Всесожжение чувств

— Я хочу, чтобы ты замутил с парнем! — сказала мне Катя. — Чего? — я сделал вид, будто ослышался. — Я хочу, чтобы ты замутил с парнем! — повторила она, уже прямо очень настойчиво. Наверное, мало какой юноша ожидает услышать подобное от своей девушки. Тут даже без концовки всё выглядит крайне сомнительно, а уж последнее слово вообще добивает! Однако для меня это неожиданностью вообще не было. Когда начинаешь встречаться с фанаткой фанфиков, в которых только и делают, что сношаются парни из самых разных тайтлов: от Гарри Поттера до Евангелиона, как-то волей-неволей смиришься с тем, что в голове у неё будут полные извращения. А Катя была именно из таких. Мы и познакомились-то с ней только потому, что я слово «Слэш» добавил в свой никнейм на одном из сайтов. Но я-то думал тогда, что это просто название косой чёрточки на клавиатуре. Хотел написать его словом, выпендривался. Откуда же мне было знать, что это огромный, хотя и довольно низкий жанр в современной литературе? А вот узнать пришлось, когда мне Катя написала. Впрочем, несмотря на крайне нетипичный повод для знакомства, замутили мы вовсе не поэтому. Мы просто начали общаться сперва в сети, потом встретились в реале... Ну и понравились друг другу. В первую очередь внешне. Она была объективно ну очень симпатичной девушкой, да к тому же ещё и меняла образы как перчатки. Сегодня она могла быть эдакой воздушной женственной девушкой-ванилькой, а завтра — крутой, одетой во всё чёрное, неформалкой. Правда, поведение у неё всё одно оставалось, так что это было скорее для собственного удовольствия, чем игра на зрителя. Ну а я ей приглянулся как раз потому, что был чем-то похож на некоторых персонажей её любимых фанфиков. Немного смазливый, с длинными волосами, без совсем уж маскулинных черт... Одним девушкам такие нравятся, других с подобных мне воротит, им подавай широкие плечи и суровые рожи. Катя, безусловно, была из первых. Мы сильно глянулись друг другу, и уже вторая наша встреча в реале стала, фактически, свиданием. Ну а потом и до отношений дело дошло. Реально серьёзных таких, когда чего-то ожидаешь, планируешь. Мы даже решились, в некотором роде, съехаться. Её родители свалили на всё лето из города, и потому мы, с их разрешения, решили попробовать жить вместе. Нет, конечно, у нас не было нормальной работы, мы были ещё студентами, но теоретически это могло бы привести к тому, что мы бы потом сняли жильё с помощью родителей. Или я бы совсем к ним переехал. В целом и её, и мои предки наши отношения одобряли и совсем не против были бы породниться. Да и мы были друг с другом счастливы. Как-то мы с Катей всерьёз обсуждали ещё до этой попытки съехаться, кому чего друг в друге нравится, помимо внешности. Я тогда сказал, что с ней очень нескучно, она выдумывает всякие вещи, но очень редко выходит за рамки. Она же сказала, что ей, во-первых, нравится, что я очень заботливый и обязательный, а во-вторых, нравится, что я вроде бы очень остроумный и учусь в институте на отлично, но при этом позволяю собой крутить. Чистая правда, на которую не обижаются. В общем, решили мы съехаться... и быстро поняли, что это была ошибка. Оба поняли, хотя никто и не сказал об этом вслух. Просто одно дело, когда ты с человеком именно встречаешься. Пусть даже это будет десять лет, а не как у нас — меньше года, всё равно остаётся место для идеализации. Ты не видишь человека целиком, не знаешь его полностью. А вот стоит пожить вместе хотя бы пару недель... В моём отношении к ней мало что изменилось. С чего бы? Катя и дома, и на улице, и со мной, и с друзьями была совершенно одинаковая — чуточку безумная, разная снаружи, но совершенно неизменная внутри. А вот она во мне явно разочаровалась. Видимо, мои бытовые привычки, мои домашние хобби оказались