Болезнь под названием любовь

      Болезнь под названием любовь. «Любовь возникает внезапно и безотчётно. Довольно одной привлекательной черты, чтобы поразить сердце и решить нашу судьбу».      

Пролог: Старт.

      

* * *

      — Мам, пап. Я собираюсь этим летом в лагерь.       Взгляды родителей уже отражали очевидное: беспокойство за своего ребёнка, который еле как отлипает от современных гаджетов. Сможет ли он прожить без сети и интернета свыше месяца в незнакомом месте? Прежде он всегда избегал этой темы, но теперь сам изволил заговорить о ней в свои-то года.       Отец даже от такого поворота событий поперхнулся налитым безмолочным кофе в его любимую кружку, ругаясь из-за пролитого кипятка на его домашнюю футболку. Мать лишь с удивлением отдалилась от плиты, забывая напрочь о готовке.       Такое предложение было подобно урагану. Впрочем, именно такой реакции и ждал Дилан, когда осмысливал этот вопрос. И сейчас мог с тяжёлым вздохом закатить глаза на происходящий хаус в доме.       — Ты точно уверен, сынок…? Ты же… - пыталась как можно мягче высказать вои мысли женщина, как бы не назвать собственное чадо законченным домочадцем. Тем временем усердно вытирала мокрым полотенцем с груди мужчины тёмное пятно. Естественно, то не поддавалось.       — Я могу взять с работы справку, но… ты точно в этом уверен? – с подозрением в голосе отразился глава рода.       И, несомненно, ответ был положительным.       Все прекрасно знали, что отговорить этого мальца, когда он уже твёрдо решился, будет практически невозможно, именно поэтому уже на следующую сутки, на входе кормилица оплакивала его, а жёсткий с виду взрослый сдерживал слёзы. Пришлось ещё немного помучиться, чтобы выпроводить их, но в итоге с малым позором это успешно удалось осуществить.       Итак… Дилан думал, что началась его самостоятельная жизнь.       Но всё было не так просто, как он полагал изначально.       

* * *

Спустя неделю,

Проведённую в лагере.

