Фэнсиневая аллергия

Лёгкий ветерок гулял по небесной столице, прогоняя из воспоминаний недавние события. Казалось, всё было словно во сне: падение несокрушимых небес, обличение владыки, заключение его под гору... В углу комнаты, там, куда почти не попадает солнечный свет, притаился многим знакомый генерал. Сидя за столом, освещаемым одной свечей для атмосферы, Му Цин писал отчёт, выводя плавные линии иероглифов. — Му Цин, — послышался уставший голос нового владыки где-то в голове. — Се Лянь? Что-то случилось? — Нет-нет, просто... Точнее, да, — на последней фразе он вздохнул, и его голос сделался виноватым за ночное сообщение. Му Цин знал, что тот ещё не привык к новой роли, поэтому просто ожидал продолжения. — Не мог бы ты завтра спуститься с Фэн Синем в мир смертных? Есть новое срочное поручение. — Настолько срочное? — Да. В столице государства на юге начали массово пропадать люди. Медлить нельзя. — Хорошо, отправимся поутру. — Спасибо. Всё время разговора Му Цин смотрел на стену напротив. В их разговоре он ни сказал и слова против того, чтобы пойти с Фэн Синем, но на самом деле он не был к этому так равнодушен. Даже после того, что случилось. Тем более после того, что случилось. Он вздохнул. — Не самая подходящая компания. Он надеялся и не надеялся разобраться со всем по-быстрому.

***

— Выглядишь как всегда... Свежо... — А ты как всегда только проснулся. Серьёзно, это первое, что ты решил сказать при встрече? — Понятия не имею, как с тобой общаться. Му Цин фыркнул, опуская взгляд на влажную дорогу. — Удивлён, что в такую погоду ты решил идти пешком, а не лететь на своей сабле. — Это ни к чему, — странно отозвался Му Цин на довольно внимательно подмеченную Фэн Синем деталь. Это было не в его стиле. — Иногда хочется почувствовать себя человеком? — через несколько минут простой ходьбы спросил покровитель юго-восточных земель. — Мы и так люди. — Но не такие уж и обычные: живём на небесах, передвигаемся на магическом оружии, едим духовные плоды. Люди считают нас Богами, они молятся нам. — Надеюсь под «духовными плодами» ты не имеешь в виду еду Се Ляня... — Ха-ха-ха, конечно же нет! Му Цин странно взглянул на напарника, когда тот рассмеялся. — Ладно, иногда ты бываешь весьма прозорливым. Наконец встал с той ноги? — Что это ещё за «ладно»? И тебе обязательно всегда язвить? — Делаю тебе одолжение. — Хмпф, — генерал расправил грудь и гордо заявил: — Вообще-то я замечаю многое. — Например? Фэн Синь не на шутку задумался. Это был обычный разговор, но для них он не был столь обычным. Му Цин по-прежнему иногда язвил, но, казалось, они общались как товарищи, как... друзья. Бог улыбнулся. — С момента празднования новоселья Се Ляня ты ни разу не брал в руки метлу. — ...Я тебя убью.

***

— По-моему, это обычная городская библиотека. Они шли вдоль высоких стеллажей, пока Му Цин постоянно чихал. Он даже не ответил Фэн Синю в стиле: «Это ты тут самый обычный». Когда генерал чихнул в очередной раз, бывший телохранитель принца не выдержал: — Да что с тобой? — У меня аллергия. — На что? — На пыль. — ... — Фэн Синь безмолвствовал недолго. — Но раньше же у тебя её не было. — Не все аллергии даны с рождения, — прошипел Му Цин, чувствуя, как слезятся и чешутся глаза. — Я заметил её, когда мы впервые спустились... «помочь» Се Ляню. Му Цин чуть не врезался в неизвестно откуда взявшуюся перед ним дверь в кладовку, когда Фэн Синь вовремя его остановил, схватив за плечо. — Поверить не могу... Тебя так легко ослабить. — Сам ты слабый. Давай лучше поскорее осмотрим всё и уйдём. Думал Фэн Синь недолго. — Я сам тут всё осмотрю, а ты можешь выходить. — Куда уж там. Ты же обязательно куда-то вляпаешься, а мне потом разгребать. Лучше уж сейчас вместе всё осмотреть. — В таком состоянии ты ничем помочь не сможешь, — пересёк его ядовитые речи Фэн Синь. Он в самом деле не понимал, почему Му Цин не согласился — как обычно. Поприпирается, да уйдёт. Лучше же, когда работу сделают за тебя. Тем более Му Цин ненавидит, когда кто-то видит его в подобном ослабленном состоянии. Фэн Синю даже пришлось вытаскивать Му Цина из здания, потому что тот изо всех сил противился идти назад. Не знай он его, подумал бы, что тот так не хочет с ним расставаться. От этой мысли в груди потеплело, и Фэн Синь поспешил отвернуться и вернуться к осмотру библиотеки.

