Гранит и клевер [Metal CardBot Z : дополнение]

Утро после праздника в деревне Поркака было спокойным, но для Сиеро это спокойствие казалось хрупкой скорлупой, готовой треснуть в любой момент. Утренний ветерок, монотонно и мелодично шумящий кронами сосен, поскрипывал их стволами. Уже нет ни тех фейерверков, ни ночного шума предвещающего праздник, осталась только эта тихая колыбельная ветра. Сиеро сжал в механическом кулаке клочок бумаги. Слова на нем, написанные неровным, словно дрожащим почерком, въедались в металл его сознания. Письмо, внешне такое элегантное и изящное, пахнущее розами и малиновым вином, с печатью в виде нежной алой розы, внутри оказалось просто ужасным. Пятая жертва. Флита Зет. Кого он видел всего несколько часов назад, смеющегося и беззаботного. Ужас сковал его, как ледяные оковы. Он не мог сказать Флите. Не сейчас. Но что ему делать? Как защитить его, если он даже не знает, кто этот таинственный убийца? Сиеро не знал, что делать. Он стоял с этим письмом в руках; этот старый пергамент, только что смятый его пальцами, тихонько шелестел. Сам Сиеро чувствал пустоту внутри себя, томный взглядом уставившись на потрёпанную бумагу в руке. Нет другого огня, другого железа. Касающаяся пергамента рука пахнет клеверами, но не кровью КардБота, которая может пролиться уже совсем скоро. Тем временем, за окраиной леса, там, где деревья сгущались в непроглядную чащу, разыгрывалась другая драма. Воздух дрожал от предвкушения. Там бродила КардБот, хорошая знакомая многих в деревне Поркака, известная как Гэкката Рей. Она неосторожно забрела сюда, почуяв запах редких минералов. Она устроилась на полянке, около малооживлённого района с теплицами со стеклянными стенами, складами — и заброшенными, и всё ещё пригодными для хранения, садами с высокими деревьями, тянущимеся к небу и зарослями сладкопахнувших клеверов. Она какое-то время находилась там. Рядом играл огнем и пышел теплом костер, пламя вспыхивало, отражаясь жёлтыми и оранжевыми цветами на металлическом корпусе Гэккаты, горел пурпуром около связки веток, прислоненных к лежащему на земле мешочку с минеральными камнями. Костер уже успел пригаснуть, языки пламени, танцующие на брёвнах потрескивают, то и дело стреляя голубоватым пламенем. Внезапно, сзади неё раздался странный шелест — она обернулась. Но осмыслить, что произошло, она не успела. Когти, столь смертоносные, столь желанные для охотника, впились в её тело. Последний крик Гэккаты Рей оборвался, утонув в хрусте ломающихся частей. КардБот отпрянул, его дыхание стало прерывистым, а в глазах читалось нечто большее, чем просто хищный блеск. Это была боль, осознание того, что он сам стал монстром, игрушкой в чужих руках. Он бросил на землю потрёпанное письмо с печатью в виде алой чайно-гибридной розы. Точно такой-же, которая была на письме о пятой жертве. Гэкката Рей даже не подозревала, что в этом письме было написано подробное описание мучений, которые должно было пережить её тело. Ведь тот КардБот убил её не по своей прихоти. Роза Ветров… эта проклятая Роза… Пока это происходило, между двумя КардБотами развязался диалог. Глобер, заметив его странное состояние, подошел ближе. — «Сиеро? Ты в порядке? Ты какой-то бледный». Сиеро вздрогнул, отвлеченный от своих мрачных мыслей. — «Я? Нет, все хорошо. Просто… устал». Он попытался убрать письмо, но рука дрогнула, и лист выскользнул, шурша в траве. Глобер, не раздумывая, наклонился и поднял его. Слова, поначалу казавшиеся бессвязным набором угроз, вдруг сложились в леденящую душу картину. Все самые мельчайшие детали жестокого убийства зияли на бумаге, а среди строчек пристроилась фраза «Это будет Флита Зет, он пятый». Зловещая подпись — «Роза Ветров» — была написана элегантно, в отличие от яростного, искривленного текста. «Что за...» — Зрачки Глобера сузились до точек, выдавая явное беспокойство. Он медленно поднял голову. — «...