для неё слишком уж унылыми. И это отразилось не только на том, что она стала со мной скучать в быту, но и на интимной жизни. Кто бы мог подумать, что пары после того, как съехались, только меньше сексом заниматься начинают? Я-то думал, это прерогатива исключительно брака. И вот, после трёх недель совместной жизни, когда мы закрыли свои сессии, когда окончательно поняли, хотя и не проговорили вслух, что отношения как-то испортились, она выдала: — Я хочу, чтобы ты замутил с парнем! ***** Наверное, я бы мог обратить это в смешную шутку, но как-то не хотелось. Катя редко повторяла свои просьбы, да и вообще редко о чём-то просила. Хитрая и по-женски умная, она скорее делала так, чтобы мне захотелось что-то сделать для неё. И каждый раз я пытался понять, чего именно она хочет. Иногда даже получалось, но редко. А тут вот так вот прямо взяла и сказала. — Ты таким образом наши отношения добить пытаешься, да? — спросил я с мрачной улыбкой. Катя даже не обиделась на моё едкое замечание, а вполне спокойно возразила: — Нет, Миша, ровно наоборот. Я пытаюсь их спасти. — Хорошенькое спасение... Как круг спасательный с якорем. — Забавно, но это не шутки. Мне действительно хочется, чтобы ты это сделал. — Со всех сторон идеальное решение! — мой голос был полон неприкрытого сарказма. — Я делаю то, что мне не хочется, ты исполняешь одну из своих фантазий, а потом можешь в любой момент бросить меня под благовидным предлогом. — Нет, Миш, всё ровно наоборот, — возразила Катя. — Ты не попал ни в одну мишень, а где-то вообще не в ту сторону выстрелил. — Тогда объясни неразумному мне, что к чему. — Ну, во-первых, я не хочу, чтобы ты делал это через силу. Нет, ну то есть не обязательно, чтобы прямо хотел... но хотя бы чтобы хоть немножко понравилось. — Уж мимо! — тут же отчеканил я. — А я вот думаю, что это возможно! — возразила Катя. — Во-вторых, у меня на твой счёт нет и не было никаких фантазий. Я вообще, знаешь, про реальных людей редко фантазирую. Но! Я хочу, чтобы эти фантазии возникли. И тут мы, Миш, переходим к третьему. Я не хочу с тобой расставаться. Вообще не хочу. Ты классный, ты мне нравишься, и мне кажется, что с тобой очень удобно вместе жить. Ты за порядком хорошо следишь и вообще довольно опрятный. Где я ещё такого парня найду? — Знаешь, это всё не очень друг с другом сочетается, — заявил я, до предела напрягая мозги. — Вот как? А мне вот кажется, что всё связано. Ты ещё не понял идею? — Нет, Кать, не понял, — признался я как на аутодафе. — Ну, смотри. Давай представим идеальный вариант. Ты заводишь интрижку с парнем, и она тебе... ну, скажем так, немножко понравилась. Возможно такое? Я вот думаю, что возможно. Тогда ты, как мне кажется, станешь куда интереснее и перейдёшь как раз в разряд тех, о ком я фантазирую. Тут я, конечно, не уверена, но мне кажется, так и будет. — И что это нам даёт? — Огонь безумных страстей! — сладострастно улыбнулась Катя. — Ты ведь понимаешь, что наш сейчас малость угас, да? — Твой угас, — заметил я. — Ты мне всё так же нравишься. — Ну... да, мой угас, — приняла моя девушка замечание. — А так ты сможешь разжечь его с новой силой. Иначе, боюсь, ничего у нас не получится. А я хочу, чтобы получилось! — То есть для того, чтобы продолжить отношения с красивой девушкой, мне надо потрахаться с каким-нибудь парнем, так? — поинтересовался я. — В каком чудесном мире мы живём... — Миш, ну, не перегибай. Я не просила тебя трахаться. Я просила замутить, — обиделась Катя. — А что бы это должно значить? — Отношения! Свидания там, романтика. Поцелуи. Пусть будет всё по-лайтовому. Нет, конечно, если ты решишь... — Не решу! — резко возразил я. — В общем, я хочу, чтобы ты именно замутил с парнем. А уж спать с ним или пару раз в губки чмокнуть — это твоё личное дело. — Кать, я, конечно, всё