***

— Хоть стал похож на человека. — Вернувшись, Фэн Синь уселся в таверне напротив генерала. — Пришёл в чувства? — До твоего появления — да. — И зачем ты снова плюёшься ядом, нормально разговаривать не умеешь? Сейчас даже повода для этого нет. Вздохнув, Му Цин сменил тему: — Узнал что-то? — По заданию — нет, зато... — он достал какую-то книгу и положил на стол. — Что это? — Здесь написано, как справляться с разными аллергиями. Автор утверждает, что если ограничить себя в питании, не употреблять некоторые продукты на протяжении определённого срока, некоторые аллергии можно излечить! — ... Му Цин кинул взгляд на книгу, после чего взял её в руки. — Ты этим так долго там занимался? — Не совсем... Я допрашивал посетителей и хозяина. Она... Упала мне на голову. Случайно. — Не удивлён, — от этого на душе стало паршивее. — Пойдём. — Ты не посмотришь? — Идём.

***

Когда же это началось? А... Несколько лет назад, после того как они с Фэн Синем в очередной раз подрались, Му Цин всю ночь не мог уснуть, у него ужасно чесались руки — в прямом смысле чесались. Глаза и руки отекли и покраснели. Му Цин понимал, что реакция аллергическая, но ничего нового он не делал и не употреблял. Ситуация вскоре повторилась ещё несколько раз, и он смог установить, что во всём виновата идиотская одежда Фэн Синя. Именно в тот день, когда у него впервые проявилась аллергическая реакция, покровитель юго-восточных земель хвастался о смене формы во всём своём дворце, включая его самого.

Дурацкий лён. Вся эта ситуация напомнила ему о детстве, когда его матушка, работающая швеёй, ухаживала за ним, когда он страдал от аллергической реакции. С тех пор он никогда не входил в её рабочий кабинет и сам не работал со льном, объяснив вкратце обстоятельства Принцу.

Сказать Фэн Синю снова поменять гардероб, из-за того, что у него была аллергия на одежду из льна для него было равносильно смерти. Конечно же, он ни раз пытался сподвигнуть его на это, но все подколы не воспринимались всерьёз. Наверняка Фэн Синь думал, что он просто хотел посильнее его задеть, но... Адекватно объяснить, в чём проблема, он не мог. Даже представить такую ситуацию со стороны, что он просит... И ради чего? Кто они друг для друга? Почему Фэн Синь должен менять свою одежду ради его самочувствия, разве не усмехнётся и скажет, что так даже лучше?

Тогда до Му Цин стал его избегать. «Так будет проще, так будет лучше», — думал он, пока не начал всё время думать о нём. И почему он даже не может ему вмазать за то, что тот заставляет его всё это переживать. Му Цин не стал противиться собственным чувствам, со временем он понял, что человек, занимающий теперь все его мысли, явно не потому что он какой-то не такой, ему нравится. Осознавание этого факта, хоть и никак не укладывалось в голове, было принимаемо, ведь Му Цину хотелось быть рядом с ним, хотелось его касаться. Но он не мог. Именно этот дисбаланс «хочу, но не могу» всё больше погружал его в отчаяние. Он не тот, кто будет открывать свои слабости, прося о том, чтобы неблизкий человек, с которым они ссорились на протяжении стольких столетий, лишь бы уколоть друг друга по-больнее, ради него что-то сделал.

