Красный шелк

***

На следующий день студия ожила раньше, чем обычно. Съемочный павильон гудел: ассистенты носились с оборудованием, гримеры колдовали у зеркал, готовя моделей к новой съемке. Как только Лео переступил порог, к нему подлетела ассистентка. — Доброе утро! У тебя сегодня рекорд, — с улыбкой объявила она и с грохотом выставила перед ним одну за другой несколько коробок. — Какой еще рекорд? — Лео уставился на груду картона. — Почта. Сегодняшняя. Он простонал. Письма от поклонников давно стали частью его рутины: милые, странные, иногда откровенно пугающие. Но такого количества он еще не видел — популярность журнала взлетела до небес, увлекая его за собой. Лео лениво перебирал конверты: белые, розовые, с блестками и сердечками. Обычный шум. Пока взгляд не зацепился за нечто иное. Черный. Абсолютно черный, плотный конверт. Ни подписи, ни обратного адреса, ни марки. Словно его принесли лично и оставили в самой гуще обычных писем. Лео нахмурился, чувствуя неприятный холодок, и вскрыл его. Внутри лежал портрет. Карандашный набросок его собственного лица. Он замер. С первого взгляда казалось, что это распечатанная фотография — настолько поразительной была детализация. Каждая ресница, каждая пора на коже, легкая тень над верхней губой. Кто-то часами, если не днями, изучал его лицо, вглядываясь в каждый изъян. Ни на одной журнальной обложке не было столько… пугающей близости. Лео невольно вспомнил огромный билборд в центре города, где его лицо было увеличено в десятки раз. Неужели кто-то срисовывал его оттуда? Или же… — Лео? Ты в порядке? Он вздрогнул. Перед ним стоял Даниэль. Главный фотограф — тихий, вечно смущенный, держащийся в тени. — Да, всё отлично, — Лео быстро спрятал рисунок обратно в конверт. — Просто не выспался. — Я хотел проводить тебя вчера вечером, — Даниэль поправил камеру на плече, глядя на него с какой-то странной, липкой вежливостью. — Но директор сам вызвался. — Да уж, — буркнул Лео, стараясь не встречаться с ним взглядом. Весь день он был как на иголках, постоянно поглядывая на часы. Съемка превратилась в пытку. Сославшись на резкое недомогание, он сбежал из офиса, как только представилась возможность. К вечеру он уже стоял возле дома Софи. Небольшой многоквартирный комплекс выглядел вполне обычно. Ничего общего с особняком Эдриана: никакой охраны, никаких камер, никаких высоких ворот. Лео вспомнил, как провожал Софи после вечеринки несколько недель назад. Тогда она подняла коврик возле двери и достала оттуда ключ. Самая банальная, детская ошибка. Он проверил коврик. Ключ был на месте. — Невероятно, — пробормотал он, открывая дверь. Квартира встретила его запахом кофе и ванили. Небольшая, чистая, уютная — совсем не похожая на ту холодную, выверенную эстетику, которой окружала себя Софи на работе. Лео прошелся по комнатам. Заглянул в шкаф, в ванную, осмотрел спальню. Он сел на кровать и замер. Ничего. Абсолютно ничего. Никакого волнения. Никакого адреналинового всплеска, к которому он привык. Это была просто чужая квартира. Просто чужая кровать. Он вздохнул, чувствуя, как внутри нарастает глухое раздражение. Его эксперимент провалился. Его интересовал не процесс взлома, не сам риск. Ему был нужен конкретный человек. И осознание этой зависимости пугало его сильнее, чем любой сталкер. Покидая квартиру, он тщательно вернул всё на свои места, запер дверь и положил ключ под коврик. После чего направился к дому Эдриана. Снова.

