Папочка очень зол

Колеса машины тихо шуршат по асфальтированной дороге. Сейчас глубокая ночь, темно, и лишь редкие фонари освещают путь. Стив и Эдди возвращаются с вечеринки, которую устроил кто-то из одноклассников Дастина. Стив не помнит толком его имени, как и имен большинства присутствующих, но это никогда не мешало ему веселиться. Главное, что там были Робин и Дастин. Эдди ведет машину и молчит, и это само по себе странно, ведь обычно он болтает без умолку и размахивает руками, едва не врезаясь в столбы. Машина, конечно же, Стива, но Эдди за рулем, потому что Стив позволил себе немного расслабиться и выпил лишнего. Харрингтон все еще слегка навеселе, и мир кажется размытым, хотя опьянение уже почти сошло на нет. Он в упор пялится на парня за рулем, пытаясь понять, с чего это тот вдруг стал таким угрюмым. — Не понравилась вечеринка? — Стив наконец задает вопрос. Его голос звучит развязно и пьяно, хотя он чувствует себя почти трезвым. Он прочищает горло, пытаясь вернуть ему устойчивость. — Я думал, мы здорово оторвались. Эдди лишь хмыкает в ответ и ничего не отвечает. Он смотрит в упор на дорогу, сжимая руль, и не отвлекается даже тогда, когда Стив, повинуясь внезапному порыву, кладет руку ему на колено. — Эдди, ну что не так? — мурлычет Стив мягким тоном. Его рука ползет выше по бедру. — Перестань, — грубо отвечает тот и трясет ногой в попытке сбросить чужую ладонь. Но не тут-то было, Стив вцепляется в ляжку мертвой хваткой, впиваясь пальцами в джинсовую ткань. — Объясни мне, почему ты со мной не разговариваешь, и я отстану, — тут же отвечает Стив, уже наглее поглаживая внутреннюю сторону бедра. Эдди пару секунд переваривает его слова, а затем впервые за поездку смотрит на парня. Его взгляд, поначалу недобрый, немного смягчается, когда натыкается на большие глаза Стива, глядящие на него с надеждой. Он делает вдох, будто бы и правда собираясь признаться в том, что ему мучит, а затем вдруг трясет головой и снова отворачивается к дороге. — Стив, давай поговорим завтра, ты сейчас слишком пьян, — выдает он, обращаясь к приборной панели. Стив в ответ крепко сжимает ногу пальцами, заставляя парня дернуться. — Я не пьян, — шипит он, глядя на Мансона. И это почти правда. — И я не смогу уснуть, если ты будешь на меня дуться. — Я не дуюсь! — мгновенно взрывается Эдди, но затем добавляет мягче. — Поговорим завтра. — Сейчас, — Стив требовательно повышает голос, и продолжает смотреть в упор на парня. Эдди глубоко вздыхает, словно собираясь с силами, и расправляет плечи. Он явно раздражен чем-то. Возможно, тем, что Стив не собирается от него отставать. Но при этом… Стив видит, как под тканью его джинсов вырисовывается очертание члена. Стив неосознанно облизывает губы, скользя взглядом по выпирающей ширинке. — Хорошо, — сдается Эдди, и его плечи напрягаются под кожаной курткой. — Ты флиртовал с этим придурком Гейбом из баскетбольной команды. — Что? — спрашивает Стив шокированно, и его рука почти машинально слетает с ляжки. — Я ни с кем не флиртовал! — Не надо отрицать, Стиви, я все видел, — Эдди качает головой, не отрывая глаз от дороги. — Вы разговаривали с ним по меньшей мере полчаса. Стояли у стены, смеялись. Пока я не подошел и не сказал, что нам пора домой. — Ах вот почему ты так рано засобирался! — Стив наконец понимает, зачем им понадобилось так срочно уехать. — Рано? — восклицает Эдди, жестикулируя свободной рукой. — Сейчас час ночи! — Вечеринки заканчиваются под утро! — возражает Стив, возвращая ладонь на бедро. — Это все неважно, — отмахивается от него Эдди и снова пытается избавиться от руки, но у него ничего не выходит. — Важно только то, что ты флиртовал с гребанным Гейбом! — Да не флиртовал я с ним, мы просто обсуждали тактику игры! — Стив начинает злиться. Он чувствует нарастающую злость. И из-за этого они так рано ушли с вечеринки? Эдди стоит перестать быть таким собственником, если он хочет оставаться и дальше в этих отношениях! Стив так сильно раздражен, что даже не замечает, что член его парня сильнее выпирает из брюк. — Эдди, это полная чушь, — произносит он раздраженно. — Давай вернемся на вечеринку, поворачивай назад. Стив начинает беситься, но