Не бойся темноты

Урок физкультуры тянулся мучительно долго. Учитель что-то объяснял, заставляя класс выполнять очередную разминку, но Алина почти не слушала. Машинально повторяла движения вместе со всеми, мыслями находясь совсем в другом месте. Её взгляд сам собой нашёл Максима. Как всегда. Парень, воспользовавшись тем, что преподаватель отвернулся, лениво отошёл к колоннам. Облокотившись о бетонную опору, он спокойно закурил, будто урок его совершенно не касался. Она невольно усмехнулась. “И ничего ведь не меняется…” В этот момент парень поднял голову. Их взгляды встретились. Он не отвёл глаз. Просто молча смотрел на неё. Слишком долго. Девушка почувствовала, как внутри снова всё сжалось. Она прикрыла глаза и первой отвернулась. Так продолжалось уже несколько дней. Стоило им остаться наедине — и весь мир будто исчезал. Они могли спокойно разговаривать, смеяться, даже забывать обо всех ссорах. Но как только рядом появлялись друзья… Максим снова становился прежним. Начинал язвить. Задевать её. Делать вид, что между ними ничего нет. И каждый раз это было больнее предыдущего. Последний их разговор закончился именно так. «Они снова поссорились. Алина тогда не выдержала. — Да пойми ты наконец… — она зло посмотрела ему в глаза. — Роме всё равно будет больно! Максим промолчал. — Но не из-за тебя! — она покачала головой, — А потому что я никогда не выберу его! Он молчал. — А ты своим благородством делаешь больно уже мне. После этих слов она просто ушла.» С тех пор прошло два дня. Они почти не разговаривали. Только переглядывались. Да и то украдкой. Хотя… Сегодня утром всё опять пошло по их привычному сценарию. Проходя мимо него в коридоре, она специально бросила ему вслед: — Трус. Парень мгновенно вспылил. Догнал её. Начал спорить. А через несколько минут они уже снова целовались в пустом коридоре. И всё опять вернулось на круги своя. Алина устало выдохнула. “Когда же это закончится…” Она перевела взгляд к воротам школы. И вдруг замерла. За оградой стоял тёмный автомобиль. Слишком знакомый. Девушка медленно прищурилась. По спине пробежал неприятный холодок. — Не может быть… — тихо прошептала она. Стоявший рядом Рома удивлённо повернулся. — Что? Но девушка уже не слушала, она сделала шаг вперёд. Потом ещё один. И вдруг быстро направилась к выходу со стадиона. — Лин! Друг окликнул её. — Ты куда? Она даже не обернулась. — Это отчим. Максим всё это время стоял возле колонны. Сигарета давно догорела, но он даже не заметил этого. Его внимание было приковано только к одной девушке. Он сразу увидел, как резко изменилось выражение её лица. Как она перестала выполнять упражнения. Как быстрым шагом пошла к выходу. Он нахмурился. — Куда это она? И подошёл к Роме, не сводя взгляда с девушки. — Что случилось? Тот пожал плечами. — Сказала… Это её отчим. Максим автоматически посмотрел за ворота. Возле машины действительно стоял высокий мужчина. Тот самый. Он видел его всего однажды на видео. Но почему-то лицо сразу всплыло в памяти. И ещё тогда этот человек ему не понравился. Да, ночью они с Алиной пробрались в его офис. Да, ничего подозрительного не нашли. Но… Что-то в этом мужчине всё равно не давало ему покоя. А теперь он ещё и сам приехал к школе. Без предупреждения. Максим почувствовал, как внутри поднимается тревога. Он перевёл взгляд на быстро удаляющуюся фигуру Алины. Девушка подошла к машине. Мужчина тут же улыбнулся и потянулся, чтобы по привычке поцеловать её в щёку, но девушка сделала шаг назад. Сложив руки на груди, она холодно спросила: — Что ты здесь делаешь? Он будто не заметил её реакции. — Хотел увидеть тебя. — в его голосе звучала привычная мягкость, — Скучал. Алина нервно отвела взгляд и горько усмехнулась. — Ты позволил матери отправить меня в психушку. Мужчина тяжело вздохнул и сделал ещё шаг к ней. — Лин… всё было не так. — он осторожно коснулся её волос, — Мне правда плохо без тебя. Девушка отстранилась. — По мне скучаешь? — она криво улыбнулась, — Или по тому, что мы спали за спиной моей матери? Мужчина на секунду замолчал. Потом покачал головой. — Зачем ты снова начинаешь? Я люблю тебя. Алина ничего не ответила. Лишь машинально посмотрела в сторону школьного двора. Возле спортивной площадки стояли одноклассники. И один взгляд она почувствовала