Да, с Се Лянем они впоследствии стали друзьями, но про Фэн Синя ничего обговорено не было. Они втроём стали часто сидеть вместе в забегаловках в мире смертных или в чьём-то дворце на небесах, однако отношения между ними это не проясняло.

***

— Хозяйка, сколько стоит этот талисман? Молодая женщина с улыбающимися глазами эффектно подошла к Му Цину и взглянула на жёлтую бумагу. — Боже, да у вас губа не дура. Отдам за 20 цяней. — Неплохо, — Му Цин потянулся к мешочку с деньгами. — А есть ли у вас что-то посильнее? — Что вы имеете в виду? Генерал развернулся к женщине, и та увидела, как в глазах напротив появился чёрный блеск. — А, вы об этом, — женщина оглядела посредственный вид двух мужчин и улыбнулась. — Что ж, пройдёмте. Фэн Синь с непониманием уставился на Му Цина. Он перехватил его руку, отчего тот отшатнулся от него, словно ошпаренный. — Ты чего? — Зачем хватаешь? — Эй-эй, я тебе не враг, — говоря это, у Фэн Силя появились смешанные чувства. — Смотрю, ты хорошо играешь. К чему всё это? — Мы зашли сюда, потому что от этой лавки за тысячу ли несло темной энергией. — Не слишком у тебя легко всё получилось? Му Цин вздохнул. — Он останется здесь, — указал на него генерал и проследовал за совсем не удивившейся лавочницей. — Чего? — Фэн Синь хотел двинуться следом, но заметил жест Му Цина и остановился. — А если там будет пыльно...? Последние его слова остались неуслышанными.

***

— Давно вы практикуете тёмные искусства? Женщина в прекрасном шёлковом платье улыбнулась. Она изящно обернулась, оценивая беспристрастного посетителя взглядом. — Не думаете, что это неуместный вопрос? — Я должен понимать, какой опыт у того, у кого покупаю. — Рассматривая магические бутыльки с духовной энергией, Му Цин прикусил губу. Такое оправдание не было самым продуманным, но, как минимум, логичным. — Лет... 10?! — девушка мягко прошлась пальцами по полке, осматривая свой ассортимент. — Как поняла, что на светлом пути заклинательства мне не достичь бессмертия. Генерал следил за каждым её движением. Он видел, как пульсировала её тёмная энергия на кончиках пальцев. Не до конца поняв, что она имеет в виду, он спросил: — Хотели стать богиней? Вздохнув, женщина перевела на гостя пронзительный взгляд своих карьих глаз. — Куда мне там. Усердное самосовершенствование может замедлить старение, но... не все к этому предрасположены. Не у каждого хватит на это сил. Женщина пригляделась к Му Цину и заметила: — Ты же хотел узнать у меня что-то конкретное? Именно поэтому оставил того парня ждать. Он не был удивлен, что она заметила. По ней видно, что торгует женщина здесь уже давно, а угадывать то, чего хочет покупатель — приобретённый на опыте навык. — Есть ли тёмные практики, помогающие от аллергии? — его голос не дрогнул, и он не отвернулся, озвучивая свою проблему. Му Цин неплохо играл, но не знал, сможет ли сейчас отыграть так, чтобы она не поняла, поэтому старательно делал вид, что сам подобным не страдает, и ищет для кого-то из знакомых. Всё-таки эту девушку нужно забрать на небеса, но перед этим... — Оу, так вот почему у вас... О какой аллергии идёт речь? — На лён. — Это большая редкость... — она задумалась. — Впрочем, есть у меня кое-что... Но для начала, скажите: вы же не обычный человек? Она расплылась в новой улыбке, от которой Му Цину стало тошно. — Ваша внешность настолько посредственная, что.... по моему опыту, наталкивает на мысли о том, что она не настоящая. Ваш взгляд... Надменный, величественный — такой встретишь редко. Уж сомневаюсь, что вы тот, за кого себя выдаёте. Да и тот юноша, что был с вами, совершенно такой же. Вы говорите так, словно не знали о бессмертных, которые не вознеслись, но сами... За вашими плечами я вижу мудрость и ни с чем не сравнимый опыт, знания, что не купишь ни за какие деньги. Вы ведь бессмертный не так ли? — её голос был мягким и нежным, словно убаюкивающая мелодия, но за этой маской скрывался зверь. Дикий и кровожадный, настороженный и готовый напасть в любую секунду. — Неужели это мешает нашей сделке? Слишком уж точный анализ она провела, было видно, что отрицать это нет смысла. Му Цин соблюдал этикет и расстояние между ними, пока тишина не стала давить физически. Он поздно заметил, как пространство стало меняться. В его руке вспыхнула серебристая игла, которую он бросил в сторону торговки. Та только и увидела, что энергия сконцентрировались в его руке, но уклониться не успела. Через мгновение она вздрогнула и поняла, что что-то не так. Она ничего не почувствовала, а гость уже почти стоял перед ней. Женщина ловко отпрыгнула к зеркалу и растворилась в нём, боясь, если скажет хоть слово или замедляться хоть на секунду, будет поймана заклинателем. Опасно, но... Они те, кто был ей нужен. Уж у них она высосет много духовной энергии. Му Цин цокнул, подумав: «За столь короткий срок ничего годного не сотворишь.» Он огляделся и понял, что находится в библиотеке. Той самой, которую они недавно осматривали с Фэн Синем. Генерал снова посмотрел на зеркало, которое после исчезновения женщины треснуло. От него уходила тонкая белая нить, которую мог увидеть только он — его личное изобретение, позволяющее видеть путь того, на ком закреплена духовная игла. Впрочем, пока она уходит в зеркало, она ему ничего не даст. Му Цин развернулся и пошёл вдоль стеллажей.