Эдди остается удивительно спокойным, хотя это он начал всю эту нелепую ссору. Он продолжает молча вести машину, пока не встает на светофоре. Зажигается красный свет, преграждающий им путь. И несмотря на то, что на дороге совсем никого нет, Эдди останавливает машину и поворачивается к Стиву. Но в его глазах виден не гнев, там лишь похотливое желание. — Поехали обратно, — требует Стив, не замечая ничего вокруг. — Нет, — говорит Эдди, и его голос начинает звучать властно. — Ты флиртовал с Гейбом, и ты должен это признать. Стив опешивает от подобного заявления и злится только пуще. Он все еще слегка навеселе и туговато соображает. Но Эдди не добьется никаких признаний, даже если будет катать его по Хоукинсу до рассвета. Стив ни с кем, кроме Мансона, не флиртовал уже очень давно, и тому пора бы уже это заметить. — Черта с два, — Стив почти кричит. Он очень зол. Его глаза бегают по машине, не зная, за что зацепиться, а Эдди выглядит пугающе спокойным. Стив смотрит ему в глаза, ожидая увидеть в них раздражение или ревность. Но когда их взгляды встречаются, Стив находит в них только неприкрытую похоть. — Что? — он настолько удивлен, что его голос мгновенно перестает быть агрессивным. Мансон продолжает смотреть на него в упор, и даже жадно облизывает губы, многозначительно проводя взглядом по телу Стива. Свет давно сменился на зеленый, но Эдди не смотрит на дорогу: его интересует только его пассажир, от которого твердеет его член. Ах, он хочет поиграть. Стив понимает это с очень долгой задержкой и мгновенно успокаивается. Он чувствует предвкушение. Что ж, ради такого стоило уехать с вечеринки. И Стив готов подыграть. — Признайся, — говорит Эдди, видя, что Стив все понял. Они стоят на этом перекрестке уже целых пять минут. — Тогда твое наказание будет мягче. — Нет, папочка, не наказывай меня, — голос Стива взлетает на октаву и в нем слышится придыхание. — Мне в любом случае придется тебя наказать, Стиви, — на лице Эдди расцветает довольная улыбка. Харрингтон рад, что вступил в игру. — Но если ты признаешься, то я буду не таким строгим. Стив жадно смотрит на парня, чувствуя, как его тело покидает агрессия и уступает место чистому возбуждению. Он долго раздумывает, стоит ли признавать «содеянное»? Хочет ли он сегодня сопротивляться или же подчиняться? От этого зависит, какая будет игра. — Да, папочка, — Стив наконец решается и медленно прикусывает нижнюю губу. — Я флиртовал с Гейбом. Я должен был сознаться сразу. Ложь, конечно, но какая разница? Уголки губ Эдди дергаются вверх, но он тут же подавляет улыбку, изображая злость. Он доволен тем, что Стив выбрал подчинение. — Наконец-то ты признался, — голос Эдди звучит притворно разочарованным. — Тебе придется очень сильно постараться, чтобы заслужить мое прощение. — Все что угодно, папочка, — Стив взволнованно расширяет глаза, придавая им невинность. — Только прости меня. Эдди довольно ухмыляется, наблюдая, как Харрингтон почти молит о том, чтобы оказаться под ним. До чего приятная картина! На секунду в нем просыпается глупый иррациональный порыв — вытащить Стива из машины и взять прямо на капоте. Но Эдди сдерживается. Он хрипло рычит от бессилия и нажимает на газ. Стрелка спидометра переваливает за 30 миль при разрешенных 20. Улицы все равно пустые. — Сейчас я отвезу тебя домой, и тебе не поздоровится, — рычит он сквозь зубы. На самом деле у них нет никакого дома. Но каждый раз, когда дядя Эдди уходит на ночную смену, они спять в трейлере. Каждый раз. Они занимались сексом у каждой стенки и на каждой поверхности. Сотню раз засыпали в обнимку на кровати или на диване перед телевизором, где дядя неоднократно находил их. Так что трейлер все равно что стал для них домом. — Но разве ты сможешь ждать до дома, папочка? — мурлычет Стив, приближаясь к уху Эдди. — Если ты будешь так меня называть, то мне придется взять тебя прямо здесь, — угрожает Эдди сквозь зубы, но они оба знают, что он никогда так не сделает. — Вытащить тебя из машины, стянуть всю эту лишнюю одежду, нагнуть над капотом… Эдди замолкает, чувствуя, что возбуждение становится невыносимым. — А дальше? — шепчет Стив в наслаждении. Он тоже уже возбужден до