сразу. Максим. Он не сводил с неё глаз. Даже на таком расстоянии она ощущала напряжение. Девушка снова повернулась к мужчине. — Уже многое изменилось. Она собиралась уйти, но он осторожно взял её за запястье. — Лин… — его голос стал почти умоляющим. — Дай мне ещё один шанс. Она вопросительно посмотрела на него. — Давай уедем отсюда. Совсем. — Что? — Зачем тебе эта школа? — он говорил спокойно, будто заранее знал, на что нужно давить, — Здесь погиб Артём. Каждый день тебе напоминает о нём. Ты ведь сама не хотела сюда возвращаться. Так зачем мучить себя? Поедем со мной. Начнём всё сначала. Алина опустила взгляд. Эти слова попадали точно в самые болезненные воспоминания. — А мама? Мужчина тихо улыбнулся. — Ты же знаешь… Я полюбил тебя в тот момент, когда увидел. Она нервно покачала головой. — Я… не знаю. Он не отпускал её руки. — Сегодня вечером. Автобусная остановка в восемь. Я буду ждать. Она молчала. На секунду перед глазами всплыло лицо Максима. Его взгляд. Совсем не такой, каким сейчас смотрел на неё этот мужчина. Алина медленно покачала головой. — Сегодня не смогу. У нас праздник. — Тогда просто приди поговорить. — он мягко сжал её ладонь, — Прошу. И снова тихо добавил: — Разве ты не хочешь оставить всё это позади? Эту школу… эту боль… Девушка медленно высвободила руку. — Мне нужно идти. Не дожидаясь ответа, она развернулась и быстрым шагом направилась обратно. И вернулась на площадку и встала в строй. Учитель уже давал новое упражнение. Алина машинально повторяла движения, но мысли были совсем в другом месте. Она даже не заметила, как рядом остановился парень. Он смотрел вслед машине, которая медленно отъезжала от ворот. Потом перевёл взгляд на девушку. — Что-то не похоже, что у вас с ним «родительские» отношения, — процедил он, и в его тоне сквозила ядовитая ревность. Алина продолжила делать упражнение, будто не услышала. Она не собиралась ничего объяснять. Тем более ему. Если кто-то узнает, что когда-то между ней и отчимом были отношения, она этого просто не переживёт. Она и сама уже тысячу раз пожалела о том, что тогда произошло. Максим всё так же внимательно смотрел на неё. Потом вдруг нервно усмехнулся. Будто в голове наконец сложился недостающий пазл. — Да ладно... — он недоверчиво покачал головой, — Ты правда спала с ним? Она резко развернулась, в её глазах вспыхнул гнев. — Не твое дело! Парень коротко рассмеялся. — Серьёзно? — он покачал головой, — Калинина… Я думал, ты умеешь удивлять. Но это… Он криво усмехнулся. — Это просто омерзительно. Даже для тебя перебор. Алина почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота от его слов, но она заставила себя выдержать его пристальный взгляд. — Закончил? — холодно бросила она, надеясь, что голос не выдаст её дрожи. Максим сделал шаг вперёд, нарушая её личное пространство, и криво усмехнулся. — И что ты в нём нашла? Он же тебе чуть ли не в отцы годится. Девушка стиснула кулаки, понимая, что он специально ищет самое больное место. Хотел унизить её. Заставить пожалеть о каждом своём решении. Парень сделал ещё шаг, почти вплотную и прищурился, не сводя с неё взгляда. — Слушай, а ему виагра не нужна была? Чтобы хоть как-то соответствовать тебе? Всё-таки возраст дает о себе знать, — и поиграл бровями. Он явно наслаждался тем, как девушка бледнеет от каждого его слова. Девушка медленно натянула на лицо холодную, почти насмешливую улыбку. Внутри всё сжималось от стыда. Она понимала, что Максим попал в самое больное место. И оправдываться перед ним не собиралась. Если он решил сделать ей больно… Значит, и она ударит в ответ. Пусть потом сама будет жалеть. Алина сделала шаг вперёд, почти вплотную приблизившись к нему. Подняла на него взгляд и тихо, почти шёпотом произнесла: — Со мной ему не нужна была никакая виагра. — она выдержала короткую паузу, наблюдая, как меняется выражение его лица. Уголок её губ дрогнул в усмешке, — Поверь… он бы многому тебя научил. На лице парня на мгновение исчезла улыбка. Челюсть заметно напряглась. Но Алина уже развернулась. Не давая ему возможности ответить. Она медленно пошла прочь, чувствуя, как с каждым шагом всё сильнее горят щёки. Сердце колотилось так, будто сейчас вырвется из груди. Она соврала. Специально. Только чтобы задеть его. На самом деле она прекрасно