***

— Му Цин! Му Ци-и-ин! Чёрт, где тебя носит?! Несколько минут назад, пока Фэн Синь терпеливо ждал Му Цина, вокруг него выстроились знакомые стеллажи. Он попал в библиотеку, чьи книги были стенами лабиринта, и сколько бы он не ходил среди них, не мог понять, не ходит ли по кругу. — Эта демоница! — рычал он, смотря под ноги, чтобы не наступить на очередной обглоданный скелет. Воздуха не хватало, всё в древнем месте было пропитано разлагающимися телами и окутано трупной ци, но... Больше всего Фэн Синь переживал за Му Цина. — Здесь слишком много пыли. А раз так, то как Му Цин будет бороться, как противостоит той женщине? Что если он уже у неё в заложниках?! — Му Цин! Нужно быстрее его найти. Фэн Синь выдохнул и, сконцентрировав энергию в ноге, ударил по соседнему стеллажу. Послышался звук разбивающегося стекла, и книги, которые должны были посыпаться вместе со шкафом, закружились вокруг него.

***

Му Цин легко уклонился от обрушившегося стеллажа и выругался: — Что за идиот это сделал?! Вопросы были излишни, и Му Цин сразу же подпрыгнул на книжные шкафы, которые лежали один на другом как домино. — Сзади. Фэн Синь не успел обернуться, как книги вперемешку с чей-то плотью были разрезаны длинной саблей. — Откуда только взялись? — с отвращением отбиваясь от новой волны бину, спросил Му Цин. Похоже твари как всегда собирались доесть остатки, как только с ними будет покончено, но появились слишком рано. Наверняка, будь они обычными людьми, книги уже порубили бы их на тысячи кусков. — Му Цин! — Не время болтать, отступаем! Они одновременно сорвались с места и побежали куда глаза глядят, отбиваясь от атак сзади. — Почему нам просто не явить божественное сияние? — спросил Фэн Синь, оглядывая приемлемое состояние напарника. — Если они сейчас разбегутся, то, когда пространство рухнет, они начнут убивать простых людей, — Му Цин закусил губу. Опрокидывать полки было нельзя, тогда появится только больше книг, от которых придётся отбиваться. Внезапно Му Цин схватил Фэн Синя за шиворот. — Ты чего? — Нам туда. Он указал на дверь, которую они некогда видели в обычной библиотеке. Фэн Синь непонимающе уставился на него, но послушно зашёл в кладовку, понимая, что если они потратят время на разговоры, их догонят, и они уже не смогут спрятаться.

— Эй, ты наступил мне на ногу!

— Здесь темно!

— Так зажги свет!

— Книги реагируют на магию!