крайности, но себя не трогает, несмотря на то что у него есть такая возможность. Стив привык сначала доставлять удовольствие Эдди. — А дальше я раздвину твои прелестные ножки и оттрахаю так, что ты не сможешь ходить на следующий день, — говорит Эдди, давя на газ. Ему нужно срочно оказаться дома. Ну просто необходимо. Только этого и жду. — Что же тебя останавливает? — спрашивает Стив развязным тоном, но папочкой больше не называет. — То, что ты будешь так кричать и стонать, что перебудишь всю округу, — быстро объясняет Эдди и гонит уже под все 40. Стив приходит в голову шальная идея отсосать Эдди в машине, но, судя по его манере езды сейчас, это не самая лучшая идея. Так что он сидит остаток поездки тихо и изображает испуг, словно боится того, что с ним сделает парень, а не жаждет этого. Благо ехать остается совсем недолго. Трейлерный парк встречает их тишиной и стрекотом цикад. Шум колес раздается на всю округу, но ни в одном «доме» не включается свет. Все жители парка уже давно привыкли к тому, что тут по ночам кто-нибудь да буянит. Эдди глушит двигатель, и тишина ночи оглушает. Он молнией выскакивает из машины, громко захлопнув дверцу. Стив тянется к ручке, но не успевает — дверь открывается снаружи. Эдди тянет парня на себя за ремень джинсов и рывком вытаскивает наружу. Очень грубо, словно он его собственность. Стив раздает тихий стон, когда его прижимают спиной к холодном металлу капота. — Значит, флиртовал с Гейбом, да, Стиви? — Эдди держит его за талию и дышит в ухо, чувствуя, как парень под ним вздрагивает. — Ты разочаровал меня. Разочаровал. Как же. — Прости, папочка, — выдыхает Стив, откровенно подаваясь вперед бедрами. — Не так быстро, — Эдди заглядывает ему в глаза, и в тусклом свете фонаря его зрачки расширены и затянуты мутной пеленой похоти. — Какой цвет? Стив уже привык к тому, что Эдди постоянно спрашивает его цвет, но также Стив успел заметить кое-какую закономерность. Эдди всегда спрашивает его цвет либо после особых манипуляций, либо перед тем, как сделать что-то особое. И так как первое пока что не случилось, Стив готовится, что Эдди сейчас что-нибудь выкинет. — Зеленый, — отвечает Стив мгновенно, и уголки его губ приподнимаются в предвкушении. — Хороший мальчик. Пощечина прилетает почти неожиданно. Конечно, Стив знал, что стоит чего-то ожидать, но это каждый раз лотерея. Звонкий звук шлепка разносится по округе, но Эдди все равно, он смотрит только на слезящиеся глаза Стива. Харрингтон ахает, его щека горит, голова дергается в сторону, но глаза вспыхивают с еще большим возбуждением. — Еще, — шепчет он, почти забывая о роли. Эдди не нужно просить дважды, он тут же размахивается, и вторая пощечина ослепляет Стива. Затем следует третья, но она оказывается намного слабее предыдущих и ощущается почти ласково. Стив уже тяжело дышит и хватается за плечи Эдди, чтобы не упасть. — На колени, — приказывает Эдди, и Стив опускается без лишних слов. Он чувствует холодную землю через ткань джинсов, и ему совершенно плевать, что они все еще на улице. Они уже делали так пару-тройку раз, и им всегда удавалось остаться незамеченными. К тому же, машина отлично закрывает их от любопытных глаз. И Стив даже задумывается на минутку, а не поставил ли Эдди ее так специально, уже предвкушая то, что произойдет дальше? Конечно, всегда существует вероятность, что кто-то их спалит, но… Если кто-нибудь увидит Стива на коленях и с членом во рту, то пусть будет так! Оно того стоит. — Тебе придется хорошо постараться, Стиви, — Эдди берет парня за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза, а не на ширинку. — Тебе придется сосать очень хорошо, чтобы я тебя простил. — Да, папочка, — тут же отзывается Стив, готовый, если будет нужно, давиться членом Эдди до самого утра. Стив смотрит снизу вверх, и его губы дрожат. Эдди расстегивает ремень, а затем и ширинку. Стив смотрит на происходящее неотрывно и почти не моргает, не желая упустить ни мгновения. Эдди проводит пальцем по подбородку Стива, явно наслаждаясь его жадным взглядом, и только потом стягивает с себя джинсы вместе с нижним бельем. Его член, уже полностью твердый, вызывающе качается прямо перед носом