накрытый ящик из-под какого-то груза, который сейчас использовался в качестве импровизированного стола. На импровизированных тарелках лежали раскрытые пайки и приготовленные тайком блюда домашней кухни. В бутылках из-под химикатов, тщательно вымытых и очищенных, сейчас плескалась брага. Там же собралась дежурная смена матросов из числа орудийной обслуги.        - Ну, чё, сказать, командир, - один из них посмотрел на старшего смены и поднял зажатый в руках самодельный стакан. – У тебя сегодня юбилей. В этот день принято говорить тосты. И мужики решили поручить это дело мне. Типа раз могу дрянные стишки писать, то смогу и поздравительную речь толкнуть. Тока я вот вообще не знаю, чего говорить…       Слова тостующего оборвал щелчок открывшихся орудийных пломб и жужжание заработавших двигателей, отвечающих за наведение и перезарядку спаренных орудий и подачу ракет. Отблески ламп сирены боевой тревоги пробежали по напиткам и застывшим лицам матросов.        - «Стену» по готовности! – рявкнули тост динамики внутренней связи неизвестным голосом кого-то из дежурных. – В порошок, парни, в порошок!        - Лучший тост в жизни! – хохотнул юбиляр. – И лучший подарок на юбилей!       Звон стаканов потонул в шуме принимающей бой базы. Выпив их содержимое, матросы разбежались по своим постам. Сегодняшний именинник молодецким прыжком запрыгнул в кресло перед прицельным радаром и положил руки на рычаги управления. На экране он уже видел выписывающий дикие, сбивающие прицел, маневры корабль дальней разведки. И тех, кто шел за ней. Губы мужчины исказились в безумной, предвкушающей улыбке и шевельнулись, выплевывая одно короткое слово:        - Отсоси!              

*****

              - Отсоси! – это было первое, что услышал ворвавшийся в главную рубку старший дежурной смены передовой базы «Саяны-32» капитан Михаил Громов. Он отошел буквально на пару минут – сделать плановую проверку поста вспомогательного управления – как завыла сирена и, нарушая всякую субординацию, дежурный отдал приказ, на который не имел права. И бессильно и быстро рассеялись все громы и молнии, что капитан заготовил для наглого старлея, от одного короткого слова, что услышал он, ворвавшись на мостик. Михаил сам не понял, как оказался в кресле вспомогательного диспетчера, вышвырнув оттуда штатного лейтенантика. Взгляд скользнул по радарам, оценивая обстановку. Патрульная группа во главе с тяжёлым крейсером «Муром» уже легла на курс перехвата. Его собрат по классу «Карелия» сейчас принимал на борт последних членов экипажа, что были в увольнении на станции. Гражданский персонал базы… Внутренняя безопасность пинками гнала их в эвакуатор. В бою от этих астрофизиков, геологов и прочих агрономов толку нет, так пусть будут готовы свалить, если всё станет совсем плохо. Медицинская служба – готовность к принятию пострадавших подтвердила. Зенитчики и ракетчики – тут и сомневаться не приходится, что готовы. Орудия главного калибра – прогреты на половину. Орудия вспомогательных калибров – уже ведут стрельбу, перекрывая маршруты преследования разведывательного корабля.        - В Башне, - динамики донесли голос командующего базой «Саяны-32». – Командование принял.       Михаил автоматически зафиксировал время в бортовом журнале.       Морская пехота уже начала установку защитных баррикад у основных узлов базы. Отмечено.       Капитан скользил глазами по экранам, а руки порхали по клавишам, контролируя и поправляя редкие неточности в действиях старлея. Где-то на задворках сознания проскочила мыслишка, что после принятия части функций боевым мостиком можно было бы и сменить старлея, но Леон вполне сносно руководил упорядоченным бардаком, воцарившемся на принимающей бой базе. Хороший парнишка. Когда всё закончится, то надо будет подать представление на повышение.        - Чичи – Башне. Четыре ноля, - каркнул динамик голосом ответственного за работу с биокораблями.        - Леона дуй в Нору, - голос моментально отреагировавшего капитана разнесся по станции, приказывая старшей из находящихся на базе разведчиц прибыть на дежурный мостик. Потом капитана посетила печальная мыслишка, что Леона сейчас вполне может дрочить, и не дёрнется, пока не закончит. Разведчицы – они такие. – Фродо, передай своим пусть найдут её и доставят в Нору, - отдал он распоряжение по рации морпехам.        - Она в адеквате и уже жжёт резину, - хохотнул в ответ басок.       Капитан и это отметил в журнале. Мало ли. Вдруг пригодится?       Станция слегка вздрогнула, когда орудия радостно поприветствовали неизвестного, но жданного противника, уничтожив предназначенные вернувшейся девчонке торпеды.        - Двигательный, что с коррекцией? – Громов заметил, что станция слегка отклонилась от курса и местоположения.        - Ждём, когда пальба затихнет, - огрызнулись механики.       Капитан поморщился. Пока отклонения были не очень критичны, но старшему механику надо будет указать на такое самоуправство дежурных. Хотя, может они и правы – ресурс двигателей ограничен, чтобы его на каждый выстрел тратить.        - Так, мальчики, - в канале управления базой раздался весёлый женский голос, с глубокими рокочущими нотками, - это «Малыш». И он на прямом управлении! Железо в труху, видимо. Мэй, уводи «Красавчика»! Подерутся ещё. Я займусь «Малышом».        - Палыч! – рявкнул Михаил, моментально принимая решение. – Тебе «Чумной доктор»!       Конечно, в обычной ситуации требовалось одобрение начальника медицинской службы, но не успел капитан закончить фразу, как оное пришло на терминал. Громов хрустнул шеей.        - Леон, соло. Я на проводке, - бросил он старлею, полностью сосредотачиваясь на обеспечение доставки медицинской группы на борт «Малыша», что в условиях начинающегося сражения было той ещё задачей…              

