bis(quit)s

                                                      — Та-а-ак, с моими соло покончено. — звонко щёлкнув колпачком, Люк отложил маркер и послал камере ноутбука воздушный поцелуй, — Думаю, с оставшимися мы управимся быстро. Минут тридцать, мо-ожет, сорок пять…                     К четвёртому часу трансляции эти слова были не иначе как бальзам на душу, и Том победно потряс кулаками, тотчас же пояснив: восторг не от того, что закончить хочется поскорее, а от того, что стрим осилили все без исключения, да и командный дух заслуживал похвал! (пускай его копчик вот уж с час как молил о смене положения; со стула переползти бы, скажем, на мягкий диван… Но к своему делу он подходил ответственно и мольбы эти упорно игнорировал)       Пока Том, как всегда увлечённо, рассказывал чату о том, какие же все собравшиеся по обратную сторону дисплеев молодцы, и как благодарны они за неиссякаемую поддержку, Люк успел отлучиться в направлении кухни и под конец его философствований усадился обратно со вскрытой пачкой бисквита.                           — Можно? — вопрос прозвучал постфактум: рука его уже наполовину скрылась в пакете, но Том не стал бы отказывать, даже если бы Люк пачку не донёс.                           — Нужно. — улыбнулся он, переключаясь с чата на Люка и обратно, — Мне тоже надо бы энергию восполнить.                           — Вот и славненько! Запомните, чат: внутренний двигатель требует уг-ле-во-дов!                            Том, выводя очередное «Audentes», согласно закивал, не отрываясь от фотографии, золотистый маркер на которой смазывался от малейшей неосторожности. Люк же, довольно похрустывая печеньем, принялся зачитывать пожелания на подписи, упрощая ему работу, и следующая пара фотографий сдвинулась с места очень даже оперативно: никаких иероглифов, никаких длинных строк…       

            «С Любовью,

             Том <3»

            «Hansry rules!»

            «Привет для Милли и Люси!»

            «Posílám objetí!»