Стива. И тому приходится приложить немало усилий, чтобы сразу не облизнуть его. Он знает, что Эдди это не одобрит. Ждет. Эдди любит, когда он ждет. — Открой рот, — приказывает Эдди тихо, и Стив повинуется мгновенно, приоткрывая губы и слегка высовывая язык. Эдди с минуту просто стоит и наслаждается видом, вынуждая Стива почти изнывать от желания. Наконец он берет свой член в руку и проводит головкой по нижней губе Стива, отчего тот тихо постанывает. Стив не двигается, только чаще дышит и следит глазами за чужим членом. — Хороший мальчик, — говорит Эдди, прежде чем толкнуться внутрь. Он не входит полностью, лишь слегка, давая Стиву время немного попривыкнуть. Стив благодарен Эдди за такую заботу, но он настолько готов, что вместо передышки сам принимается за работу, обхватывает член губами, втягивает щеки, проводит языком по головке. Эдди запрокидывает голову, сдерживая стон. Стив знает, как ему нравится. Спустя минуту Эдди толкается глубже, и его руки упираются в капот. Он закрывает Стиву почти весь свет, и из всех чувств у Стива остается только солоноватый вкус члена в его рту. Эдди делает толчок, задевая головкой заднюю стенку горла, и Стив сдерживает рвотный рефлекс. Эдди громко охает и толкается снова. Ночь вокруг них живет своей собственной жизнью. Стрекочут цикады, неподалеку лает собака, но для них двоих существует только этот тесный промежуток между машиной и холодной землей. — Глубже, — требует Эдди, упираясь в горло и запуская пальцы в волосы Стива. — Ты должен взять глубже, чтобы заработать прощение. Стив чувствует давление на затылок и расслабляет горло, позволяя члену проникнуть еще чуть глубже. Он берет его почти полностью, до самого основания, носом утыкаясь в чужой лобок. Эдди чувствует, как его член упирается в узкое горло, и это так хорошо, что он готов остановиться уже на этом. Он замирает на секунду, давая Стиву время подготовиться, но тот сам делает движение головой, принимая его полностью. Быть с членом в горле настолько привычно, что почти безболезненно. Они делали так уже много-много раз, и Стив почти стал в этом деле профессионалом. — Твою мать, — шепчет Эдди, и его пальцы сжимаются на затылке, больно стискивая кожу. Стив не любитель игр с его волосами, он всегда трясется над своей прической, но он все равно позволяет Эдди иногда так делать. Эдди и сам быстро осознает, что сделал что-то не то, так что мгновенно отпускает волосы и просто кладет руку на затылок, как и было до этого. Он делает легкое поглаживающее движение, как бы извиняясь за то, что распустил руки, а затем немного отстраняется и вновь толкается в горло. Стив не может дышать, так как Эдди перекрыл ему дыхательные пути, но его это не пугает. Он ведь не зря был капитаном школьной команды по плаванию. Возможно, он всю жизнь тренировался для того, чтобы принимать член Эдди так глубоко. Стив мычит от наслаждения, чувствуя заполненность горла, и вибрация отдается в члене Эдди, так что тот едва не кончает. Эдди отстраняется, заставляя Стива выпустить его. — Цвет? — спрашивает он хрипло, глядя на парня сверху вниз. Стив облизывает распухшие губы, а по его подбородку бежит смесь слюны и предэякулята. — Зеленый, папочка. Очень зеленый. — Хорошо. Эдди запрокидывает голову Стива, отчего кожа на шее Стива натягивается, а рот автоматически открывается. Это их любимая поза. Эдди дает себе пять секунд для зрительного наслаждения, а затем вновь возвращает член в горло Стива. Он трахает его ритмично и глубоко, изредка отстраняясь, чтобы дать парню подышать и откашляться. А затем все возвращается снова. Стив почти задыхается, его горло ноет, коленки дрожат на холодной земле, но он позволяет трахать себя в рот дальше. Он мычит, давится, делает редкие вздохи, но не останавливает Эдди. Слезы текут по его щекам, а из горла доносятся пошлые чмокающие звуки, которые так любит его парень. — Смотри на меня, — приказывает Эдди, и Стив послушно задирает глаза, полные слез. — Такой красивый, — шепчет Мансон почти благоговейно. Они смотрят друг на друга, пока Эдди двигается в горле. Это грубо и грязно, но так идеально. Эдди сходит с ума от ощущений и от покорного взгляда Стива, что снова чуть