Точка невозврата

Он качнул головой, ни капли не задетый её словами, ведь он прекрасно понимал, ради чего разыгрывается этот цирк. Подыгрывая её плану с пугающим артистизмом, он перехватил её запястья одной рукой, аккуратно, но крепко фиксируя их, а второй уверенно обхватил за талию. Одним легким, просчитанным движением он приподнял её и усадил на тот самый учительский стол, в который она только что упиралась. Хе Рин вскрикнула, её юбка задралась, а учебники со стола с грохотом полетели на пол. Мун Ги тут же шагнул вперед, уверенно втиснулся прямо между её коленей и наклонился к ней, полностью блокируя её на краю стола. Его пальцы мягко, но настойчиво коснулись её подбородка, заставляя смотреть прямо на него. Хе Рин рыдала уже по-настоящему, её сердце готово было вырваться из груди. Ей казалось, что её оскорбления сработали как надо, и Мун Ги вел себя именно так, как нужно для обвинения, заходя всё дальше. «Ещё немного, — панически думала Хе Рин, задыхаясь от его близости. — Ши Мин уже видит это на мониторе. Она уже бежит сюда. Сейчас она войдёт...» . На первом этаже, в коридоре у поста охраны, Со Ши Мин судорожно пыталась вставить флешку в пульт управления. Экран монитора как раз вывел чёткую, контрастную картинку из кабинета музыки: было видно, как Мун Ги усаживает Хе Рин на стол, втискивается между её коленей и наклоняется к самому лицу. — Давай же, записывай... — шептала Ши Мин, её пальцы дрожали от напряжения. Вдруг тяжёлая дверь операторской с грохотом распахнулась. На пороге стояли завуч и двое незнакомых мужчин в строгих номенклатурных костюмах — представители министерской проверки, которые приехали на пару дней раньше положенного. — Учитель Со! Вот вы где! — громогласно и раздражённо воскликнула завуч, проходя внутрь. — Почему вы не на рабочем месте? Комиссия из департамента уже здесь, им срочно нужны отчёты по вашему предмету за прошлый квартал! Директор рвёт и мечет! Живо собирайте документы и идите в конференц-зал! — Подождите... я не могу, у меня сейчас... — Ши Мин в ужасе обернулась, пытаясь телом загородить монитор. — Никаких «не могу»! — завуч жёстко схватила Ши Мин за локоть, буквально вытягивая её из-за пульта. — Вы хотите, чтобы школу лишили аккредитации из-за вашей халатности? Господа из министерства не будут ждать! Шагом марш в архив за документами! Министерские чиновники хмуро переглянулись, и Ши Мин поняла: если она сейчас начнёт кричать или сопротивляться, завуч просто поднимет скандал, её уволят на месте, а флешку с пульта сотрут шестёрки директора ещё до того, как видео куда-то попадёт. Её загнали в ловушку. У неё не было секунды, чтобы объяснить, что происходит на четвёртом этаже. Завуч силой поволокла её по коридору в сторону административного крыла. На четвёртом этаже, в кабинете музыки, Хе Рин из последних сил упиралась ладонями в плечи Мун Ги, пока он продолжал гипнотизировать её своим нечитаемым, насмешливым взглядом. Время шло. Прошла минута, затем полторы. Но дверь класса оставалась закрытой. Никто не шёл на помощь. Мун Ги, словно упиваясь её нарастающей растерянностью и тем, как судорожно она продолжает коситься на дверь, чуть отстранился. На его лице снова расцвела та самая харизматичная, сытая ухмылка умного хищника, который просчитал всё на десять шагов вперёд. Ему было чертовски весело наблюдать, как её уверенность сменяется глухим отчаянием. Он медленно поднял глаза вверх, к купольной камере под потолком, и тихо, искренне рассмеялся — этот звук был полон чистейшего, издевательского забавления. — Надо же, какая ирония, — выдохнул он, переводя свой потемневший, но абсолютно трезвый и проницательный взгляд на замершую Хе Рин. — Ты так старательно подстраивала ракурс под эту штуку, куколка... И так отчаянно пыталась меня разозлить. Правда думала, что за этим дешёвым спектаклем сейчас кто-то наблюдает из каморки охраны? Твоя спасительница-учительница не придёт. Хе Рин почувствовала, как её сердце пропустило удар, а внутри всё похолодело от выразительного блеска в его глазах. Он знал. С самого начала всё знал. — Ч-что?.. Мун Ги наклонился к самому её уху, обжигая дыханием кожу, и его ухмылка стала почти осязаемой. Его голос звучал спокойно, уверенно и убийственно насмешливо: — Мой старик на прошлой неделе урезал бюджет на модернизацию этого крыла. Эта камера... — он небрежно, даже не глядя, ткнул пальцем в сторону тёмного купола. — Она отключена уже полгода, маленькая. Это просто пустой пластиковый муляж для запугивания младшеклассников. Здесь нет никакой трансляции. И никто нас не видит. Он чуть отстранился, чтобы насладиться эффектом от своих слов. — Так что твой план — просто золото, Хе Рин. Мне правда очень понравилось, как ты старалась, — он ласково провел тыльной стороной ладони по её бледной щеке, а его глаза опасно блеснули. — Но теперь мы здесь совершенно одни. И раз уж ты сама усадила себя в эту ловушку... давай продолжим? Хе Рин замерла, переставая дышать. Мир вокруг неё рухнул с оглушительным грохотом. Камера не работает. Ши Мин поймана на первом этаже. План провалился, и она осталась в абсолютной, глухой изоляции, полностью во власти парня, который с самого начала просчитал её игру и теперь получал истинное удовольствие от её финала.