— Просто замолчи... — Му Цин скривился, пытаясь отойти, но лишнего места не было. Вокруг стояли бытовые принадлежности. Когда он снова начал чихать, Фэн Синь тихо заметил: — Тебе же было лучше, почему сейчас всё обострилось?! — Здесь больше пыли... После странной отговорки Фэн Синь стал подозревать, что у Му Цина появляется аллергия, только когда он рядом, и основание этому бралось из прошлого.

Несколько лет назад, ещё до третьего вознесения Се Ляня, Му Цин резко стал носить перчатки и вуаль, из-за чего Фэн Синь стал сравнивать его с девчонкой. Это было странно. Именно тогда бывший слуга резко перестал бить первым, отделываясь лишь язвительными замечаниями и уклоняясь, словно не желал контактировать. Со временем стало заметно, что их встречи и стычки происходили всё реже — генерал почти не встречался с покровителем юго-западных земель от слова совсем, отчего стал пропадать на заданиях в мире смертных. Он не понимал резкой перемены Му Цина. Более того... Он начинал скучать по его ядовитым выходкам, не находя себе места от беспокойства. Ладно, если он бьёт, ладно, если привычно язвит, но не зря говорят, что избегание больнее любых слов и ударов.

И было ещё кое-что. Когда он наконец-то услышал, что Му Цин думал о Принце, когда генерал с явной неохотой пересел на его спину... он тоже чихал. Му Цин сказал, что приболел, и Фэн Синь поверил. Но теперь, связывая все факты воедино, ему не верилось.

— Твоя аллергия... Как-то связана со мной? — его шёпот звучал странно. Не как обычно. На Му Цина словно ушат ледяной воды вылили. Этот идиот смог догадаться, он-то? Нет, он явно ещё не понял. — Что за бред ты несёшь, не бывает аллергии на человека! — под конец речи лицо Му Цин посерело. Он выдал себя тем, что никак не связал его слова с пылью, об аллергии которой недавно заливал. — Если тебе хочется верить, что это как-то связано с тобой, то это только потому, что ты сам грязный. Всё хорошо, Фэн Синь же глупый... — Да, но... Эй! Хватит язвить, я же серьёзно спрашиваю! — его голос казался растерянным. — Почему ты избегаешь меня? — ...Что? — Уже давно! Я не понимаю. Всё же как обычно. Ты... Ты даже не бьёшь меня... Только... Он не знал, что сказать, как закончить. Это было слишком смущающе, его эмоции было не передать словами. Два генерала стояли, в молчании опираясь на разные стены в тесной старой кладовке. Место для столь личного разговора было подобрано ужасно. Фэн Синь сглотнул, и Му Цин напрягся всем телом. — Идёт, — ранее он увидел духовную нить, которую закрепил за женщиной. Была вероятность, что она вернется по тому же пути, а им как раз нужно было время, чтобы обдумать дальнейший план действий. Му Цин не думал, что всё дойдёт до этого, но, почувствовав энергию приближающейся нити поблизости, знал, как стоит уйти от разговора. По крайней мере сейчас не время. Реакция Фэн Синя была неоднозначной. Он не мог рассказать. Му Цин решительно отпер дверь и выскочил наружу, оставляя другого генерала в замешательстве. Сейчас нужно расправиться с заданием. Не успел Му Цин ничего предпринять, как почувствовал себя странно, казалось, повсюду было что-то распылено. На всякий случай он крикнул Фэн Синю: — Не выдыхай. Однако с Фэн Синем всё было в порядке. Он только и успел подхватить дезориентированного Бога, который зашёлся в чиханиях. — Хочешь ему помочь? — послышался певучий девичий голосок со стороны. — Ты!! — Ой-ой-ой, боюсь, боюсь! Только помни, если убьёшь меня, никак уже не поможешь своему другу! — Не... Слушай её, — глаза Му Цина снова заслезились. — Воу, ты ещё в сознании, а ведь это была львиная доза! — Зат-кнись. — Мда, раскрывать свою слабость врагу было не лучшей идеей, впрочем, понаблюдав за вами двоими, я бы всё равно это поняла. — Что тебе нужно?! — перебил её Фэн Синь, держа на руках генерала. — Всё просто: дай мне поглотить себя в обмен на его жизнь! Если не веришь, мы можем даже заключить контракт на крови. Он будет действителен даже после твоей смерти! «Она наверняка думает, что лучше сможет поглотить хотя бы кого-то, чем позволит нам разворошить её гнездо», — мысли Му Цина путались, он хотел потянуть Фэн Синя за рукав, но того уже не оказалось рядом. Блять. И когда тот успел стать таким жертвенным?! — С-с-свяжи, — пробормотал он себе под нос, и нивидемая нить, которая плелась за девушкой, превратившись в кровожадную змею, обвилась вокруг демоницы, не давая ей пошевелиться. Он крикнул Фэн Синю: — Схвати её! Тот не заставил долго ждать. — Вы!... Для него время — враг! Подумай, он сейчас погибнет. Фэн Синь, грубо скрутив девушку, достал кости, подаренные Се Лянем «на всякий случай», и подкинул их. — Я пожертвовала жизнью, чтобы обрести бессмертие, вы станете для меня пищей, которая продлит моё пребывание на земле! Вы ни за что не найдёте выход отсюда!

