Не бойся темноты

Уже наступило утро. Холодное зимнее солнце медленно пробивалось сквозь занавески, рисуя на стенах бледные полосы света. В комнате стояла привычная тишина. Только ровное дыхание спящих девушек нарушало её. Алина во сне недовольно перевернулась на другой бок. Рука безвольно свесилась с кровати. Она уже почти снова провалилась в сон, как вдруг вздрогнула. Пальцы коснулись чего-то холодного. И… мокрого. Девушка сонно нахмурилась. Не открывая глаз, машинально провела ладонью ещё раз. Вода. Она резко распахнула глаза. Несколько секунд просто смотрела в потолок, пытаясь понять, не снится ли ей это. Потом медленно опустила взгляд вниз. По полу действительно тонким слоем растекалась вода. Она тихо приподнялась на локтях. — Даш… Ответа не было. — Вик… Тоже тишина. Подруги продолжали спокойно спать. Алина осторожно спустила ноги с кровати. Ступни сразу погрузились в ледяную воду. По телу пробежала дрожь. — Что за… Она растерянно огляделась. Вода была повсюду. Медленно текла по полу, отражая утренний свет. Стараясь не шуметь, Алина быстрым шагом подошла к двери. Схватилась за ручку. Резко распахнула её. Перед ней оказался обычный школьный коридор. Сухой. Пустой. Никакой воды. Никаких следов потопа. Она непонимающе посмотрела сначала в коридор, потом снова себе под ноги. Пол возле двери тоже оказался абсолютно сухим. Будто ещё секунду назад никакой воды здесь вовсе не было. Алина растерянно нахмурилась. Медленно обернулась и едва не вскрикнула. Совсем рядом с ней стояла Вика. Сонная, с растрёпанными волосами, она с лёгкой улыбкой смотрела на подругу. — Ай! — Алина тихо вскрикнула и от неожиданности схватилась за грудь. Вика сонно моргнула и, зевая, усмехнулась. — Я, конечно, не красавица с утра… Но не настолько же страшная. Алина тяжело выдохнула. Сердце всё ещё бешено колотилось. Она снова посмотрела вниз. На пол. Секунду назад там была вода. Теперь… Деревянный пол был совершенно сухим. Ни одной капли. Девушка растерянно нахмурилась. — Подожди… — она перевела взгляд на Вику. — Ты… не видела? — Чего? — Тут… — она указала на пол. — Здесь была вода. Подруга посмотрела сначала на неё, потом вниз. И громко рассмеялась. — Лин… — она театрально покачала головой. — Мне уже давно мокрые сны не снятся. С соседней кровати донёсся сонный голос Даши. — Вы можете хоть один день с утра не орать? — она приоткрыла один глаз. — Что случилось? Вика улыбнулась ещё шире. — Да ничего. — она кивнула в сторону девушки. — Лине приснилось, что наша комната превратилась в «Титаник». Даша приоткрыла один глаз и хмыкнула. — Тогда хорошо, что айсберг нас не разбудил. Девушки рассмеялись. Только Алина не улыбнулась. Она ещё раз медленно посмотрела вниз. Пол был сухим. Совершенно сухим. Но ощущение ледяной воды на ступнях никуда не исчезло. Она была готова поклясться… Что всего минуту назад действительно стояла по щиколотку в воде. И почему-то это чувство не давало ей покоя. Она ещё несколько секунд смотрела на совершенно сухой пол. Потом медленно выдохнула и слабо покачала головой. — Наверное, показалось… Она попыталась улыбнуться самой себе, но внутри всё равно осталось странное чувство тревоги. Алина неторопливо шла по школьному коридору. До начала второго урока оставалось всего несколько минут. Странный утренний сон уже почти выветрился из головы. Девушка сама убедила себя, что ей просто приснился кошмар после всего, что происходит. Но тревога всё ещё скреблась внутри. Она уже собиралась свернуть за угол, как за спиной раздался громкий свист. Девушка остановилась и медленно обернулась. Возле лестницы стоял парень. Засунув одну руку в карман, он с довольной ухмылкой смотрел прямо на неё. Потом нагло поиграл бровями и согнул указательный палец, жестом подзывая девушку к себе. Она несколько секунд смотрела на него, не веря собственным глазам. Потом медленно вскинула бровь. — Совсем обнаглел… — пробормотала она себе под нос. Но всё равно пошла к нему. Остановившись совсем рядом, девушка сложила руки на груди. — Это сейчас что было? — она повторила его жест пальцем. — Ты вообще знаешь, кого так