понимаю, но тебе не кажется, что измена, даже лайтовая, — это не лучший способ поддерживать отношения? — попытался я воззвать к здравому смыслу. — А при чём тут измена? — возмущённо удивилась она. — Измена — это когда тайно. А тут по разрешению, даже, можно сказать, с благословением. Это как... Ну, там, всякие взрослые практикуют обмен парами, тройнички... Они же не считают это изменой. Почему я должна? — Знаешь, всё равно как-то это неправильно. — Оооочень неправильно! — Катя томно вздохнула. — В этом и дело, Мишка! Прямо так неправильно... Я присел и немного успокоил нервы. Даже повторил про себя джедайскую мантру про Покой и Силу. Глупо, но тут главное — хоть на чём-то сосредоточиться, так что такие штуки порой помогают. Стал думать. Размышлять. — Я так понимаю, это самый отчаянный шаг для спасения отношений? — уточнил я у своей девушки. — Ну, самый или нет, но... — Понятно. То есть что-то вроде: или ты соглашаешься, или мы расстаёмся, так? — больше констатировал, чем спросил я. — Миш, я просто предложила решение проблемы. Если ты можешь что-то другое придумать, я с радостью попробую! — А может, я с кучей других девушек могу замутить, чтобы ты ревновать начала? — А ты сможешь? — скептически улыбнулась Катя. — Ну, с одной или двумя... — Знаешь, если бы я думала, что это сработает, я бы разрешила. Но что-то я не верю. И снова я ушёл в свои мысли. Я попытался представить воплощение их в жизнь... и меня передёрнуло, да так, что даже Катя заметила. — Что случилось? — обеспокоилась она. — Да так... не знаю. Если думать об этом как о жертве ради отношений, я вроде бы готов попробовать... Но как? Меня от одной мысли о двух парнях передёргивает. И не важно, я там или твои любимчики. — А я это знаю, Миш, — спокойно сказала она, которая не раз заставляла меня сталкиваться с её любимым жанром. — И я даже кое-что придумала. Не знаю, правда, сработает ли, но попробовать стоит. — Какой-нибудь специальный раскрепощающий гипноз? — Ага, и эликсир «Стань-ка геем». Нет, серьёзно, у меня нормальная идея есть. Тут важно, согласен ты или нет. И вновь погружение в поток мыслей и чувств. Теперь я представил себе, что речь идёт о том, чтобы замутить с девушкой. Ну, такой, прямо из себя пацанкой. Это уже не вызывало отторжения. Вряд ли, конечно, такие отношения были бы особенно перспективны, но... А ведь и тут что-то мне мешало! Уже не отвращение, а что-то совсем другое. Более... моральное. — А теперь чего? — спросила Катя, явно обнаружив признаки страдания на моём лице. — Я думаю, это само по себе прикончит наши отношения, — сказал я, нащупав-таки истоки чувств. — Знаешь, наверное, я на самом деле весьма такой... моногамный. Если я с кем-то замучу на стороне, даже с девушкой, мне перед тобой очень стыдно будет. Прямо в глаза смотреть не смогу. — Миша, ты думаешь, я совсем дура? — улыбнулась Катя. — Моногамный он... Ты пару моих подруг прямо глазами раздевал и ни капельки меня не стеснялся. — Ну так и ты иногда на парней смотришь так, будто... — А, так вот в чём дело! — воскликнула она. — В чём? — удивился я. — В том, Миш, что ты не моногамный. Ты, как бы это сказать... токсично справедливый. — И что это должно значить? — озадачился я. — А то, что ты можешь позволить себе всё, что делаю я. Пялиться — да. А целоваться — ни-ни. — Это имеет смысл, — мне даже задумываться не пришлось. — Только чем нам это поможет? — Ну... знаешь... — Кать! А вот тут всерьёз задумалась уже она, что было большой редкостью. Что было очень плохо, ибо вид у неё в таких ситуациях самый забавный: мечтательно-глупое выражение лица и такие странные движения руками, будто она одновременно котиков гладит и хором дирижирует. — Ладно, — наконец вернулась она к разговору. — Давай посмотрим на это как на некую... паузу в отношениях. Пары же