знала правду. Никто не заставлял её сердце биться так, как это умел Максим. И именно поэтому сказанные слова причиняли боль не только ему. Они ранили и её саму. Парень полулежал на кровати, держа в руках раскрытую книгу. Глаза лениво бегали по строчкам, но он уже давно не понимал, что читает. Одну и ту же страницу он перечитывал, наверное, уже минут десять. Мысли были совсем о другом. И понимание, которое до сих пор не давало покоя. Значит, именно он был рядом с ней после смерти Артёма. Именно он стал первым мужчиной в её жизни. Максим шумно выдохнул и крепче сжал книгу. Сам себя он уже ненавидел за эту ревность. Какое ему вообще дело? Она ему никто. Тогда почему при одной мысли о том мужчине хотелось разбить что-нибудь или поехать и набить ему морду? Дверь комнаты тихо открылась. Он даже головы не поднял и так понял, кто вошёл. Слишком хорошо уже знал её шаги. Она остановилась рядом с кроватью. Несколько секунд девушка молчала. — Макс… Он медленно поднял взгляд. Алина стояла напротив, нервно перебирая пальцами край кофты. Она явно волновалась, хотя изо всех сил пыталась этого не показывать. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. — Мы можем поговорить? В груди всё сжалось от странной смеси злости и желания просто обнять её. Но вместо этого Максим лишь криво усмехнулся. — Ну, скандалить у тебя получается явно лучше, чем разговаривать. Но давай, попробуем. Он с раздражением отшвырнул книгу в сторону и впился в неё внимательным, холодным взглядом. Алина присела на край кровати, её плечи были опущены. — Мой отчим… он просит встретиться сегодня вечером. Парень издал короткий, горький смешок: — Твой «дед»? Который днем играет в папочку, а ночью делит постель с тобой? Ты серьезно пришла мне это рассказывать? Девушка отвела взгляд, стараясь не разжигать пожар ещё сильнее. Она лишь грустно улыбнулась, и эта её покорность только подливала масла в огонь его бешенства. Максим, демонстративно сдвинув брови, с фальшивой заботой похлопал её по плечу: — Ну ты это… принарядись. К «свиданию» всё-таки. В спортивках он тебя вряд ли оценит. Алина вздрогнула, будто от удара. В её глазах промелькнуло разочарование — она поняла, что пришла сюда зря. Она выдохнула, едва слышно: — Он хочет начать всё сначала. Предлагает уехать. В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина. Внутри у него всё оборвалось, но он заставил себя остаться неподвижным, как скала. Он молчал, глядя в пустоту. Алина смотрела на него с последней, отчаянной надеждой. — Ты молчишь? — прошептала она, закусив губу. Максим потянулся за книгой, чтобы снова закрыться ею, но Алина резко вырвала её из его рук и отшвырнула на пол. Он стиснул зубы, его глаза потемнели от гнева. — А что ты хочешь услышать, Алина? — процедил он, подаваясь вперед. — Супер-идея! Или тебе нужно моё благословение? Валяй, только захвати пару пачек виагры, чтобы старик не опозорился. Повеселитесь там как следует. Алина вскочила. Она стояла перед ним, бледная, почти прозрачная. — Отлично. Ты всё прояснил, — её голос дрогнул, выдавая всю ту боль, которую она пыталась скрыть за стеной спокойствия. — Ты хотела моё мнение, вот и получай! — рявкнул он, уже не в силах остановиться. — Не нравится, иди у призраков совета спроси! А вообще… — он криво усмехнулся, — Ты правда надеялась, что между нами что-то будет? Эти слова прозвучали особенно жестоко. Алина посмотрела на него с нескрываемой усталостью. Она больше не спорила, не кричала. Лишь медленно улыбнулась. Только улыбка вышла грустной. — Нет. — она покачала головой, — Глупо ждать отношений от человека, который боится признаться даже самому себе. Девушка развернулась и медленно направилась к двери. Парень на секунду опустил глаза. Внутри что-то отчаянно требовало остановить её. Сказать хоть что-нибудь. Любую глупость. Только не отпускать вот так. Но вместо этого он лишь сильнее сжал челюсть. — Ну и вали! — зло бросил он ей вслед. — Скатертью дорога. Алина даже не остановилась. Только плечи едва заметно дрогнули. В этот момент дверь открылась. На пороге появились Андрей, Рома, Даша и Вика. Все четверо невольно замерли. Последнее, что они услышали, было злое: «Ну и вали!» В комнате повисла тяжёлая тишина. Девушка молча опустила взгляд и, не сказав ни слова, прошла мимо