                                       Самые сложное, казалась, и впрямь осталось позади: просьбы стали покороче, заказы на художества — попроще. А с диктующим Люком так и вовсе можно было строчить, не отвлекаясь.                                  — Что мы думаем, чат, долго нас будет топить?.. — бросив тоскующий взгляд на бушующую за окном непогоду, Люк наклонился поближе к телефону, — Нет, Марко-найнтин-оу-сэвен, Лондон — не самое мокрое место на планете Земля, у нас бывают и сухие дни! Нет, я серьёзно. Бывают-бывают! Ну же, Томмо, подтверди. Не хочу губить в холопах тягу посетить родину Биг-Бэна. У нас не всё так плохо!                           — Всего лишь дождит триста шестьдесят дней в году. Не к чему придраться, погода райская. — не растерялся Том, подкладывая вот ещё один слой к стопке с автографами.                           — Ты мне это брось! — толчок в плечо пришёлся удачно: маркер был ещё в колпачке, и Том, недолго думая, ответил тем же. — Воу-воу-воу, здоровяк, полегче!                            Люк пошатнулся, сделав вид, что вот-вот поближе познакомится с ламинатом, но тут же маятником качнулся обратно и вновь захрустел печеньем.       Несколько часов однотипных трудов доконали и его — Том это чувствовал. Удивительно, что он так и не выкроил себе передышку.       Хотя мог бы. Мог бы прямо сейчас.       Но, похоже, Люк выбрал фансервисную солидарность, а с ней и сидушку из жёсткого пластика…       Ощутимо убавивший в весе пакет с печеньем наконец очутился на столе, и Том не упустил возможности полакомиться, пока тот не опустел окончательно.                           — Вот скажи мне, почему еда в гостях всегда вкуснее?                           — Кто его знает, — Том пожал плечами и стряхнул с руки налипшие крошки. — Бесплатное всегда вкусное, разве нет?                           — Ну не зна-а-аю. В «Olive Garden» в штатах хлебных палочек дают — хоть задницей ешь, но они и близко не такие вкусные.                           — Поосторожней с заявлениями, гурман, — рассмеялся Том, вслепую потянувшись к пачке но, столкнувшись с рукой на своём пути, тут же отступил, — Ты ведь не хочешь задеть чувства любителей халявных снэков.                           — О нет, только не закидывайте меня помидорами, ценители палочек, молю вас! Каюсь, виноват!.. Но вы просто не представляете, какими вкусностями меня здесь балуют!                           — Всё для Вас, Ваша Светлость, — ухватился за назревающую шутку Том, неуклюже поклонившись — насколько позволяла столешница, — Разоряйте хоть всю мою кухню. Это меньшее, чем я могу выразить свою признательность за Ваше присутствие!                           — Премного благодарен! — Люк состроил комично-надменную мину с набитым ртом и вернулся к мелькающим на экране сообщениям, — Видите, меня ценят, чат!                           — Ещё как, чат. Ещё как.                     Сменяющие друг друга сообщения вдруг привлекли внимание Его Светлости, но не успел Том в тишине дописать начатую строчку, как боковое зрение уловило движение в направлении собственного лица:                           — Чат просит меня побыть хорошим лордом и попотчевать своего холопа!                     Печенье, зажатое между большим и указательным пальцем, точно шёлковый платочек, почти что ткнулось Тому в щёку.                           — Ну раз просят, разве можно отказать?..                     Том поджал губы и с наисерьёзнейшим лицом кивнул.                           — Открывай пошире! Давай-давай, не стесняйся. У нас тут все свои.                     Том послушался и с невозмутимым видом дал скормить себе печенюшку.                           — Томми-Томми, надо же осторожнее! — Люк подставил вторую ладонь ему под подбородок, ловя летящие крошки, в существовании которых Том, по правде сказать, сомневался.                           — Ну уж простите, нас, холопов, этикету не учили…                     Его Светлость недовольно поцокал языком, собрался было что-то сказать, но, передумав, быстро сунул Тому в рот остатки угощения и обратился уже к веб-камере:                           — Что скажете, чат? Будем как-нибудь учить его этикету? Предлагаю следующий стрим посвятить манерам и прочим тонкостям. Мастер-класс от bellatores для laborato… — внимание его привлекли замельтешившие в ленте сообщений эмодзи, и он наклонился поближе, — «Pocky Kiss»? Что за Pocky Kiss, чат?                           — Ник, наверное? — предположил Том, с готовностью занося маркер над недописанной строчкой. Люк не ответил, увлечённо листая спешащие его осведомить сообщения, — Что такое Po-o-ock…                           — Да понял я, чат, понял. Боже мой, я же не бумер!                     Оставляя без внимания вопрос, Люк снова сунулся в пакет с печеньем, однако же вместо того, чтобы скормить или предложить его Тому, зажал в зубах и лишь затем повернулся:                           — Чшату нелжя… откажжать!.. — провозгласил он и наклонился к Тому.                           — В… чём?                           — Кушщай давай!.. Эчшо чрэнд чшакой. — пояснил Люк в ответ на озадаченное молчание. И, решив, что этой информации более чем достаточно, прикрыл глаза и затих.                     Том развёл руками, давая зрителям понять, что такие приколы ему не́сколько не по возрасту (хоть суть он и уловил, только лишь всплыло злополучное «kiss»), но всё же смело подался навстречу и сомкнул челюсти на торчащей в его направлении печенюшке…       Однако же та под таким напором раскрошилась и вот уже действительно посыпалась на пол, оставив их обоих ни с чем.                                  — Ну что же, ребята, — Том вновь развёл руками, признавая своё фиаско, — Сегодня без трендов.                           — Не так-то быстро, Том-Томс! У нас ещё… — рука зашебуршала в, казалось бы, опустевшем пакете, — Три попытки. Нет… Две. Две попытки!                     