Точка невозврата

— Я ничего не скажу… — из глаз Хе Рин снова брызнули слёзы, оставляя мокрые дорожки на грязных щеках. — Никому. Про видео, про гаражи… Клянусь тебе. Твой отец ничего не узнает. — Да мне плевать на видео, — отрезал он, и его голос мгновенно стал жёстким, растеряв всё напускное веселье. — Мой отец этот вопрос за пять минут закроет. Меня бесит, что ты, шваль, решила, будто можешь прыгнуть выше меня… Он лениво дотронулся свободной рукой до ремня, послышался сухой щелчок бляшки. Хе Рин зажмурилась, по телу прошла крупная дрожь. — Открывай глаза и смотри на меня, — приказал Мун Ги, встряхнув её за волосы. Хе Рин нехотя разомкнула веки. Всё внутри неё кричало от унижения, но дикий страх перед тем, что он вернёт её Су Гану, парализовал любую мысль о сопротивлении. — Отрабатывай, раз обещала. Хе Рин судорожно выдохнула, чувствуя, как жёсткий пол подсобки давит на колени. Обратного пути уже не было. Обещание, данное у гаражей ради спасения от Су Гана, капканным замком захлопнулось у неё на шее. Мун Ги сверху вниз наблюдал за её секундным колебанием. Его пальцы, всё ещё запутавшиеся в её волосах, слегка потянули пряди вверх, заставляя её шире открыть рот. — Ну? — нетерпеливо и тихо поторопил он, в его голосе проскользнул смешок. — Чего замерла, куколка? Думала, я шучу? Она зажмурилась, пытаясь полностью отключить сознание, когда он резко подался вперёд. С первого же глубокого, эгоистичного толчка у неё перехватило дыхание. Мун Ги двигался размеренно, грубо и абсолютно безжалостно, полностью игнорируя то, как она давилась и как из её закрытых глаз по щекам снова потекли слёзы. — М-мм... Вот так, — удовлетворённо выдохнул он, свободной рукой лениво похлопав её по плечу. — Можешь же, когда хочешь. Сразу бы так по-хорошему, блядь, и лицо бы твоё целым осталось. Каждое его движение отзывалось тупой болью в челюсти. Хе Рин казалось, что эта удушливая, пропахшая сигаретным дымом комната стала её персональным адом, где время просто остановилось. Мун Ги то сильнее натягивал её волосы, фиксируя голову в нужном ему положении, то, наоборот, отпускал, позволяя ей на секунду отстраниться, чтобы судорожно глотнуть воздуха, а затем снова жёстко возвращал назад. — Куда дёргаешься? — тихо, прямо на ухо прошептал он, и его горячее дыхание обожгло кожу. — Я же сказал: стой ровно. Мун Ги резко отстранился, тяжело дыша, и грубо толкнул Хе Рин в плечо, отчего она не удержалась на коленях и повалилась на бок. Она закашлялась, утирая рот тыльной стороной ладони, на которой смешались слёзы и слюна. Всё её тело дрожало. — Отлично, — бросил он, застёгивая брюки и бросая на неё циничный взгляд. — На сегодня долг почти закрыт. Хе Рин, шатаясь, попыталась подняться на ноги, надеясь, что кошмар наконец закончился и она может уйти. Но Мун Ги, заметив её движение, резко перехватил её за ногу и швырнул спиной на старый кожаный диван. — Куда собралась? — хмыкнул он, нависая сверху и придавливая её своим весом. — Я ещё не закончил. — Нет... Нет-Нет..Мун Ги, хватит, отпусти! — Хе Рин в панике задергалась под ним, упираясь руками ему в грудь и пытаясь спихнуть. — Мы так не договаривались! Хватит! — А мне похуй, как мы договаривались, — процедил он, легко перехватывая её запястья одной рукой и прижимая их над её головой. Хе Рин отчаянно извивалась, пытаясь ударить его ногами или выкрутиться, её крики становились всё громче и злее. Это сопротивление явно начало раздражать Мун Ги. Он на секунду замер, удерживая её, а затем свободной рукой полез в карман брюк. — Сучка, угомонись уже, — раздражённо буркнул он, доставая из маленького зип-пакета небольшую квадратную марку. Он резко и больно нажал ей пальцами на челюсть, заставляя открыть рот, и бесцеремонно протолкнул марку ей под язык. — Глотай, дрянь, — скомандовал он, зажимая ей рот ладонью, пока она пыталась выплюнуть Марку. Хе Рин не знал что это…но что бы это не было оно действовало быстро..в глазах мутнело..тело обмякло…