друзей. Она даже не посмотрела ни на кого из них. Только сильнее закусила губу, из последних сил сдерживая слёзы. Дверь за ней тихо закрылась. Несколько секунд никто не произносил ни слова. Андрей перевёл взгляд на Максима. Тот уже отвернулся к стене, снова лёг на кровать и схватил книгу. Только никто не поверил, что он читает. Рома тяжело вздохнул, посмотрел на закрытую дверь, потом снова на друга. Даша лишь грустно покачала головой. За последние недели подобные сцены стали происходить слишком часто. Только Вика едва заметно улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Так, чтобы никто не заметил. “Вот и всё…” — мелькнуло у неё в голове. “Какими бы сильными ни были их чувства, они всё равно всё разрушат сами.” Она ещё раз посмотрела на Максима. На закрытую дверь. И окончательно убедилась в своей правоте. “Они никогда не будут вместе.” “Слишком упрямые.” “Слишком гордые.” “И слишком похожие, чтобы однажды научиться уступать друг другу.” Максим сидел один в комнате. Все остальные ушли в комнату девочек смотреть содержимое флешки, которую, как оказалось, Алина тогда нашла в офисе отчима. Почти неделю они не могли её открыть, пока Вика наконец не смогла подобрать пароль. Наверное, там были ответы. Именно ради этой флешки они столько рисковали. Хоть признание убийцы. Хоть ответ на все их вопросы. Но сейчас ему было абсолютно всё равно. Он сидел на кровати, облокотившись спиной о стену. В пальцах медленно тлела сигарета. Максим затянулся и лениво выпустил дым в потолок. Плевать, что курить в комнате запрещено. Плевать, что потом снова получит выговор. Он медленно прикрыл глаза. И память сама вернула его на много лет назад. «Им тогда было лет по десять. Они с Алиной сидели на школьном дворе, о чём-то яростно споря, как делали почти каждый день. Рядом, возле крыльца, стояли старшеклассники. Какой-то парень прижал к стене девушку из своего класса и поцеловал. Алина тут же скривилась. — Фу… Какая гадость. Максим поддержал её. — Вообще мерзость. В этот момент рядом с ними присел директор школы — Виктор Николаевич. Он всегда любил разговаривать с детьми на переменах. — И что же тебе показалось таким плохим, Алина? — с улыбкой спросил он. Девочка сразу ткнула пальцем в старшеклассников. — Вот это. Директор засмеялся. — Почему? Максим ответил раньше Алины. — Они же в одном классе учатся. Виктор Николаевич посмотрел на детей и с лёгкой улыбкой сказал: — Знаете… так иногда бывает в жизни. Дети вопросительно посмотрели на директора. Он загадочно улыбнулся. — Вот, например, однажды ты, Максим, влюбишься в Алину. Наступила тишина. Максим округлил глаза. — Чего?! — он даже отодвинулся от девочки и скривился, — Фу! Нет! Директор лишь тихо засмеялся. — А ты, Алина, однажды поймёшь, что самый дорогой для тебя человек — это Максим. Девочка тут же возмутилась. — Нет! — она уверенно покачала головой, — Самый дорогой — Тёма. Директор тепло улыбнулся. — Артём — твой брат. Это совсем другая любовь. — он мягко потрепал её по голове, — А Максим станет для тебя человеком намного ближе, чем ты сейчас можешь представить. Ты даже сама не заметишь, как начнёшь искать его глазами. Как будешь радоваться, когда он рядом. Как однажды сама захочешь его обнять и даже поцеловать. Девочка недоверчиво посмотрела сначала на директора, потом на друга. — Его? — она тихо фыркнула, — Да никогда. Мужчина перевёл взгляд на мальчика. — А ты, Максим, однажды поймаешь себя на том, что постоянно думаешь о ней. Мальчик закатил глаза. — Вот ещё. — Будешь думать. О её глазах. О её улыбке. О том, почему она сегодня грустная. И почему разговаривает с кем-то другим, а не с тобой. Максим демонстративно сложил руки на груди. — Фу. — он покачал головой, — Нам нельзя. Алина тут же закивала. — Да! — она посмотрела на директора так, будто тот сказал самую большую глупость на свете, — Мы же друзья. Виктор Николаевич лишь тихо рассмеялся.» Парень медленно открыл глаза. На губах появилась грустная улыбка. Тогда они оба смеялись. Им казалось, что Виктор Николаевич просто шутит. А сейчас… мужчина оказался прав. Он действительно думал о ней постоянно. Просыпался — и первой вспоминал Алину. Ложился спать — и снова думал о ней. Злился. Ревновал. Спорил. Специально говорил вещи, о которых потом жалел. Лишь бы не признаться