Под розой

      Я сидел, закинув ногу на ногу, и делал вид, что пью кофе — с молоком, потому что «капучино» вырвалось из моего рта быстрее, чем «американо». Столик на фудкорте, который я занял, располагался прямо около стеклянной перегородки, и, опустив взгляд, я мог увидеть почти весь первый этаж.       До Хэллоуина оставалось чуть больше недели, но весь торговый центр уже был украшен к празднику. На витринах сидели скелеты, с перил свешивались летучие мыши из фетра, у рамок металлодетекторов при входе в магазины лежали тыквы разных размеров и форм. Многие посетители — в основном дети и подростки — носили элементы карнавальных костюмов.       Идеальное место и время, чтобы затеряться.       Льюис, одетый в гавайскую рубашку и пеструю кепку, крутился вокруг точки по продаже мелочевки вроде зарядных устройств и чехлов на телефон. Лорелай и Глен следили за входами вживую, Джаред и Люк — по камерам. До обмена оставалось еще пятнадцать минут.       Оглядев людей, снующих от магазина к магазину, я уткнулся в ноутбук. До ужаса хотелось держать для прикрытия раскрытую газету, как в шпионских фильмах, но этим я бы точно привлек к себе лишнее внимание. А так — обычный парень, занявший место на фудкорте, чтобы поработать на ноутбуке, хотя если кто-то приглядится, он увидит, что на моем экране показываются не что иное, как записи с камер видеонаблюдения.       — Вижу человека, который может быть заказчиком, — сказала Лорелай. — Зашел через главный вход и идет к лифтам.       Я поправил наушник в ухе.       — Оставайся у входа. Тот, пометь его.       — Принято, — отозвался Джаред, и в следующее мгновение вокруг одного из человечков на верхнем левом углу появилась желтая рамка.       Пять минут. Человек, которого Лорелай вычислила как нашего заказчика, вышел из магазина спорттоваров без покупок и направился на третий этаж.       — Всем оставаться на местах, — пробормотал я. — Ждем, пока он не подойдет.       «Поклянись, что это не ты напал на мой дом.»       Голос Амелии был едва слышен. Крики подростков на фудкорте заглушали мои собственные мысли, что уж говорить о чужих.       «Что?»       «Поклянись, — настойчиво повторила она. — Что ты не имеешь никакого отношения к нападению на меня несколько дней назад.»       «Клянусь, но, если честно, мне сейчас не…»       «Это ловушка. Ты окружен ‘Акациями’.»       Я вскинул голову. Но вокруг меня не было ничего подозрительного. Никто не выделялся как агент. Никто не наблюдал за мной.       «Почему ты…»       «Просто знаю, — оборвала меня Амелия. — Я помогу тебе и остальным выбраться, но тебе придется меня слушаться.»       — Он на месте, — нетерпеливо сказала Лорелай.       Я перевел взгляд на экран. Мужчина купил ярко-красную кепку и сразу же надел ее. Это был условный знак.       Льюис двинулся в его сторону.       «Как только он подтвердит, что это заказчик, их окружат. Как и тебя,» — сказала Амелия.       «Я далеко от них.»       «Ты на фудкорте, над местом встречи. И они это знают. Это единственная точка, откуда ты можешь наблюдать за обменом с возможностью оперативно вмешаться.»       — Харон, — позвал Глен. — Ждем твоего приказа.       «Они все рассчитали. Они знают каждый твой шаг.»       «Почему я должен тебе верить?»       «Покажи мне людей внизу. Я скажу, кто из них агент под прикрытием.»       Я ощутил давление в голове и поддался. Мне тут же передалось чужое волнение, но оно было приглушенным и рассеянным, как отголосок или эхо настоящей эмоции. Я опустила глаза вниз, стараясь не смотреть на Льюиса, который разговаривал с заказчиком. Они обменивались двусмысленными фразами, проверяя, правильно ли они нашли друг друга. Моя самая нелюбимая часть работы.       «Пара с коляской. Я их знаю, они меня охраняли, когда…»       — Харон?       Льюис снял кепку и махнул ею. Пара, спорящая о чем-то над детской коляской, тут же оборвала спор и двинулась в его сторону.       — Отбой, — сказал я, громче, чем следовало. — Это ловушка. Рассредоточиться, живо.       — Что…       «Только не бегите. Они ищут того, кто начнет торопливо уходить с фудкорта.»       — Затеряйтесь в толпе, — пытаясь успокоиться, вдавил я.       Льюис жестом показал заказчику, что сделка отменяется, и неторопливым шагом двинулся прочь. Один агент двинулся следом за ним, второй преградил дорогу заказчику. Черт. Но об упущенных деньгах можно было поплакать потом.       — Выходите из здания, ждите дальнейших указаний.       Все мои инстинкты твердили, что надо бежать, но Амелия была права. На фудкорте было много народу, все столики у стены — заняты. Если я сейчас побегу, то выделюсь на фоне отдыхающих.       