*****

             Игорь Павлович Малиновский коротким движением проверил свой огнемёт. Рядом с ним это же провернули остальные участники десанта на борт биокорабля «Малыш». Ну, кроме, Леоны. Разведчица сейчас занималась тем, что тискала собственные дойки одной рукой, а другую запихивала себе то в пизду, то в жопу.       Палыч переглянулся со старшим ударно-врачебной группы со стороны биокорабелов. Фёдор демонстративно усмехнулся, проверяя шредер. Да уж. Если кто со стороны увидит, то подумает, что это не группа врачей едет спасать пациента, а ударный отряд направляется на абордаж вражеского корабля: тяжёлая броня и вооружение, гранаты и всё такое. Только очень опытный взгляд мог заметить надежно спрятанные инъекторы и сканеры. Ах да, ещё голая девчонка выбивается из этой картины.        - Нихуя себе! – присвистнул пилот их спасательного челнока. – «Малыш» весь в рубцовой ткани. От кибернетики нет и следа. Только одиночные обломки торчат тут и там. Шлюза нет. Захожу через пору.       Палыч одним взглядом спросил у Фёдора… Много чего спросил, но тот его понял.        - Это шаблон 83-92-бис, - корабел высветил в воздухе голограмму со строением «Малыша». – Ядро здесь. Мы зайдём тут, идти сюда. Будет не просто. Если…        - Не если, - простонала Леона.        - Если, - отмахнулся Фёдор на слова разведчицы, - внешнее взаимодействие при прямом подключении ещё кое-как контролируется, то внутри… Внутри нас будет ждать его иммунка, включенная на полную катушка. И пройти нам нужно будет примерно пятьдесят метров, отбиваясь от защитных систем корабля. После чего меняем девчонку на Леону, и линяем. Леона уведёт «Малыша» на станцию, где мы уже постараемся быстро поставить заменители. И только попробуй дать девчонке… Ты понял всё сам.       Палыч кивнул, игнорируя угрозу, и крепче сжал огнемёт. Вытащить отважную девчонку с того света – его работа. Для этого он сейчас и сидит здесь.        - Пошел рукав! – крикнул пилот.       Палыч перевёл взгляд на небольшую боковую дверь в борту их кораблика. Потом посмотрел в сторону станции, уже активно ведущей бой, воздвигая вокруг них с «Малышом» неприступную стену огня. Через стекло кабины он видел, как корабли Боевого флота шли на сближение с неизвестным противником.       Над люком загорелась зелёная лампочка. Палыч опустил забрало, герметизируя броню. Лёгкое шипение выравнивающегося давления стало преддверием ада, длиной в пятьдесят метров. Различные слизни и прочие жировые конструкции, стремящиеся поглотить их маленькую команду. Аналог лейкоцитов в организме человека. Вырывающиеся из стен, пола и потолка струи едкой кислоты, что расплавили несколько огнемётов. Какие-то бесформенные существа и множество щупалец, стремящиеся раздавить их в лепёшку – попытка физического устранения инородных объектов. «Малыш» не понимал, что они друзья. Он стремился уничтожить попавшую в его организм заразу. Палыч с ещё двумя санитарами из медицинской службы базы, старались держаться в центре группы, прикрытые со всех сторон ребятами Фёдора. Броня корабелов могла выдержать гнев и ярость «Малыша», а вот у них… у них она предназначалась совсем для другого. Ко всему этому хаосу добавлялась радостно прыгающая навстречу каждой опасности Леона, восхищенно ахавшая при виде особо толстых и мощных созданий.        - Хочу, хочу, хочу их внутри себя, - лепетала она, как заведённая. Палыч даже подумывал вколоть ей успокоительного, когда их путь закончился. Необычайно крупный сфинктер из ороговевшей ткани какое-то время сопротивлялся устройствам корабелов, но устоять не смог. Сразу за Фёдором Палыч оказался в крупной комнате. В её центре был прозрачный цилиндр, заполненный мутной жидкостью. В нём извивалось и дергалось множество тонких и толстенных щупалец, сейчас буквально таранящих хрупкое, местами неестественно изогнутое девичье тело, что находилось в их центре.       Палыч усилием воли удержал взгляд на месте, заставляя себя смотреть не на это мерзкое зрелище, но на неизвестную разведчицу, начиная первично оценивать полученные ею повреждения.        - Рокировка на три и пять, - бросил Фёдор, со своими ребятами начиная устанавливать оборудование. Он ещё не успел закончить, как на забрале Палыча появилась информация, что установлено удаленное подключение с диагностическим комплексом «Каталка» - пришедшие с ним санитары уже готовились вытащить девчонку и начать оказывать ей помощь. У них будет всего пять секунд, чтобы это сделать и ещё запихнуть внутрь Леону. Хотя с последним проблем не возникнет – сама запрыгнет.        - Док, вколи чего-нибудь стимулирующего и укрепляющего, - вдруг необычайно серьезным голосом попросила покусывающая губы Леона. – Можешь особо не щадить…        - Помирать собралась? – рявкнул Палыч. – Помогать не буду!        - «Малыш» зол. Ему больно. Достанется мне знатно. Особенно по мозгам. А мне его ещё уводить отсюда куда-нибудь. Вколи какую-нибудь химию, док.        - Сдохнешь – на том свете достану и такое устрою, что тебе это приключение раем покажется, - пообещал Палыч, на запястье которого с щелчком поднялся автоматический шприц, уже снаряженный ядреной смесью стимуляторов.        - Траха лишишь, что ли? – усмехнулась Леона, возвращаясь к своему привычному поведению и даже не вздрогнув, когда игла вонзилась в тело.        - Три! – рявкнул Фёдор, чьё уже установленное оборудование в этот момент выдало короткий импульс, на пять секунд парализовавший данную область «Малыша». Корабль дернулся, и, судя по ощущениям, начал совершенно хаотичные эволюции. Щупальца внутри цилиндра опали неровной кучкой, на которую начало падать тело разведчицы. Только в начавшую появляться на стене цилиндра щель уже нырнули санитары Палыча, подхватившие девчонку, не давшие ей упасть и начавшие спешно вытаскивать отростки из её жопы, пизды, ноздрей, ушей – всех возможных отверстий, что сейчас были заполнены ими, стараясь не нанести дополнительного вреда. Санитары чуть-чуть не уложились в отведенные пять секунд. Пришедший в себя «Малыш» попытался схватить и затащить их внутрь, но на пути его щупальцев оказалась Леона, которую моментально, и с радостным писком, втащило закрывшийся цилиндр. «Малыш» почти сразу начал успокаиваться.        - Палыч – Башне. Мы уходим! - на ходу прокричал по связи медик, направляясь с остальными в обратный путь и начав получать данные от «Каталки». На его руке постоянно жужжал барабан медицинского комплекса, накладывая многочисленные шины, вводя всё новые порции препаратов. Только в начале Палыч позволил себе подумать, что такие вылазки не зря называют «Чумным доктором». Медицинский отсек на базе имеет все необходимые инструменты и возможности, чтобы сохранить жизнь девочке, но только если весь медперсонал станции будет работать над ней, что в бою просто невозможно. Девчонка должна жить. Должна рассказать, с чем столкнулась в неизведанных далях космоса. Да и просто неправильно будет, если она умрёт. Только доставка её на центральную базу сектора – это минус треть всего медицинского персонала «Саян-32» или аналогичной станции. Это минус эвакуатор, то есть треть персонала не сможет покинуть базу… Если останется в живых, конечно.        - Бьют по нейронке, - вдруг простонала слегка пришедшая в себя девушка. – По живому бьют.        - Скоро перестанут, - успокоил её Палыч, передавая информацию Башне и узнавая, что коридор для их бегства уже готов. Осталось только добраться до шаттла…              

