Unavailable top1

3.10

      Сколько людей… они так пугают. Феликс затрясся ещё сильнее и подтянул колени к груди, пряча лицо. Столько ароматов, голосов. Все кричат и что-то обсуждают, спорят, ругаются… Подростку страшно. Любой из них может оказаться врагом… узнать его и закончить начатое. Поэтому плотнее убрал яркие выделяющиеся волосы под кепку и на всякий случай накинул на голову капюшон толстовки, чтобы надёжнее укрыться от любопытных глаз.       Взгляд из-под козырька кепки упал на сидящего напротив мужчину. Он был одет в костюм, рубашку и галстук. Как всегда до тошнотворного официален и серьёзен. Смотрит то на часы, то на табло, нервничает. Они оба ждут начало посадки. Все необходимые процедуры пройдены: регистрация, подтверждение личности. Сдан в багаж один единственный небольшой чемодан. Ведь всё основное, а именно: два огромных саквояжа были отправлены трансфером с его помощником, поэтому сегодня они налегке, чтобы привлекать поменьше внимания.       Это утро выдалось чрезвычайно трудным. На рассвете, как и обещал Кан, Феликса сопроводили к семейному колумбарию, где его оставили одного. Подросток думал, что попросит прощения у двух самых родных людей, что поплачет и облегчит душу, но на языке вдруг исчезли все слова, как и мысли из головы. Было ощущение, что он впал в транс: стоял и молчал, сверля взглядом совместную фотографию родителей. Не мог двинуться с места. Не мог дышать. Грудную клетку будто титановым обручем сдавило. Не помнит, как нашёл в себе силы выйти оттуда. Отдал себя в руки прислуге, позволив увести обратно в дом. Вместо завтрака — стакан воды с лимоном. Потом долгий путь до аэропорта в Инчхоне.       Не понимал ничего. Жутко нервничал. Было ощущение, что кто-то смотрит за ним, наблюдает. Поэтому испугался нахлынувшей внезапно толпы в зоне отлёта. Зачем они все тут? Почему именно сейчас и именно в этом гейте? Хотелось сбежать! Вот бы обратиться сейчас и взмыть в воздух. Вот бы улететь отсюда… из-под взора всех этих глаз. Понял, что нервное напряжение достигло пика, когда вены на пальцах вдруг стали огненными. Встал и, подхватив свою сумку, направился к туалету. Но уже тогда понял, что не сможет вернуться к своему сопровождающему. Дрожащими руками вытянул телефон из кармана и короткое сообщение нотариусу: «Встретимся по прилёту», после чего запихал гаджет в сумку и рванул к запасному выходу. Оглянулся по сторонам. Не заметив никого, отошёл в слепую зону камеры, максимально разделся, упаковав всё в сумку, и закрыл глаза. Знакомое жжение, горячая волна по коже. Почувствовал, как огонь наполняет его тело от макушки до пяток. Так странно было перевоплощаться сейчас. Нервные спазмы от ощущения, что его вот-вот разоблачат, подталкивали действовать безрассуднее, чем обычно. Полностью обратившись, когтистыми лапами подхватил сумку и стремительно взмыл в небо огненным шаром.       Как же прекрасно на высоте! Феликс расправил крылья и, определив местоположение нужного города, направился к нему. он летел среди облаков, то поднимаясь к черноте, то опускаясь чуть ниже, чтобы не сбиться с курса. Конечно, он будет на месте быстрее, чем нужный ему самолёт, но зато появится время для самого себя. Взмах крыльев, что оставляли после себя чёрный след в воздухе, тело подчинялось потокам энергии. Феникс прикрыл глаза, действуя на инстинктах. Здесь не было ни звуков, ни запахов. В вышине становилось так комфортно! Здесь его никто не видел. Здесь даже птицы не летали. Он был единственным обитателем этой черноты. Кажется, что тут даже дышать было нечем, не наблюдалось кислорода, но он и не нужен сейчас. Феликс состоит из огня. Кислород был нужен там… при превращении, чтобы напитаться им, чтобы расправить свои пламенные пёрышки. А теперь… теперь мог просто лететь, оставляя позади свою привычную жизнь. Он прекрасен в своём истинном обличие! Понимал, что именно это привело к гибели близких, но от природы никогда бы не отказался. особенно в такие вот моменты.       В аэропорту Лос-Анджелеса был на три часа раньше самолёта. Мог бы быть и быстрее. Просто не спешил, кружась в потоках ветра. немного отклонился от курса, поэтому пришлось немного возвращаться. Успел искупаться в тёплом океане, смывая с себя копоть после превращения. Специально выбрал уединённую бухточку, чтобы никого не было. Так меньше было рисков. Нервное напряжение почти испарилось. Парень вдоволь наплескался в волнах, наблюдая за чайками в высоте. Хотелось есть. Но вот проблема: денег совсем не было, а карточка осталась у нотариуса. Пришлось пожертвовать серёжкой, которую нацепил перед отлётом. Белое золото, бриллиант чистой воды. Безделушка, которую сам себе купил месяц назад. И не жалко…       Конечно же оделся перед началом своего путешествия, стараясь полностью закрыть себя: под дюранг убрал волосы, сверху кепка, плотная футболка оверсайз, длинные шорты чуть ниже колен, носки и кроссовки. На калифорнийском побережье начало октября — это ещё почти лето. Было жарко, влажно и душно.       