Я неспешно закрыл крышку ноутбука и убрал его в чехол, стараясь не смотреть вниз. Ребята переговаривались о своих перемещениях, их голоса сбивались, наползали друг на друга и терялись в гуле торгового центра. В этой какофонии звуков я едва мог различить голос Амелии.       «Они караулят у обоих выходов с фудкорта. Тебе придется пройти прямо мимо них.»       Я нашел взглядом компанию, которая тоже собиралась уходить. На вид я был старше их, но не настолько, чтобы это бросалось в глаза. Я подошел к ним, ослепительно улыбаясь.       — Извините, — сказал я, коснувшись плеча хорошенькой девчушки. Она заморгала, ее длинные ресницы запорхали как крылья бабочки. — Я увидел у вас пакеты из Apple. Не подскажете, где этот магазин? Хоть тресни, не могу найти.       — Это прямо за углом, — подсказала девушка. — Выходишь с фудкорта и налево.       Я принял растерянный вид.       — Да? Как же это я пропустил…       Один из парней махнул рукой.       — Идем, мы покажем. Классная куртка. Где купил?       Пробираясь между столиков, я затесался прямо в середину компании. Когда мы выходили с фудкорта, перекидываясь словечками как старые друзья, я ничем не должен был от них выделяться. Амелия все еще была здесь, смотрела на мир моими глазами, но ее мысли я практически не слышал. Она сканировала посетителей, пытаясь опознать в них агентов, но даже если она и назвала какие-то имена, до меня они уже не дошли.       — Вот он, — девушка с длинными ресницами кивнула на магазин. Неоновая вывеска была размером с футбольное поле.       — А слона я и не заметил, — присвистнул я. — Спасибо.       — Не за что. Удачи!       Я двинулся в сторону магазина, но в последний момент повернул и прошел мимо.       «Иди к лифту.»       «Лучше лестница. Лифт — это вертикальный гроб, откуда я не смогу сбежать.»       «Поэтому там они тебя встретить и не ожидают. Иди к лифту!»       Мог ли я ей доверять? Амелия явно давно знала о ловушке, но предупредить решила только сейчас. Да и зачем ей предавать своих? Гораздо логичнее было завоевать мое доверие, предоставив кусок информации, которую я мог проверить, а затем управлять мною.       «Ты спас меня, — напомнила Амелия. — Я просто возвращаю долг. Спустись на минус первый.»       У лифта уже была очередь. Я чувствовал себя неуютно в компании мам с колясками и тяжелыми пакетами. Так и хотелось сказать: «Я не лентяй, который не может дойти до лестницы, мне просто сюда очень надо.»       «На парковку?»       «В универмаг. Купи что-нибудь. И пусть твои тоже заглянут в магазины. Без пакетов вы привлекаете внимание. Они ищут одиночек без покупок, которые пытаются быстро покинуть торговый центр.»       Я вышел из лифта и поплелся к универмагу, минуя выход на парковку.       «Маленькая проблема. У меня с собой пистолет, а здесь металлодетекторы. Вряд ли охрана поверит, что вся шумиха из-за ноутбука.»       Амелию передернуло при упоминании оружия.       «А как ты тогда вошел в торговый центр?» — ужаснулась она.       «Через главный вход с неработающими рамками.»       «О, класс. Никогда больше не зайду в торговый центр.»       Проигнорировав Амелию, я прислушался к голосам в ухе.       — Вы еще в здании? — пробормотал я, останавливаясь у мусорного ведра и быстро сбрасывая пистолет. К счастью, мало кого интересовал парень, который что-то делал у мусорки.       — Да, — ответила Лорелай. В ее голосе были нотки паники. — Я не вижу ничего подозрительного. Ты уверен, что нас окружили?       Я зашел в магазин и взял корзинку для продуктов.       — Уверен. Зайдите в магазины. Купите что-нибудь.       — Мы потеряем время…       — Они не знают, как мы выглядим, — я улыбнулся старушке, которая оглянулась на мой голос. — Немного шопинга нам не помешает.       «Можешь проверить, где сейчас твои?» — спросил я Амелию.       «Нет. У меня нет никаких доступов.»       «Тогда откуда ты знаешь о ловушке?»       Связь была совсем плоха. Я не видел образов, которые обычно мелькали, когда они из нас о чем-то думал, не знал, что она сейчас делает. Неужели связь наконец-то истощилась? Я поймал себя на том, что это принесло мне не облегчение, а что-то очень похожее на страх.       Не хотелось застрять в торговом центре, окруженным агентами «Акаций» и без своего последнего преимущества.       «Неважно. Когда будешь на кассе, покажи мне людей вокруг.»       Я набрал каких-то продуктов и двинулся к кассе. Даже на кассах самообслуживания была очередь. Охранник супермаркета ходил за рамками металлодетектора, лениво сканируя посетителей взглядом. Его рация внезапно ожила. Он прислушался к помехам и встрепенулся. Коротко что-то ответив, он прошел через рамку металлодетектора и двинулся в мою сторону.       «И тут я задумался, почему я решил, что доверять тебе — хорошая идея.»       «Потому что у тебя нет других вариантов? Расслабься, трусишка. Он наверняка не к тебе.»       Амелия пыталась меня зацепить, назвав трусишкой, и ей это удалось. Трусишка! Да никогда. Напряжение покинуло мое тело. Я усмехнулся.       Охранник дошел до кассы, в очереди к которой я стоял, и что-то сказал посетителю передо мной. Тот кивнул. Охранник провел удостоверением по сканеру, и с экрана кассы пропал какой-то баннер. Охранник вернулся на свое место.       «Ты видишь своих?»       «Нет, — после паузы ответила Амелия. — По крайней мере, я никого больше не узнаю. А где твои?»       «Надеюсь, что в безопасности.»       «Ты и правда переживаешь за них, — удивилась Амелия. — Не только потому, что они могут тебя сдать. Тебе небезразлична их судьба.»       «Это так странно?»       «Да. Нет. Не знаю.»       Настала моя очередь. Я пробил продукты, бросая взгляды на зону после сканеров. Несколько человек стояли у выхода со скучающими выражениями лиц, словно кого-то ждали. Друзей. Мам. Разыскиваемого по всей стране преступника…       Я расплатился кредиткой на поддельное имя и вышел из супермаркета. Направился к лестнице самой расслабленной походкой, на которую только был способен.       За мной никто не пошел.       — Я снаружи, — предупредила Лорелай.       — Аналогично, — ответил Льюис. — Я сбросил хвост, но они остались у выхода. Осторожнее.       «Агент в клетчатой рубашке, — моментально подсказала Амелия. — И женщина в очках.»       Мужчина, барабанящий пальцами по ноге, посмотрел в мою сторону. Куда-то мне за спину, снова на меня.       Я достал из кармана телефон и сделал вид, что набираю номер.       — Привет, сладкая, — сказал я, смотря на вертушку и изо всех сил стараясь не пялиться на мужчину около нее. — Я все купил. Буду через десять минут. Презервативы тоже прикупил, так что ужин можем пропустить.       «Я начинаю думать, что сдать тебя ‘Акациям’ — не такая уж плохая идея.»       Я искренне рассмеялся и зашел в вертушку. Она неспеша крутилась, выпуская и запуская людей порциями. Когда выход из торгового центра был уже на расстоянии вытянутой руки, вертушка дернулась и остановилась. По коже пробежали мурашки. Я осторожно оглянулся через плечо, но это были не агенты, а какая-то старушка, чья сумка на колесиках заблокировала лопасть. Старушка раздраженно дернула сумку на себя, и вертушка снова пришла в движение.       Я выскочил из вертушки, едва не запнувшись о собственные ноги. Прохладный воздух приятно ущипнул лицо и забрался под расстегнутую куртку.       — Вышел, — бросил я, убирая телефон.       — Подберу тебя на углу, — сообщила Лорелай.       «Спасибо за помощь.»       Амелия замешкалась.       «Жизнь за жизнь, — коротко ответила она. — Теперь мы квиты.»       Затем она исчезла.       Рядом со мной остановился легковой автомобиль. Лорелай высунулась из окна со стороны водителя и осмотрела улицу.       — Надеюсь, ты купил что-то кроме презервативов, — заметила она, когда я садился на сиденье за ней. — Я голодная. Никто так не разжигает аппетит, как угроза быть арестованным.       — Есть колбаса. Будете?       Сидящий на переднем сиденье Глен закачал головой.       — Проклятье. Сделка сорвалась. Теперь у нас есть карта на несколько миллионов и еще один враг, который думает, что мы его кинули.       Я вздохнул.       — Хуже. Теперь он думает, что мы настолько плохи, что позволили федералам сесть нам на хвост. Хорошо хоть выбрались из торгового центра без потерь.       Лорелай в последний миг свернула с главной дороги. Если за нами и был хвост, он застрял на светофоре.       — Хвала твоей внимательности.       Я вздохнул.       — Скорее уж моей совести.       — Ангелу-хранителю, — Лорелай не успела сбросить скорость, и нас подбросило на лежачем полицейском. Я вцепился в сидение. — Ангел защищает, совесть мешает. Откуда «Акации» вообще узнали о встрече?       — Оттуда же, откуда и обо всем остальном, — процедил Глен.       Лорелай завертела головой, глядя то на него, то на меня.       — За дорогой следи, — попросил я.       — Есть что-то, о чем я не знаю?       Я внимательно посмотрел на Глена. Тот выдержал мой взгляд.       — Обсудим это потом, — отрезал я. На связи оставалась остальная команда, которая не пошла в торговый центр, но караулила наш временный штаб.       Я еще понимал, как «Акации» догадались о Лас-Вегасе, но все остальное? Торговый центр? Место у ларька? Время? Они даже знали, что, хотя не я буду передавать карту, я буду рядом, следить и подстраховывать. Кто-то сливал им информацию, и если это была не моя вторая половинка, то кто-то из моих людей…