не кончает и отстраняется в самый последний момент. Стив хватает ртом воздух, кашляет, обтекает слюной, но не жалуется. — Вставай. Как только Стив поднимается на дрожащих ногах, Эдди тут же разворачивает его и грубо толкает грудью на капот. Металл холодный даже через куртку, но Стив не возражает. Он сгибается, утыкаясь лбом в свои руки. — Сейчас ты пойдешь со мной внутрь, — Эдди говорит прямо в ухо, жадно стискивая талию Стива. — И я трахну тебя так сильно, что ты забудешь, как тебя зовут. Тебе все ясно? — Да, папочка, — тут же отзывается Стив, все еще жадно глотая воздух. Эдди усмехается и шлепает его по заднице. Звон раздается на всю улицу. — Тогда вперед. Они почти бегом добираются до трейлера, Эдди возится с ключами, его руки дрожат от нетерпения, но он заставляет себя успокоиться. Наконец дверь открывается, и они вваливаются внутрь. Свет никто не включает, луна и фонари отлично освещают помещения через окно. — Раздевайся, — командует Эдди, запирая дверь на замок, как будто к ним может кто-то заявиться посреди ночи. Стив послушно снимает куртку, футболку и джинсы. Когда его руки тянутся к нижнему белью, Эдди останавливает его. — Повернись, — снова раздается приказной тон. Стив послушно поворачивается к нему спиной, и чувствует, как Эдди подходит к нему вплотную, как проводит ладонями по плечам, затем по лопаткам, а потом по талии. Его пальцы заползают под резинку белья и жадно сжимают ягодицы. — Такой красивый, — говорит он почти ласково, а затем высовывает одну руку и снова шлепает. — И такой грязный. Как ты мог флиртовать с Гейбом прямо у меня на глазах? Стив тихо всхлипывает, но не перечит. Эдди стягивает с него белье, и Стив стоит совершенно голый. Он ни капли не стесняется ни своего тела, ни того, что произойдет дальше. Они делали это уже сотни раз, и он давно привык подчиняться Эдди. Мансон разворачивает Стива и толкает на кровать, которая протяжно скрипит под его весом. Стив откидывается на подушку и смотрит на Эдди сверху вниз, его член стоит, а в глазах читается желание. — Ты послушный, Стиви, — Эдди бросает куртку куда-то на пол и расстегивает ремень, но пока не раздевается. — Очень послушный. Я тобой доволен. Стив сглатывает, по его телу бежит дрожь, но он не шевелится. — Лежи смирно, — тихо требует Эдди, как будто Стив собирался двигаться. Он достает смазку из тумбочки и садится на кровать рядом с парнем, проводит ладонью по его животу, сжимает бедро, заставляя парня раскрыться. Стив подчиняется и разводит ноги, нисколько ни смущаясь. Эдди видел его так часто, что тут просто нечего стесняться. Эдди смотрит на его сжатое колечко мышц, и уголок его губ ползет вверх. — Тебе придется принять несколько пальчиков, прежде чем ты станешь моим, — говорит он ласково. Стив кивает головой, показывая, что все понимает. Подготовка — важная часть секса, но Стиву постоянно хочется ее пропустить. И Эдди то и дело приходится ему напоминать, что он не может просто войти в него, потому что тогда тот сойдет с ума от боли. Стив верит ему на слово, ведь они никогда так не делали, сколько бы Стив ни просил. — Сколько пальчиков примешь? — спрашивает Эдди все так же ласково, но Стив чувствует подвох. — Два? — тут же отзывается он, называя привычное число. — Тебе придется постараться чуть больше, чтобы я тебя простил, — голос Эдди мягок и нежен, как будто он не говорит о том, чтобы засунуть пальцы Стиву в задницу. — Три? — спрашивает Харрингтон удивленно. Они иногда использовали три пальца, но это не было частой практикой. — Больше, — качает головой Эдди, вынуждая Стива задохнуться. Они никогда не использовали больше трех пальцев. Неужели Эдди совсем слетел с катушек и собирается трахнуть его бейсбольной битой? Стиву нужна минутка, чтобы собрать все мысли в кучку. Он знает, что может сказать «красный» в любой момент, и все прекратится, но внутри он чувствует возбуждение от осознания того, что ему предстоит. — Четыре? — выдыхает Стив еле слышным шепотом. В его голосе звучит страх и желание. — Какой молодец, — ухмыляется Эдди, и на его лице виднеется облегчение. Кажется, он тоже боялся, что зашел слишком далеко. — Перевернись. Пока Стив исполняет приказ и свыкается