Теперь, выиграв немного времени на пару часов мнимой свободы, наконец решил воспользоваться денежками, вырученными за драгоценность. Конечно же, оценщик предложил очень скромную плату за украшение, всего две сотни баксов, но этого точно хватит на дорогу до аэропорта и скромный обед. Оставив сотню на проезд, потому что не знал, сколько стоит такси, нашёл первую же закусочную и занял там столик. Оказалось, что на оставшуюся сотню можно очень даже плотно поесть. Огромный бургер, гора картошки фри, кола, небольшая пицца, куча стрипсов, соусы. Наевшись до отвала, отдал чаевые десятку и довольный вышел на улицу. День только начинался. Так странно: вчера в это время он ещё стоял в семейном колумбарии, прощаясь с родителями. И сейчас тот же день и тот же час, а он на другом конце Земли завтракал бургерами и купался в рассветных водах. Причудливая вещь — время!       В аэропорт Феликс прибыл вовремя. Как раз на табло высветилось, что в данную минуту самолёт из Сеула заходит на посадку. Повесил сумку через плечо и пожалел, что забыл солнцезащитные очки, которые приобрёл совсем недавно. Встал специально с краешку, выбрав такое место, чтобы хорошо было видно двери, через которые войдёт нотариус. Позиция была идеальной. основной поток прибывающих двигался мимо него к карусели с чемоданами, словно не замечая странного мальчишку. Ну да, если подумать логично, то его ждали по ту сторону, а не в качестве встречающего. Ведь его и на самолёте-то не было. Глупые! Если за ним и наблюдали в зоне отлёта, то несомненно потеряли на посадке.       Кан Инсоль появился из прозрачных раздвижных дверей в первом потоке прилетевших этим же рейсом. Мужчина встал посередине и нервно огляделся по сторонам, промокая салфеткой взмокший от напряжения лоб. Галстук был немного расслаблен у шеи, пиджак чуть сполз. Было понятно, что мужчина нешуточно нервничал, за что Феликсу было искренне стыдно. Но иначе парень поступить не мог, ведь выдал бы себя с потрохами, и тогда его уже никто не спас бы. А так все остались целы. Подросток мысленно поставил заметку: купить что-то приятное для старика, после чего оттолкнулся от стены и неспешно пошёл в сторону старшего. Тот не сразу, но всё-таки признал в нём своего потерянного подопечного, всплеснул руками и пошёл навстречу.       — Господин Ли, как же так? Как вы попали сюда раньше меня? Зачем так напугали? — тихонько воскликнул мужчина, ещё немного ослабляя галстук, который, видимо, причинял некоторое неудобство.       — Простите меня, господин Кан, — виновато протянул подросток, так же понижая тон своего голоса, чтобы не услышали остальные. — Я совершенно не хотел вас напугать. Просто… просто испугался настолько, что мог выдать свой секрет.       — Я вас понял, Феликс! Ваши родители не рассказывали подробностей, но… я и не думаю, что мне нужно знать хоть что-то об этом. Тогда давайте скорее уйдём отсюда, машина господина Хана уже ждёт нас у входа.       Феликс кивнул и наконец улыбнулся краешком губ, последовав за старшим. Он приветствовал новую главу: прилёт в другу страну. Начиная заново, доверился наставнику, которому всецело доверял отец, а его интуиция ещё ни разу не подводила. Отдал сумку услужливому водителю, затем вслед за Каном сел в прохладный салон Майбаха, что несомненно воспринималось благостно после жаркого марева, которое пекло даже сейчас, когда время только коснулось десяти. Здесь приятно пахло каким-то цитрусом, мягкая кожа сидений ненавязчиво пригибалась под тяжестью их тел. Авто мягко тронулось и заскользило по дороге, неся их к дому, где его ждёт нечто неизведанное.       По прибытии перед ним открыли дверцу и подали руку, которую Феликс конечно проигнорировал. Но не потому что был так не воспитан, а по причине искреннего восхищения домом, представшим перед ним во всём своём великолепии. Подросток представлял себе что-то поменьше и не такое воздушное. Три этажа, полностью стеклянный фасад, белоснежные стены, что ещё больше контрастировали с изумрудно-зелёным газоном, расстилавшимся красивым мягким ковром перед ним от самых ворот до подступов к этому великолепию. Он и правда здесь будет жить?       