      И вот снова настал очередной изнурительный день в этой уж слишком «энергозатратной преисподней».       Всё обыденно начиналось с подъёма в семь утра, когда детей, только раскрывших глаза, ведут сначала в умывальницу, а затем переносят прямиком на улицу и заставляют ждать битые часы ради начала линейки, где вам опять дадут ненужные указания и советы, напомнят о планах на эти сутки, а также не забудут известить о прочих нормах.       Следом стартует одно из самых неспокойных периодов: завтрак. В это время, когда по столам разносят утреннюю кашу с ещё горячим чёрным чаем, происходит настоящий балаган. Вокруг вьются ненужные разговоры по типу: «а ты уже видел новую серию того сериала?», или же проносятся иные сплетни, не имеющие к еде никакого отношения. По правде сказать, это может быть раздражающе, в особенности, когда человек по близости с набитым ртом пытается доходчиво объяснить своему собеседнику, что да как. Тошнотворное зрелище.       Однако самый ад вступает в свою силу в конкретно утомительную стадию с наступлением фазы активности. В это время устраиваются развлечения, требующие лошадиной мощи, и длится это непрерывная процессия на протяжении нескольких приёмов пищи – так удобнее отмерять, ведь не всегда получается посмотреть сколько минуло тирад циклов с зародыша всеобщего преклонения. В такие моменты Дилан под шумок предпочитает сваливать, подстраивая ситуацию в собственную пользу, говоря, что его кто-то звал на помощь или не здоровится. Ему не составило труда пройти незамеченным, хоть и был кое-кто чрезвычайно заносчивый, замечающий эти изворотливые трюки…       — Опять в мед? Ты там смотри, как бы с твоими постоянными недугами тебя не отправили в больницу или чего хуже – обратно домой!       Этого парня зовут Ричард. Он является приемлемо хорошим другом, однако язык за зубами не умеет держать от слова совсем. Да и слишком болтлив не по делу. Иногда так и хочется его проигнорировать, но приходится терпеть эти докучающие выходки, раз он знает о «тайне».       — Да-да, ты главное не чеши никому про мои походы. Помнишь же о приставке? – уточнил плут, прекрасно осведомлённый, что тот никогда не сможет выкинуть это из своей памяти, граничащей только видео из тик тока.       — Да-да! – у использованного бедняжки даже глаза засветились.       Итак, они поспешно расстались, ведь одному из них надо было срочно спешить в лазарет, пока его драгоценное место не занял никто другой. Через около пятнадцати минут он всё-таки добрался до изначальной цели и с нескончаемой радостью повалился прямиком на мягкую постель.       Мед пункт служил для гения пространством отдыха, ведь та старая тётя, что здесь работает, всегда отсутствует, как бы ты ни старался её найти. Поэтому этим местом мало кто пользовался, а обычно если случалась какая-то травма, то искалеченный самостоятельно добирался сюда.       Обманщик же пользовался этой территорией в собственное удовольствие: здесь было достаточно прохладно, приятные на ощупь койки, полное одиночество наедине со своими мыслями, можно было даже достать когда-то украденный у смотрителя телефон и поиграть в игрушки. Проще говоря, в этой геенне, исключительно созданной для измождения бедных попавших в её плен подростков, действовал и укромный закон скрытого от внешних взоров рая.       По крайней мере так считал сам хитрец, что теперь сладко нежился на уютном белом покрывале. Конечно, это было немного неудобно делать в шортах до колен, да чёрной майке, впитавшей в себя лучи солнца, и отдающую теплом, но это никоим образом не мешало наслаждаться этим заветным времяпровождением в тишине и спокойствии.       Веки невольно наваливались тяжестью, а прежде напряжённые мышцы расслаблялись. Хотелось поспать. Впрочем, что мешает это сделать?       — Здесь кто-нибудь есть?       И всё же кое-кто решил нарушить это мгновение покоя.       Даже не было желания смотреть, кто на этот раз решил наведаться сюда и прервать заслуженное затишье, ведь этот звонкий тенор голоса нельзя было перепутать ни с чем.       Хлоп. Входная створка двери закрылась. И внутрь проник на долю секунды сквозняк. И снова этот препятствующий сновидениям звук…       — Ох! Здесь было открыто! Извините, если потревожил…       — Не извиняю.       Глаза невольно открылись, когда за ширмой показалась это загорелая мордашка с неуклюжим выражением лица. Веснушки бы ему очень даже шли, нежели эта копоть и грязь.       — Ой! Дилан! Ты снова тут!       Тяжёлый непроизвольный вздох сам вырвался с уст, а затем стремительный недовольный взгляд обследовал чужое тело. Белая майка, короткие шорты, едва доходящие до бедер, закатанные для удобства. Привычный вид для мальчишки его возраста, хоть и пора было бы повзрослеть. Кудрявые немного слипшиеся волосы, что всё также приветливо отдавали рыжим оттенком. Он словно был олицетворением этой дотошной звезды, что постоянно отдаёт своим жаром.       Что ж… И в этот раз он умудрился каким-то боком пораниться. Ну что за непоседливый кабан?       — Дуй сюда.       Недавно названный не мог просто так смотреть, как на чужой коленке красовался след от земли и ободранная кожа. Это было выше его сил.       — Агась! А что мне делать?       — Просто сядь и, прошу, постарайся помолчать хоть секунду.       Выполнив сказанное, пара небесного цвета искорок с воодушевлением и даже интересом наблюдали, как по ящикам рыскает странный юноша, на которого можно всегда здесь наткнуться. В любом случае это доставляло какое-то смешанное чувство безмятежности, что вот есть кто-то такой надёжный, кто может позаботиться о тебе в трудную минуту. Даже если он не знал, что у его «хмурого спасителя» сейчас в голове роились самые непонятные и жестокие размышления.       — «Почему это я должен выполнять обязанности этой карги? Она что не может хоть раз появится на рабочем месте? Мне даже за это не платят, а я тут так стараюсь!»       Подойдя ближе к раненному, брюнет опустился на пол, замирая на долю секунды и смотря, как краснеет чужое тупорылое личико. Хотя бы что-то приятное было в этом.       — Ай! Дилан! Можно аккуратнее?       — Терпи, пока господь с тобой не закончил. Да и не маленький ты уже, чтобы верещать, как тёлка, при таких царапинах.       — Это просто неприятно! И мне вовсе не больно! Просто это рефлексы, - надулся незатейливый и милый парнишка.       — Да-да, верю. А теперь помолчи немного и дай мне закончить…       Прошло ещё от силы минуты две, когда обработка раны была закончена, а грязные диски были небрежно скинуты в ближайшую урну. Тогда и эта озорная мордашка повеселела: появилась счастливая улыбочка во все зубы, да и своды очей наклонились, выражая благодарность.       — Спасибо, Дилан! Ты меня так часто выручаешь!       — Гм… Да. Лучше постарайся не падать так часто.       — Угу! Спасибо за заботу!       — Это вовсе не «забота», а желание не видеть то, как ты корчишь мерзкие рожи, пока сам пытаешься обработать свои шрамы.       — Хорошо!       Парнишка резко поднялся, а затем направился прямиком к выходу. Скорее всего опять играть в свой любимый футбол.       Если так вспомнить… Они знакомы от силы пару дней, точнее, этот доходяга каким-то своим способом узнал имя всегда ворчащего лентяя. Интересно, а каким образом разузнал и…       — Как тебя зовут?       Дилан всё же решился задать этот вопрос. Было как-то неловко, что как окликать его этот мальчишка знает, однако он сам даже и понятия не сведает, как именно взывать к нему.       В тот момент… Прежде ничему не находящему в веселье особенного показалось, что он ощутил эту нить, увидев лишь один раз этот образ. Приветливый, нежный, такой, каким обычно наделены женские чувства к любимым людям. Весь сияющий в дневном свете. Именно таким он покорил сердце хитреца, которого в этот раз успешно обманули уловкой влюблённости и невиданной красоты…       — Лололошка! Рад, что ты спросил! Ещё увидимся!       Рука невольно протянулась вслед за уходящим силуэтом, пока сердце продолжало отдавать страшный ритм.       — Я что… заболел?       На этом и кончилось их трепетное знакомство. Что же за симптомы подарит дальше эта жгучая «болезнь»?       

* * *

Пролог: Старт.      

«Я не искал этой любви, но я благодарен, что она нашла меня»      

Болезнь под названием любовь.