с мыслью, что скоро внутри него окажется почти вся кисть Эдди, тот берет смазку и выдавливает щедрую порцию на пальцы. Он не греет ее и вообще не церемонится, а сразу приставляет холодный палец к сжатой дырочке Стива. Тот вздрагивает всем телом, шипит, но не отстраняется. — Терпи, — грубо бросает Эдди и медленно, но настойчиво проталкивает палец внутрь. Стив закусывает губу и отчаянно вцепляется в простыню. Внутри него горячо, и смазка быстро согревается, но растяжение все равно граничит с болью. Эдди двигается плавно, но интенсивно, и Стив быстро привыкает. Спустя пару минут Эдди добавляет второй палец и делает это резко и почти неожиданно. Стив выгибается, не ожидавший этого, и громко стонет сквозь зубы. — Тшш, — Эдди накрывает его губы ладонью. — Такой шумный. Стив мычит в ладонь, а Эдди тем временем растягивает его шире, все глубже проникая внутрь. Спустя несколько минут давление в тазу перестает быть таким интенсивным, и Стиву удается немного расслабиться и привыкнуть. Ну, два пальца — это не так уж и много. Не успевает он подумать об этом, как Эдди убирает руку, и пустота внутри Стива ощущается почти болезненно. Стив приподнимается на кровати, чтобы посмотреть назад, и успевает заметить, как Эдди наносит еще одну порцию смазки, а затем резко прижимает его к кровати. — Лежи смирно, — говорит он грубо, и Стив чувствует, как к его дырочке вновь прикасаются. Он пытается максимально расслабиться, но Эдди все равно протискивается внутрь с трудом. Три пальца — это не страшно, член всяко толще, но ощущения все равно накрывают, и наслаждение граничит с болью. Эдди очень долго терроризирует его тремя пальцами, максимально подготавливая к тому, что будет дальше. Стиву страшно и хорошо одновременно, он кусает губы почти до крови в попытках справиться с давлением. Его член прижат к простыням, и из него вытекло так много смазки, что хватило бы смазать целую руку. Но Стив его не трогает. Ему нельзя трогать член, пока папочка развлекается с его дырочкой. Справедливости ради, Эдди вряд ли чувствует себя лучше со стояком в штанах. Эдди снова добавляет порцию смазки, в этот раз растирая ее между пальцами и нагревая до нужной температуры, словно извиняется за то, что собирается сделать. Стив чувствует прикосновение к своей дырочке и весь дрожит. Эдди почти успокаивающе поглаживает его по спине, а затем надавливает, вынуждая прижаться к простыням еще сильнее. Он начинает проникать внутрь, потихоньку вводя кончики пальцев. Поначалу Стив не чувствует ничего необычного, но, как только три длинных пальца проникают на фалангу и к ним присоединяется мизинец, охает от натяжения. — Нет, Эдди, пожалуйста, не надо, — он всхлипывает и почти плачет. Но Стив не говорит «красный», так что Эдди продолжает. Это лишь часть игры. Чем глубже проникают пальцы, тем больше Стиву кажется, что он сейчас разорвется. Он почти плачет и тихо постанывает, но позволяет Эдди заходить дальше. Когда пальцы входят полностью, Стиву почти сносит башню, но он продолжает смиренно лежать на кровати и принимать свое «наказание». — Нравится? — говорит Эдди с издевкой. И Стиву почти хочется сматериться, но он лишь тихо смеется, уткнувшись лицом в подушку. — Да, папочка, — выдыхает он. — И что, совсем не больно? — в голосе Эдди звучат нотки беспокойства, но он умело скрывает их под грубым тоном. — Это мое наказание, папочка, мне должно быть больно, — отвечает Стив и снова кусает губы. Эдди, кажется, улыбается, и начинает медленно двигать пальцами туда-сюда. Стив чувствует, как его дырочка болезненно расширяется и сужается, и все его силы уходят на то, чтобы оставаться расслабленным и не застонать. Так проходит несколько мучительных минут, во время которых Эдди немного набирает темп, а Стив почти привыкает к непривычным ощущениям. — Хороший мальчик, — шепчет Эдди, доставая пальцы. — Ты готов. Цвет? — Зеленый, — выдыхает Стив, ощущая, как его дырочка отчаянно сжимается. Его глаза блестят, щеки покраснели, а член стоит, прижатый к простыне. Но Эдди всего этого не видит, ведь Стив лежит на животе. Эдди удовлетворенно вздыхает и быстро стягивает с себя одежду. Он наносит смазку на свой член и уже через мгновение