так иногда делают, да? Ну, типа мы решили разобраться в себе и встречаться с другими людьми. — И при этом живём вместе, да? — Нет, ну можешь домой поехать, но тогда моя идея про то, чтобы противно не было, не сработает. — Значит, ты тоже будешь с каким-нибудь парнем встречаться? — уточнил я. — Могу с девушкой, если тебе так хочется. О да, это было бы даже интересно, но всё-таки я решил не искушать судьбу. Ну, то есть... предположим, план наш удастся, но Катя вдруг поймёт, что на самом деле с девчонками ей прикольнее... С парнями конкурировать всё-таки как-то попроще, случись чего. — Нет уж, пусть лучше будет парень. — Парень так парень. Так ты вообще как, согласен? — Ну, давай так. Если твоя идея с тем, чтобы мне противно не было, сработает, я попробую. Правда, я понятия не имею, как с кем-то тут мутить, кого искать... — Да я сама тебе помогу найти кого-то, если хочешь, — заявила Катя. — То есть в целом ты согласен? — Я согласен попробовать твою идею, давай так. — Хорошо. Тогда завтра начнём. Согласен? — Начнём что именно? — поинтересовался я. — Ну, это будет что-то типа подготовки. Только мне нужно будет кое-что купить и ещё взять... В общем, давай завтра. И знаешь, лучше сегодня у родителей переночуй. Пусть это сюрприз будет. — Ну, если ты настаиваешь... — Настаиваю! Пришлось мне на время покинуть наше общее пристанище и поехать к предкам в Медведково. Они немного удивились моему прибытию, но вопросов задавать не стали. Я просто сказал им, что завтра вернусь назад, и всё. Отец понимающе кивнул, мать обеспокоенно посмотрела, но промолчала. А я пошёл к себе в комнату, которая за последнее время изрядно опустела — я понемногу перетаскивал вещи на новое место. Правда, в этот раз ничего решил не брать. Посидел, почитал книгу. Взялся клеить модель парусного корабля — одно из тех моих хобби, что превратили меня в глазах Кати в скучную унылую какашку. Нет, она и до этого знала, что я этим занимаюсь, но звучит-то оно довольно забавно и интересно, да и заниматься этим бывает прикольно для людей определённого склада, но вот наблюдать за тем, как другой это делает... В общем, я её за такое мнение никогда бы не осудил. ***** Следующим утром я встал пораньше и поехал к Кате. Та уже была на ногах и тут же заявила, что всё полностью готово к моей подготовке. — Для начала тебя ждёт тёплая пенная ванна... — Это прикольно. — И удаление всех волос на теле. — А это уже не очень, — вздохнул я. Правда, это было мне не в новинку. Я не то чтобы от природы волосат был, но за последний год уже дважды проделывал эту процедуру по просьбе Кати. Даже немного наловчился. А то ноги брить-то совсем не трудно, а вот интимные места... После мытья и непотребного бритья я вытерся и вышел из душа совершенно голый. А там уже была Катя, и наготове у неё была одежда. Новая одежда, которую мне полагалось надеть на себя. — Ну что, понял мою идею? — Понял, что ты хочешь меня одеть девчонкой. Это имеет смысл. — Правда? — улыбнулась Катя. — Ага. То есть если я буду казаться девушкой, найти парня будет проще. Только как это поможет с отвращением? — А вот давай попробуем! — хитро улыбнулась Катя. — Вдруг сработает? Не то чтобы у меня были какие-то проблемы с тем, чтобы просто надеть на себя что-то женское. Я пару раз Катины спортивные штаны надевал, да и футболками мы иногда менялись. Однако теперь наблюдалась некоторая проблема. Есть просто женские вещи — которые вроде бы для девушек, которые носят девушки, а есть ну прямо совсем уж женские вещи — розовые полупрозрачные блузочки, юбочки с рюшем, всякие там красивые свадебные платья. Предложенный мне наряд был хоть и не прямо из числа совсем-совсем женских, но всё-таки ближе к ним, чем к обычной общедоступной одежде, вроде джинсов и свитеров. Не говоря уже о том, что к этому бежевому