подзывают? Она злилась, но он, кажется, только этого и ждал. С той самой самоуверенной улыбкой, которая вечно выводила её из равновесия, он сократил расстояние между ними до минимума и рывком притянул её за талию к себе. — Когда зовешь собаку, она радуется и машет хвостом, — прошептал он, глядя ей прямо в глаза. — А ты делаешь такое злобное лицо… — Это лицо — не от твоего свиста, — отрезала Алина, чуть отводя взгляд. Она помедлила, а потом добавила гораздо тише, — Мне просто… кошмар приснился. Максим мгновенно стал серьёзнее. Он наклонился так близко, что между их губами оставалось всего несколько сантиметров. — В следующий раз перед сном думай обо мне, — тихо произнёс он. — Тогда никакие кошмары не посмеют к тебе прийти. Он потянулся к её губам, но Алина с лукавой улыбкой отстранилась. — Поздно. — она пожала плечами. — Ты и так уже круглосуточно сидишь у меня в голове. Парень тихо засмеялся. Его пальцы бережно заправили выбившуюся прядь волос ей за ухо. В такие моменты он в миллионный раз жалел о тех годах, что они потратили на «просто дружбу», так и не решаясь взглянуть правде в глаза раньше. Он снова притянул её за шею, намереваясь всё-таки поцеловать, но Алина испуганно скосила глаза на проходящих мимо учителей и учеников. Максим вопросительно вскинул брови: — Когда тебя это хоть раз смущало? И тихо рассмеялся. Потом вдруг осторожно переплёл свои пальцы с её. — Пойдем, я покажу тебе одно место, — скомандовал он, увлекая её прочь от классов в противоположную сторону. — Макс, ты с ума сошел? — она засмеялась, пытаясь остановить его, — У нас сейчас урок! Парень даже не обернулся, его лицо выражало абсолютное безразличие к школьному расписанию. — И что? — нагло бросил он через плечо. — Это далеко не первый раз, когда ты прогуливаешь. И снова потянул её за руку дальше по пустому коридору. Они тихо проскользнули в прачечную, осторожно прикрыв за собой дверь. Максим первым прислушался. Тишина. Ни шагов в коридоре, ни голоса Галины Васильевны. Он довольно усмехнулся. — Кажется, не спалились. Девушка только покачала головой. — Если она нас здесь поймает, будем туалеты до конца года драить. — Зато вместе, — хмыкнул Максим. Не успела девушка ничего ответить, как он легко притянул её к себе. Алина улыбнулась. — Ты невозможный. — Знаю. Он коснулся её губ коротким поцелуем и, не отпуская её руки, повёл дальше, между старыми стиральными машинами, полками с порошками и коробками. На секунду они отстранились, тяжело дыша. Парень довольно обвел рукой помещение, заставленное старыми гудящими машинами. — Наше новое любовное гнездо, — усмехнулся он. Алина прошла вглубь, морщась от запаха сырости и пыли. Заметив в углу пару мышеловок, она скривилась: — Скорее, дом для крыс. Тут же всё такое… мерзкое. Максим, не слушая, снова притянул её за руку, заключая в объятия. — Тогда я тебя спасу, — прошептал он и снова накрыл её губы своими. Он подхватил её под бедра и легко усадил на одну из стиральных машин. Алина улыбнулась сквозь поцелуй, её пальцы заскользили к пуговицам его рубашки, расстегивая их одну за другой. Максим, чувствуя, как внутри всё закипает, приподнял её кофту, проводя горячей ладонью по оголенной коже спины. Он опустился к её шее, оставляя обжигающие следы, и Алина откинула голову назад, полностью отдаваясь моменту. И тут она замерла. Ей показалось, что она слышит отчетливый звук текущей воды — гулкий, ритмичный, словно где-то прорвало трубу. Она распахнула глаза и замерла. Парень, не заметив перемены, продолжал целовать её, переходя на ключицы, но девушка резко уперлась руками в его плечи и оттолкнула. Она спрыгнула на пол и сделала несколько шагов к дальней стене. В свете тусклой лампы казалось, что по кирпичной кладке что-то струится. — Макс… — её голос предательски дрогнул. Он нахмурился, чувствуя, как момент ускользает. — В чем дело, Лин? Она протянула дрожащую руку, почти коснувшись стены. — По ней течет вода… Ты видишь? Максим подошел ближе, встал у неё за спиной, приобняв за талию. Он внимательно всмотрелся в стену. — Где? Я ничего не вижу. Алина снова перевела взгляд