нависает над Стивом, приставляя головку к растянутому входу. Ему не нужно быть аккуратным, четыре пальца позволяют пропустить эту часть. Так что Эдди толкается внутрь одним неспешным движением, пока его бедра не упираются в ягодицы Стива. Медленнее, чем этого требовалось. Стив замирает с открытым ртом и шумно дышит. Его дырочка, подготовленная четырьмя пальцами, с легкостью принимает всю длину. Эдди замирает на секунду, заполняя Стива до предела, а затем начинает двигаться. Толчки глубокие и жесткие, и если бы не подготовка, то Стив бы взвыл от боли. Но сейчас они ощущаются вполне приемлемо. Эдди трахает его с какой-то злой отдачей, как будто Стив и правда в чем-то виноват. С каждым толчком голова Стива ударяется об изголовье кровати, но Эдди не спешит подставлять руку или подушку, потому что знает, что парню это нравится. Стив издает сдавленные стоны, которые постепенно переходят во всхлипы. — Громче, — рычит Эдди, хотя недавно закрывал рот ладонью из-за шума. — Хочу тебя слышать. Стив скулит, вцепляясь пальцами в простыню, и его ноги, разведенные в стороны, сильно дрожат. Эдди резко переворачивает Стива на спину и входит обратно так быстро, что Стив не успевает заметить отсутствие члена. Он задирает ноги Стива почти к самым плечам и продолжает ритмично двигаться внутри него. — Смотри на меня, — приказывает он. И Стив смотрит. В темноте трейлера блестят только белки глаз, но Стив пялится на них как завороженный. Его голова больше не бьется об изголовье, и ему почти плохо от этого, потому что очень хочется какой-нибудь боли. Эдди, как будто услышав его мысли, наклоняется ниже, вжимая Стива в кровать, и хватает его за горло. Пока что не сильно, просто кладет ладонь. Стив распахивает прикрытые глаза, предвкушая то, что будет дальше. Его член ноет, зажатый между их животами. — Цвет? — Эдди слегка сдавливает горло, перекрывая дыхание. — Зеленый, — хрипло шепчет Стив. Эдди сжимает пальцы на шее и не сбавляет темпа. Стив теперь чувствует давление не только внутри, но и на горле. Он жадно хватает воздух ртом, но не получает его, и все его тело напрягается, выгибаясь навстречу. Эдди быстро отпускает, и Стив заглатывает кислород с хриплым кашлем и не произносит ни слова. Эдди дожидается, пока Стив немного оклемается, а затем поднимает руку. Пощечина прилетает резко, и голова Стива дергается в сторону. Щека вспыхивает болью, но Стив даже не успевает ее почувствовать, как прилетает вторая. Третья приходится на другую щеку, и из глаз Стива брызгают слезы. — Спасибо, папочка, — шепчет он опухшими губами. Эдди смотрит на него, тяжело дыша, и снова сжимает горло. Сразу сильно, и Стив быстро начинает задыхаться, но не стучит, только мычит от удовольствия, пока в глазах темнеет. Эдди считает про себя. Пять, шесть, семь. Отпускает. Стив кашляет, ловит ртом воздух, но улыбается. — Не жалей меня, — просит он у Эдди. И Эдди не жалеет. Он снова сжимает пальцы на горле и вбивается в него с еще большей яростью. Стив уже не в силах ни дышать, ни стонать, он может только беззвучно открывать рот и цепляться пальцами за простыню. Его член болезненно пульсирует, зажатый между их телами, и очень хочется кончить. Когда Эдди отпускает горло, Стив хрипит и втягивает воздух, но не успевает прийти в себя, потому что рука Эдди тут же скользит вниз. Он обхватывает ноющий член Стива, и того накрывает от ощущений. Эдди рычит ему прямо в ухо, а его пальцы двигаются по влажной от предэякулята головке. Стив прикрывает глаза и закусывает губу до крови. Он чувствует, как внутри нарастает возбуждение, как подкрадывается оргазм, как его дырочка начинает нетерпеливо сужаться вокруг члена Эдди. — Папочка, пожалуйста… — всхлипывает он, и из глаз действительно текут слезы. — Можно мне кончить? Пожалуйста… Эдди на секунду задумывается, словно может сказать нет, словно хоть раз отказывал Стиву в оргазме, а затем выдыхает: — Можно. Стив получает желанное разрешение, и его тело накрывает такой волной, что он не слышит собственного крика. Он выгибается дугой, бедра непроизвольно толкаются навстречу руке Эдди, колечко мышц отчаянно сжимается, и сперма горячими струйками заливает их животы. Стив кончает и