самому себе в простой правде. Максим тихо усмехнулся. — Эх, Виктор Николаевич… — пробормотал он, выпуская дым в потолок, — А ведь вы тогда оказались чертовски правы. Он опустил голову. И впервые перестал спорить сам с собой. Да. Он любил Алину. И, кажется, влюбился в неё гораздо раньше, чем сам это понял. Максим даже не заметил, как дверь комнаты тихо открылась. Он продолжал сидеть, уставившись куда-то в окно, медленно затягиваясь сигаретой. Только когда кровать рядом с ним чуть прогнулась, он мельком повернул голову. Даша. Несколько секунд они сидели в полной тишине. Будто оба понимали, что разговор всё равно состоится. Девушка первая нарушила молчание. — Ну… — тихо произнесла она. — И что у вас происходит с Алиной? Максим удивлённо посмотрел на бывшую девушку. — Всё супер. Идиллия. Даша лишь улыбнулась уголком губ. — Макс… — она внимательно посмотрела ему в глаза. — Я тебя слишком хорошо знаю. Тот резко сел, раздражение наконец выплеснулось наружу. — Ну что?! Что ты хочешь услышать? — он не выдержал и выпалил, глядя в пустоту, — Переспали мы. Несколько дней назад. А до этого целовались, и не раз. Довольна? Даша не удивилась. Она лишь легко улыбнулась, словно ждала этого признания. — Ну, рано или поздно это должно было произойти, — спокойно ответила она, а затем, став серьезнее, добавила, — Она тебе не безразлична, и ты сам это знаешь. Максим поспешно отвернулся, глядя в окно. Он боялся, что если встретится с Дашей взглядом, она увидит в его глазах то, что он так отчаянно пытался скрыть даже от самого себя — правду. — И ты ей тоже не безразличен, — мягко продолжила Даша. Максим издал короткий, язвительный смешок: — Ага, конечно. Даша тяжело вздохнула. Она знала его слишком хорошо, чтобы вестись на эту грубость. — Макс, это видно. Ваши взгляды… они изменились. Вы смотрите друг на друга уже не как друзья, а как люди, которые скрывают целый мир внутри себя. Он опустил голову, пряча глаза, и на его губах заиграла кривая, невеселая усмешка. — Бывшая пришла давать советы… Забавно, правда? Девушка не отвела взгляда. Она смотрела на него с той долей сочувствия, которая раздражала его больше всего, потому что была абсолютно искренней. — Макс, ты можешь хоть иногда снимать свою маску? — тихо, но твердо спросила она. — Перестань играть в сильного и холодного. Ты делаешь больно тем, кто тебя любит. И прежде всего — самому себе. Он долго молчал. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь гулом далекого города за окном. И вдруг улыбнулся — улыбкой, в которой не было иронии, лишь щемящая грусть. — Я не раз задавался вопросом… — произнес он неожиданно тихо, словно мыслили вслух. — Что было бы, если бы я изначально выбрал Алину, а не тебя? Даша на секунду задумалась, её лицо смягчилось. — Наверное… вы были бы счастливы. Вы всегда были на одной волне. Максим покачал головой, и в его глазах блеснул знакомый блеск упрямства. — Не факт. У неё ужасный характер. С ней невозможно договориться. Даша поднялась с кровати, чувствуя, что разговор подошел к концу. Она посмотрела на него с мягкой, понимающей улыбкой. — Такой же, как у тебя, Макс. Один в один. Она сделала шаг к выходу, обернувшись на пороге лишь на мгновение. — Хоть раз в жизни переступи через свою гордость и позволь себе быть счастливым. Дверь тихо прикрылась, оставив его наедине с этой простой и пугающей истиной. Максим смотрел в пустую точку перед собой, и слова Даши эхом отдавались в его голове, заставляя осознать: возможно, он потратил слишком много времени на то, чтобы избегать того, что было единственно правильным. Пока вся школа была занята подготовкой к празднику, Алина тихо спустилась по лестнице. Из актового зала доносилась музыка, смех, чьи-то голоса. Учителя бегали по этажам, студенты украшали зал, никто даже не обращал внимания на девушку с небольшим рюкзаком за плечами. Она специально не стала собирать вещи. Лишь самое необходимое. Остальное уже не имело значения. Она медленно направилась к выходу, но вдруг перед ней кто-то остановился. — Лин? Парень с лёгкой улыбкой посмотрел на неё. — А почему ты не в платье? Это же твой любимый праздник. Алина грустно улыбнулась. Когда-то действительно любимый. Но сейчас… Она покачала головой. — Я ухожу. Улыбка медленно исчезла с лица Ромы. — В