платью прилагались исконно женские аксессуары: трусики, лифчик с очень плотными чашечками и даже колготки. При том непонятно, зачем они вообще были нужны: они даже цветом почти от обычной кожи не отличались и были очень тонкие. — Для лета — самое то! — ответила мне Катя на так и не заданный вопрос. — Но зачем они вообще нужны тогда? Их же даже не видно. — Чтобы ты ощущал их на ногах. Главное, чтобы ты помнил, что они есть. После того как я надел платье, она выдала мне обувь. Это были женские босоножки почти в цвет платья, на солидной платформе и ещё небольшом возвышении на пятке. — Я подумала, что каблук для тебя будет сложнее, а так — в самый раз. Это женственно, и ходить можно почти нормально, — пояснила Катя. — А где ты взяла их сорокового размера? Да ещё под цвет... — Ну, вообще-то я с них и начала. Такой обуви не очень много, но она есть. От неё лук и выстраивала. После она взялась расчёсывать мои волосы, накладывать макияж. Это было даже почти приятно: прикосновения всякие... Ну и как результат, мне показали меня нового, женского. В большом зеркале. — Ты такая миленькая девушка, что я сама к тебе парней ревновать начну! — заявила Катя со счастливейшей улыбкой. И не то чтобы это не имело смысла. Несмотря на явную плоскогрудость (хотя лифчик создавал впечатление, что самый минимум где-то там есть), моя женская форма была очень даже симпатична. Средняя девчонка, пожалуй, имела бы повод для ревности, а вот Катя — да ни в жизнь! Несмотря на то, что она была в совершенно домашнем наряде, надо было быть конченым дебилом, чтобы из двух девушек, стоящих перед зеркалом, выбрать ту, что носила бежевое. — Окей... и что дальше? — спросил я. А дальше Катя, собственно, и начала воплощать свой план в жизнь. Сперва она наделала фоточек, на которых я был в самых нелепых позах, а потом отправила меня готовить обед в моём нынешнем виде. А сама начала что-то там химичить на компьютере. И химичила до самого вечера. Я уже и обед приготовить успел, и её накормить, и даже ужин сделал, когда она, наконец, позвала меня. Она усадила меня на стул рядом со своим компом и начала показывать мои фото. С которыми она знатно так позабавилась с помощью Фотошопа. Зато стали понятны мои позы — они были, так сказать, не для одиночных снимков. Ибо к каждой удачной фотке Катя добавила какого-то парня. Она листала, показывала и спрашивала: — Ну, разве это противно? По-моему, мило смотрится. А пошлость фоток нарастала стремительно. Сперва девушка в бежевом была просто рядом с парнем, потом он обнимал её, потом целовал... Наконец, они оказались в очень интимной обстановке, где она стояла перед ним на коленях в красивой спальне. — Ну что, были у тебя позывы к тошноте хоть раз? — спросила Катя, закончив показывать свои творения. — Ты всё так быстро сделала? — А, да это не так трудно. Я заранее парней подготовила и фоны. Осталось только твои фотки обработать. Так что, противно? — Да не особенно, — признался я. — Значит, мой план может сработать, так? — Кажется, теперь я понимаю. Типа: тебе противно, что парень с парнем, так пусть будет девушка с парнем, только девушкой будешь ты! — Всё верно, — Катя погладила меня по хорошо расчёсанным волосам. — Я думаю, может сработать. — То, что на фотках... Ну, то есть, понимаешь, одно дело смотреть со стороны. Но когда я представляю, как меня реальный парень целует... — Тошнит? — Да вроде бы нет, но приятного всё равно мало, — откровенно заявил я. — Вот, значит, работает! — неожиданно обрадовалась Катя. — Значит, мы можем сдвинуть твои... вкусы. Завтра ещё одну штуку сделаем... тебе понравится. ***** Следующий день оказался в полной мере днём смены ролей. Я снова оделся как вчера, а вот Катя приготовила себе новый наряд. Она каким-то образом умудрилась почти спрятать свою немаленькую