на стену. Теперь там было сухо. Никаких следов, никаких подтеков, лишь пыльный кирпич. Она тяжело сглотнула, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Она была уверена, что видела это, она была уверена, что слышала! Парень, решив, что это просто нервы, нежно поцеловал её в щеку, пытаясь успокоить. — Лин, всё хорошо? — Нет, — она не отрывала взгляда от стены, в глазах застыл страх. — Я точно видела… Давай уйдем отсюда, пожалуйста. — Сейчас, погоди, — он снова потянулся к её шее, игнорируя её тревогу. Но она взорвалась и силой оттолкнула его, в её голосе смешались злость и неподдельный ужас. — Я же сказала: идем! Мне здесь не нравится! Она выбежала из прачечной, не оглядываясь. Максим остался стоять посреди комнаты в полном недоумении, глядя на пустую дверь. Что это сейчас было? Он выругался сквозь зубы: — Что, черт возьми, это было?! Он сорвался с места и выбежал в коридор. — Алин! — крикнул он, но эхо лишь глухо отразилось от пустых стен. Коридор был пуст. Девушки нигде не было, словно она растворилась в воздухе в ту же секунду, как вышла из прачечной. Э библиотека была непривычно оживлённой. Ребята уже почти полчаса сидели за столом, делая вид, что увлечённо читают книги. На самом же деле каждый из них то и дело поглядывал на старые часы над дверью. До восьми оставалось совсем немного. Именно в это время, как случайно подслушал Андрей, в подземелье должны были привезти тело. Он был уверен — речь шла о его отце. Поэтому сегодня они просто обязаны были спуститься вниз. Вот только словно назло вся школа решила провести вечер именно в библиотеке. За столом сидели ученики. Кто-то готовился к контрольной. Кто-то листал учебники. Рома тяжело вздохнул и тихо пробормотал: — Они что, все резко полюбили читать? Даша усмехнулась. — Представь себе, некоторые сюда именно за этим и приходят. — Странные люди, — фыркнул Рома. — Добровольно сидеть над книжками… Андрей поднял глаза от часов. — Тише. Ещё немного подождём. Максим сидел, отстраненно глядя в книгу. Его мысли были далеки от тайных планов Андрея. Он постоянно ловил себя на том, что исподтишка разглядывает Алину. Девушка сидела напротив, задумчиво водя ручкой по полям тетради. Она делала вид, что что-то записывает, но за последние несколько минут так и не написала ни одного слова. Та ситуация в прачечной не давала ему покоя: её резкая перемена, этот пустой, испуганный взгляд, направленный в никуда, и то, как она сбежала, оставив его в дураках. Его задевало, что она закрылась от него, что между ними снова выросла стена, которую он только-только начал пробивать. «Урок закончился, и в коридоре стало чуть шумнее: ученики начали уходить из классов. Максим, решив оставить их недавнюю перепалку в прошлом, с легкой улыбкой подошел к Алине. Он обошел друзей впереди и, не дожидаясь приглашения, приобнял девушку за плечи, наклонившись к самому уху. — Слушай, думаю, мы с тобой кое-что… — начал он, надеясь сгладить углы и перевести разговор в нужное русло. Но он не успел закончить. Алина, чьи мысли весь день крутились вокруг того странного видения в прачечной — той текущей воды, которой на самом деле не было — сорвалась. Она чувствовала себя на грани нервного срыва, а его небрежная ласка сейчас казалась неуместной и раздражающей. — Отстань, — устало бросила она, даже не глядя на него. Максим, привыкший к её колкостям, воспринял это как очередную игру. Он лишь усмехнулся, не убирая руки, и чуть сильнее прижал её к себе, словно не замечая её напряжения. Он не видел, что она не просто злится, она боится. Это равнодушие к её состоянию мгновенно взбесило Алину. В ней что-то щелкнуло. Она резко развернулась и с силой оттолкнула его, так что Максим, не ожидавший такого напора, отступил на шаг, удивленно вскинув брови. — Отстань же! — выкрикнула она, и в её голосе, помимо злости, прозвучала настоящая, неподдельная мольба. Не дожидаясь его реакции, она пошла дальше и не оглядываясь на ошарашенных друзей. Парень остался стоять посреди коридора, чувствуя на себе любопытные взгляды других учеников. Его улыбка медленно сползла с лица, сменяясь