смысле? Девушка отвела взгляд. — Отчим предложил уехать с ним. — она тяжело вздохнула, — И… я согласилась. Рома ещё несколько секунд молчал, будто не верил услышанному. — Лин… Она не дала ему договорить. — Не пытайся меня остановить. — её голос звучал спокойно, но слишком устало, — Я вернулась сюда только ради Тёмы. Алина опустила глаза. — А теперь… — она пожала плечами, — Меня здесь уже ничего не держит. Девушка сделала шаг к двери. Но Рома осторожно взял её за руку. — А как же Макс? Алина замерла. Всего на секунду. Но парню этого оказалось достаточно. Она медленно подняла взгляд. В глазах блеснули слёзы, которые она тут же попыталась спрятать. Рома тяжело вздохнул. И вдруг тихо улыбнулся. — Ну понятно… — он покачал головой, — Морозов опять решил строить из себя героя. Девушка ничего не ответила. — Наверняка опять наговорил тебе всякой ерунды. Что ему всё равно. Он усмехнулся. — Это же Макс он идиот. Алина грустно улыбнулась. — Нет… — она медленно покачала головой, — Идиотка здесь только я. Повисла тишина. Рома смотрел на неё с сожалением. Он слишком хорошо знал своего друга. И понимал, что тот сейчас наверняка жалеет о каждом сказанном слове. Только никогда не признается в этом первым. — Лин… — тихо начал он. — Ты ему небезразлична. Алина вдруг шагнула к нему и крепко обняла. Совсем по-дружески. — Спасибо тебе. — тихо сказала она с — Ты был настоящим другом Тёме… И мне тоже. Она отстранилась и тепло улыбнулась. — Надеюсь… Мы ещё увидимся. Рома кивнул. Но почему-то внутри было очень тревожно. Будто это объятие было прощанием. Алина ещё раз посмотрела на него, развернулась и медленно пошла к выходу из школы, не оглядываясь. Максим бежал, не разбирая дороги. Ветки хлестали по лицу, цеплялись за праздничный пиджак, который уже успел порваться в нескольких местах. Дорогие туфли вязли в мокрой земле, но он даже не замечал этого. Главное — успеть. Только бы успеть. В голове снова и снова звучал её голос. Испуганный. Дрожащий. Она плакала. «Старалась говорить спокойно, но он слишком хорошо её знал. Она была напугана. Очень. На заднем фоне раздался грубый мужской голос. — Где флешка?! Алина молчала. — Я спрашиваю последний раз! Послышался звук пощёчины. Максим тогда так сильно сжал телефон, что едва не раздавил его. — Не знаю… — голос Алины дрожал. — Не ври мне! — Я правда… — она всхлипнула, — Может… она уже на дне озера… После этих слов связь оборвалась.» Максим замер всего на секунду. А потом понял. Это была подсказка. Для него. Именно возле озера они когда-то прятали вещи во время игр. Именно там находился их старый тайник, о котором знали только они. Он сорвался с места и даже не успел переодеться. Всего несколько минут назад он застёгивал пиджак перед зеркалом, собираясь идти на праздничный вечер вместе со всеми. Теперь этот пиджак был перепачкан грязью, а белая рубашка прилипала к телу от пота. Он бежал всё быстрее. Сердце колотилось так, что заглушало все остальные звуки. “Только держись…” “Только не вздумай сдаться…” Он никогда в жизни так не боялся. Не боялся, когда Андрей оказался в больнице. Не боялся, когда сам дрался. Не боялся расследования. Сейчас было страшно по-настоящему. Потому что впервые он понял одну простую вещь. Если с ней что-то случится… Он этого себе никогда не простит. Максим перепрыгнул поваленное дерево и снова ускорился. Впереди между деревьями уже мелькнула гладь озера. Он сжал кулаки ещё сильнее. — Только дождись меня, Лин… — хрипло выдохнул он, почти не чувствуя, как сбивается дыхание. — Только дождись… Девушка сидела на пассажирском сиденье, вся дрожа. Руки были крепко сжаты в кулаки, а по щекам без остановки текли слёзы. Она уже давно перестала пытаться вырваться. Отчим сидел рядом, не сводя с неё холодного взгляда. В руке он крепко сжимал пистолет, направив его прямо в девушку. — Последний раз спрашиваю, — процедил он сквозь зубы. — Где флешка? Алина судорожно покачала головой. — Я… я не знаю… — её голос дрожал, — Я же сказала… я её не брала… Мужчина резко ударил ладонью по рулю. — Хватит врать! — он повернулся к ней всем корпусом, — Ты хоть понимаешь, что на ней находится? — Не понимаю… Он резко схватил девушку за запястье и дёрнул на себя. Девушка вскрикнула от боли. — Я видел запись с камер! — почти закричал он. — Видел, как ты открыла ящик! Видел, как забрала флешку! Он сильнее сжал её руку. — Так что отвечай! — его лицо оказалось совсем близко, — Где она, тварь?! Алина зажмурилась. Она понимала, что ещё немного — и он окончательно потеряет контроль. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно во всём лесу. Она уже открыла рот, собираясь хоть что-то ответить… Как вдруг… БАМ! Со стороны водительской двери с оглушительным треском разлетелось боковое стекло. Осколки дождём посыпались в салон. Мужчина даже не успел обернуться. Чья-то рука резко схватила его за воротник. В следующий миг его голову с силой впечатало в руль. Раздался глухой удар. Пистолет выскользнул из его руки и упал под сиденье. Алина испуганно подняла взгляд. Несколько секунд она не могла понять, что происходит. А потом увидела его. Максим. Тяжело дыша, с разбитыми в кровь костяшками пальцев, он стоял возле машины. И смотрел только на неё. — Макс… — выдохнула Алина. В её голосе одновременно звучали страх, облегчение и почти детская радость. Парень быстро обежал машину, рванул пассажирскую дверь и распахнул её настежь. — Лин, быстро! — он протянул ей руку, — Давай! Бежим отсюда! Она, всё ещё дрожа, вложила свою ладонь в его. Он крепко сжал её пальцы и помог выбраться из машины, не отпуская ни на секунду. — Всё, — быстро сказал парень, закрывая её собой. — Я рядом. Теперь всё будет хорошо. Старый лодочный сарай едва освещался тусклой лампочкой под потолком. Внутри пахло сыростью, бензином и старым деревом. Максим и Алина сидели на полу друг напротив друга. Руки обоих были связаны за спиной. У парня уже была разбита губа, под глазом наливался синяк. Кровь тонкой струйкой стекала по подбородку на ворот белой рубашки. Но он будто не замечал этого. Сидел, опустив голову, и незаметно тёр верёвку о торчащий из пола острый край камня. Ещё немного. Совсем немного… Снаружи слышались голоса. Отчим Алины с кем-то ожесточённо спорил по телефону. — Мне нужны бумаги, а не оправдания… — Если флешка у них… Остальное Максим разобрать не смог. Он лишь сильнее потёр верёвку. Алина всё это время смотрела только на него. Несмотря на страх, уголки её губ вдруг дрогнули. — Знаешь… Парень даже не поднял головы. — Мне никогда не нравились такие фильмы. Он молчал. — Но… твоё появление было красивым. — она грустно усмехнулась, — Почти как в кино. Максим наконец поднял на неё раздражённый взгляд. — Обошёлся бы без этого. — он снова принялся тереть верёвку, — Если бы ты не решила по обжиматься со своим… папиком. Последнее слово он произнёс с таким презрением, что Алина мгновенно вспыхнула. — Я вообще-то из-за тебя пошла! — Конечно. — Максим нервно усмехнулся. — Потому что ты придурок! — не выдержала она. — Слышишь?! Я тебя ненавижу! Парень коротко рассмеялся. — Поверь… — он встретился с ней взглядом, — Это взаимно. Даже сейчас. Когда их могли убить в любую минуту. Они продолжали делать друг другу больно. По-другому они просто не умели. Максим почувствовал, как верёвка наконец начала поддаваться. Ещё немного… Дверь сарая резко распахнулась. Оба мгновенно замолчали. Внутрь вошёл мужчина. Он медленно подошёл к парню и остановился прямо перед ним. Несколько секунд молча изучал его лицо, словно оценивал соперника. Потом криво усмехнулся. — Так вот он какой… — он перевёл взгляд на неё, — Алина… Я, конечно, ожидал многого. Но чтобы ты влюбилась в этого щенка… Максим автоматически посмотрел на девушку. Алина виновато опустила глаза. И этого оказалось достаточно. Он всё понял. На душе вдруг стало странно тепло. Несмотря на всё, что произошло между ними. Несмотря на последние слова. Она всё равно… Парень криво усмехнулся. — Может… — и поднял взгляд на мужчину, — Ей просто захотелось парня помоложе. Которому не приходится каждое утро искать вставную челюсть. Девушка испуганно посмотрела на него. — Макс… — она едва слышно прошептала, — Замолчи… Но было уже поздно. Мужчина лишь негромко рассмеялся. — Смелый… — он сделал шаг ближе, — Когда я закончу с тобой… Он холодно улыбнулся. — У тебя вообще зубов не останется. Мужчина повернулся к девушке. — И вот этого ты выбрала? — покачал головой, — Не могла найти кого-нибудь поумнее? Максим снова усмехнулся. — Ну… — он пожал плечами, — Молодость всегда выигрывает у маразма. Алина зажмурилась. — Господи… Идиот… Отчим