Чат разразился беззвучными овациями, требуя хлеба выпечки и зрелищ. Сообщения сплошной стеной заполонили экран.                           — Pocky-палочки, конечно, были бы покрепче, но, я думаю, мы справимся. И не с таким справлялись.                     На плечо приземлился обнадёживающий хлопок, и Том покорно повернулся.                           — Давай на этот раз я держать буду?                     Он нисколько не сомневался — зрители от его инициативности останутся в восторге, и от мысли потянуло улыбнуться.       Печенье, в этот раз заранее проверенное на целостность, оказалось у него в зубах. Маленький прямоугольник пять на три. Одному-то кусать нечего — но что тут поделаешь, верно?..       Люк с подбадривающей улыбкой развернулся к нему всем телом:                           — Момент истины, чат! — и, подавшись вперёд, надкусил, неловко столкнувшись к Томом носами.                     Печенька выстояла, общей массы от укуса, в общем-то, не потеряв…       Люк отстранился, оценил «работу» и наклонился вновь, на этот раз повернув голову под углом. И Том с запозданием понял, насколько же сомнительной была эта идея: ведь теперь по сети несомненно разлетится их миллисекундный «biscuit kiss» в формате HD…                                        — Браво, Томми, браво!                     Люк как всегда не терял ни секунды: уже успел похлопать в ладоши, подмигнуть пуще прежнего оживившимся комментаторам и — стоило ли ожидать другого? — выудить оставшуюся печенюшку.                                  — Ну что же, разделишь со мной... удовольствие?..                     На «удовольствие» интонация его томно опустилась, движения не менее томно замедлились…       Мастерски сыграно, маэстро — нечего и добавить.       Том перевёл взгляд на камеру, а с камеры обратно на печенье, направленное на него, как дуло пистолета. Он мог бы отказаться…       Мог бы.       Но просто-напросто не стал.       И картина повторилась: печенье в зубах, осторожный укус, губы в крошках, прижавшиеся к его собственным. В этот раз Том даже прикрыл глаза, отдаваясь «сцене» с головой...                     Разве что «сцена» чуток… затянулась.                     Губы не просто прижались — задвигались. Кончик языка щекотливо очертил верхнюю, зубы прихватили нижнюю, а под столом на голое колено вдруг вскарабкалась ладонь, махом добравшись до ширинки…       Том дёрнулся, едва не прикусив язык.                           — Вот так-то, ча-а…                     Люк отстранился с лицом настоящего победителя в тот самый миг, когда со стола, утащив за собой телефон, с грохотом сполз удлинитель, а вслед за ним один за другим покатились маркеры.       Том, пользуясь моментом, нырнул под столешницу, спасая… маркеры? Телефон? Свою репутацию?.. А вместе со всем свалившимся нежданно-негаданно обнаружил и натяжение на тёмных штанах, не слишком-то старательно прикрытое ладонью.                           — Ча-а-ат, у нас проблемы! — доложил ситуацию голос сверху, — Вы упали, чат. Сногсшибательное представление, да? Томми, телефон там как, живой?..                     Том впопыхах подобрал с пола что успел и вынырнул обратно в зону видимости веб-камеры, в одной руке сжимая мобильный и пару маркеров, а второй…                           — Телефон живой. Но подключение, — он нахмурился, поцокал языком, вглядываясь в четыре полоски вай-фая, — Чат, боюсь, у нас неполадки… Я вас не вижу. Интернет пропал.                     Натяжение под его пальцами оказалось нешуточным, а Люк — как никогда раздосадованный новостями — «устало» замычал, пряча лицо в ладонях.                           — Ребята, надо поправить сеть. Мы обязательно к вам вернёмся. — не прекращая тыкать пальцем в экран отправленного «спать» мобильного, второй рукой Том ловко высвободил пуговицу и потянул за молнию, — Un momentito!                     Не раньше чем погас огонёк веб-камеры, Люк подал голос:                           — Ты чего это творишь?..                           — А на что похоже? — Том захлопнул ноутбук и возвратился к на несколько тонов побагровевшему приятелю, — В эту игру играть могут двое…                            Возразить на такое было нечего, а, может, и вовсе не хотелось — ведь вместе с Томом возвратились и подстольные ласки, на которые ближайшие пятнадцать минут Люк отзывался исключительно позитивными междометиями и удовлетворёнными стонами…              Том уж точно не думал, что обоюдный интерес, столько месяцев бурливший на поверхности, прорвёт плотину на трезвом стриме в будний — из всех возможных — дней.       Но жаловаться он не собирался.                                        — Не думал, что ты у нас с вуайеристическими склонностями, — отрываясь от затянувшегося, неприлично шумного поцелуя, рассмеялся Том, поглаживая как угли горящую щёку. — Страшно представить, насколько это было… палевно.                           — Я не из таких!.. Это всё чат… Подкидывают всякие… идеи…                     Казалось, на «палевность» Люку было наплевать. Губы, не унимаясь, вновь вовлекли Тома в поцелуй, и он вынужден был отстраниться — утирая рот и разглажия помявшуюся одежду.                           — Надо возвращаться. Заждались нас…                     Люк с неохотой, но согласился.                                  — Подумают ещё, что мы с тобой quitters.                           — Ага… — защелкивая пояс шортов, не удержался Том, — bisс-quitters.                           Каламбур из разряда «отцовские шутейки» пришёлся Люку по вкусу, сместив затянувшийся стрим ещё на минутку-другую — пока оба от души не просмеялись от такого идиотизма…                                        — Давай, бискви́ттер, — наконец, когда лицо его возвратилось к естественному оттенку, а одежда приняла первозданный вид, просиял Люк, — Подрубай машину.                     И вскоре на экране вновь замельтешил поток ни о чём не подозревающих сообщений...