холодным недоумением, а внутри закипало новое, еще более острое чувство раздражения, смешанного с тревогой.» Вдруг парень почувствовал на себе тяжелый, липкий взгляд. Он медленно повернул голову и увидел Соню. Она стояла возле стеллажей, не мигая, впившись в него глазами, как будто пыталась загипнотизировать. Он поморщился, закатил глаза и с демонстративным раздражением уставился в тетрадь. «Господи, только не эта эмо-фанатичка», — пронеслось у него в голове. Алина тоже заметила этот взгляд. Она подняла глаза на него, и в её голосе, несмотря на все попытки скрыть эмоции, отчетливо прозвучала ревность: — Она тебя прямо взглядом раздевает. Неужели не видишь? Максим, который всё ещё чувствовал укол задетого самолюбия из-за её утреннего поведения, решил ударить в ответ. Он растянул губы в наглой усмешке: — Ну, по крайней мере, она хоть это делает. В отличие от тебя. Алина на секунду замерла. Посмотрела ему прямо в глаза. Потом молча опустила взгляд в тетрадь и поджала губы. И сделала вид, что полностью увлечена своими записями. Он откинулся на спинку стула, чувствуя неприятный осадок. Ссора с ней была как битая посуда — осколки ранили обоих, но признать это он был не готов. В библиотеке стало ещё тише, только стрелки часов неумолимо приближались к восьми, а напряжение между ними двоими стало почти осязаемым, густым, как предгрозовой воздух. Максим уже собирался снова посмотреть на часы, как вдруг ему прямо на колени мягко упал розовый конверт. Он даже вздрогнул от неожиданности. Соня, бросив его, тут же сорвалась с места и пулей вылетела из библиотеки. Максим, опешивший от такой наглости, схватил письмо, намереваясь догнать девчонку. — Эй, ты, фанатичка недоделанная! — крикнул он ей вслед, подаваясь вперед. — Еще раз бросишь в меня своей макулатурой и я заставлю тебя ее съесть, понятно?! Вот же… Но договорить он не успел. Алина, чье терпение окончательно лопнуло, выхватила конверт прямо из его пальцев. И с самым невинным видом уже крутила его в пальцах. — Ну надо же, — процедила она с ядовитой усмешкой, на ходу вскрывая розовый бумажный прямоугольник. — Письмо от девочки-эмо. Рома тихо кашлянул в кулак. Даша с Андреем переглянулись. Оба прекрасно понимали, чем сейчас всё закончится. Максим протянул руку. — Верни. — Не-а. — девушка уже раскрывала конверт. — Мне тоже интересно. Парень лишь раздраженно закатил глаза, но Алина уже вошла в раж. Она начала читать вслух, нарочито драматизируя и выпячивая каждое слово: — «Мой мир во тьме…» — она сделала театральную паузу, бросив на своего парня уничтожающий взгляд. — «Но лишь твоя любовь может пролить свет. И я всегда хочу быть рядом с тобой». Закончив, она скомкала листок и швырнула его прямо в ему на грудь. — У вас, я смотрю, тут прям идиллия, — отчеканила она, едва сдерживая ярость. — Настоящее признание в любви. Может, пойдешь, ответишь ей тем же? Или, может, тебе помочь составить ответное стихотворение? Максим усмехнулся, но в этой улыбке не было ни капли тепла — только азарт. Он небрежно подцепил скомканный листок пальцами и демонстративно расправил его, глядя на девушку поверх бумаги. — А почему бы и нет? — протянул он с нагло, — Сегодня она ко мне проявила внимания больше, чем собственная девушка. Атмосфера за столом накалилась до предела. За столом снова повисло напряжение. — Так, ребята, стоп! — Андрей, понимая, что если они сейчас не успокоятся, то привлекут внимание всей библиотеки, резко стукнул ладонью по столу. — Хватит! Разберетесь со своей любовью потом. У нас вообще-то дело жизни и смерти. Как и обещала, Вика всё-таки помогла им. Ровно в восемь вечера во всей школе неожиданно погас свет. На несколько секунд здание погрузилось в полную темноту. По библиотеке сразу прокатились удивлённые возгласы. — Что случилось? — Свет отключили? — Опять проводка?.. Кирилл Евгеньевич тут же поднялась со своего места. — Спокойно! Все выходим в коридор! Этого момента ребята и ждали. Стоило последнему ученику выйти из библиотеки, как Андрей первым бросился к старому камину. — Быстрее! Максим, не раздумывая, полез следом. Даша тоже