медленно повернулся обратно к Максиму. Улыбка исчезла. В следующий миг он резко ударил его кулаком в лицо. Парень рухнул на пол. — Макс! — закричала она и дёрнулась вперёд, забыв, что связана, — Не трогай его! Пожалуйста! Он ни в чём не виноват! Мужчина посмотрел на неё и усмехнулся. — Что такое? — он кивнул в сторону Максима, — Жалко стало? Парень медленно поднялся на локтях. Сплюнул кровь прямо на пол возле ботинок мужчины. Тот молча посмотрел вниз. Затем снова перевёл взгляд на парня. — А он ещё и характер показывает. Максим вытер кровь подбородком о плечо и криво улыбнулся. — Стареешь. Удар слабоват. В глазах мужчины вспыхнула злость. Он шагнул вперёд и с силой ударил Максима рукояткой пистолета по голове. Раздался глухой удар. Парень без сил рухнул на деревянный пол. — Макс! — Крик Алины эхом разнёсся по сараю. Она отчаянно дёрнулась, пытаясь вырваться из верёвок. — Нет! Пожалуйста! Оставь его! Но мужчина даже не обернулся. Он продолжал смотреть на неподвижного парня , а девушка впервые за всё время почувствовала настоящий ужас — не за себя, а за него. За маленьким грязным окном уже давно стемнело. Полночь. В сарае стояла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь скрипом старых досок да редкими каплями дождя по крыше. Флешки всё ещё не было. Максим сидел, тяжело дыша, опираясь плечом о стену. От удара голова всё ещё гудела, перед глазами периодически темнело, но он не сводил взгляда с девушки. Мужчина медленно подошёл к ней. Присел на корточки. На его лице появилась неприятная улыбка. — Ну что, моя хорошая… Он осторожно провёл пальцами по её щеке. Алина резко отвернула голову. — Не трогай меня. Он лишь тихо рассмеялся. — А ведь совсем недавно тебе нравилось, когда я к тебе прикасался. Девушка зажмурилась. Её передёрнуло от отвращения. Мужчина вздохнул и поднялся. — Жаль. — он посмотрел на часы. — Уже полночь. Затем перевёл взгляд на Алину. — А флешки всё нет. Он медленно достал пистолет. Максим мгновенно напрягся. — Значит… — мужчина снял оружие с предохранителя. — Придётся сдержать обещание. Он направил пистолет в сторону девушки. Алина побледнела. На несколько секунд она просто закрыла глаза. Парень почувствовал, как внутри всё оборвалось. — Нет… Хрипло выдохнул он. Но мужчина даже не посмотрел в его сторону. — Я всё-таки джентльмен, — с издёвкой произнёс он. — Поэтому даме уступлю первое место. Алина медленно выдохнула. Она уже не плакала. Только крепко зажмурилась. Максим дёрнулся вперёд. Верёвки впились в запястья. Он изо всех сил толкнул стул, который стоял недалеко. Тот с грохотом перевернулся. — Эй! — крикнул он, — На меня смотри! Мужчина раздражённо обернулся. — Всё никак не успокоишься? Он подошёл к парню и присел рядом. — Так не терпится? — он усмехнулся, — Не переживай. Сначала она. Потом ты. Как вдруг с улицы раздался пронзительный вой автомобильной сигнализации. Мужчина резко обернулся. — Какого… Сигнализация продолжала надрываться. Он зло выругался и быстро выбежал наружу. Дверь сарая с грохотом захлопнулась. Внутри наступила тишина. Через пару секунд маленькое окно распахнулось. — Макс! Алина резко подняла голову. В проёме появилась Маша. — Быстрее! Она ловко спрыгнула внутрь и достала из кармана складной нож. Несколько быстрых движений. Верёвки на руках Алины упали на пол. Потом Маша бросилась к Максиму. — Потерпи ещё секунду… Она быстро разрезала и его верёвки. Парень поднялся, едва удержавшись на ногах. Голова всё ещё кружилась. — Уходим. Хрипло сказал он. Маша кивнула. Втроём они выскочили из сарая и побежали через лес. Позади всё ещё выла сигнализация. Они бежали, не оглядываясь. Только когда сарай окончательно скрылся за деревьями, Максим остановился. Тяжело дыша, он опёрся рукой о дерево. Алина тут же бросилась к нему. Не говоря ни слова, крепко обняла его. — Прости… — её голос сорвался. — Это всё из-за меня… Она ещё сильнее прижалась к нему. — Прости… Он, несмотря на боль, поднял руки и осторожно обнял её в ответ. Крепко. Так, словно боялся снова потерять. И уткнулся подбородком в её волосы и тихо сказал: — Не смей. Алина подняла на него заплаканные глаза. — Ты ни в чём не виновата. — он погладил её по голове, — Слышишь? Теперь я рядом. Он слабо улыбнулся. — И больше никому не дам тебя забрать.