Валентин

Арно, чуть щурясь, смотрел на Валентина, сидящего в кресле напротив. В последнюю их встречу Придд выглядел менее напряжённо и был куда разговорчивее. За окном темнело со стремительной быстротой — середина Осенних Волн, поздняя осень. Арно ловко поднялся, прошёлся до окна и, сощурившись ещё сильнее, постарался разглядеть хоть что-то за толстым стеклом. Увидеть ничего толком не получилось, зато по стуку капель о можно было понять, что дождь не прекратился, следовательно, дороги жутко размыты. В Сэ лило третий день подряд, Арно казалось, ещё немного, и за стенами дома будет настоящее озеро. На погоду Савиньяк не жаловался. Уж лучше пусть льёт дождь, чем палит солнце. Осенью оно, конечно, не палило, а во время дождя было холоднее, но Арно почему-то нравился дождь. Наверное, он слишком редко шёл в южных землях. — И как ты только не заболел, хоть и промок? — Арно хлопнул друга по плечу и уселся на подлокотник. Валентин повернул к нему голову и пожал плечами: — В Придде в это время холоднее. Ответ был настолько спокойным и равнодушным, что Арно взбесился. То, что с Валентином что-то происходит, это понятно, но вот что? В связи с какими такими чудесными обстоятельствами он перестал отвечать на шутки и хоть что-нибудь рассказывать? Арно всегда старался помочь друзьям, но для этого надо знать, что с этими друзьями происходит, иначе ты им не поможешь, как бы сильно не хотел этого. Только вот проблема: Валентин не рассказывает вообще ничего. Нет, разговаривать-то они разговаривают, но когда дело доходит до обсуждения проблем юного герцога, диалог медленно прекращается и заканчивается молчаливым разглядыванием комнаты: хозяин смотрит в окно на ливень, гость рассматривает оружие, висящее на стене, словно выбирая, из какого ружья Арно лучше пристрелить. От такой мысли Арно едва не упал, но вовремя вцепился в плечо друга. Валентин тихо зашипел, но ничего не сказал, только поднялся, уступая место. — Да что ж с тобой творится? — Арно вскочил и подошёл к Валентину. Тот был выше, но Савиньяка сейчас это не волновало. — Ничего. — спокойно ответил Придд. — Я просто устал и хочу спать. Валентин, по привычке с Лаик, держал руки за спиной. Подождав несколько мгновений после ответа, Придд слегка кивнул, как бы прощаясь, обогнул Савиньяка и ушёл к себе. Арно слишком поздно очнулся, но крикнул в ответ, не надеясь, что Валентин услышит: — Я это уже третий день слышу! Арно опустился в кресло. Нет, у его друга определённо есть какая-то проблема, и теперь это дело принципа — узнать и помочь. Конечно, Валентин предпочтёт сам что-то решить и с чем-то справиться, но помощь друзей всегда нужна. Хотя бы просто выговориться. Арно поднялся с кресла и начал ходить от одной стены до другой, надеясь, что в его светлую голову что-то, да придёт, какая-нибудь хорошая мысль. Мысль пришла, но не сразу. На четвёртый день после сцены в гостиной, Арно додумался до «гениального» решения. Алкоголь всегда развязывает людям язык, по крайней мере, так было со всеми другими друзьями и знакомыми Арно. Теперь надо всего лишь угадать с любимым вином Валентина, и вся правда будет у него в кармане. О том, что вино может не действовать на герцога, Арно предпочитал не думать. Придд был всеядным, он никогда не обсуждал ужин, да и дома у него готовили всё подряд, поэтому судить о вкусовых предпочтениях Валентина было очень трудно. Арно закусил губу, пытаясь хоть что-то сообразить. Можно же как-то по внешним привычкам понять? Савиньяк очень долго смотрел на друга то с одной, то с другой стороны, но так и не заметил ничего, что может говорить о любви Валентина к тем или иным сортам вина. Остаётся надеяться на «Змеиную кровь», которую они пили несколько лет назад в палатке. Раньше было проще, раньше они друг другу доверяли. А если всё дело в этом? В доверии, в том, что Валентин нашёл кого-то другого, более близкого друга? Эта мысль Арно расстроила, не хотелось лишаться доверия такого замечательного человека, как Придд. Да, он не похож на общительного мужчину, но если с ним познакомиться поближе, то все твои стереотипы разобьются. С Валентином уютно, и дружить с ним — здорово. Арно этой дружбой гордился. На бутылку «Змеиной крови» Валентин усмехнулся. Он не сказал ничего против, принял из рук Арно бокал. Что же таится за этим холодным взглядом? Какие мысли мешают Валентину быть веселее? Арно боялся задавать вопросы, но Придд, казалось, не пьянел. Он оставался таким же молчаливым, только с каждым бокалом глаза становились грустнее. Словно он смотрел в себя и что-то изучал в себе. Савиньяку, вино чуть пригубившему, было понятно, что проблема Валентина — сам Валентин, непринятие или, наоборот, сомнение в чём-то… О, Создатель, как же хочется заверить, что друг может ему довериться и открыться, что он его поймёт, поддержит. Арно набирает воздух, чтобы сказать хоть что-то, но Валентин изящно поднимается с кресла, кладёт пальцы ему на губы и качает головой. Через две недели Придд стреляется. Арно смотрит на письмо о смерти друга, достаёт бутылку «слёз» и зарекается пить «Змеиную кровь» — от неё одни проблемы.