***

Передав Му Цина в надёжные руки его служащих, Фэн Синь заключил демоницу под стражу и, допросив её, убедился в своей догадке. Уже через час он стоял на широком балконе, выходящем из покоев генерала Сюаньчжэня. Под со всех сторон бесячий скрип, он открыл дверь, боясь потревожить покой владельца дворца. Как оказалось, Му Цин ещё не спал. С красными глазами он держал в руках книгу, бегло читая её содержание. Это же её Фэн Синь принёс ему из библиотеки! Он замялся. — После произошедшего я потерял желание читать книги... Что тебе нужно? Как всегда строгий беспринципный голос. Только вот его обладатель выглядел уж слишком болезненно. — Тебя пришёл проведать. — Обычных дверей для тебя не существует? — Я не собирался ждать, пока твои служащие сообщат тебе о моем прибытии. К тому же потом мне наверняка пришлось бы выслушивать очень подробный и обоснованный — в твоем духе — отказ. — ... — Ты невыносим. — ... — И нравишься. — ...? — Мне. Фэн Синь не стал подходить к нему. Он так и замер на расстоянии, ожидая приговора. — Ты что, помылся? — ... Что?! И это ты мне говоришь сейчас?! Стоп, ты как вообще это определил? Му Цин проигнорировал его слова, задав новый вопрос: — И что это на тебе? Ожидая ответа на признание, Фэн Синь несколько стушевался и странно продолжил беседу: — У Се Ляня взял. Оно из хлопка. — ... Из-за опухших и покрасневших глаз, румянец на щеках Му Цина не было видно, но горящие уши говорили сами за себя. Фэн Синь со временем начал понимать, что то, что Му Цин продолжил с ним разговор, уже означает, что ему не всё равно. Он просто... Боится сказать вслух? Фэн Синь поднял голову и ошарашенно уставился на него. Нет, это было ожидаемо. Му Цин просто такой человек. Он... тот, кто ему нравится, кого он любит. Фэн Синь за мгновение оказался рядом, сжимая его в объятиях. — Кидаешься на меня, как пси... — ему не дали договорить, затянув в поцелуй. — Я рад, что у тебя аллергия не на меня, — отстранившись, сказал генерал. — Отодвинься, у меня тут книга, ты помнёшь страницы.

Теперь Фэн Синь понимал: чем чаще Му Цин говорит ему быть дальше, тем больше он хочет, чтобы он был ближе, и никакая книга им не помешает.

***

На следующий день. — Да хороший же наряд!! Мы уже столько магазинов обошли!! — возмущался Фэн Синь, примеряя выбранный Му Цином набор одежды. — Безвкусица, — непреклонно ответствовал Бог и ушёл вглубь лавки, подыскивая другой наряд. — Вообще-то, для нас главное, чтобы одежда не вызывала у тебя аллергию!! Ты слишком придирчивый к обычной одежде. Что в ней вообще такого? Му Цин кинул на него грозный взгляд. — Мой парень не будет ходить в аляповой одежде. Фэн Синь замер, как громом поражённый. Остальное время он примерял всё, что отбирал Му Цин, без лишних комментариев.