уже отодвигала тяжёлую решётку. Но Алина даже не сдвинулась с места. Она стояла, сложив руки на груди, и упрямо смотрела в сторону. — Я останусь здесь. Максим мельком посмотрел на неё. Хотел что-то сказать. Но лишь тяжело выдохнул. «Потом поговорим.» Сейчас было не время. Он молча полез вслед за Андреем. Через несколько секунд оба уже скрылись в дымоходе. Даша последовала за ними. В библиотеке остались только Алина и Рома. В зале было почти темно. Рома, прищурившись в темноте, нашел на полке свечу, чиркнул спичкой и поставил огонек на стол. Теплый свет мягко озарил пространство. — Хоть немного света, — негромко сказал он, подходя к девушке. Девушка коротко кивнула, не поднимая головы. Рома, помявшись, решил взять на себя роль миротворца. — Ты это… на Макса зла не держи. Плевать ему на Соню, ты же знаешь. — Я знаю, — тихо отозвалась Алина, глядя в пол. — Но меня всё равно это бесит. Она лезет открыто, а он… он просто смеется. Ему нравится это внимание. — Да брось, Лин, — улыбнулся Рома. — Он любит только тебя. Она уже хотела возразить, но слова застряли в горле. Внезапно в ушах снова зашумело. Этот звук — мерный, тяжелый плеск воды — накрыл её, как ледяная волна. Она замерла. В коридоре, ведущем из библиотеки, прямо с потолка, сквозь штукатурку, гигантскими потоками лилась вода. Её сердце пропустило удар. — Ты… ты тоже видишь это? — прошептала она, не в силах отвести взгляд от водопада, который, казалось, вот-вот зальет всё вокруг. Голос дрожал, а руки похолодели. Рома, в полном недоумении, проследил за её взглядом. Он видел только пустой, темный коридор, в котором не было ничего, кроме пыли и теней. — Что вижу? Ты о чем? Алина нервно улыбнулась, её лицо было бледным как полотно. — Я… — она покачала головой. — Сейчас вернусь. Не дожидаясь ответа, девушка быстрым шагом вышла в тёмный коридор. Рома несколько секунд смотрел ей вслед. Ему совсем не понравилось, как она выглядела — в глазах девушки застыл настоящий, животный страх, который не имел ничего общего с их обычной ссорой из-за ревности. Что-то было не так, и это «не так» пугало его куда больше, чем темнота в школе. Алина влетела в коридор, и реальность снова исказилась. Вода лилась откуда-то сверху, сплошным каскадом заливая лестничный пролет, но под её ногами пол оставался абсолютно сухим. Девушка тяжело сглотнула. — Нет… Этого не может быть… Но вода продолжала течь. Она глубоко вдохнула и, сама не понимая зачем, побежала вверх по лестнице. С каждым шагом шум становился громче. Вода вытекала из приоткрытой двери женской ванной комнаты. Она буквально ручьем бежала по кафелю в коридор. Алина нервно оглянулась. Пусто. Никого. Ни учеников. Ни учителей. Только этот непрекращающийся шум. Она закрыла глаза. — Мне просто кажется… — тихо прошептала себе, — Просто кажется… Но, открыв глаза, снова увидела ту же картину. Вода продолжала течь. Девушка медленно подошла к двери. Каждый шаг давался всё тяжелее. Сердце билось так громко, что казалось, его слышно на весь этаж. Она толкнула дверь. Шум воды стал почти оглушительным. Ванная была пуста. Лишь в самом дальнем углу стояла старая чугунная ванна. Вода переливалась через её борта, стекая на пол бесконечным потоком. Она снова посмотрела на ванну. И замерла. Внутри кто-то был. Из воды виднелось бледное женское лицо. Женщина лежала совершенно неподвижно. Её мокрые волосы плавали по поверхности воды. А открытые глаза… Не мигая… Смотрели прямо на Алину. Девушка вскрикнула. По телу словно ударил ледяной ток. Она резко отшатнулась назад, едва не поскользнувшись на мокром полу. Не сводя взгляда с женщины, девушка сделала ещё шаг назад. А потом развернулась. И со всех ног бросилась бежать. Коридор перед глазами расплывался. Она уже не разбирала дороги. Главное было оказаться как можно дальше от этой ванной. Подальше от этих неподвижных глаз, которые, казалось, продолжали смотреть ей вслед. Она обернулась на темный коридор, откуда только что прибежала. В тишине школы снова послышался звук — мерный, ритмичный: кап… кап… кап… — и Алина поняла, что этот звук теперь преследует её повсюду.