грудь, оделась в плотную кофту, бесформенные джинсы и парик с короткими волосами, под который спрятала свои настоящие. В общем и целом Катя стала реально похожа на парня. Очень женственного парня. Да и двигалась, прямо скажем, не по-мужски. Но это всё равно стало для меня интересным опытом. Мы с ней провели весь день как настоящая пара, в которой она была парнем, а я девушкой. Надо заметить, что в этом деле я был натуральнее, чисто потому что не пытался особо играть и потому не переигрывал. А вот Катя, которую теперь требовалось звать Андреем, переигрывала страшно. Грубила, рыгала, пыталась хлопать меня по заднице. Оно бы даже могло бы сработать, не будь она настолько миловидна как парень. А так скорее комично смотрелось. И тем не менее это было важно. Я вроде бы как целовался с парнем. Ну да, это была девушка, но отчасти всё-таки парень. И ничего страшного в этом не было. Уже ночью, когда мы в нормальном виде легли спать, Катя попросила меня вновь представить поцелуй уже с парнем настоящим. И это... ну, привлекательным не было, но степень отвращения явно уменьшилась. — Наверное, теперь это примерно так же, как со страшной девушкой целоваться, — признался я. — Значит, мы движемся в верном направлении, — сказала Катя. — Интересно даже, чего ещё ты придумать могла? А придумала она, как я выяснил следующим утром, устроить для меня день кино. Для меня и для себя. А кино было, как легко догадаться, про трансов. Сперва был фильм, в котором это оказалось внезапным поворотом — что милая симпатичная девушка на самом деле парень. Потом фильм, где это было известно с самого начала, но транс был очень миловиден. Потом довольно тяжёлый фильм про девушку, которую играл вот прямо совсем парень, про всякие тяжести в вопросах жизни таких людей. И наконец, уже вечером, Катя поставила мне ну совсем уж откровенную порно-эротику, в которой девушка с пенисом играла одну из главных ролей. — Ну что, как тебе было? — спросила она, опять же перед самым сном. — Да так-сяк. Третий фильм какой-то депрессивный, а второй скучноват. — А последний? — Это же просто порнуха. — Вот видишь, «просто»! — ухмыльнулась она. — Да ладно, не придирайся к словам, Кать. Что ты там ещё на завтра удумала? — Другое платье тебе выдать. А то это стирать пора. — А ещё? — Узнаешь! — хитро улыбнулась мне девушка. Впрочем, её креативность тоже имела свои пределы, хотя решения она принимала порой и вправду очень необычные. Например, заняться со мной сексом, но при этом держать прямо перед моим лицом искусственный фаллос из секс-шопа. Или же целый сеанс психотерапии, во время которого она, довольно посредственно исполняя роль психоаналитика, пыталась убедить меня в том, что мне на самом деле нравятся именно парни и я просто это всячески скрываю и подавляю. В общем, креативность была, и даже очень, но хватило её где-то на неделю. Однако эта неделя принесла свой результат, и теперь, просматривая фотки, на которых меня вроде как целует парень, я не испытывал отвращения, представляя себя на своём же, как ни странно, месте. Скорее в голове моей преобладало любопытство. А что я почувствую при этом? А насколько это отличается от поцелуя с девушкой? — Ваши манипуляции, миссис Фрейд, сработали, — оставалось только признать мне очевидное. — Не могу сказать, что меня прямо тянет попробовать, но вроде бы и отторжения не вызывает. — Вот видишь! — улыбнулась Катя и поцеловала меня в щёку. — А ты говорил... Так что, приводим наш план в исполнение? — Ну да... Обидно, если всё это было зря. — Да ладно, Миш, ну прикольная же была неделька! — пихнула она меня плечом. — Необычная, интересная, но... не скажу, что я её хочу повторять. — А и не придётся. Так что, всё в силе? — ещё раз уточнила у меня моя девушка. — Да, Кать. Знаешь, какая-то ты подозрительная. Что, уже