***

Подходя к особняку, Лео сразу заметил изменения. Охрана выглядела куда более бдительной: у ворот теперь стояли двое, а по территории периодически проходил патруль. — Неужели всё-таки заметили? — пробормотал он. Либо Эдриан стал осторожнее после возвращения, либо кто-то доложил о странностях. Проникать сегодня было в разы рискованнее. Лео остановился в глубокой тени деревьев, оценивая обстановку. Разум шептал: уходи. Но любопытство уже давно захватило контроль. И именно в этот момент за его спиной послышался знакомый, холодный голос: — Лео? Голос прозвучал совсем рядом, заставив Лео вздрогнуть. Прямо перед ним, свернув на подъездную дорожку, затормозил черный автомобиль. Стекло медленно опустилось, и из салона на него смотрел Эдриан. Даже в такой час он выглядел безупречно — ни волоска не выбилось из идеальной прически, взгляд был холодным и ясным. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Тишина давила на барабанные перепонки, нарушаемая лишь едва слышным гулом остывающего мотора. Лео лихорадочно перебирал варианты оправданий. Любое звучало фальшиво. «Я просто прогуливался возле вашего дома в два часа ночи»? Звучало как бред. — Директор? — голос Лео предательски дрогнул. — Вы… вы вернулись раньше? — Да, — Эдриан кивнул, открывая дверцу. — Дела потребовали личного присутствия. Софи осталась там за меня. — Понимаю, — Лео судорожно сглотнул, пытаясь взять себя в руки. — Я просто… мимо проходил. Решил подышать воздухом. Эдриан вышел из машины, возвышаясь над ним, как темная скала. В его янтарных глазах не было ни тени сомнения — лишь холодное, изучающее спокойствие. Он смотрел на Лео так, будто видел его насквозь, как рентген. — Раз уж ты здесь, — мягко произнес он, делая шаг навстречу, сокращая дистанцию до опасного предела, — почему бы не зайти на чай? Я привез редкий сорт из поездки. Со специями. Тебе понравится. Интуиция вопила, что это ловушка. Что он только что добровольно зашел в пасть льву. Но любопытство — эта ненасытная, болезненная жажда — пересилила инстинкт самосохранения. — Не стоит, я… — начал было Лео, но Эдриан уже направился к дому, бросив через плечо: — Идем. Я не люблю, когда гости остаются на пороге. Через несколько минут они сидели на кухне. Той самой, через которую Лео проникал сюда лишь вчера. Эдриан был довольно гостеприимен. Он спокойно заваривал чай, движения его были размеренными, почти ритуальными. — Как прошла встреча? — спросил Лео, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Скучно, — Эдриан не отрывал взгляда от заварки. — Ничего стоящего внимания. Он поставил перед Лео чашку. Аромат был странным — терпким, тяжелым, с нотками диких ягод и мяты. Лео сделал осторожный глоток. Вкус оказался необычным, дурманящим. Эдриан наблюдал за ним, не мигая. Его взгляд был тяжелым, словно он взвешивал что-то, известное лишь ему одному. Лео сделал еще глоток, и вдруг мир вокруг пошатнулся. Пол под ногами стал зыбким, как палуба корабля в шторм. В голове гулко зашумело, а картинка перед глазами начала стремительно терять четкость, плыть, словно краска, смываемая водой. — Что за… — Лео попытался поставить чашку, но пальцы не слушались, превратившись в безвольные плети. Керамика с глухим стуком ударилась о стол. — Какого черта… Эдриан не ответил. Он медленно поднялся со стула, и его лицо — всё такое же невозмутимое, всё такое же правильное — теперь казалось Лео устрашающим. Он не выглядел удивленным. Он выглядел как хищник, который наконец дождался, пока жертва сама придет в капкан. Лео попытался оттолкнуться, встать, но ноги стали ватными, непослушными. Он осел обратно на стул, тяжело дыша. Мир вокруг погрузился в вязкий, черный туман. Последнее, что он успел заметить, — это янтарные глаза Эдриана. В них не было ни капли сочувствия. Только холодный, торжествующий блеск.