Есть вопрос, чьё это письмо... Но меня больше беспокоит тот, кто станет... Шестой жертвой». «А у меня вопрос о том, кто такая Роза Ветров!...» — Сиеро выглядел ещё более беспокойней, чем Глобер. «Погоди, погоди, успокойся». — Глобер положил руку на плечо Сиеро. — «Речь идёт о шестой жертве. Флита сейчас в безопасности. Тут повсюду слишком много глаз, чтобы кто-то попытался его убить». «...О шестой жертве я и понятия не имею. И даже не могу представить, кто тот, кто это всё писал». — Сиеро резким движением выхватил письмо из рук Глобера, осмтаривая пергамент с обеих сторон. Но, ничего. Ничего, кроме настораживающего текста, и печати в виде чайно-гибридной розы глубокого и выразительного, кроваво-красного цвета, на которую пал взгляд Сиеро. — «Только время зря теряем». — Сиеро резко отодрал от бумаги печать в виде розы, бросая её на землю. Смола алого цвета слегка отодрала тонкий слой бумаги; печать неаккуратно разломалась надвое, а из нее выпал... Клевер. Обработанный, покрытый лаком, чтобы он не порвался внутри печати. Глобер, наблюдая за действиями Сиеро, почувствовал, как по его собственному металлическому корпусу пробежали холодок. Клевер. Этот символ, такой обыденный, казался теперь отголоском чего-то зловещего. Он вспомнил, как Гэкката Рей, увлеченная поиском минералов, неоднократно упоминала о своей любви к этим скромным растениям. Неужели? Мысль была столь же стремительной, сколь и ужасающей. «Сиеро». — голос Глобера стал напряженным. — «Клевер». Сиеро, взглянув на выпавший из печати клевер, замер. Его взгляд перешёл на растение, покрытое лаком. — «...Если все сейчас находятся на виду у остальных, а в печати находится... клевер...» — «Единственная, кто сейчас может оказаться одна, не на глазах у других, то шестой жертвой должна была стать...» — «ГЭККАТА РЕЙ...» — Они сказали это имя синхронно, их зрачки уменьшились до точек от волнения. Через мгновение они, спотыкаясь, оба бросились к дороге, которая могла бы привести их к садам с зарослями клеверов. Они бежали, перепрыгивая через корни деревьев, их механические сердца колотились в унисон. Каждый шорох, каждый треск веток казался предвестником беды. Сиеро, несмотря на свою механическую природу, ощущал, как по его внутренним схемам пробегает холодный страх. Он представил себе Флиту, беспечно смеющегося, и ужас от мысли, что он мог бы стать следующей жертвой, разрывающей его изнутри. Глобер, более практичный, пытался анализировать ситуацию, но даже его логические процессоры не могли справиться с такой непредсказуемой жестокостью. Приблизившись к указанному району, они увидели призрачную дымку, поднимающуюся над поляной. Вокруг поляны стоял железный забор, напоминающий клетку, заросшую зелёными зарослями. Клетку, которая преграждала им путь. Глобер ударил металлическую дверь плечом, в попытке её выломать, но безуспешно. Сиеро слегка оттолкнул Глобера, уперевшись уже своим плечом в дверь, и, взмахом крыла, который создал сильный ветренный импульс, он ударил дверь плечом снова. Дверь с громким металлическим лязгом открылась, чуть не оторвавшись. Они оба забежали на территорию садов, пробираясь сквозь высокую траву. В какой-то момент, они вышли на гранитную дорогу, по которой тянулась разбрызганная гибридная кровь. На земле, среди изумрудного клевера, расплывалось темное пятно, которое еще недавно было жизнью Гэккаты Рей. Дорога из гранитовых плит, казавшаяся такой ровной и спокойной, теперь была испачкана каплями масла. Гэкката Рей была разорвана на куски самым жестоким методом, по всему её телу тянулись огромные, глубокие царапины от когтей, лицо изуродовано, словно насмешка, дисплея и глаз не было на месте, а конечности были раскинуты по все стороны. Гибридная кровь КардБотов — зелёная жидкость с шестиугольным узором — растекалась по мху, словно черное вино. Над телом нависал незнакомый КардБот, похожий на мантикору. Почувствовав взгляды, КардБот резко обернулся, и, увидев двоих, с омерзительным хрустом выдернул свои когти из тела Гэккаты. Сиеро и Глобер отшатнулись, чувствуя, как горячий