присмотрела мне парня? — Ну... не тебе... — немножко стыдливо потупила взгляд она. — У меня тут на улице один парень телефон попросил... Довольно милый такой, вежливый. Я его номер взяла и сказала, что сама позвоню. — Ага, так вот ради чего всё было... — Миш, ну не шути так! — возмутилась Катя. — Если хочешь, я ему звонить не буду. Другого найду. — Да нет, выбирай уж сама, — отмахнулся я. — Так что, отношения наши на паузе? Или просто в разряд свободных переместились? Мы переглянулись и оба задумались. Этот момент мы чего-то как-то не продумали. — Наверное, лучше считать, что они на паузе, — сказала наконец Катя. — А то получится, что нам и дальше можно будет с кем хочется. — Наверное, ты права. То есть мы вроде как временно расстались, да? — уточнил я. — Как-то так. — То есть сексом мы теперь не занимаемся? — спросил я её, думая, что пошутил. — Конечно нет! — ответила она, и тут я понял, что шутка была вовсе и не шуткой. — Мы же на паузу всё поставили. — Ну, с бывшими иногда... — Миш, я не хочу быть бывшей! — резко заявила она. — Ладно, — ответил я. — Тогда я пока на диване посплю. — Да нет, не надо. Неудобно будет. Можешь спать в комнате родителей. Просто заменим бельё постельное, и всё. На том и договорились. — В каком же странном мире мы живём! — пожаловался я, глядя в потолок. — Чтобы сохранить отношения с красивой девушкой, нужно отказаться от секса с ней. — Да ладно, Миш, это же ненадолго. ***** Той ночью меня не оставляли странные фантазии. Почему-то я не мог перестать думать об обитателях этой комнаты, о родителях Кати. Точнее, о её папе и её мачехе. А мачеха, надо сказать, была очень даже ничего — ей всего тридцать было, и выглядела она довольно симпатичной. Мне даже любопытно стало, когда я их впервые увидел: чего она в папаше Кати нашла? И тут вдруг это любопытство с новой силой разгорелось, и не только оно. На меня волнами накатывали мысли о том, что именно делалось на этой кровати. А ведь на ней явно не только спали. Что она чувствует, когда он ласкает её, когда берёт её? Я постоянно возвращался к навязчивой мысли, что я — это она, что я на её месте... И тот факт, что на мне была женская ночная рубашка, побороть фантазии ни разу не помогал. В конечном счёте я начал буквально и без всякого стеснения мастурбировать, представляя себя на месте женщины. Скрывать это от Кати я не стал. Тем более что после моих ночных шалостей на ночной рубашке появились очень недвусмысленные пятна, а стирала в этом доме именно она. — Ну... это хороший знак! — сказала она мне. — Хотя лучше бы ты эту энергию на поиск парня направил. — Ты же сказала, что сама мне найдёшь! — напомнил я. — О, правда? А ты ведь и не просил... Конечно найду! И, надо отдать ей должное, тут же полезла искать. Сделала мне профиль на нескольких сайтах знакомств, на который выгрузила мои фотки в женских шмотках, с замазанным лицом. И тут понеслось! Я даже и не подозревал, как в мире много извращенцев. Да и Катя, надо сказать, тоже. — Нет, с этими утырками я тебя на свидание не отправлю! — А что тогда делать? — спросил я. — Ну, есть другая идея. Старая анкета была снесена, и уже на других сайтах появилась новая. Женская анкета. На которой были выложены уже мои женские фотки в открытую... правда, подредактированные так, чтобы узнать меня на них знакомым было невозможно. — А в чём смысл? — спросил я у Кати. — Будут ведь писать девушке. — Ну, ты сможешь с ними немножко пообщаться... или я от твоего имени, как захочешь. А потом уже сказать: знаешь, на самом деле я трасик... — Не нравится, когда ты меня так называешь, — поморщился я. — Извини, но так понятнее всего будет. Кстати, поздравляю. Теперь для всего мира твою женскую половину зовут Настей. Тебе нравится имя Настя? — Анастасия — звучит неплохо. А Настя как-то