чувствует, как пустеет голова. Он сжимается вокруг Эдди так сильно, что тот тоже не выдерживает. — Твою мать, Стив… — хрипит Мансон, делая пару глубоких толчков, и кончает следом. Он громко стонет и утыкается лицом парню в шею, вжимая того в кровать. Его пальцы больно сжимают бедро Стива, сперма наполняет парня изнутри, и Эдди просто замирает на несколько секунд, чувствуя, как затихает пульсация. Они лежат так несколько минут, мокрые от пота и спермы, и Стив слышит дыхание Эдди у своего уха. Мир, суженный до одного лишь желания — получения удовольствия, начинает расширяться. Стив снова слышит стрекот цикад и лай собаки. Он снова замечает свет, падающий из окна. Он чувствует, как мокро под ним и на нем. Эдди приходит в себя немногим позже Стива и аккуратно выходит из него, заставляя их обоих поморщиться от пустоты. Стив слабо стонет, когда горячая смесь смазки и спермы начинает вытекать из него на простыни. — Лежи, — тихо говорит Эдди, и в его голосе больше не слышится приказа, только нежность и забота. — Не двигайся. Стив слышит, как скрипит кровать, как шагают ноги по полу, как открывается и закрывается дверь ванной, как шумит вода. Он хочет что-то сказать, но не может и в итоге просто закрывает глаза, чувствует, как постепенно возвращается в реальность. Эдди приходит с мягким влажным полотенцем в руках и начинает осторожно вытирать Стива. Он начинает с живота, затем переходит на внутреннюю сторону бедер, потом доходит до зоны между ног. Он двигается очень аккуратно, словно боится причинить боль. — Все хорошо? Я не перегнул палку с пальцами? — бормочет Эдди, наклоняясь и целуя Стива в лоб. — Ты как? Скажи что-нибудь. — Все хорошо, — выдыхает Стив, и его губы растягивают в улыбке. — Просто… дай минуту. Эдди усмехается, но в его глазах все еще видно беспокойство. Он сидит рядом с Стивом еще недолго, поглаживая того по ногам, а затем встает и исчезает на кухне. Стив слышит, как включается чайник, как хлопают дверцы шкафчиков, как звенят кружки. Стив наблюдает, как Эдди двигается по трейлеру. Абсолютно голый, с растрепанными волосами и красными полосками на спине. Красивый. Чайник закипает, и через минуту Эдди возвращается с двумя кружками. Он ставит одну на тумбочку, а другую протягивает Стиву. — Ромашка с медом, — говорит он. — Успокаивает горло. Недавно узнал рецепт. Стив берет кружку и делает осторожный глоток. Жидкость обжигает, но это то, что нужно. Эдди следит за ним очень внимательно, будто проверяет, понравилось или нет. — Идиот, — с нежностью говорит Стив. — Ты бы еще джем мне принес. — Джем в холодильнике, — абсолютно серьезно отвечает Эдди. — Будешь? Стив смеется, и смех переходит в кашель. Эдди нежно поглаживает его по спине, и они молча пьют горячую жидкость, растягивая чаепитие на целых десять минут. — Я наберу ванну, — говорит Эдди и быстро встает, не давая Стиву возразить. Через открытую дверь ванной слышно, как бежит вода, а Эдди то и дело выглядывает из-за двери, проверяя, не уснул ли Стив. Когда ванна готова, он возвращается, чтобы помочь парню подняться. Стив хочет добраться самостоятельно и почти отказывается от помощи Эдди, но его руки все еще дрожат, а ноги не слушаются, так что он позволяет Мансону вести его, поддерживая за талию. В трейлере очень маленькая и тесная ванная, но им не впервой, они все равно помещаются. Эдди залезает первым, притягивая Стива к себе спиной, и горячая вода смывает с них все: пот, сперму, слюну и усталость. — Стив, — тихо зовет Эдди, утыкаясь носом в его влажные волосы. — Мм? — Я знаю, что ты не флиртовал с Гейбом. Я это выдумал. Стив молчит пару секунд, а затем тихо смеется. Откидывая голову на плечо Эдди. — Я знаю. Эдди с облегчением вздыхает и обнимает Стива покрепче. Они долго сидят в тишине, пока вода не начинает остывать. Затем Эдди вытаскивает их обоих, вытирает Стива махровым полотенцем, не давая тому сделать это самостоятельно, и ведет обратно в комнату. Пока Стив обессиленно сидит на кресле, Эдди перестилает кровать, и они оба ложатся спать. — Доброй ночи, принцесса, — шепчет Эдди, обнимая парня сзади. — Доброй ночи, идиот, — сонно отвечает Стив, и это звучит как «я тебя люблю». И Эдди это знает.