*****

              - Отсоси, - хищно оскалился командующий тяжёлым крейсером «Муром», когда выпущенные его кораблем ракеты поразили первую цель. По правилам, он должен был объявить предупреждения, потом холостые и предупредительные залпы. По правилам. Только все правила шли в топку, когда речь заходила о девчонках из Дальней разведки. Ведь не зря императив защиты разведывательного корабля от нападения противника на флотском жаргоне звался «Отсоси!».        - Неизвестное воздействие на клеточном уровне! Корабельные щиты и броня, плюс личная защита уверенно держатся, - доложил офицер-тактик. Командир только кивнул, показывая, что услышал.       По какой-то причине неизвестный противник полностью сосредоточился на спешившем скрыться за станцией «Малыше» и «Красавчике», уверенно от неё убегавшем, полностью игнорируя боевые корабли, где органическим был только экипаж. Зря он это делал. Впрочем, может полученная им ракетная оплеуха заставит всё-таки заметить не только беззащитных девчонок, но и тех, кто за нападение на них может закатать в асфальт, не взирая на любые потери или приказы сверху?       Консоль пискнула, оповещая о входящем сообщении с «Саян-32». Командир «Мурома» позволил себе бросить на неё всего один взгляд. Всего одним движением разослал каждому члену экипажу своего тяжелого крейсера оповещение, что укротительницу «Малыша» увозят в центр. Он буквально ощутил, как по отсекам пронеслась волна ярости, которой теперь был пропитан даже металл.       Нет. Этого противника Боевой флот закатывать в асфальт не станет. Просто распылит на атомы, а на остатки помочится.