простовато! — заметил я. — Ну, ничего, привыкнешь. Я как тебя впервые в платье увидела — сразу поняла, что ты вылитая Настя! Кстати, Миш, ты сам будешь переписки вести? Тут вон уже кто-то написал... — Наверное, сам. — Хорошо. А то у меня планы на сегодня. — Свидание? — спросил я. — Ага. Он меня позвал на колесе обозрения прокатиться и в какую-то старую крутую чебуречную зайти. — Забавный план свидания. — Ага. Даже интересно! — улыбнулась Катя. Странно, но я особо даже и не ревновал. Это было больше похоже на дружескую прогулку. Даже как-то досадно стало, что меня с собой не берут. Уже перед выходом в меру нарядная Катя (в этот раз она выбрала наряд эдакой простоватой девчонки со двора) уточнила у меня ещё раз: — Так, чтобы точно! Куда бы ни зашло свидание, никаких претензий. Мы договорились, да? — А ты что, спать с ним собираешься? — удивился я. — Я что, настолько шалава? — Катя аж топнула ногой со злости. — Нет, я скорее... про поцелуи всякие. Мало ли. — Думаю, это я как-нибудь переживу. — Вот и отлично! — сказала она и вышла из дома. А я остался копаться в письмах от фанатов. А их было много. Очень много. Но больше половины сходу отсеивались. Эти ребята явно писали каждой симпатичной девушке в надежде, что чего-то да выгорит. Некоторые сообщения даже самой откровенной копипастой отдавали — настолько ленивые парни попались. С другой стороны, нашлись и более... перспективные кандидаты. Как минимум, ничего в них так сходу не насторожило. Вернувшаяся к вечеру Катя, конечно же, первым делом поинтересовалась: — Ну что, нашёл кого-нибудь? — Да так... веду тут с тремя переписку. Правда, боюсь, едва скажу про трансика, они сразу отвалятся. — Только не забудь добавить, что там — реальные фотки. Что ты так почти и выглядишь, только лицо чуть... — Да я понял, Кать. Скажу. А твоё свидание как? — А знаешь, довольно неплохо, — улыбнулась она. — Колесо обозрения — так-сяк, но чебуреки были такие офигенные... надо будет сходить туда вместе. — Целовались? — Ну, я его слегка чмокнула в губы, когда прощались, — призналась она. Видимо, Катя ожидала от меня какой-то реакции, но её не было. Это даже по моим стандартным меркам вряд ли бы считалось изменой. — Мы послезавтра ещё раз встречаемся, — сказала она. — После работы зовёт меня в кино. — А он работает уже? — удивился я. — Ага. Ему тридцатник. Я разве не говорила? — удивилась Катя. — Да как-то, знаешь, не упоминала, — заметил я не без капельки яда. — А... Ну ладно, вот теперь сказала. А твои кандидаты кто? — Ну... одному тоже под тридцать, он вроде бы какой-то менеджер в банке. Второй какой-то информационный безопасник, а третий просто студент. — И кто из них тебе больше нравится? — Студент, — повторил я то же слово. — Остальные скорее, знаешь... не парни, а прямо мужики. — А что в этом плохого? — Не знаю... просто меньше нравится, и всё, — пожал я плечами и начал набивать очередное сообщение. Остаток же вечера мы с Катей провели в странной беседе о том, какие парни лучше: те, что постарше, или те, что помоложе. Довольно странно было слышать, как Катя защищает вариант о тех, что уже пожившие, учитывая, что я её так-то на два месяца младше буду. Зато моя позиция тут казалась более чем логичной. Я, в некотором роде, топил за самого себя. Вот так вот и закончился первый день нашего странного и даже абсурдного проекта по возобновлению отношений через их отрицание. Думаю, иные философы нашли бы это решение очень интригующим и благоразумным. Мне же всё больше казалось, что в этом было нечто не вполне рациональное. Но, начав его, было уже трудно остановиться, так что я просто успокоил свои мысли и уснул. На меня снова было обрушились всякие фантазии, но в этот раз мне удалось их подавить в зародыше. У меня всего две ночные рубашки имелось, так что... не стоило.