поток крови забрызгал их корпуса. В эту же секунду КардБот моментально ринулся бежать, спрыгнув за перила белого забора, напоминающего стены древних замков, имеющий живописные сколы, которые придавали эффект природной первозданности. Забор потрескался от мощи когтей КардБота. Он спрыгнул вниз, за мост. Звериный рык, не агрессии, а испуга, огласил воздух. Они видели его – стремительное, смертоносное движение, последний раз мелькнувшее перед ними, прежде чем скрыться из виду, спрыгнув вниз. Сиеро застыл, словно высеченный из камня, его оптические сенсоры пытались переработать увиденное, но разум отказывался верить. Повсюду – яркие пятна гибридной крови КардБотов, словно кто-то разлил краску. Но это была не краска, а жизнь. Жизнь, которая только что оборвалась. Заросли клевера, ещё утром казавшиеся невинными и нежными, теперь напоминали ковер из рваных лепестков, пропитанных невыносимым запахом металла и страха. Глобер, напротив, не мог позволить себе остановиться. Глобер в резком темпе бросился за КардБотом. Он перепрыгнул через белый забор, следом за КардБотом. Он спрыгнул вниз, приземлившись на крутую, скалистую землю, схватившись рукой за землю в попытке удержаться и не упасть, прежде чем невольно сьехать вниз по скале. Не обращая внимания на боль в приземлении, преследовал беглеца. Он чувствовал, как камни осыпаются из-под ног, но адреналин заглушал страх. Он мчался по неровной поверхности дороги из старых камней, стараясь не упустить из виду мелькающий впереди силуэт. Зеленый клевер сменился более грубой растительностью, усеянной камнями и колючими кустарниками. КардБот, казалось, двигался с неестественной скоростью, будто ведомый первобытным инстинктом. Глобер же полагался на свою силу и выносливость. Он слышал, как рвутся под его ногами ветки, как камни скатываются вниз, но все его внимание было сосредоточено на цели. КардБот внезапно замедлился, нырнув в густые заросли. Глобер, следуя за ним, почувствовал, как листья облепляют его корпус, как ветки царапают металл. Он знал, что этот маневр — лишь попытка выиграть время, уйти от погони. Но Глобер был настроен решительно. Каждая клеточка его механического тела вибрировала от напряжения, каждый датчик фиксировал мельчайшие детали окружения. Он был готов бороться до конца. Через мгновение КардБот снова появился на открытом пространстве, но теперь его движение стало более хаотичным. Он оступался, неловко перепрыгивал препятствия, словно поддавшись панике. Глобер обогнал его, выйдя вперед. Это был момент истины. Он мог бы остановить врага прямо сейчас, но что-то внутри него подталкивало к завершению начатого, довести дело до конца. Бетон крошился под ногами КардБота. А каждый шаг Глобера отзывался болью в мышцах. Он слышал только собственное тяжелое дыхание и стук сердца, заглушающий даже шум ветра. Где-то впереди, еле различимый, топот – тот КардБот. Ненавистный, смертоносный. И Глобер не мог его остановить. Они добрались до моста, сломанного, зияющего пустотой. Внизу, в мутной воде, плескались остатки разрушения. КардБот, легко перепрыгнув на столь далёкую платформу, оступился, неаккуратно упав на колено; но сразу после того, как он понял, что он сможет оторваться, он не теряя времени снова бросился бежать. Глобер замер, страх сковал его. Но потом он увидел её – сломанную мачту. Надежда. Один рывок, один прыжок… Он перепрыгнул на деревянную мачту, со звуком ломающегося дерева она начала трескаться и накреняться. Глобер еле-как удержался. Как только мачта оказалась так низко над водой, Глобер совершил резкий прыжок, прежде чем мачта разломалась надвое под его ногами. Он приземлился прямо на то место, где только что был КардБот. Он уже не видел его, но видел след из гибридной крови КардБотов, которая пролилась при убийстве Гэккаты. Он быстро побежал по следу, в попытке преследовать КардБота. Заросли сгустились, Глобер пришёл к огромному заброшенному складу. Он прислонился к двери, прислушиваясь к звукам внутри.