Нет, это ничего не меняет. Феликс — лишь временный гость в этом доме. Потом пойдёт своей дорогой. Пока ехали в машине от аэропорта, нотариус наконец раскрыл перед ним тайну завещания его родителей, по которому почти всё отходило ему в единоличное пользование, но с одной оговоркой: только после совершеннолетия. А значит, в этом доме парень задержится меньше, чем на год. Будет считать дни и поменьше контактировать с окружающими, чтобы ни к кому не привязываться. И чтобы они к нему не привыкали. Потом можно будет путешествовать, изучая разные страны, другие культуры. Конечно, пока что необходимо смириться и принять новых людей в свою жизнь, позволить им принять себя. Но… ведь не обязательно быть милым? Поэтому кивнул охране и уверенно пошёл вперёд, ступая на чужую территорию. Перед ним расступались, ему кланялись. Навстречу ему, спускаясь по широким ступеням, направлялся смутно знакомый мужчина. Высокий, немного смуглый, с чёрными волосами, Хан Унсок был довольно подтянутым и спортивным для своих пятидесяти двух лет. Он улыбнулся и подошёл ближе, обнял его за плечи.       — Феликс! Как сильно ты похож на Минхёна и Джису! Добро пожаловать в твой новый дом! — доброжелательно произнёс мужчина, смотря ему прямо в глаза. — Я безумно рад видеть тебя в добром здравии!       — Благодарю, господин Хан, — тихо сказал подросток. — Мне передали, что вы волновались за меня… я прошу прощения, что заставил вас…       — Не стоит извиняться, мой дорогой! И ты можешь называть меня дядей, а Амели — тётей. Мы рады позаботиться о тебе, как о нашем сыне. Если ты позволишь…       — Мы можем вернуться к обсуждению моей жизни позднее? Я бы хотел отдохнуть.       — Конечно, — кивнул Унсок. — Эрик проводит тебя в твою комнату. Багаж прибыл ещё вчера и уже частично разложен. Прислуга продолжит, как только тебе будет удобно.       — Мне это не помешает, — покачал головой Феликс. — Я хочу, чтобы закончили поскорее. Пришлите за мной пожалуйста, как только подадут обед. Благодарю за оказанный приём…       — Феликс, послушай. Не нужно закрываться. Я понимаю твою скорбь и принимаю её, но не стоит быть таким холодным. Ступай, мой мальчик. Тебе и правда нужно отдохнуть.       Подросток кивнул и тут же был отпущен после долгого молчаливого изучения. Потом поднялся на второй этаж вслед за милым парнем с чуть длинными тёмными волосами. Он проводил феникса к комнате и с поклоном покинул его, пройдя в соседнее помещение, которое оказалось гардеробной. Там уже копошилось две девушки, раскладывая его вещи по местам. Нужно ещё пополнить гардероб, ведь Феликс взял только основное, полагая, что у него будет доступ к счёту отца. Но он ошибся. Деньги он получит только после восемнадцати. Ликс ничего не может. Это изрядно портило настроение, но закаляло нервы.       Парень заглянул в гардеробную, немного осмотрелся, очевидно смущая прислугу, взял смену одежды и направился в ванную. С любопытством осматривался по сторонам, не забывая однако закрыться изнутри. За запертой дверью можно делать всё, что угодно. Феликс подошёл к большому зеркалу во всю стену, глядя на своё отражение. Всё такой же мертвенно-бледный, контрастные ярко-рыжие волосы, несуразные пухлые губы, больше похожие на женские. Угловатая фигурка, ещё не успевшая оформиться из подростковой в юношескую. Ему было противно своё собственное тело. Он сам себе был противен.       Феликс с удовольствием увидел, как вспыхнули огнём его зрачки, как запульсировали пламенем вены, выделяясь под кожей. Так красиво! Парень наслаждался проявлением своей силы. Кое-как оторвался от созерцания своего отражения, сделал пару шагов и вступил в душевую кабинку, задвигая за собой дверцу. Включил воду и с удовольствием отметил пар, который поднимался от кожи, испаряясь от его жара. Выровняв температуру, Феликс потянулся к гелю для душа, который был полон. Видимо позаботилась прислуга. Фирма не та, к которой он привык, но с этим он справится. Сегодня же попросит заменить. Рука, полная ароматной жидкости, заскользила по коже, взбивая пушистую пену, аромат которой показался слишком химозным, каким-то неестественным.       Взгляд будто растворился, рассеялся. Он погрузился в свои раздумья, не замечая ничего вокруг. Рука продолжала елозить по телу, инстинктивно касаясь всех участков, а мысли унеслись так далеко. Нужно всё продумать. Как жить? Что делать? Какие планы на ближайшее будущее? И не на ближайшее? Нужно закончить школу. И подумать над будущей профессией. Дело отца завязано на финансах, значит, нужно и свою жизнь связать с этим же? Получится ли у него? Необходимо придумать нечто такое, что можно было бы изучать дистанционно. Хотелось всё учесть! От него будут ждать каких-то действий… каких-то ответов, но Феликс и сам не знал ничего, не понимал пока происходящего. Нужно учиться жить по-новому.       После душа подросток тщательно оделся, но выходить не спешил, помня о том, что в его комнате посторонние. Он же сам виноват в этом… разрешил. Просто желание, чтобы поскорее оставили в покое, более велико, чем смущение перед незнакомцами. Поэтому чуть подождал, затем выглянул в комнату. Со стороны гардеробной было всё тихо и запахов посторонних уже не было. Долгожданная тишина и одиночество, к которому стоит привыкнуть. Теперь это его настоящее.